Король и Королева

Прошло полгода. Лето на Севере было коротким, но щедрым. Снег сошёл даже в самых тенистых уголках богорощи, трава на полях Зимнего Городка вымахала по пояс, а крестьяне говорили, что такого урожая не было уже много лет. Старики качали головами и бормотали о том, что за щедрым летом всегда приходит лютая зима, но их мало кто слушал. Санса слушала. Она стояла у окна нового здания мастерской — просторного, двухэтажного, с каменным первым этажом и деревянным вторым — и смотрела, как по улице Зимнего Городка катит телега, гружённая шерстью. За полгода «Пряжа Королевы» превратилась из маленького тайного предприятия в полноценную мануфактуру. Тридцать работниц трудились в три смены. Пряхи пряли, ткачихи ткали, вышивальщицы украшали готовые изделия кружевом. Товары уходили не только в Белую Гавань, но и в Каменный Берег, в Родники, даже в Барроутон. Пара купцов из Белой Гавани, прослышав о северном кружеве, заключили контракты на поставку в Королевскую Гавань и Ланниспорт. «Пряжа Королевы» пересекла Перешеек. Золото текло рекой. Тайник под половицей в старом доме колесника давно опустел, потому что держать такие суммы в тайнике было глупо. Теперь деньги хранились в сундуке в соларе лорда Старка, и Нед лично вёл учёт — вместе с мейстером Лювином и, что удивительно, с леди Кейтилин. Санса усмехнулась, вспомнив, как мать впервые зашла в мастерскую. Это случилось три месяца назад. Кейтилин долго стояла в дверях, наблюдая за работой, а потом молча взяла в руки шарф с кружевной каймой. — Сколько? — спросила она. — Что «сколько»? — не поняла Санса. — Сколько ты зарабатываешь на этом? Санса назвала цифру. Кейтилин побледнела, потом покраснела, потом села на ближайший стул. — Это... это больше, чем приносит всё хозяйство Винтерфелла, — прошептала она. — Я знаю, — спокойно ответила Санса. — Именно поэтому я этим занимаюсь. С того дня Кейтилин перестала возражать против «всего этого безумия». Более того, она начала помогать. Её знания домашнего хозяйства и опыт управления Риверраном оказались бесценны. Она реорганизовала учёт, навела порядок в расходных книгах и лично написала письма полудюжине леди Севера, предлагая им образцы «Пряжи Королевы». Бизнес получил благословение истинной леди Винтерфелла, и это открыло двери, которые раньше были закрыты. Но Кейтилин по-прежнему не разговаривала с Джоном. И по-прежнему бросала на Сансу долгие, задумчивые взгляды, в которых читался немой вопрос: «Кто ты? Что случилось с моей маленькой девочкой?» Санса не отвечала. В то утро в мастерской царило оживление. Лисса, которая за полгода превратилась из робкой сироты в уверенную мастерицу и правую руку Сансы, руководила упаковкой нового заказа для Белой Гавани. Берта варила новую партию краски — на этот раз из особого мха, который привезли с Медвежьего Острова. Марна проверяла качество ткани на последнем этапе. — Леди Санса! — окликнула Лисса. — Тут пришёл человек. Говорит, хочет поговорить с хозяйкой. — С хозяйкой? — Санса приподняла бровь. — Он назвал имя? — Нет, миледи. Сказал только, что у него предложение. Санса спустилась на первый этаж. У дверей стоял мужчина — высокий, худощавый, с тёмными волосами и острой бородкой. Одет он был как зажиточный купец, но что-то в его осанке и взгляде подсказывало Сансе, что перед ней не простой торговец шерстью. — Леди Санса Старк? — спросил он, кланяясь. — Вы угадали, — ответила она. — С кем имею честь? — Моё имя — Деван Лайонс, — сказал он. — Я представляю торговый дом из Ланниспорта. Санса насторожилась. Ланниспорт. Львы. В прошлой жизни всё, что было связано с Западными Землями, приносило ей только боль. Но она сохранила спокойное выражение лица. — И что же привело вас на Север, господин Лайонс? — Слухи, леди, — он улыбнулся, и улыбка эта была лисьей — острой, проницательной. — Слухи о чудесном северном кружеве, которое плетут из шерсти, а выглядит оно как шёлк. Я должен был увидеть это своими глазами. — Тогда смотрите. Санса провела его по мастерской. Лайонс внимательно рассматривал работу, задавал вопросы о технологии, о материалах, о сроках. Чувствовалось, что он знает толк в тканях. Наконец, осмотрев всё, он повернулся к Сансе. — Я впечатлён, — сказал он. — И я хочу сделать вам предложение. — Слушаю. — Торговый дом