Король и Королева

Весть о том, что у них есть десять лет, изменила всё. Санса ожидала, что Робб удивится или обрадуется. Вместо этого он выслушал их с каменным лицом, а потом долго молчал, глядя в огонь камина. Они сидели втроём в его комнате — тесной, по-мальчишески неубранной, с разбросанными по полу деревянными мечами и старыми картами. За окном выл ветер, и пламя свечей колебалось, отбрасывая на стены пляшущие тени. — Десять лет, — произнёс он наконец. — Значит, всё это время вы думали, что война начнётся через пару лет, и ничего мне не говорили? — Мы не были уверены, что ты готов это услышать, — осторожно сказала Санса. — А теперь я готов? — Робб повернулся к ней, и в его глазах, обычно тёплых и открытых, сверкнул гнев. — Только потому, что вы случайно поняли, что ошибались? Джон и Санса переглянулись. — Ты прав, — признал Джон. — Мы должны были рассказать тебе раньше. Но мы боялись. Боялись, что ты не поверишь. Боялись, что ты расскажешь отцу. Боялись, что наша тайна разрушит семью. — А теперь? — Теперь мы знаем, что ты — с нами, — сказала Санса. — И мы знаем, что ты умеешь хранить секреты. Робб фыркнул, но гнев в его глазах понемногу угасал. Он встал и подошёл к окну, глядя на заснеженный двор. — Десять лет, — повторил он. — Когда мне будет семнадцать... я буду мужчиной. Воином. Лордом, если с отцом что-то случится. — С отцом ничего не случится, — твёрдо сказала Санса. — Мы этого не допустим. — Но готовиться нужно ко всему, — добавил Джон. — Именно поэтому мы здесь. У нас есть время, Робб. Десять лет, чтобы подготовиться к войне. К зиме. Ко всему, что грядёт. Робб повернулся к ним. Его лицо уже не было сердитым — скорее, задумчивым. — Что вы предлагаете? Санса достала из складок платья свёрнутый пергамент и разложила его на столе. Это был план — подробный, расписанный по годам, с пометками и комментариями. Она составляла его последние три дня, почти не спала, но результат того стоил. — Первый этап — укрепление экономики, — начала она. — Мы уже создали мастерскую, но этого мало. Нужно расширяться. Открыть филиалы в Белой Гавани, в Родниках, в Барроутоне. Наладить торговлю с Югом и с Вольными Городами. За десять лет «Пряжа Королевы» должна стать известна от Дорна до Стены. — Второй этап — военная подготовка, — подхватил Джон. — Мы начнём обучать ополчение Зимнего Городка. Не крестьян с дубинами, а настоящих воинов. Сир Родрик и Халлис помогут. Через несколько лет у нас будет армия, способная защитить Север от любого врага. — Третий этап — обсидиан, — продолжила Санса. — Нужно наладить добычу в найденном руднике и найти другие месторождения. Обучить кузнецов работать с драконьим стеклом. Создать оружие против Иных. — Четвёртый этап — союзники, — сказал Джон. — Лорды Севера должны быть с нами. Не просто как знамёна, а как настоящие соратники. Для этого нужно время, дипломатия и... кое-что ещё. — Что именно? — спросил Робб. — Свадьбы, — спокойно ответила Санса. — Политические союзы. Арье и мне предстоит выйти замуж за сыновей северных лордов. Это укрепит связи между домами. Робб уставился на неё. — Ты же говорила, что никогда не выйдешь замуж! — Я говорила, что не выйду замуж против воли, — поправила Санса. — Но если это будет мой выбор, осознанный и добровольный... я готова. Ради Севера. Ради семьи. Робб покачал головой. — Ты готова пожертвовать собой? — Это не жертва, — сказала Санса. — Это стратегия. В комнате повисла тишина. Робб переводил взгляд с сестры на Джона и обратно. Он видел, что они говорят серьёзно. Видел, что они уже всё продумали. И, как это ни странно, он чувствовал... гордость. — Вы сумасшедшие, — сказал он наконец. — Оба. Но я с вами. — Мы знали, что ты скажешь это, — улыбнулась Санса. — И ещё кое-что, — добавил Джон. — Пятый этап. — Какой? — Мы. Ты, я, Санса. Мы должны стать лучшими. Лучшими воинами, лучшими стратегами, лучшими лидерами. За десять лет мы должны научиться всему, что может понадобиться для победы. Не только меч — языки, история, дипломатия, магия. — Магия? — переспросил Робб. — Север полон магии, — сказал Джон. — Мы видели это в крипте. Мы знаем, что чардрева живые. Что старые боги существуют. Что за Стеной есть силы, которые мы не понимаем. Мы должны научиться понимать их. И использовать. Робб медленно кивнул. — С чего начнём? Санса улыбнулась. Это была улыбка Королевы Севера — холодная, уверенная, полная решимости. — С завтрашнего дня, — сказала она. — С завтрашнего дня мы начинаем новую жизнь. Утро следующего дня выдалось ясным и морозным. Снег, выпавший за ночь, укрыл Винтерфелл белым покрывалом, и солнце, поднявшееся над башнями, заставляло