Per se

Сентябрь… Как много в этом слове для каждого, кому не повезло родиться человеком, а не тысячелетней пиявкой. Для одних это было триумфальное возвращение к унылой обязаловке. К этой категории граждан Елена мысленно относила бывших дружков Джереми, о существовании которых её мелкий брат за лето просто забыл. Ну ещё бы! Когда в твоей жизни на постоянной основе заводится первородный психопат Кол, а расписание как-то само собой забивается раскопками могил и алхимическим хардкором где найти время на дружков, которые просто бродят по району пьяные или обкуренные.. За одно это исчезновение пубертатных дегенератов из их дома Елена была искренне благодарна древнему вампиру. Для других же сентябрь открывал сезон бесконечных праздников, уличных фестивалей и пьяных вечеринок, которые в этом благостном, чтоб его, городке проводились чуть ли не каждую неделю. Это был жирный, увесистый камень в огород Кэролайн Форбс и её неуёмной энергии, которой она делилась или скорей заражала Бонни, а уже Бонни пилила мозг Елене по телефону. Для самой Елены этот день отдавал глухим, беспросветным сюрреализмом. Как попаданка она отлично понимала, что школу в своей прошлой жизни уже благополучно закончила. Именно поэтому её не покидало липкое, удушающее чувство стыда — будто её, как законченную идиотку-двоечницу, оставили на второй год перед лицом всей честной публики. Конечно, разумом Елена понимала, что это не так, но снова возвращаться за парту и смотреть на подростков, которых она знала только по чужой, оригинальной памяти… Это было странно. Нынешняя Елена Гилберт понятия не имела, о чём с ними говорить, да и вообще — какого хрена ей делать среди прыщавых школьников. Выбора не оставалось — нужно было брать себя в руки. Новый день наступил, и начать его Елена твёрдо вознамерилась уж точно не так, как в проклятом сериале. Первую серию первого сезона её дырявая память, хвала вселенной, ещё кое-как удерживала. Спасибо за маразм в восемнадцать-то лет! Поэтому подставляться под радары Бонни Беннет — потенциальной ведьмы и, следовательно, ходячего источника колоссальных проблем — Елена не собиралась. Ещё прошлым вечером, вися на телефоне с подружанями, она провернула тактический манёвр и договорилась встретиться сразу в школе. Да, это выглядело трусливо. Но они с Джереми хотели хотя бы на пару часов оттянуть встречу с этой мистической «бомбой». Джереми, к слову, под влиянием замурованных в стены дневников и безумных предков (семейное сумасшествие Гилбертов все же оказалось на редкость заразным) тоже начал относиться к ведьмам с глубоким, прагматичным подозрением. Правда, про Кола он при этом дипломатично помалкивал. Елена лишь тихо ухахатывалась в кулак с таких двойных стандартов брата: значит, колдующий вампир хозяйничающий в доме — это нормально, а местная девчонка с предками из Салема — чума египетская, не меньше. Обязательную тренировку в шесть утра они отбегали как миленькие. Елена, критически осмотрев себя в зеркале, пришла к выводу, что её ножки теперь выглядят просто потрясающе — аккуратные, подтянутые, рельефные. Хоть какой-то плюс беготни от маньяков с топорами, да и если её всё-таки прикончат в этом городишке, на похоронах в платье с разрезом она будет выглядеть безупречно. Сейчас, натягивая вещи, она действовала с холодным расчётом. С одной стороны, нужно было учесть бдительных местных кумушек, которые сто процентов будут шпионить за сиротками из окон (чтоб они ослепли, честное слово!). С другой — именно сегодня в город мог прибыть Стефан Сальваторе, великая канонная любовь, перед которой Елене не хотелось оголять даже запястья, не то что душу. В итоге выбор пал на скромную нежно-розовую рубашку и длинную джинсовую прямую юбку. Нечего всяким столетним кровососам на её ноги пялиться. На ноги Елена нацепила удобные белые кроссовки, а на шею — золотой крестик. Куда ж без него в этом провинциальном Раю? Волосы по выработанной за лето привычке собрала в аккуратный, объемный пучок на макушке. В целом получилось неплохо на её личный вкус, но максимально убого по меркам местной тупой моды 2007 года. Впрочем, мнение местных ценителей стиля её волновало в последнюю очередь. Джереми уже сидел на кухне, вовсю уничтожая приготовленный ею завтрак. Елена повернула голову и критически осмотрела брата. Ну каков чертяка! Классическая, по фигуре рубашка сидела на его