Долг под кожей

Саша сидел в своем кабинете, сжимая в руке стакан с виски. На столе лежала папка с медицинской картой Ромы, и каждая строчка в ней была как личное оскорбление. *«Критический дефицит массы тела», «сердечная недостаточность», «крайнее истощение».* ‎ ‎Он ненавидел себя. Ненавидел за то, что позволил Роме дойти до такого состояния, пока наблюдал за ним издалека. И еще больше он ненавидел себя за то, как вел себя всего десять минут назад в той спальне. ‎ ‎«Я монстр в его глазах», — горько подумал Саша, глядя на свое отражение в темном окне. — «И это единственное, что сохранит ему жизнь». ‎ ‎В его мире враги были повсюду. Стоило кому-то заметить, что Фиксай — человек, чье сердце превратилось в гранит, — вдруг проявляет нежность к худощавому танцору, Рома превратится в мишень. Его используют, чтобы шантажировать Сашу, его сломают просто чтобы поиздеваться. ‎ ‎Саша вспомнил, как впервые увидел Рому на сцене полгода назад. Это не было похотью или просто интересом. Это было как вспышка — среди грязи и жестокости его бизнеса он увидел что-то чистое, хрупкое и невероятно талантливое. Он влюбился в то, как Рома двигается, как он отдает всего себя танцу, не замечая ничего вокруг. С того дня Саша стал его «тайным покровителем», но всё пошло прахом, когда Рома начал угасать от голода и долгов. ‎ ‎— Прости меня, маленький, — прошептал Саша в пустоту кабинета. — Тебе лучше ненавидеть меня и быть в безопасности, чем любить и умереть по моей вине. ‎ ‎Он поставил стакан и посмотрел на экран монитора, куда выводилось изображение из комнаты Ромы. ‎ ‎А в это время в роскошной гостевой спальне Рома лежал, боясь даже вздохнуть. Мягкость шелковых простыней казалась ему издевкой. Каждое движение причиняло боль, но еще сильнее болело внутри от осознания своей полной беспомощности. ‎ ‎«Он купил меня», — эта мысль пульсировала в голове Ромы в такт ударам сердца. — «Коллекторы хотели только денег, а этот человек хочет... всё. Всю мою жизнь». ‎ ‎Рома смотрел на капельницу и чувствовал, как по щекам текут слезы. Ему казалось, что он попал в ловушку, из которой нет выхода. Если раньше он боролся с нищетой, то теперь он столкнулся с силой, которую невозможно победить. Холодность Александра, его жесткие требования и властный тон убедили Рому в одном: теперь он просто дорогая вещь в коллекции влиятельного человека. ‎ ‎Его пугало это вынужденное бездействие. Доктор сказал, что он на грани смерти, но для Ромы смерть была бы милосерднее, чем жизнь в постоянном страхе перед Фиксаем. ‎ ‎«Он вернет меня им, если я не буду слушаться», — вспомнил Рома угрозу Саши, и его тело пробила крупная дрожь. — «Я должен стать идеальным. Я должен делать всё, что он прикажет, иначе...» ‎ ‎Он не знал, что за дверью, в тени коридора, стоял Саша. Он пришел, чтобы просто послушать дыхание Ромы, чтобы убедиться, что он еще жив. Он слышал тихие всхлипы парня, и каждое это рыдание резало его по сердцу без ножа. Саша занес руку, чтобы войти, обнять, прижать к себе это измученное тело и пообещать, что больше никто и никогда не обидит его... ‎ ‎Но он вовремя остановился. Сжал кулаки так, что ногти вонзились в ладони, и заставил себя развернуться. ‎ ‎— Спи, Рома, — едва слышно произнес он, уходя в темноту. — Завтра начнется твой новый кошмар. По крайней мере, ты так будешь думать. ‎