Мы не обещали чувств

Двери лифта закрылись, оставляя их вдвоём в тишине. Юнги стоял рядом, спокойно глядя на светящиеся цифры этажей. Пакеты с покупками стояли у его ног, а новый, тёплый аромат едва ощущался в воздухе. Чонгук молчал. Впервые за долгое время ему было некомфортно от этой тишины. — Господин Ким часто тебя подвозит? — наконец спросил он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Юнги слегка повернул голову. — Нет. — Ясно. Снова молчание. — Он предложил подвезти. Мы случайно встретились в торговом центре, — спокойно добавил Юнги. — Не хотел беспокоить водителя. Чонгук коротко кивнул. — Понятно. Двери лифта открылись. — Доброй ночи, Чонгук, — мягко произнёс Юнги. — Юнги. Омега остановился. — Да? — Тебе… идёт. Юнги удивлённо моргнул. — Что именно? — Всё это. Чонгук и сам не понимал, почему сказал это. — Новый стиль. Несколько секунд Юнги просто смотрел на него. А потом уголки его губ слегка дрогнули. — Спасибо. Он ушёл к себе, а Чонгук ещё долго стоял в коридоре. Утром они встретились за завтраком. Юнги, как обычно, уже был одет и собирался уходить. — Сегодня опять занят? — неожиданно спросил Чонгук. Юнги поднял взгляд от чашки кофе. — Тэхён вытащил меня из дома. Сказал, что если я снова спрячусь за работой, то лично выкинет все мои планшеты. Чонгук усмехнулся. — Верю. Это в его стиле. — А у тебя? — Несколько встреч, потом свободен. Юнги кивнул и спокойно ушёл. К полудню он уже сидел в ресторане Хосока. Тэхён, как обычно, был полон энергии и с улыбкой рассказывал последние новости. — Хватит уже работать, Мин Юнги. У тебя выходной. — Это ты мне говоришь? Муж владельца ресторана. — Именно. И вообще, у нас с Хосоком появилась идея. Юнги поднял глаза. Тэхён довольно улыбнулся, заметив, что Юнги больше не спорит. — Значит, решено. В понедельник вечером идём в клуб. — В клуб? — переспросил Юнги. — Не такой, о котором ты подумал, — фыркнул Тэхён. — У Хосока закрытый VIP-зал,никаких журналистов. Только мы — Мы? — Я, ты, Хосок… и Чонгук. Юнги поднял взгляд. — Чонгук? — Конечно. Хосок давно хотел увидеться с ним вне работы. Они редко выбираются куда-то вместе. Как раз в этот момент к ним подошёл Хосок. — О чём говорите? — О вечере клубе — радостно сообщил Тэхён. — Юнги уже согласился. — Вот и отлично, — улыбнулся Хосок. — Я вчера созванивался с Чонгуком. Он сказал, что свободен вечером. — Значит, придёт? — обрадовался Тэхён. — Придёт. Юнги спокойно отпил чай, но почему-то почувствовал лёгкое волнение. ⸻ Вечером, вернувшись домой, он застал Чонгука в гостиной. Альфа сидел на диване, читая документы, но, услышав шаги, поднял голову. — Ты поздно, — спокойно заметил он. — Засиделся у Тэхёна и Хосока. — Мм. Юнги уже собирался подняться наверх, но вдруг вспомнил: — Кстати, в понедельник вечером  Хосок приглашает нас в свой клуб. Тэхён сказал, что всё уже организовано. Чонгук поднял брови. — Меня он тоже пригласил. — Значит, пойдём? На губах Чонгука появилась лёгкая улыбка. — Думаю, да. Хосок давно меня туда зовёт. — Хорошо. А где-то в другом конце города Тэхён, лежащий на коленях Хосока, довольно улыбался. — Всё идёт по плану. — Какому ещё плану? — рассмеялся Хосок. — Не мешай великому Ким Тэхёну творить любовь. — Ты неисправим. — Зато счастлив. И Хосок, обняв мужа за талию, только улыбнулся, прекрасно зная, что если Тэхён что-то задумал, остановить его уже невозможно. А вечер понедельника обещал быть очень интересным. Вечер понедельника наступила