Per se

План Елены по выкачиванию денег из американских религиозных фанатиков на бумаге выглядел просто и гениально, как швейцарские часы. В реальности же всё оказалось куда прозаичнее: лохотронщики местного масштаба были далеко не такими кретинами, какими казались со стороны. Каждую контору нужно было тщательно проанализировать, составить досье, выяснить расписание сборищ и — самое главное — убедиться, что их не крышует картель Синалоа. Грабануть собственных кредиторов — это была бы умора, после которой их, скорее всего, закопали бы в ближайшем лесу без права на эксгумацию. С добычей информации, к счастью, проблем не возникло. Елена банально, вежливо и без лишних сантиментов отжала ноутбук у Джереми. Брату он всё равно был без надобности — Джер использовал технику исключительно для чтения статей по своей вонючей химии или просмотра фильмов, а Елене с её разрастающейся бухгалтерией девайс был жизненно необходим. Засев за монитор, она отсортировала по категориям всё, что нашлось в открытом доступе, распечатала плотную стопку листов и подсунула её Колу. Первородный, обладавший повадками заправской базарной сплетницы, с удовольствием поржал над местным колоритом и благородно согласился поработать шпионом «в поле», чтобы разузнать обстановку изнутри. Для первой пробы пера Елена выбрала скромную мишень — недавно открывшуюся «Церковь Первой Надежды» в Шарлоттсвилле. Контора была свежей, но с агрессивным маркетингом. Как ехидно докладывал Кол после разведки, пастор обещал всем прихожанам «исцеление от любых недугов со скидкой в 10%». Что характерно, всего за месяц работы церквушка успела обзавестись парой десятков преданных постоянных клиентов. Елена этому факту даже не удивилась: мир во все времена был полон клинических идиотов. Дождавшись, когда тётя Дженна в очередной раз укатит по делам в Ричмонд, а у святош начнётся их праздничное служение, банда Гилбертов вышла на дело. В арсенале значились: Елена (мозг операции), Джереми (с канистрой усыпляющего газа собственного алхимического приготовления) и Кол (в роли самого харизматичного держателя мешка для денег).Банда от Бога...

