Кровь и Пламя

После Танца Драконов Королевская Гавань осталась лишь с двумя боеспособными драконами. Драконье Логово всё ещё лежало в руинах, а его восстановление продвигалось медленно. Держать Тессарион как можно ближе к её наезднику было личным распоряжением принца-регента, поэтому драконица облюбовала внутренний двор замка. Если враг когда-либо снова появится у ворот столицы, кто-то должен подняться в небо немедленно – таков был теперь непреложный закон. За последние два года жители Красного Замка успели привыкнуть к присутствию Синей Королевы. Поначалу драконоблюстители жаловались на неудобства, лошади шарахались от её рёва, а слуги старались лишний раз не приближаться к ней слишком близко. Со временем это стало обыденностью. Порой Дейрону казалось странным видеть свою драконицу среди каменных стен и башен. Когда-то Тессарион сопровождала многотысячные армии и пересекала огромные расстояния за считанные дни. Стражники менялись, чиновники приходили и уходили, но драконица по-прежнему встречала рассветы среди красных стен замка. Несмотря на тесноту внутреннего двора, жаловаться Синяя Королева не собиралась. Она исправно росла и становилась тяжелее и крупнее с каждым годом. В последние дни принц Дейрон особенно часто наведывался во внутренний двор. Эймонд отсутствовал всего третьи сутки, однако Тессарион, словно разделяя тревогу своего наездника, становилась всё беспокойнее с каждым днём. На третью ночь Дейрон всё ещё не спал. Да и Мейлор капризничал больше обычного, а Тессарион хоть немного могла отвлечь его. В первое время мальчик боялся и пытался спрятаться, стоило ему лишь увидеть синего змея издалека, однако позже драконица стала для него такой же привычной частью Красного Замка, как белые башни, королевские гвардейцы или постоянное присутствие принца Дейрона. В закрытом крыле уже давно погасли свечи, а его племянник уснул ещё несколько часов назад. Принц, по своему обыкновению, сидел в кресле возле кровати ребёнка. Где-то далеко за стенами замка послышался низкий драконий рёв. Дейрон невольно дёрнулся, после чего поднялся на ноги и подошёл к окну. Во дворе замка засуетились гвардейцы. Несколько человек поспешно вывели лошадей из конюшни и устремились к воротам. Дейрон остался наблюдать. Рёв Вхагар невозможно было спутать ни с чьим другим. Драконица Эймонда была слишком велика, чтобы уместиться хоть где-то в пределах города, поэтому пристанищем своим выбрала крутой скалистый холм, к югу от стен Королевской Гавани. Спустя какое-то время тяжёлые деревянные ворота замка снова распахнулись. Принц-регент въехал во двор верхом. Несколько слуг и гвардейцев бросились к нему прежде, чем лошадь успела остановиться. - Прочь, - раздражённо прорычал он. Люди невольно отпрянули. Чёрно-золотые доспехи принца-регента были почти полностью скрыты под слоем пепла и грязи. На рукавах и нагруднике темнела кровь. Кое-где металл почернел и покрылся копотью, словно его коснулось драконье пламя. Половина его лица была испачкана сажей, а длинные серебристые волосы спутались и потемнели от пота и дорожной пыли. Эймонд попытался спешиться. Когда нога его коснулась земли слишком резко, перед глазами на мгновение потемнело, отчего ему пришлось вцепиться в седло, чтобы удержать равновесие. Зажмурившись, он глубоко вздохнул, после чего, не обращая внимания на суету вокруг себя и движимый чистым упрямством, самостоятельно направился ко входу в замок, на ходу снимая с гудящей головы тяжёлый шлем. Стража, дежурившая в коридорах, не осмелилась подойти к принцу, стоило им наткнуться на его взгляд. Пошатываясь, он зашагал прямо в свои покои. Дейрон Таргариен, сложив руки в замок, ждал его у самых дверей. - Проклятье. Эймонд остановился и попытался выпрямиться. Его младший брат медленно осмотрел его с ног до головы, задержав взгляд на стекающей по левому плечу свежей струйке крови. - Ты меня обманул, - выдал он ровно. - Нет. Это вышло случайно, - резко ответил принц-регент. - Опять врёшь. Эймонд не стал ничего говорить в ответ. Подойдя к дверям своих покоев, он с силой отпихнул брата в сторону. Прежде чем Дейрон успел отступить на шаг назад, створки с оглушительным грохотом захлопнулись почти у самого его лица. Несколько мгновений он молча смотрел перед собой. В коридоре послышался топот десятков ног. Мейстеры, слуги и оруженосцы торопливо несли бинты, горячую воду и какие-то склянки с лекарствами. Увидев принца, они невольно замедлили шаг. - Ваше Высочество... Дейрон коротко кивнул на дверь. - Входите. Эймонд Таргариен вряд ли был сейчас в состоянии им помешать.