Лайонсов готов заключить с вами эксклюзивный контракт на поставку «Пряжи Королевы» в Западные Земли и Простор. Мы берём на себя транспортировку, пошлины и распространение. Вы получаете гарантированный рынок сбыта и долю от прибыли. — Какую долю? — спросила Санса. — Шестьдесят процентов вам, сорок — нам. — Семьдесят пять — двадцать пять, — возразила она немедленно. — И никакой эксклюзивности. Я оставляю за собой право продавать товар другим купцам, если ваши условия меня не устроят. Лайонс рассмеялся. Смех у него был приятный, но глаза оставались холодными и оценивающими. — Леди Санса, сколько вам лет? — Достаточно, чтобы читать контракты, — ответила она. — И кто же научил вас так хорошо торговаться? — Жизнь, — коротко сказала Санса. — Итак, господин Лайонс, вы принимаете мои условия? — Семьдесят — тридцать, — сказал он. — И эксклюзивность на три года. После этого вы свободны. Санса сделала вид, что задумалась. На самом деле она уже просчитала все варианты. Контракт с домом Лайонсов открывал Западные Земли — регион богатый, густонаселённый и жадный до роскоши. Это могло удвоить прибыль. — Семьдесят — тридцать, — повторила она. — Эксклюзивность на два года. И вы платите аванс — сто золотых драконов. Лайонс присвистнул. — Сто золотых аванса? Для девочки, которая едва достаёт мне до пояса? — Для девочки, которая создала бизнес, приносящий больше, чем поместья многих лордов, — поправила Санса. — Берите или уходите, господин Лайонс. Он долго смотрел на неё. Потом медленно кивнул. — Беру. — Он протянул руку. — Ударим по рукам? Санса пожала его ладонь — маленькая детская рука в большой мужской ладони. — Контракт будет готов завтра, — сказала она. — Мейстер Лювин и мой отец его заверят. Лайонс ушёл, пообещав вернуться утром. Санса проводила его взглядом и только потом позволила себе выдохнуть. — Ты понимаешь, что только что заключила сделку с торговцем из Ланниспорта? — раздался голос за спиной. Санса обернулась. Джон стоял в дверях, скрестив руки на груди. — Понимаю, — сказала она. — Ланниспорт — это Ланнистеры. — Ланниспорт — это торговцы, — возразила Санса. — Не все из них служат Серсее. Деван Лайонс — купец, а не шпион. — Ты уверена? — Я это проверю, — она улыбнулась. — У меня есть свои методы. Методы у Сансы действительно были. За полгода она создала не только мануфактуру, но и сеть осведомителей — скромную, почти незаметную, но эффективную. Служанки, которые слышали разговоры господ. Конюхи, которые видели, кто приезжает и уезжает. Торговцы, которые знали, сколько стоят товары на рынках. Всё это стекалось к Халлису Моллену, который превратился из простого капитана стражи в доверенного помощника и, по сути, начальника разведки Винтерфелла. — Кстати, о методах, — сказал Джон. — Халлис просил передать, что он ждёт тебя в караульной. У него новости. Санса накинула плащ и вышла из мастерской. Джон пошёл с ней — они теперь почти везде ходили вместе, и это перестало вызывать удивление. После того разговора в Большом Зале Нед официально объявил, что Джон Сноу находится под его личной защитой, и любые оскорбления в его адрес будут считаться оскорблением лорда Старка. Ропот среди слуг прекратился. Кейтилин по-прежнему избегала Джона, но хотя бы перестала бросать на него испепеляющие взгляды. Халлис ждал их в караульной. Он разложил на столе карту Севера и несколько исписанных пергаментов. — Что случилось? — спросила Санса. — Новости с Юга, — сказал Халлис. — Купцы из Белой Гавани привезли слухи. В Королевской Гавани неспокойно. — А именно? — Король Роберт поссорился с королевой Серсеей. Говорят, он ударил её. Прилюдно. Ланнистеры в ярости. Санса и Джон переглянулись. В прошлой жизни это тоже случалось — Роберт Баратеон был человеком вспыльчивым и не питал к жене ни любви, ни уважения. Их ссоры были обычным делом при дворе. — Это может быть просто слух, — сказал Джон. — Может быть, — согласился Халлис. — Но есть и другое. Джон Аррен, десница короля, заболел. Серьёзно. Вот это уже было интересно. Джон Аррен, лорд Долины и старый друг Неда Старка. В прошлой жизни он умер, и его смерть запустила цепь событий, которые привели к падению дома Старков. — Насколько серьёзно? — спросила Санса. — Купцы говорят, он не встаёт с постели. Великий мейстер Пицель лечит его, но