Per se

Скука… Елену одолевала жуткая, беспросветная скука. Хотя она честно старалась и безропотно отсидела испанский, английский и литературу. Хрен с ними, языки в жизни всегда пригодятся, особенно в свете того, что курьер картеля Синалоа уважительно называл её «синьорита». Даже было жаль, что вампирское внушение проблемы с Синалоа не решало. Вернее, это возможно и сработало с маленькой бандой, но Синалоа – это большой синдикат, и их всех под контроль не возьмешь, и где их босс и кто он, наверное, не все в курсе. Также проблема в цифровых базах данных. Память стереть можно, а вот бухгалтерию нет. Математика прошла стандартно. Елена прямо-таки поражала препода своей бешеной работоспособностью и маниакальным желанием считать всё исключительно в уме. Хотя калькулятором пользоваться не запрещали, и её верный пластиковый спутник лежал на парте, Елена была решительно настроена напрягать серое вещество. В конце концов, вдруг от усиленной работы мозга в голову придёт какая-нибудь гениальная мысль о том, как быстрее закрыть долги предков и при этом не схватить пулю от мексиканцев? Но вот история… История — это был какой-то филиал ада на земле. И ладно бы Елена просто не любила этот предмет. Как раз наоборот! После подвальных раскопок она была очень даже не против учить матчасть — вдруг они с Джереми наткнутся на очередные старые могилы Основателей, а она не в курсе, чьи кости выкапывает. Вот только мистер Уильям Таннер, их учитель, был явно против её энтузиазма. Елена отчётливо почувствовала себя Гарри Поттером на уроке Снейпа. С чего вдруг этот плешивый индюк решил прямо посреди лекции комментировать смерть её родителей, когда она не лентяйничала, не спала и вообще слушала его максимально внимательно — понять было невозможно. Видно, Таннер был просто законченным моральным уродом. Но хрен бы с ним, с учителем. Самая большая головная боль Елены сидела прямо позади неё. В этом импровизированном любовном треугольнике летали такие шекспировские страсти, и кто-то так яростно скрипел зубами, что Елена всерьёз опасалась, как бы у неё на затылке не загорелись волосы. Мэтт, Стефан Сальваторе и Кэролайн сверлили её спину такими взглядами, что Елене больше всего на свете хотелось развернуться и запустить в них учебником. И если тоскливые зенки щенка Мэтта, смотревшего на неё своими странными голубыми глазами (ну не бывает у нормальных людей такой радужки, прости господи!), были стандартны и ожидаемы, то Стефан откровенно пугал. Этот прынц в кожанке умудрился за весь час истории ни разу не моргнуть!!! Серьёзно. Он просто вылупил свои Сальваторовские глазищи и пялился на её затылок в режиме непрерывной трансляции. Кэролайн же, переводя взгляд с парней на Елену, скрипела зубами с такой силой, что Елена мысленно хваталась за голову. «Твою мать, Кэр, побереги эмаль, без зубов останешься!» — крутилось в мыслях. В общем, Санта-Барбара провинциального разлива. Слов не хватало, в голове крутились одни маты, но Елена мужественно строила из себя примерную девочку-цветочка и каллиграфическим почерком заносила всё, что нудно городил Таннер, в свой конспект. Наконец весь этот цирк закончился. Когда силы — и моральные, и физические — у Елены уже были на исходе, колокол возвестил о свободе. С дикой головной болью она сгребла вещи в сумку и потопала на выход. Джереми уже ждал её у машины. Увидев измождённое, злое лицо сестры, он явно хотел что-то спросить, но Елена лишь устало выставила вперёд руку в кожаной перчатке: — Даже не спрашивай. Просто вези нас отсюда. Попрощавшись с Бонни что тоже собиралась домой, Елена, к своему огромному сожалению, так и не смогла отбиться от вечерней тусовки в местном баре «Мистик Гриль». Подруги буквально взяли с неё обещание прийти, да ещё и прихватить с собой Джереми. Брательник, понятное дело, от перспективы провести вечер там, где будет крутиться потенциальная ведьма Беннет, восторгом не фонтанировал, но дипломатично промолчал. Елена пообещала, что они будут, и Гилберты укатили домой — смывать с себя школьный позор.

***

Вечером «Мистик Гриль» встретил их стандартным гулом и запахом жареной картошки. В принципе, тусовка была сносной, если бы не фирменные странности этого городка. Елена, за всю свою сумбурную жизнь попаданки ещё ни разу здесь не бывавшая, едва переступив порог, едва не потеряла дар речи. Где, скажите на милость, вы видели провинциальный кабак, в котором тусуется вся местная малолетняя шпана, но при этом стены покрыты роскошными деревянными панелями, а на этих самых стенах висят оригинальные, целёхонькие светильники от Тиффани прямиком из 1920-х годов? И всем абсолютно плевать! Подростки проливали на столы пиво, не подозревая, что над их головами висит антиквариат стоимостью в хорошую машину. Елена судорожно сжала сумочку, в которой лежал калькулятор. Жаб внутри неё завыл от желания немедленно провести инвентаризацию и загнать эти лампы на чёрном рынке. Но полюбоваться искусством ей не дали. Джереми, который весь вечер висел на телефоне в ожидании Кола (они, видите ли, планировали свалить в кино), резко практически спрятал сестру за свою широкую спину. Причина была проста: Стефан Сальваторе припёрся и сюда. И ладно бы он просто пил пиво у стойки, но нет! Родственник затворника Зака продолжал безмолвно глядеть на Елену своими зенками. Молча. И снова, блин, не моргая! У Джереми от такого откровенного сталкерства кулаки чесались так, что кожа на перчатках трещала. Парень едва сдерживал желание подойти и набить Сальваторе рожу прямо под светильником Тиффани.Надо было что-то делать, и Елене как раз пришла в голову идея. Натрещавшись со всеми обо всём и ни о чём, Елена решила сделать ход конём. Дождавшись момента, когда Кэролайн, Бонни, Мэтт и этот жуткий бледнолицый сталкер окажутся в радиусе слышимости, она громко, чётко и с максимальным выражением невинности на лице объявила: — Ой, девочки, вы знаете, мне сейчас вообще не до парней и свиданий! Как минимум до конца года. Нужно сосредоточиться на учёбе, доме и Джереми. Никаких отношений. Кэролайн облегчённо выдохнула, Мэтт тоскливо сдулся, а Стефан… Стефан просто продолжил гипнотизировать её взглядом, хрен его знает уяснил он посыл или нет. Елена мило попрощалась с подругами. Джереми, который всё это время трещал как сорока по телефону с Колом, наконец-то соизволил нажать отбой. Елена мысленно содрогнулась, представляя, какие счета за мобильную связь им придут в конце месяца — тарифы 2007 года за междугородние разговоры с «озёрным дачником» были грабительскими. Технично уклонившись от Вики Донован, которая пыталась состроить Джереми глазки, Гилберты наконец-то покинули этот заповедник оккультного абсурда. Елену ждала её горячая ванна и бокал хорошего вина. День был слишком долгим, а канон уже дышал им прямо в шеи.