***

На следующее утро заседание Малого Совета прошло в непривычной обстановке. Несмотря на заверения мейстеров о том, что жизни принца-регента ничего не угрожает, лорды то и дело возвращались к событиям минувшей ночи. Сам принц-регент, конечно же, на заседании не появился. Тиланд Ланнистер ограничился кратким сообщением о том, что Среброкрылая мертва, а угроза для столицы устранена. На этом обсуждение было закончено. Никто не стал настаивать на подробностях, предпочтя перейти к решению проблем, всё ещё требующих внимания короны. Принц Дейрон же был занят проблемой совершенно другого толка. Мейлор, прослышавший о возвращении дяди, рвался увидеть его с самого рассвета. Он капризничал и отказывался есть, требуя направиться в комнату Эймонда немедленно, и Дейрону стоило немало усилий, чтобы уговорить мальчика подождать ещё некоторое время. Разумеется, ребёнок понятия не имел, почему Дейрон так упорно не пускал его в покои принца-регента. Лишь поздно вечером, когда Мейлор наконец уснул, принц тихо вышел из его покоев и направился к брату. Далеко идти, однако, не пришлось. С момента прибытия наследника короны принц-регент поселился в покоях напротив, полностью изменив назначение целой группы комнат. Его подозрительность лишь усилилась после войны: он не доверял ни слугам, ни лордам, ни даже стенам Красного Замка. Закрытое крыло разрослось почти вдвое: одни стены были снесены, другие возведены заново, старые гостевые покои превратились в комнаты для королевских гвардейцев, а несколько проходов и вовсе замуровали. Эймонд Таргариен не собирался полагаться на удачу в вопросах безопасности своего племянника. Стража, стоявшая у дверей принца, встретившись взглядами с Дейроном, молча расступилась. Они вполне предусмотрительно старались не злить ни Эймонда Одноглазого, ни его младшего брата. Потянув за резную дверную ручку, Дейрон открыл створку двери и вошёл внутрь. Его брат сидел за столом, тяжело опираясь локтём на подлокотник кресла. Вместо привычного чёрного камзола на нём была свободная домашняя рубашка. Из-под распахнутого воротника выглядывали свежие бинты, скрывавшие шею и часть груди. Левую руку он держал неестественно неподвижно, а на лице всё ещё алели порезы, которые мейстеры не успели до конца обработать. Воздух в комнате был пропитан запахом лекарственных трав. Отложив бумаги, на которых он безуспешно пытался сфокусировать взгляд, принц-регент посмотрел на Дейрона. - В состоянии читать отчёты? – беззлобно спросил он. – На тебе места живого нет. - Отвяжись, - голос Эймонда показался усталым. Дейрон, пройдя через всю комнату, подошёл к окну. - Знаешь, сегодня будто бы значительно холоднее, чем обычно, да? Мейлор продрог, когда мы гуляли в саду, а я и не заметил. Пришлось отпаивать его отваром, лишь бы не заболел. Эймонд молча следил за тем, как его брат скользит взглядом по небольшой книжной полке, закреплённой на одной из стен. - Всегда удивлялся тому, что ты предпочитаешь читать. Одни военные трактаты и ни одного философа. Дейрон, сцепив руки за спиной, начал расхаживать по комнате. - Вчера утром Мейлор вдруг решил, что было бы неплохо полетать на Тессарион. Даже не знаю, стоит ли его покатать. Он уже довольно хорошо держится в седле. Эйгон разрешил мне полетать с ним на Солнечном Огне, когда мне было уже десять. С другой стороны, Мейлор куда смелее, чем я. - Ему пять, - сухо ответил Эймонд, следя за тем, как Дейрон поправляет копну серебряных волос у зеркала. - Ты прав, всё-таки рановато. Знаешь, до чего он недавно догадался? Говорит, «хочу выйти в город». Ни за что не угадаешь, как я его отговорил от этой затеи. Эймонд предпочёл не отвечать. Демонстративно пододвинув стопку бумаг ближе к себе, он снова попытался погрузиться в чтение. - У него всё больше и больше идей, не знаю, куда от них спрятаться. Хотя это неудивительно, он всё-таки сын Эйгона. Кстати, знаешь, что он недавно мне заявил? Говорит, что Тессарион синяя, потому что слишком долго смотрела на море. Не буду рассказывать тебе, что он сказал о Вхагар, ты обидишься. Эймонд поджал губы. - Он всё увереннее и увереннее выводит буквы, наконец-то выучил их все. Насчёт его образования я, конечно, беспокоюсь, но не столь сильно, как о его характере. Он всё чаще отказывается слушаться, приходится его всё время уговаривать. Не думаю, что это плохо, но, если честно, и хорошим это тоже не назовёшь. Интересно, каким