Правила отступления

***

Четыре дня спустя Грег Лестрейд сидел в пустом конференц-зале Скотланд-Ярда и смотрел на экран своего телефона так, будто тот был заряженной бомбой. Сообщение пришло в 6:47 утра. Не от Майкрофта - того самого «личного» номера, который Грег забил в контакты под именем «Зонтик». Сообщение пришло с неизвестного номера. Видео. Грег открыл его, и кофе в его руке (обычный, растворимый, ужасный - Майкрофт бы убил за такой) выплеснулся на стол. На видео был Майкрофт. Связанный. С кляпом во рту. Сидящий на деревянном стуле в каком-то подвале с плесенью на стенах. Его лицо было бледным, но спокойным - чёрт возьми, даже со связанными руками и кляпом он умудрялся выглядеть так, будто это его личная инициатива. На лбу запёклась кровь, и это заставило сердце Грега сжаться так, что стало трудно дышать. Под видео была подпись: «Инспектор Лестрейд. Мы знаем, что Шерлок в Беларуси. А вы - последняя линия обороны. Сегодня, 19:00, старый театр «Виктория». Без подкрепления. Или Холмс умрёт. Выбирайте». - Вот суки, - прошептал Грег, и его голос дрогнул. Он переслал видео на служебный телефон, набрал номер Донован, сбросил, набрал снова, сбросил. Потом встал, прошёлся по комнате, выругался матом так, что стёкла задребезжали, и сел обратно. «Без подкрепления». Они знали. Они знали, что он не приведёт команду. Потому что если он приведёт команду, Майкрофт Холмс - человек, чья жизнь стоит больше, чем бюджет некоторых стран - умрёт до того, как спецназ выбьет первую дверь. Грег закрыл глаза и увидел лицо Майкрофта. Не на видео - связанное и окровавленное, а то, с кухни. То, где он сказал: «Мне никто никогда не говорил «сиди и не высовывайся»». - Ладно, - сказал Грег вслух, открывая глаза. - Ладно, Майкрофт. Спокойно, я тебя вытащу. Он вышел из кабинета, коротко бросил Донован, что у него «личное», и поехал на другой конец Лондона - к единственному человеку, который мог помочь, не поднимая шума. Этот человек жил в гараже на окраине, носил косуху с нашивкой «Я пережил Четвёртую мировую (шутка, но мог бы)» и знал о чёрном рынке оружия больше, чем МИ-6 за последние десять лет. Звали его Микки «Лом» Фаррелл. Бывший сапёр, ныне - торговец информацией, который задолжал Грегу жизнь после того, как тот не посадил его за нелегальную торговлю детонаторами. - Лестрейд, - Микки ухмыльнулся, открывая дверь. - Чем обязан? Опять взрывчатку ищешь? У меня новый ассортимент - тихое такое, незаметн... - Заткнись, - Грег сунул ему под нос телефон с видео. - Я знаю, что ты работаешь на пол-Лондона. Кто похитил этого человека? Где старый театр «Виктория»? И сколько там людей? Микки посмотрел на видео, и улыбку с его лица сдуло, будто ветром. - Грег... это же Холмс. Тот самый. Это... - Это мой... - Грег запнулся. Не на секунду. На целую вечность. - Это мой друг. Ответь на вопросы, Микки. - Друг? - Микки присвистнул, но спорить не стал. Он знал Грега достаточно, чтобы понять: когда этот мужик говорит таким тоном, лучше просто делать, что просят. - «Виктория» закрыта двадцать лет. Подвал трёхуровневый, один вход, но есть чёрный ход через сцену. Если держат Холмса, то, скорее всего, в оркестровой яме - там акустика говённая, никто не услышит криков. Людей? - он почесал затылок. - Слушай, за Холмса просили полмиллиона. Тот, кто заказал, не пожалел денег на охрану. Я бы сказал, восемь человек. Минимум. Вооружены до зубов. Грег кивнул. Восемь человек. Он один. - Мне нужно оружие. И броня. И план, как зайти через чёрный ход. - Ты спятил? - Микки вытаращил глаза. - Тебе подкрепление нужно! Спецназ! Танки! - Подкрепление убьёт его, - отрезал Грег. - Давай снаряжение. И карту. Через час Грег сидел в своей машине у заброшенного театра «Виктория». На нём был бронежилет, две обоймы, тактический нож и фонарик. План был идиотским. Просто зайти и выиграть. - Ты старый дурак, Лестрейд, - сказал он себе в зеркало заднего вида. - Если выживешь, купишь себе нормальный кофе. Чёрный ход вёл через сцену. Грег прокрался внутрь, когда часы показывали 18:47. В театре пахло пылью, старыми декорациями и смертью. Где-то вдалеке слышались голоса - охранники переговаривались, не ожидая гостей. Грег двигался бесшумно. Это был не его первый подпольный рейд - в молодости он работал в отделе по борьбе с наркотиками, и там «тишина» была лучшим другом. Он миновал два поста, аккуратно обходя лучшие места для засад, и наконец