незаметно. Юнги долго смотрел на свой гардероб, прежде чем остановиться на темно-синей блузке из тонкого шёлка, которая мягко облегала плечи. Он не любил излишеств, но слова Чонгука о «новом стиле» почему-то засели в голове, заставляя чуть больше внимания уделить деталям. Когда он спустился в холл, Чонгук уже ждал его. Альфа выглядел безупречно: строгие брюки и расстёгнутая верхняя пуговица рубашки делали его образ менее официальным, чем обычно, но от этого не менее властным. Чонгук на мгновение замер, глядя на спускающегося Юнги, и его взгляд стал тяжелее. — Готов? — голос Чонгука звучал чуть ниже обычного. — Да, — коротко ответил Юнги, чувствуя, как сердце предательски ускорилось. Дорога до клуба прошла почти в полной тишине, но она не была гнетущей, как в лифте. Это была тишина ожидания. Клуб Хосока встретил их приглушённым неоновым светом и лёгким ароматом дорогого парфюма. Пройдя через служебный вход, они оказались в том самом VIP-зале. Здесь было тихо, играла спокойная лаунж-музыка, а в углу, на диванах, уже сидели Тэхён и Хосок. — А вот и наши гости! — Тэхён вскочил, лучезарно улыбаясь, и тут же подтолкнул Хосока. — Смотри, какие они сегодня… представительные. Хосок поднялся навстречу, пожимая руку Чонгуку и приветливо кивая Юнги. — Рад, что вы смогли приехать. Сегодня здесь только свои. Расслабьтесь. Юнги сел в кресло, чуть поодаль от Чонгука, но почти сразу почувствовал, как пространство между ними сокращается. Чонгук, не спрашивая разрешения, занял место рядом. Тэхён, потягивая свой коктейль, внимательно следил за обоими. Он видел, как Юнги непроизвольно напрягся, когда плечо Чонгука коснулось его плеча, и как сам Чонгук ни на секунду не отвел взгляда от омеги, даже когда Хосок начал рассказывать какую-то историю. — Юнги-я, — Тэхён лукаво прищурился. — А ты ведь редко позволяешь себе такие вечера, верно? Чонгук, ты должен чаще вывозить его в свет. Он слишком много времени проводит за своими планшетами. Юнги сжал бокал, чувствуя, как краснеют кончики ушей. — Я не против, — отозвался Чонгук, не поворачивая головы, но его рука на подлокотнике дивана опасно приблизилась к руке Юнги. — Если он сам этого захочет. Юнги поднял взгляд, встретившись с глазами Чонгука в полумраке зала. В них читалось нечто большее, чем просто вежливость. — Пожалуй, — тихо произнёс Юнги, — я не против. Тэхён торжествующе переглянулся с Хосоком. Вечер обещал быть очень интересным. Музыка сменилась, и в воздухе запульсировал знакомый, тягучий бит. Первые же ноты Ride It заставили Тэхёна вскинуть голову. Его глаза загорелись тем самым азартом, который появлялся в нём только на танцполе. — О, нет, — рассмеялся Юнги, узнав мелодию, но в его взгляде уже мелькнул искристый огонёк. — О, да! — Тэхён одним движением поднялся с дивана, увлекая за собой Юнги. — Юнги, ты не можешь усидеть под это. Мы же поклялись, что если эту песню включат, мы выходим. Тэхён потянул Юнги за руку, и тот, на удивление себе, не стал сопротивляться. Музыка обволакивала, заставляя кровь течь быстрее. Они вышли в центр зала, где свет был приглушён до глубоких синих и фиолетовых тонов. Как только Юнги начал двигаться, вся его сдержанность, свойственная ему в офисе, испарилась. Он двигался плавно, почти текуче, идеально попадая в сексуальный, расслабленный ритм Jay Sean. Это было что-то врождённое — в том, как он переносил вес с ноги на ногу, как двигались его бедра, была такая естественная притягательность, что