был Эйгон в его возрасте? Матушка говорила, что он был невыносимым. - Сядь, ради Семерых! – вдруг оборвал его Эймонд, раздражённо бросив один из отчётов на стол. Дейрон перестал мерять комнату шагами, встретившись глазами с братом. Немного помедлив, он подошёл ближе, отодвинул одно из кресел и сел напротив Эймонда. После этого наступило долгое, напряжённое молчание. Эймонд какое-то время старался выдерживать красноречивый взгляд младшего брата, но с каждой минутой становилось всё сложнее и сложнее. Снова обратившись к бумагам на столе, он попытался сосредоточиться на том, что на них написано. Получалось паршиво. Дейрон, казалось, и вовсе не собирался ни уходить, ни снова попытаться заговорить. - Проклятье. Устало откинувшись на спинку кресла, Эймонд невольно поморщился. Раны снова давали о себе знать. Его брат всё это время внимательно следил за каждым его движением. - Я бы выпил, - наконец, мрачно произнёс Эймонд. Дейрон спокойно кивнул и позвал слуг. Пока те выполняли распоряжение, младший принц впервые обратил внимание на отчёты, разбросанные по столу. Первое время он безучастно скользил взглядом по цифрам, однако в один момент, чуть нахмурившись, придвинул одну из бумаг ближе к себе. Понаблюдав за ним ещё немного, Эймонд прикрыл глаз. Напряжение потихоньку покидало его плечи. Вновь воцарившееся молчание, нарушаемое лишь потрескиванием дров в камине, уже не казалось столь тяжёлым. Когда слуги наконец вернулись с вином, Дейрон предпочёл разливать его сам. Стоило ему снять крышку, как в нос ударил знакомый запах, отчего он на мгновение замер. Красное арборское. Когда-то давно он был уверен, что это вино лучшее во всём Вестеросе исключительно потому, что его пил Эйгон. Правда, очень быстро выяснилось, что он ошибался. Эймонд и вовсе это вино терпеть не мог. Подняв взгляд на брата, Дейрон, однако, ничего не сказал, лишь молча поставил наполненный кубок перед ним. Эймонд, в свою очередь, одним движением руки залпом осушил его. Удобно устроившись в кресле, Дейрон сделал то же самое. - Удивительно, - заметил он. - Что? - Раньше ты и пары глотков сделать не мог. - Заткнись.

***

Эймонд Таргариен появился в зале Малого Совета лишь три дня спустя после своего возвращения. Следы недавнего сражения всё ещё были слишком заметны, чтобы их скрыли даже чистая одежда и старания мейстеров. Это обстоятельство, впрочем, не помешало ему открыть заседание в привычное для него время. Лорды старались смотреть на него как можно реже, лишь бы не словить на себе его хмурый взгляд. Принц-регент не видел смысла в вопросах, не требовавших действий. К этой категории относились его настроение, самочувствие и прочие светские любезности, которыми обычно обменивались воспитанные люди. Тиланд Ланнистер начал с очередного отчёта, монотонно разъясняя Малому Совету детали проделанной им работы. Эймонд лишь молча кивал, иногда отдавая скупые односложные распоряжения в духе: «Казнить», «Допросить» и «Направить средства». Первое время принц-регент ещё пытался следить за обсуждением, хоть и получалось довольно скверно. Голова всё ещё гудела после недавнего полёта, а непрекращающиеся споры лордов лишь усугубляли положение. Кто-то из лордов отчитывался о проблемах в порту, кто-то возражал, кто-то предлагал собрать с жителей Королевской Гавани дополнительные налоги. Постепенно все эти голоса слились в его голове в один сплошной гул. Подперев висок рукой, принц-регент устало смотрел в одну точку перед собой, лишь бы лишний раз не морщиться от боли. Именно поэтому он не сразу заметил, как мастер над кораблями умолк на полуслове. Спор оборвался, а в зале воцарилась мёртвая тишина. Недовольно поджав губы, Эймонд поднял взгляд и увидел в дверях брата. Не того человека, которого привык встречать в закрытом крыле среди детских игрушек и книг. На нём был чёрно-золотой дублет, а на поясе красовалась Бдительность — меч покойного Ормунда Хайтауэра. Дейрон спокойно пересёк зал, словно не замечая обращённых на него взглядов, и занял свободное место напротив принца-регента. - Доброго утра вам, принц-регент, милорды, - сказал он. – Надеюсь я не пропустил ничего важного? Принц-регент не вымолвил ни слова, продолжая буровить брата взглядом. Несколько лордов невольно переглянулись. Наконец, мастер над монетой неловко прокашлялся и первым заговорил: - Доброе утро, мой принц. Рад видеть вас в добром здравии. Дейрон улыбнулся