его сверкать так, что было больно глазам. Санса стояла у окна своей комнаты, глядя на знакомый двор, на стражников у ворот, на конюхов, ведущих лошадей. Всё было как обычно. И в то же время — совершенно иначе. Потому что теперь у неё был план. Она оделась тщательно, как делала это в прошлой жизни перед важными встречами. Простое, но элегантное платье из тёмно-синей шерсти, отороченное серебристым мехом. Волосы, заплетённые в сложную косу — этому её научила Лисса, которая знала толк в причёсках. Веер с железными спицами, спрятанный в складках рукава. Сегодня ей предстояло говорить с отцом, и она хотела выглядеть соответственно — не как ребёнок, а как будущая хозяйка Севера. Нед Старк ждал её в соларе. Он сидел за столом, просматривая какие-то бумаги, но, когда Санса вошла, отложил их и поднял глаза. На его лице было знакомое выражение — смесь удивления и настороженности. Он уже привык, что его дочь приходит с неожиданными предложениями, но каждый раз это заставало его врасплох. — Санса, — сказал он. — Ты просила о встрече. Что случилось? — Ничего плохого, отец, — она села на стул напротив него. — Я хотела поговорить о будущем. О нашем будущем. О будущем Винтерфелла и Севера. Нед откинулся на спинку кресла. — Я слушаю. Санса глубоко вздохнула. Она репетировала эту речь несколько дней, но сейчас, перед лицом отца, слова казались неуклюжими и недостаточно убедительными. Однако она знала: нужно говорить. Нужно действовать. — Отец, вы знаете, что я... необычный ребёнок, — начала она. Нед чуть заметно усмехнулся. — Я заметил. — Вы также знаете, что у меня есть идеи. Иногда — странные идеи. Но до сих пор они работали. — Мастерская, рудник, обсидиан — да, я помню. — Тогда выслушайте меня. — Санса подалась вперёд. — Я считаю, что Винтерфелл должен готовиться к долгой зиме. Не к обычной зиме, которая длится год или два. К настоящей. К такой, о которой говорится в легендах. К Долгой Ночи. Нед нахмурился. — Ты говоришь о том же, о чём говорила леди Шира. О Белых Ходоках. — Да. И о многом другом. — Санса помолчала. — Но даже если отбросить легенды, отец, подумайте сами. Север беден. Мы зависим от Юга в торговле. Наши замки стареют. Наша армия мала. Если завтра начнётся война — с Югом, с Железными Островами, с кем угодно — мы будем уязвимы. Вы это знаете. — Знаю, — признал Нед. — Но война с Югом маловероятна. Король Роберт — мой друг. — Король Роберт — ваш друг, — согласилась Санса. — Но он не вечен. И его наследник... — она не договорила. Она не могла сказать, что Джоффри — не сын Роберта. Пока не могла. — Его наследник может не быть вашим другом. Нед долго смотрел на неё. В его серых глазах читалась сложная гамма чувств — удивление, гордость, тревога. — Чего ты хочешь, Санса? — Я хочу, чтобы вы дали мне разрешение, — сказала она. — Разрешение действовать. Расширять мастерскую. Обучать ополчение. Готовить Винтерфелл к будущему. — Ты — шестилетняя девочка. Я не могу передать тебе управление замком. — Я не прошу управления, — возразила Санса. — Я прошу позволения помогать. У меня есть идеи, у вас — власть. Вместе мы можем сделать гораздо больше, чем порознь. Нед встал и подошёл к окну. Он долго стоял спиной к ней, глядя на заснеженный двор. — Знаешь, — сказал он наконец, — когда я был мальчишкой, твой дед часто говорил мне: «Север помнит». Я думал, это просто слова. Но теперь... теперь я вижу, что это значит. Север помнит то, что остальные забыли. И ты, моя дочь, похоже, помнишь больше всех. Он повернулся. — Хорошо. Я дам тебе разрешение. Но с условиями. — Какими? — Во-первых, ты не будешь действовать в одиночку. Мейстер Лювин, сир Родрик и я будем знать обо всём, что ты делаешь. Во-вторых, ты не будешь рисковать собой или другими. И в-третьих... — он помолчал. — В-третьих, ты будешь оставаться ребёнком. Хотя бы иногда. Санса улыбнулась. — Я постараюсь, отец. — Тогда иди, — Нед махнул рукой. — И пусть твоя следующая идея будет не такой пугающей. — Не могу обещать, — сказала Санса, вставая. Когда она вышла из солара, в коридоре её ждал Джон. — Ну? — спросил он. — Он согласился, — ответила она. — С условиями. — Какими? — Я должна быть осторожной и иногда вести себя как ребёнок. Джон фыркнул. — Последнее будет труднее всего. — Знаю. — Санса взяла его за руку. — Но мы справимся. Мы всегда справляемся. В тот же день Санса собрала свой «совет» — так она теперь называла их встречи. В старом доме колесника, который стал штаб-квартирой их тайной деятельности, собрались все: Джон, Робб, Халлис Моллен, Лисса, Шира и Джакар. Даже мейстер Лювин пришёл — Нед настоял, чтобы он был в курсе