зал словно сузился до них двоих. Тэхён подстроился мгновенно, двигаясь в унисон, чувствуя драйв. В глубине VIP-зоны Чонгук замер. Он отставил бокал в сторону, даже не заметив этого. Его взгляд, до этого спокойный, потемнел. Он видел Юнги каждый день: в строгих костюмах, сосредоточенным за работой, сдержанным в эмоциях. Но сейчас… Юнги танцевал так, будто вокруг никого не было. Его тело стало мягким, гибким, а полуприкрытые глаза выражали такое наслаждение ритмом, что у Чонгука перехватило дыхание. Хосок, заметив перемену в друге, усмехнулся, прикрыв рот рукой. — Эй, Чонгук, полегче, ты сейчас прожжешь дыру в моем лучшем друге, — негромко заметил он. — Он… — Чонгук запнулся, не в силах оторвать взгляда от того, как Юнги провёл рукой по своим волосам, откидывая их назад в такт басам. — Он никогда не танцевал так при мне. — Юнги всегда был скрытным, — протянул Хосок, наблюдая за танцующими. — Но когда звучит такая музыка, он не может сдерживаться. На танцполе Юнги был в своей стихии. Он чувствовал на себе чей-то тяжёлый, горячий взгляд. Он знал, кто это. Он специально двигался так, чтобы каждый жест, каждый поворот головы был пронизан этой особой, почти осязаемой энергией. Тэхён, заметив, куда направлен взгляд Чонгука, едва заметно подмигнул Юнги. Песня достигла своего пика. Юнги плавно обернулся, его движения стали ещё более тягучими, почти провокационными. Он не смотрел на Чонгука прямо, но он чувствовал, как напряжение между ними, накопленное за эту неделю, превращается в натянутую струну, готовую лопнуть в любую секунду. Музыка в зале сменилась, и как только узнаваемые первые аккорды Despacito заполнили пространство, настроение в VIP-зоне мгновенно взлетело до небес. Тэхён, который до этого лишь пританцовывал, вдруг вскрикнул от восторга и подхватил свой бокал с мохито. — О боже, Юнги, это же классика! Давай! — он подмигнул другу, и Юнги, который обычно был сдержан, не удержался — на его лице расцвела широкая, искренняя улыбка. Они оказались в центре зала, нелепо, но с невероятным драйвом двигаясь в такт. Юнги, сжимая в руке бокал с освежающим мохито, смеялся, когда Тэхён начал имитировать латиноамериканские движения, то и дело вскрикивая от удовольствия и подпевая припеву прямо в бокал. — Des-pa-ci-to! — прокричал Тэхён, вскинув свободную руку вверх. Юнги рассмеялся, делая глоток холодного напитка, и тут же подхватил: — Quiero respirar tu cuello despacito! — он начал двигаться свободнее, мягко покачивая бёдрами и не заботясь о том, как это выглядит со стороны. Он был просто счастлив позволить себе этот момент полной свободы. Чонгук и Хосок сидели на диванах, наблюдая за этим зрелищем. Хосок искренне хохотал, глядя, как его муж пытается выучить сложные движения, а Чонгук… Чонгук не мог отвести глаз от Юнги. Он видел его другим. Без маски серьёзности, без рабочих отчётов, без привычного напряжения. Юнги выглядел таким живым, таким ярким, что внутри у альфы всё перевернулось. Его ладонь непроизвольно сжала подлокотник дивана. Музыка гремела, и под знойные ритмы Despacito Тэхён с Юнги продолжали веселиться. Юнги смеялся, делая глоток ледяного мохито, его щеки раскраснелись от танца и алкоголя. В этот момент он выглядел невероятно притягательным — расслабленный, свободный, сбросивший с себя привычную броню идеального директора компании. И, к сожалению, это заметил не только Чонгук. Какой-то незнакомый альфа, явно выпивший лишнего и каким-то чудом