***

Всё шло как по маслу. Здание новой церкви встретило их яркими огнями и огромным, во всю стену плакатом с физиономией пастора Антицета (Елена долго не могла понять, какая фантазия должна быть у родителей, чтобы так назвать ребёнка). Плакат, к слову, гордо красовался прямо вместо креста на входе. Лопухи в зале дружно сидели на скамьях, затаив дыхание и внимая откровенному бреду, который вещал со сцены пастор. Антицет с дикими завываниями и заламыванием рук пытался «изгнать порчу» из пышногрудой девицы с уверенным четвёртым размером. Самое забавное, что «порча», судя по траектории рук пастора, локализовалась исключительно в районе этого самого бюста. — Слушай, Лен, — прошептал Кол, ехидно прильнув к окну, пока Елена рядом ловко перерезала провода камер и отключала сигнализацию. — Я, конечно, не совсем святой отец, но из этой прихожанки я бы тоже с радостью что-нибудь изгнал. Прямо чувствую в себе пастырский зуд. — Я из тебя сейчас душу изгоню, Кол. Бесплатно и при помощи кастрации, если ты не прекратишь пялиться и не поможешь Джереми с вентиляцией, — сухо отрезала Елена, даже не повернув головы. Вампир со скорбным вздохом подчинился. Через пару минут алхимический газ Джереми пошёл по трубам. Эффект превзошёл все ожидания: лопухи в зале начали сладко зевать, и вскоре всё стадо дружно заснуло. Сам пастор Антицет умудрился рухнуть в глубокий сон прямо лицом на выдающуюся грудь своей пациентки. — Чистая работа, — констатировал Джереми, заходя в помещение и натягивая плотные резиновые перчатки. Елена последовала его примеру, на ходу натягивая на голову дурацкую вязаную шапку, чтобы, не дай бог, не оставить на месте преступления ни единого волоска для криминалистов. — Так, Джер, дуй в подвал, проверь, что там. Кол, за мной в кабинет этой святоши, — скомандовала Елена. Джереми оперативно исчез в цокольном этаже, откуда, впрочем, вернулся жутко разочарованным. Ничего, кроме гигантской секретной коллекции порножурналов самого пастора, он там не обнаружил, что сильно ударило по его криминальному самолюбию. Зато Елене в кабинете повезло куда больше. Там обнаружился массивный сейф, хитрый цифровой пароль от которого глазастый и сверхъестественно чуткий Кол успел подсмотреть ещё во время своей дневной разведки. Пальцы вампира порхали по кнопкам с молниеносной скоростью. Щелчок — и дверца открылась. Домашний бюджет Гилбертов мгновенно пополнился на несколько тысяч долларов аккуратными пачками. Увы, больше ничего ценного в столе и шкафах не нашлось. Немного растроенная таким скромным уловом, Елена решила, что оставлять добро лохам в зале — высшая несправедливость. — Идём потрошить кошельки, — скомандовала она Колу. Они слаженно прошлись по рядам спящих прихожан. Из сумок и карманов удалось наскрести ещё две тысячи долларов наличкой, что в сумме давало вполне приличный результат. Напоследок Елена вернулась к алтарю, где всё ещё храпел пастор Антицет. Посмотрев на его лоснящуюся физиономию, она рассудила, что такой делец явно не держит все яйца в одной корзине, и принялась бесцеремонно его обыскивать. Елена смело запустила руку под его пафосную шёлковую рясу и действительно нащупала во внутреннем кармане увесистый, толстый сверток явно американских зелёных банкнот вместо библии. Пастор определённо ценил хрустящий кэш сильнее, чем библейские заповеди. Но стоило её пальцам сжать добычу, как по телу прошла странная, мгновенная судорога. Ноги Елены в ту же секунду намертво отнялись параличом. Издав глухой звук, она рухнула как мешок с картошкой — и, по закону вселенской подлости, приземлилась лицом аккурат на ту самую огромную грудь спящей девицы, прямо рядом с головой пастора. Такого отборного, сочного мата эта церковь не слышала за всю свою недолгую историю. Кол, стоявший рядом с мешком, сначала замер, а затем согнулся пополам от оглушительного, утробного ржача. — О боги! Елена! Какая страсть! — сквозь слёзы хохотал вампир, хлопая себя по бёдрам. — Ты всё-таки решила составить пастору конкуренцию по изгнанию бесов? Из подсобки на шум выскочил Джереми и, увидав живописную картину — сестру, распластанную на чужом бюсте, — тоже не сдержался, прыснув в кулак. — Джереми, твою мать, вместо того чтобы ржать, подними меня! — пунцовая от бешеного стыда и ярости Елена попыталась повернуться, но тело её плохо слушалось. Кое-как, под непрекращающиеся подколки Кола и ухмылки брата, её отлепили от несчастной прихожанки. Стоя на ватных ногах, красная как рак, Елена мёртвой хваткой сжимала добытые пачки денег и была готова прямо здесь, на ковре, удавить и своего циничного братца, и не затыкающегося Первородного, и эту спящую девицу. — Заткнулись оба, — прошипела она, поправляя съехавшую на глаза шапку. — Забираем мешок и валим, пока я вас тут в святой воде не утопила. С грехом пополам, не оставив ни одной улики, троица добралась до своего безопасного подвала в Мистик-Фоллс. Напряжение спало, паралич окончательно отпустил Елену, и, разложив на столе кучу грязных, наворованных у шарлатанов денег, они открыли бутылку украденного у Дженны бурбона, празднуя свой первый официальный налёт. — Ну, — Кол вальяжно откинулся на спинку стула, подбрасывая в воздух стодолларовую купюру. — За святую бухгалтерию и за выдающиеся таланты нашего босса! Елена, твой бросок на амвон — это лучшее, что я видел за последние триста лет. Джереми посмеялся, пересчитывая пачки пастора: — Можеш тоже попробовать, Кол. Зато теперь мы знаем, что у святош водятся отличные зелёные аргументы. Кто у нас на очереди в следующем раунде, Лен?