дел. — Итак, — начала Санса, разворачивая на столе большой лист пергамента, — у нас есть десять лет. Может быть, чуть больше, может быть, чуть меньше. За это время мы должны превратить Север в самую сильную державу Вестероса. — Звучит амбициозно, — заметил Джакар. — Особенно для девочки, которая недавно потеряла молочные зубы. Санса бросила на него ледяной взгляд. — Я потеряла один зуб. И он уже вырос. Джакар поднял руки в примирительном жесте. — Я впечатлён. Продолжайте. — План состоит из пяти частей, — продолжала Санса. — Экономика. Армия. Оружие. Союзы. Знания. Она подробно изложила каждую часть. Лисса будет управлять расширением мастерской — нанимать новых работниц, обучать их, следить за качеством. Халлис займётся ополчением — начнёт с малого отряда в пятьдесят человек, но через несколько лет доведёт его до нескольких сотен. Джон и Робб будут тренироваться сами и тренировать других — лучших воинов Севера. Мейстер Лювин возьмёт на себя исследования — обсидиан, старые рукописи, магия Первых Людей. Шира и Джакар станут связующим звеном с Эссосом — если удастся, они привезут мастеров, знания, возможно, даже союзников. — А что насчёт тебя? — спросил Робб. — Я буду координировать, — сказала Санса. — И учиться. — Чему? — Всему. Языкам — высокому валирийскому, дотракийскому, языку Вольных Городов. Дипломатии. Стратегии. Магии, если получится. Я должна знать всё, что может пригодиться. — Ты хочешь стать мейстером? — усмехнулся Джакар. — Я хочу стать Королевой, — тихо сказала Санса. Все замолчали. Робб и Джон переглянулись. Они знали, что это не шутка. В прошлой жизни Санса была Королевой Севера. В этой она собиралась стать ею снова — но на этот раз по-настоящему, с властью, армией и золотом. — Королевой Севера? — уточнил Халлис. — Если понадобится, — сказала Санса. — Или королевой при короле. Или советницей. Титул неважен. Важна власть. Достаточная власть, чтобы защитить наш народ. Шира, которая всё это время молчала, подняла голову. — В моих видениях, — сказала она, — я видела женщину с рыжими волосами, стоящую на стене замка. За ней была тьма, а перед ней — армия. Я не знала, кто это. Но теперь... — она замолчала. — Теперь знаешь? — спросила Санса. — Догадываюсь, — ответила Шира. — И если мои догадки верны, вам понадобится не только власть. Вам понадобится магия. — Магия у нас уже есть, — сказал Джон. — Или будет. Он посмотрел на север, туда, где за сотнями лиг снега и льда стояла Стена. Где старый мейстер ждал письма от потомка, о котором не знал. Где Трёхглазый Ворон смотрел на мир тысячью глаз. Санса перехватила его взгляд и кивнула. — Отправим письма завтра, — сказала она. — А пока — начинаем работать. Так начался первый год из десяти. Мастерская росла. Лисса нашла ещё двадцать работниц в Зимнем Городке и окрестных деревнях — вдов, сирот, дочерей бедных крестьян, которые были рады честной работе и хорошей плате. «Пряжа Королевы» стала официальным поставщиком двора лорда Мандерли, а через него — и других домов Севера. Халлис набрал первый отряд ополченцев — пятьдесят крепких парней из Зимнего Городка. Они тренировались три раза в неделю под руководством сира Родрика, учились держать строй, стрелять из лука, биться на мечах. Джон и Робб тренировались вместе с ними, несмотря на возраст. В семь лет они уже превосходили многих взрослых. Мейстер Лювин начал каталогизировать образцы обсидиана и составлять карту старых рудников. Он также отправил запрос в Цитадель — осторожный, составленный так, чтобы не вызвать подозрений, — с просьбой прислать копии старых трактатов о Долгой Ночи. Шира и Джакар готовились к путешествию в Белую Гавань, а оттуда — в Браавос. Они обещали вернуться через год с новостями, товарами и, возможно, новыми союзниками. А Санса... Санса работала. С утра до ночи, а часто и ночью. Она училась у мейстера Лювина — история, география, языки. Она тренировалась с Джоном в богороще — меч, кинжал, скрытое оружие. Она управляла мастерской, проверяла счета, плела кружево, которое расходилось по всему Северу. Иногда, глядя на своё отражение в зеркале, она видела не шестилетнюю девочку, а взрослую женщину — Королеву Севера, которой она была когда-то. Женщину, прошедшую через ад и выжившую. Женщину, которая поклялась, что её семья больше никогда не будет страдать. И эта женщина была готова ждать. Десять лет — долгий срок. Но она умела ждать. Она научилась этому в Королевской Гавани, в Долине Аррен, в Винтерфелле под властью Болтонов. Она ждала годами, пока придёт время нанести удар. Теперь у неё была цель. У неё были союзники. И у неё было время. Первый год из десяти только начинался.