оказавшийся в этой части VIP-зоны, уверенно шагнул к танцующим. Прежде чем Юнги успел что-либо понять, чужая тяжелая рука бесцеремонно легла на его талию, а вторая грубо скользнула по бедру. — Отлично двигаешься, сладкий, — раздался над ухом Юнги хриплый, сальный голос, перекрывая музыку. — Составишь компанию? Юнги резко замер. Улыбка мгновенно сползла с его лица, сменившись растерянностью и острым чувством дискомфорта. Он попытался отшатнуться, но альфа сжал пальцы сильнее, нагло притягивая его к себе. Тэхён, увидев это, возмущенно ахнул и уже шагнул вперед, чтобы осадить наглеца, но не успел. Пространство вокруг внезапно потяжелело. Чонгук, еще секунду назад сидевший на диване, оказался рядом с пугающей скоростью. В его глазах не было ни капли той мягкости, с которой он наблюдал за Юнги до этого. Там плескалась чистая, ледяная ярость. Его рука, словно стальной капкан, перехватила запястье незнакомца. Чонгук сжал его с такой силой, что альфа зашипел от боли и вынужденно разжал пальцы, отпуская омегу. — Убрал от него руки. Немедленно. Голос Чонгука звучал тихо, но в нем лязгал такой неприкрытый металл и тяжелая, подавляющая аура, что музыка вокруг словно померкла. Незнакомец попытался выдернуть руку, но хватка Чонгука была железной. — Эй, мужик, ты чего? — попытался возмутиться тот, но, натолкнувшись на убийственный взгляд Чонгука, мгновенно сдулся. Спесь слетела с него за секунду. — Понял, понял. Никаких проблем. Чонгук с отвращением отшвырнул его руку. — Пошел вон отсюда. Пока я не помог тебе выйти. Незнакомец не стал дожидаться второго предупреждения и поспешно скрылся в толпе, ретируясь к выходу из зала. Тэхён, поняв, что ситуация разрешилась, многозначительно переглянулся с подоспевшим Хосоком. Они оба тактично сделали шаг назад, растворяясь в полумраке клуба и оставляя их наедине. Чонгук медленно повернулся к Юнги. Его грудь тяжело вздымалась, а челюсти были плотно сжаты. Он окинул омегу внимательным, сканирующим взглядом, словно проверяя, не причинил ли ему вред этот ублюдок. — Ты в порядке? — голос Чонгука всё ещё был хриплым от гнева, но сквозь него уже пробивалась искренняя тревога. Юнги сглотнул, чувствуя, как бешено колотится сердце — то ли от испуга, то ли от того, насколько властным и защищающим выглядел сейчас Чонгук. — Да, — тихо выдохнул он, крепче сжимая свой бокал. — Спасибо. Чонгук ничего не ответил. Вместо этого он осторожно, словно боясь спугнуть, положил ладонь на то самое место на талии Юнги, где только что были чужие грязные пальцы. Его прикосновение было совершенно другим: горячим, уверенным и... до дрожи бережным. — На сегодня танцев достаточно, — безапелляционно заявил Чонгук, мягко, но настойчиво увлекая Юнги за собой прочь с танцпола. На парковке было прохладно, и ночной воздух немного остудил пыл Чонгука. Он прижал Юнги к машине, и их разделяли считанные сантиметры. Дыхание альфы было тяжёлым, он тяжело опирался руками на дверь авто по обе стороны от головы Юнги, словно запирая его в клетку из собственных объятий. Юнги чувствовал, как сильно колотится сердце в груди, но он не отстранился. Он смотрел прямо в глаза Чонгуку, в которых сейчас бушевал настоящий шторм. — Ты хоть понимаешь, насколько ты выглядел незащищённым там? — прорычал Чонгук, едва не касаясь носом лица Юнги. — Этот ублюдок... он трогал тебя так, словно ты вещь. — Я не вещь, Чонгук, — твёрдо ответил Юнги, хотя его голос слегка подрагивал. — И я не нуждаюсь в