безуспешно. — Яд, — прошептал Джон. — Как в прошлый раз. Санса кивнула. Слезы Лиса — яд без цвета и запаха. Ими отравили Джона Аррена по приказу Петира Бейлиша и Лизы Аррен. Это было начало конца. — Мы можем что-то сделать? — спросила она. — Отправить ворона лорду Аррену? — предложил Халлис. — Слишком рискованно, — покачал головой Джон. — Письма читают. Если мы предупредим его о яде, Бейлиш узнает. И тогда он начнёт задавать вопросы. Нам нельзя привлекать его внимание раньше времени. — Но мы не можем просто сидеть и ждать! — возразила Санса. — Можем, — твёрдо сказал Джон. — И должны. Джон Аррен — не наша битва, Санса. По крайней мере, сейчас. Мы должны сосредоточиться на Севере. Укрепить Винтерфелл. Подготовиться к зиме. Санса знала, что он прав. Но это не делало ожидание легче. Она помнила Джона Аррена — доброго старика, который был для её отца как второй отец. Оставить его умирать, ничего не сделав... это было тяжело. — Хорошо, — сказала она наконец. — Мы не будем вмешиваться. Но мы будем наблюдать. Халлис, я хочу, чтобы ты нашёл людей в Долине. Торговцев, слуг, кого угодно, кто сможет сообщать нам новости. — Сделаю, — кивнул Халлис. Они вышли из караульной. Вечерело, и небо над Винтерфеллом окрасилось в цвета стали и серебра. Где-то вдалеке лаяли собаки, и ветер доносил запах дыма из труб Зимнего Городка. — Ты в порядке? — спросил Джон. — Нет, — честно ответила Санса. — Я знаю, что должно случиться. И я ничего не могу с этим поделать. Это сводит меня с ума. — Ты уже делаешь больше, чем кто-либо мог ожидать, — сказал Джон. — Мы оба делаем. Но нельзя спасти всех, Санса. — Я знаю, — она вздохнула. — Я это уже проходила. Они шли через двор, и их тени ложились на камни длинными полосами. У башни мейстера горел свет — Лювин работал допоздна, изучая обсидиан и древние руны. У кузницы Миккен стучал молотом — он выполнял заказ на наконечники для стрел. Обычный вечер в Винтерфелле. Мирный, спокойный, почти идиллический. Но они оба знали: это затишье перед бурей. — Есть ещё кое-что, — сказал Джон, понизив голос. — О чём я не говорил при Халлисе. — Что? — Станнис Баратеон. Брат короля. Он знает о детях Серсеи. Санса остановилась. — Откуда ты знаешь? — В прошлой жизни он заявил об этом после смерти Роберта. Но он начал расследование раньше. Гораздо раньше. Он и Джон Аррен вместе что-то искали. Если Аррен умрёт, Станнис уедет на Драконий Камень и начнёт готовиться к войне. — Значит, Война Пяти Королей всё равно начнётся? — Не знаю, — Джон покачал головой. — В этот раз всё может быть иначе. Но мы должны быть готовы к любому варианту. Санса задумалась. Если война всё равно придёт, медлить нельзя. Нужно ускорить подготовку. Больше оружия. Больше припасов. Больше союзников. — Завтра, — сказала она, — я поговорю с отцом. Нужно увеличить закупку железа. И начать тренировать ополчение Зимнего Городка. — Он согласится? — Должен, — Санса сжала кулаки. — Я его убедила в прошлый раз. Убежу и в этот. Они подошли к дверям замка. У входа стоял Робб — он ждал их с факелом в руке. — Ну наконец-то! — воскликнул он. — Я вас обыскался. Отец зовёт всех в Большой Зал. Прибыл гонец из Белой Гавани. Какие-то важные новости. Санса и Джон переглянулись и ускорили шаг. В Большом Зале уже собралась почти вся семья. Нед Старк стоял у камина с хмурым лицом, Кейтилин сидела рядом, нервно теребя платок. В центре зала, всё ещё в дорожной одежде, стоял гонец — молодой парень с гербом Мандерли на плаще. — Лорд Старк, — говорил он, — лорд Мандерли просил передать лично вам. В Белую Гавань прибыл корабль из-за Узкого моря. На его борту — двое путешественников. Они направляются на север, в Винтерфелл. — Кто они? — спросил Нед. — Они назвались торговцами из Браавоса, — ответил гонец. — Но лорд Мандерли подозревает, что это не так. С ними женщина. Молодая, красивая. С серебряными волосами. Санса почувствовала, как сердце ухнуло вниз. Она посмотрела на Джона. Его лицо побелело, а глаза расширились от ужаса. — Этого не может быть, — прошептал он. Но Санса знала: может. В прошлой жизни Дейенерис Таргариен пришла в Вестерос с армией и драконами. В этот раз она, кажется, пришла раньше. И с ней мог быть кто угодно. Колесо истории поворачивалось. И им предстояло решить, как на этот раз встретить драконий огонь.