уголками губ. - Вы слишком любезны, милорд. Уверяю, со мной всё в порядке. Мастер над монетой поспешно кивнул и предпочёл больше не привлекать к себе внимание, уткнувшись в лежавшие перед ним бумаги. После этого заседание всё же продолжилось, хотя прежнего оживления в зале уже не осталось. Лорды вновь заговорили о зерне, соглашениях и восстаниях, однако теперь каждый тщательно подбирал слова. Те самые люди, которые ещё четверть часа назад перебивали друг друга и спорили до хрипоты, внезапно стали удивительно осторожны в своих формулировках. Принц Дейрон, впрочем, лишь спокойно слушал доклады, изредка переводя взгляд с одного советника на другого. Этого оказалось достаточно, чтобы никто больше не спешил высказывать особенно смелые предложения. Эймонд молчал. В какой-то момент мастер над кораблями даже начал поглядывать на принца-регента с заметно большим беспокойством, чем на его младшего брата. Последний хотя бы успел поздороваться. Тиланд вернулся к отчётам. Кто-то заговорил о пошлинах в порту. Через какое-то время члены Совета и вовсе начали убеждать себя, что появление принца Дейрона было не более чем случайностью. Именно тогда он впервые заговорил. - Прошу прощения, принц-регент, - начал он. - Я не совсем понимаю, почему мы уделяем столь мало внимания пункту о сроках поставок в нашем соглашении с Браавосом? Эймонд нахмурился, но снова ничего не ответил. - Потому что этот вопрос уже обсуждался, - поспешил пояснить мастер над кораблями. - Благодарю вас, лорд Редвин. Вопрос был адресован моему брату. Но раз уж вы решили ответить, не могли бы вы объяснить, почему мы согласились на подобные условия? Дейрон перевёл свой пытливый взгляд на мастера над кораблями, но голос его оставался учтив так же, как если бы он говорил о погоде. Лорд Редвин заметно замялся. - Браавос потребовал дополнительных гарантий, мой принц. - Разумеется, - кивнул Дейрон. - А что получили мы? - Более выгодные условия перевозки. - Насколько более выгодные? - Это... – Редвин осёкся на полуслове, лихорадочно перебирая бумаги на столе. Дейрон терпеливо ждал. - Это должно быть отражено в отчётах, мой принц. - Значит, вы не помните. В зале стало тихо. - Нет, я... - Тогда другой вопрос. Если в следующем году урожай окажется хуже нынешнего, смогут ли браавосцы задержать поставки на законных основаниях? Лорд Редвин открыл рот, но не ответил. - Полагаю, смогут, - спокойно продолжил Дейрон. - Иначе вы бы уже сказали «нет». На этот раз мастер над кораблями беспомощно посмотрел в сторону принца-регента. Эймонд по-прежнему молчал. - Если принц-регент не против, - Дейрон кивнул в его сторону, - думаю, вам стоит пересмотреть условия соглашения, лорд Редвин. - Я… - Пересматривайте, - наконец, подал голос Эймонд, прервав попытки мастера над кораблями оправдаться. Остальные члены Малого Совета напряжённо переводили взгляд с одного брата на другого. - Мне будет интересно ознакомиться с новыми условиями, милорд. Как скоро вы сможете подготовить новый вариант соглашения? - Десять дней, - неожиданно вмешался Тиланд Ланнистер, подавшись вперёд. Несколько человек удивлённо повернулись к деснице. - Если привлечь писцов казначейства, хватит и недели, - продолжил он, обращаясь уже непосредственно к Дейрону. - Но это создаст другую проблему. - Какую? - Браавос снова потребует дополнительных гарантий. Допустим, мы пересмотрим сроки поставок. Что вы предложили бы взамен? - Разделение выплат. - Интересно. - Либо право досрочного расторжения соглашения. - Браавос не согласится на подобное без встречных уступок. - Тогда стоит обсудить уступки. Тиланд слегка улыбнулся. - Вы ведёте переговоры как человек, выросший среди купцов. - Нет, милорд. Я предпочитаю знать дорогу назад прежде, чем шагну вперёд. Впервые за всё заседание на лице Тиланда появилось что-то похожее на искреннюю заинтересованность. Редвин выглядел так, словно мечтал оказаться где угодно, лишь бы не за этим столом. Остальные лорды напряжённо следили за разговором. Эймонд ещё некоторое время наблюдал за тем, как Тиланд увлечённо задавал вопросы один за другим, и как Дейрон отвечал на каждый без малейших колебаний. В какой-то момент принц-регент поймал себя на том, что уже не понимает половины того, о чём они говорят. Это показалось ему удивительно приятным. Закрыв глаз, Эймонд откинулся на спинку своего кресла и впервые за несколько лет позволил себе не слушать.