том, чтобы меня «спасали» так агрессивно. Мы никто друг другу , между нами только контракт . Чонгук на секунду замер. Его взгляд стал острым, как бритва. Он медленно наклонился, их губы оказались совсем близко — так близко, что Юнги чувствовал тепло его дыхания на своей коже. Он затаил дыхание, ожидая, что будет дальше, но Чонгук вдруг резко отстранился. Альфа тяжело вздохнул, убрал руки от машины и отвернулся, глядя куда-то в сторону ночного города. Тишина между ними стала почти осязаемой, звенящей от недосказанности. — Контракт, — повторил Чонгук с горькой усмешкой. — Конечно. Я просто... выполняю свои обязанности мужа. Защищаю своего фиктивного супруга, чтобы не было сплетен. Ничего больше. Юнги молчал. Он чувствовал странную пустоту там, где секунду назад было бешеное напряжение. Он поправил край свою блузки и выпрямился, стараясь вернуть себе невозмутимый вид. — Идём, — негромко сказал он. — Тэхён и Хосок, наверное, уже ищут нас. Не стоит давать им повод для лишних вопросов. Чонгук кивнул, не глядя на него. Они вернулись в клуб в молчании. В VIP-зале музыка стала чуть спокойнее. Когда они вошли, Тэхён тут же вскочил с дивана, его глаза лукаво блестели. — Ну что, нашли друг друга? — протянул он, намеренно громко. — А мы уже думали, вы решили устроить нам «побег» прямо посреди вечера. Хосок, сидевший рядом, с улыбкой качал головой, потягивая свой мохито. — Вы выглядите… запыхавшимися, — заметил он, переводя взгляд с Чонгука на Юнги. — В клубе стало слишком жарко? Юнги сел на диван, стараясь держаться на расстоянии от Чонгука. Чонгук сел рядом, но не слишком близко — ровно настолько, насколько требовали приличия между супругами на публике. — Просто… на парковке было прохладно, — коротко бросил Чонгук. Тэхён довольно хмыкнул, привалившись к плечу Хосока. — Знаете, — начал он, глядя на них как на любимую пьесу, — этот вечер определённо удался. Юнги, ты сегодня выглядел просто сногсшибательно. Чонгук, надеюсь, ты оценил, как на тебя смотрели окружающие, когда ты стоял рядом с таким омегой? Юнги почувствовал, как к щекам прилила кровь. Чонгук медленно повернул голову и посмотрел на него — долгим, тяжёлым взглядом, в котором теперь читалось не просто собственничество, а нечто гораздо более сложное. — Оценил, — глухо ответил Чонгук. — Более чем. Чонгук посмотрел на экран телефона , нахмурился и отошел в сторону. Юнги наблюдал за тем, как альфа коротко переговорил, его лицо при этом оставалось сосредоточенным, почти жестким. Вернувшись, Чонгук выглядел так, будто решение далось ему нелегко. — Мне нужно ехать, — сказал он, не сводя глаз с Юнги. — Звонил Чимин, у него что-то случилось. Просил срочно приехать. Юнги замер. Имя прозвучало буднично, но внутри что-то неприятно кольнуло. О Чимине он слышал — это был близкий человеком Чонгука. — Понятно, — коротко отозвался Юнги. Чонгук помедлил, словно ожидая какой-то реакции, но Юнги лишь отвел взгляд к своему бокалу. — Я вернусь, как только смогу, — добавил Чонгук, но Юнги уже не смотрел на него. — Тэхён, Хосок, извините, что так вышло. Когда Чонгук ушел, в VIP-зале стало заметно тише. Тэхён, до этого сиявший, скрестил руки на груди, наблюдая, как Юнги залпом допивает остатки мохито. — Ну, отлично, — фыркнул Тэхён, нарушая паузу. — Сначала он чуть не разнес половину клуба из-за того, что кто-то к тебе прикоснулся, а теперь срывается по первому зову любовника. Чонгук иногда ведет себя как полный идиот. Юнги лишь