Песок и шёпот шёлка

Рынок Кахиры встретил Сарасвати привычным гулом, в котором крики зазывал смешивались с ревом верблюдов. Воздух здесь был настолько густым от пыли и аромата жгучих специй, что его, казалось, можно было резать ножом. Небо над городом наливалось тревожной желтизной - пустыня предупреждала о приближении хамсина. Стройная госпожа, с благородной осанкой, стояла под шелковым навесом, скрытая от прямых лучей, но даже здесь зной доставал её, заставляя тонкую ткань платья и концы длинных шоколадных локонов липнуть к спине. Она приехала сюда за «украшением» для вечернего приема, но всё, что предлагал старик-торговец, казалось ей скучным и вторичным, однако взгляд миндалевидных зелёных глаз зацепился за новый «товар» - Посмотри на её лодыжки, госпожа - хрипел торговец, его пальцы впились в плечо рабыни, выталкивая её вперед - Тонкие, как у лани,но крепкие. Она не устанет до самого рассвета. Чистая кровь южных племен. Изящная танцовщица стояла на деревянном помосте. Пыльный полупрозрачный шелк едва скрывал её худощавое тело, ставшее для толпы объектом оценки. Она не поднимала своих медовых глаз, рассматривая трещины в досках под своими босыми ногами. Солнце безжалостно обжигало её кожу, превращая капельки пота в сияющие жемчужины. Внутри неё кипел свинец: унижение обжигало сильнее солнца, но она научилась прятать его глубоко под ребрами. Госпожа медленно сошла со своего возвышения, оказываясь напротив девушки. Кончиками своих длинных пальцев она коснулась подбородка танцовщицы , заставляя ту поднять голову. Взгляды столкнулись. Достопочтенная ожидала увидеть в глазах напротив мольбу или покорность, но наткнулась на стену. В глазах Дивии плескалось не просто непослушание - там была раскаленная ярость, такая же древняя и беспощадная, как пески за стенами города. - Десять золотых - коротко бросила Сарасвати, не отводя взгляда от аккуратного лица девушки напротив. - Но госпожа! Это же...- начал было торговец - Двенадцать - перебила она, и в её голосе звякнула сталь. - Но если она собьется с ритма хотя бы раз или её взгляд станет слишком смелым без моего приказа, я верну её тебе. И поверь, тебе не понравится то состояние, в котором она будет. Старик-торговец засуетился, его глаза алчно блеснули при виде золотых монет, которые Сарасвати небрежно бросила в его грязную ладонь. Торговец спихнул Дивию с помоста, на мгновение её босые ступни коснулись раскаленного песка мостовой, обжигая не хуже клейма. Но уже через минуту сильные руки слуг подхватили её, направляя к массивному паланкину, стоявшему в тени, сама достопочтенная оставалась неподвижной, продолжая изучать свою покупку. Она видела, как напряглись жилки на шее девушки, как побелели костяшки её кулаков, спрятанных в складках дешевого шелка. Дивия замялась у входа. Для неё, выросшей под бескрайним небом оазиса, эта закрытая коробка казалась маленьким гробом. Но взгляд охраны не оставил выбора. Она вошла, опустившись на колени в самом углу, подальше от благородной госпожи, что расположилась на мягких подушках, расшитых шёлком. Паланкин качнулся и двинулся. Внутри было душно, пахло дорогими маслами и сандалом. Через щели в плотных шторах танцовщица видела, как рынок исчезает в желтом мареве начинающейся бури. Городские звуки - крики торговцев, лязг металла, шум верблюдов в караване постепенно затихали, сменяясь мерным шагом носильщиков. Дивия сидела неподвижно, стараясь не касаться кожей дорогих тканей внутри паланкина. Её распирало от вопросов, но гордость сковывала язык. Она чувствовала на себе взгляд зеленых глаз госпожи - внимательный, препарирующий, лишенный жалости, но полный странного ожидания. Сарасвати молчала, перебирая пальцами четки из темного дерева, и этот размеренный стук дощечек друг о друга нервировал танцовщицу сильнее, чем крикина рынке. - Ты дрожишь - вдруг заметила Сарасвати. Её голос в замкнутом пространстве звучал мягче, но в нем всё еще чувствовалась власть. - Это не страх, госпожа, - ответила Дивия, глядя в пол. - Это ненависть, она согревает лучше солнца. Госпожа лишь усмехнулась, и этот звук заставил Дивию поднять взгляд. В глазах госпожи не было гнева, только любопытство коллекционера, нашедшего редкий экземпляр. Когда паланкин, наконец, остановился и занавески были откинуты, Дивия зажмурилась, но не от солнца, оно уже скрылось за пеленой песка, а от ослепительной белизны мрамора. Они въехали во внутренний двор дворца. Это было место, которое не должно существовать в сердце пустыни. Танцовщица осторожно ступила на плиты, которые были прохладными, несмотря на зной. Она огляделась, и её сердце пропустило удар. Высокие колонны, обвитые экзотическими лианами, подпирали арки. В центре двора располагался огромный бассейн, выложенный лазурной плиткой. Вода в нем была настолько прозрачной, что казалось, будто она соткана из самого неба. Воздух здесь был влажным и пах цветами жасмина, а не пылью и навозом. - Следуй за мной. - распорядилась Сарасвати, не оборачиваясь. Дивия шла следом, чувствуя себя грязным пятном на этом безупречном фоне. Её босые ноги оставляли пыльные следы на мраморе, но служанки, стоявшие вдоль стен с опущенными головами, казалось, не замечали этого. Они вошли внутрь дворца. Здесь величие стало еще более подавляющим. Потолки были расписаны золотом и лазурью, изображая сцены из легенд, которые Дивия слышала лишь в песнях своей матери. Огромные зеркала в серебряных рамах отражали её собственное худое тело в рваном шелке, заставляя чувствовать себя еще более уязвимой. Но больше всего её поразила тишина. Здесь не было слышно бури. Толстые стены надежно охраняли покой обитателей, создавая иллюзию вечности. Сарасвати остановилась перед дверями, обитыми темным деревом с инкрустацией из перламутра. - С этого момента твой мир ограничивается этими стенами.- Тебе кажется это место тюрьмой? - вопрос от госпожи прозвучал действительно с долей интереса к новоприбывшей рабыне. Дивия посмотрела на фонтан, мерцающий в коридоре, на шелковые гобелены и золотые лампы. - Красивая клетка остается клеткой, госпожа, даже если прутья сделаны из золота. Сарасвати подошла ближе, так что танцовщица почувствовала аромат её волос - смесь горького миндаля и мускуса. - Возможно. Но в этой клетке у тебя будет то, чего нет на рынке: шанс дожить до завтрашнего дня. Наконец Дивия поняла, что прежняя жизнь осталась там, за пределами белого "замка", в песках, котрые уже начали заносить следы её паланкина.