раздавшихся плечах и плотных бицепсах так, словно парень только что сошёл с миланского подиума, а не варил весь июль вонючие реагенты в подвале и не раскапывал могилы на кладбище. Достав из сумки плотные перчатки, Елена точным броском зафисолила их на стол прямо перед носом у брата. — Держи. Если кто спросит в школе, почему Гилберты посреди удушающей жары ходят в коже — у нас есть официальная легенда. За лето наш клининговый бизнес по очистке ковров принёс нам не только кэш, но и жуткий химический дерматит. Мы лечимся, мажем руки вонючими мазями, контакт с воздухом запрещён. — Химический дерматит? Серьёзно? — Джереми покачал головой, но в глазах заплясали смешинки. — Ладно, сойдёт за рабочую версию. Он взял перчатки и принялся натягивать их, проверяя, как сидят. В этот момент на кухню, сонно потирая глаза, спустилась тётя Дженна. Заметив на руках племянников плотную кожу, она замерла с кружкой в руке и уставилась на них как на сумасшедших: — Так, я чего-то не знаю? Вы решили записаться в байкеры или грабить банк? Елена даже бровью не повела. — Химический дерматит, тётя Дженна, — скорбно вздохнула она, для пущей убедительности пряча руки за спину. — Наш летний бизнес по очистке ковров вышел боком. Кожа на ладонях жутко воспалилась, нам выписали вонючие мази, и врач строго-настрого запретил контакт с воздухом. Так что в школе придётся побыть в образе загадочных готов. Сонная святая Дженна сочувственно округлила глаза. Ей даже в голову не пришло искать в этих словах подвох. — О господи, бедные мои... — искренне захлопотала она, качая головой. — Сильное воспаление — это ужасно. Главное, мажьте вовремя! Ладно, хоть с этими дурацкими коврами покончено. Она ласково потрепала Джереми по плечу и, вздыхая о несправедливости судьбы, отошла к плите, полностью погрузившись в готовку. Путь был свободен. Дождавшись, пока тётя отвернётся и загремит посудой, Елена извлекла на свет два маленьких семейных термоса, заварила крепкий кофе и, поймав момент, плеснула в каждый сосуд по доброй, щедрой ложке старого виски.Взгляд Джереми в этот момент стал настолько одобрительным и полным любви, что Елена едва не прослезилась. Они оба прекрасно понимали: трезвыми этот первый учебный день им ни за что не вывезти. Официальный «дачник» и по совместительству психопат Кол остался на озере. Хотя Елена готова была поставить последний цент из пасторской заначки на то, что этот придурок не выдержит, сорвётся и припрётся в школу тайно — чисто ради того, чтобы поржать над их унылыми рожами. Ну, естественно, когда закончит доводить местных окуней до инфаркта своими кривыми попытками колдовать. В общем, собрав шмотки и получив ленивое благословение от зевающей тёти Дженны, Гилберты отправились отбывать каторжные работы в место под кодовым названием «Старшая школа Мистик-Фоллс». Выехали они специально пораньше. Елена планировала не просто осмотреть территорию, а решительным штурмом взять школьную администрацию. За лето, полное криминала и оккультных секретов, она поняла одну простую вещь: те предметы, которые набрала оригинальная Елена Гилберт, ей на хрен не сдались. Вот зачем, спрашивается, эта дура записалась на химию и физику углублённым курсом, учитывая её стабильные тройки по этим дисциплинам в прошлых семестрах? Как её вообще туда взяли? За красивые глаза? И если Джереми, ведомый своим новым хобби, как раз таки собирался штурмовать кабинет химии, то Елена планировала совершить рокировку в сторону искусства и высшей математики. И вовсе не потому, что горела любовью к интегралам. Математика была нужна, чтобы быстро и без калькулятора пересчитывать долги в уме. А искусство… Ну, если ей снова придётся грабить какой-нибудь местный склеп, нужно же ей отличать антиквариат от дешёвого китайского ширпотреба? Цели, конечно, не самые приличные, но, как говорится — не мы такие, жизнь такая. Джереми, выслушав её доводы по дороге, ухмыльнулся: — То есть, судя по расписанию, ты у нас планируешь стать дипломированным продавцом краденого антиквариата? — А ты, судя по углублённой химии, упорно готовишься стать наркобароном, — не осталась в долгу Елена, выруливая на финишную прямую к школе. — Так что один-один, мелкий. Машина мягко затормозила у тротуара. Навстречу им летел весёлый, ничего не подозревающий сентябрь, а Гилберты шли открывать новую, абсолютно безумную главу своей странной жизни.