пожал плечами, чувствуя, как внутри нарастает раздражение. — У него свои дела, Тэхён. Мы просто договорились провести вечер вместе, это не значит, что я должен контролировать каждый его шаг. — Дело не в контроле, — встрял Хосок, мягко глядя на Юнги. — Просто… после того, что было , это выглядит как минимум странно. Юнги встал с дивана. В голове пульсировала мысль о том, что сегодняшний вечер, который обещал быть особенным, превратился в очередное доказательство их формальных отношений. — Я, пожалуй, поеду домой, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Юнги, не глупи, оставайся, — попытался остановить его Тэхён. — Нет. Я устал. И, честно говоря, не хочу дожидаться, пока он вернется, — Юнги натянул легкую улыбку и направился к выходу. Юнги вернулся в дом раньше Чонгука. Тишина пустых комнат казалась оглушающей после шумного клуба. Не желая подниматься в спальню, он опустился на диван в гостиной. Сняв пиджак, он остался в тонком шёлковом халате, который при каждом движении мягко соскальзывал с плеча, обнажая ключицы и изящную линию бедра. Телевизор работал фоном, транслируя какой-то старый фильм, но Юнги не следил за сюжетом. Усталость взяла своё — длинный вечер и эмоциональное напряжение вымотали его, и вскоре он провалился в неглубокий, беспокойный сон. Чонгук вернулся глубокой ночью. В доме было темно, лишь свет телевизора в гостиной отбрасывал мерцающие голубоватые блики на стены. Увидев Юнги, альфа замер в дверях. Его взгляд медленно скользнул по фигуре омеги. Юнги выглядел невероятно хрупким и притягательным в этом полумраке. Шёлковый халат, сбившийся во время сна, приоткрывал стройные ноги, а размеренное дыхание выдавало полную безмятежность. Чонгук почувствовал, как внутри него всколыхнулось что-то до боли острое — смесь вины за сегодняшний срыв и неконтролируемого желания подойти ближе. Он стоял так несколько минут, изучая черты лица Юнги, ставшие мягче во сне. Никакой маски директора компании , никакой гордости — только чистая, естественная красота, от которой у него перехватило дыхание. Чонгук тихо подошёл ближе. Он не хотел будить его. Медленно, почти невесомо, он опустился на край дивана, прислушиваясь к каждому вздоху омеги. Запах дорогого парфюма вперемешку с чем-то неуловимо домашним заполнил всё пространство вокруг него. Осторожно, стараясь не разбудить, Чонгук поддел рукой спину и под колени Юнги. Тот лишь тихо выдохнул во сне, устраиваясь удобнее, и инстинктивно прижался к горячему телу альфы, ища тепла. Это невольное движение заставило сердце Чонгука пропустить удар. Он бережно поднял Юнги на руки. Тот был почти невесомым. Альфа чувствовал, как шёлк халата скользит под его пальцами, и как бёдра Юнги мягко опираются на его руки. Чонгук медленно, шаг за шагом, поднялся по лестнице в сторону его спальни. В коридоре было тихо, и лишь звук их совместного дыхания сопровождал этот путь. Войдя в комнату, он аккуратно опустил Юнги на кровать, поправляя одеяло так, чтобы оно бережно укрыло его. Чонгук ещё долго сидел на краю кровати, вглядываясь в лицо спящего мужа. Ему хотелось остаться здесь, забыть о делах, о Чимине, обо всех этих условностях, которые их разделяли. Он протянул руку и лишь на секунду, почти боясь самого себя, коснулся кончиками пальцев щеки Юнги. — Ты даже не представляешь, что со мной творишь, — едва слышно прошептал он, прежде чем подняться и уйти в ванную, чтобы смыть с себя остатки этого долгого, безумного дня.