увидел оркестровую яму. Сцена была освещена тусклой лампой. В центре, на стуле, с кляпом и верёвками, сидел Майкрофт. Рядом с ним стояли двое - один с пистолетом, второй с битой. Грег насчитал ещё четверых в радиусе двадцати метров. Итого шесть. Двое, видимо, были на входе. «Шесть против одного, - подумал Грег. - Хорошие шансы для такого дерьмового дня». Он достал нож. Первого - того, что с битой - убрал быстро и тихо: захват сзади, удушающий, бита бесшумно упала на гнилые доски. Второй обернулся, но Грег уже был рядом - удар в челюсть, тот отключился раньше, чем понял, что произошло. - Грег, - прошептал Майкрофт, когда Грег сдёрнул кляп. Голос его был хриплым, но глаза - глаза горели. И в них впервые был не контроль, а... облегчение. Чистое, нефильтрованное облегчение. - Их здесь больше. Сзади. - Знаю, — сказал Грег, перерезая верёвки. - Сиди здесь. - Нет, я... - МАТЬ ТВОЮ, МАЙКРОФТ, СИДИ ЗДЕСЬ! - рявкнул Грег так, что с потолка посыпалась штукатурка. - Ты обещал слушаться! Майкрофт замолчал. Впервые в жизни = просто замолчал. И остался сидеть на стуле, глядя, как Грег Лестрейд, этот нелепый, уставший, с разбитой бровью человек, бросается в бой с четырьмя вооружёнными мужиками. Дальше было как в тумане. Грег выстрелил два раза - в плечо и в ногу. Кто-то ударил его прикладом по голове, и мир раскололся на белые вспышки. Он ударил в ответ, почувствовал, как хрустнули чужие кости. Кто-то закричал. Потом завыла сирена - слишком рано, не от подкрепления, от пожарной тревоги, которую, должно быть, включили по ошибке. А потом Грег поскользнулся в луже крови (не своей, слава богу) и упал на колени. И в тот же миг увидел, как один из охранников - последний, самый крупный, с вытатуированным черепом на шее - наводит пистолет прямо на Майкрофта. - НЕТ! - заорал Грег. Времени не было. Ни на выстрел, ни на крик, ни на молитву. Грег просто бросился вперёд. Не думая. Не анализируя. Закрыл Майкрофта собой. Выстрел прогремел громче, чем всё, что Грег слышал в жизни. Боль пришла не сразу - сначала глухой удар в бронежилет, потом жжение, потом понимание: попали. В броник, но попали. В грудь. Грег упал на Майкрофта, и они вместе повалились на грязный пол. - Грег! - Майкрофт закричал так, как Грег никогда его не слышал. Без маски. Без контроля. Чистый, дикий, первобытный страх. - Грег, не смей! Не смей умирать! - Всё... норм, - прохрипел Грег, чувствуя, как лёгкие жжёт, но дышать можно. - Броник... взял твой... дурак. Последний охранник попытался выстрелить ещё раз, но в этот момент в театр ворвалась полиция. Грег вызвал их перед заходом - тайным сигналом, нарушив условие, но понимая, что без подстраховки они оба трупы. Донован, Салли собственной персоной, с автоматом наперевес, первым делом вырубила стрелка. - Босс! - заорала она, подбегая. - Живой? - Почти, - выдохнул Грег, скатываясь с Майкрофта. - Проверьте его. Его сначала. У него голова разбита. - У тебя пуля в бронике! - рявкнула Донован. - Ты кого лечить собрался? - Его, - упрямо повторил Грег и потерял сознание. Очнулся он в машине скорой. Сирена выла над ухом. Рядом, на соседних носилках, лежал Майкрофт. Его лицо было белее мела, но он держал Грега за руку. Сжимал так сильно, что хрустели кости. - Вы живы, - сказал Майкрофт. Голос его дрожал. - Вы действительно живы, идиот. - Я же сказал, броник, - прошептал Грег, пытаясь улыбнуться. - Знаете... Майкрофт... У вас рука холодная. - У меня всегда холодные руки, это циркуляторное нарушение, - отрезал Майкрофт, но не отпустил. - Не о том, - Грег повернул голову и посмотрел в серые глаза, полные слёз. Слёз. У Майкрофта Холмса! - Вы дрожите. - Я не дрожу. - Вы дрожите как осиновый лист. И плачете. - Я не плачу. У меня аллергия на глупость. - Тогда у вас анафилактический шок, потому что я очень тупой, - Грег слабо сжал его руку в ответ. - Но вы живы. Это главное. Майкрофт отвернулся к стенке, но руку не убрал. И Грег видел, как вздрагивают его плечи. Как этот человек, который контролировал судьбы наций, сейчас едва сдерживал рыдания от того, что какой-то коп из Скотланд-Ярда чуть не умер за него. - Не делайте так больше, - тихо сказал Майкрофт, не глядя. - Не обещаю, - ответил Грег. - Но постараюсь. Скорая въехала в тоннель, и на несколько секунд погрузилась темнота. В этой темноте Майкрофт переплёл свои ледяные пальцы с горячими, шершавыми пальцами Грега. И ничего больше не сказал.

***