Турбулентность любви

После свидания они ещё долго гуляли по вечернему городу. Без спешки. Без необходимости куда-то идти. Просто наслаждаясь компанией друг друга. Для Ацуши это было странно, потому что раньше рядом с Акутагавой он постоянно находился в напряжении, ждал замечания, колкости, очередного спора, а сейчас было спокойно. Настолько спокойно, что даже немного непривычно.

***

— Можно задать вопрос? — спросил Акутагава. — Конечно. — И ответишь честно? — Постараюсь. Они остановились возле набережной. Море тихо шумело где-то впереди. На улице почти не осталось людей. Акутагава некоторое время молчал, будто собирался с мыслями. — Ты мне нравишься. Накаджима почувствовал, как сердце пропустило удар. Хотя после всего произошедшего это уже не должно было удивлять. — Я знаю, — тихо ответил блондин. Уголки губ Акутагавы едва заметно дрогнули. — Хорошо. — Это всё? — Нет. Он сделал шаг ближе. — Я хочу быть с тобой. Не как друг. Не как коллега. Не как человек, который случайно проводит с тобой время. Блондин замер. — Накаджима. — Да? — Будешь моим парнем? На этот раз улыбаться начал уже сам Ацуши. Широко. Счастливо. Совершенно не скрывая эмоций. — Конечно буду. Впервые за всё время именно он обнял Акутагаву первым. И где-то далеко Чуя внезапно чихнул. А Дазай заявил, что чувствует приближение чего-то романтического. Оба оказались правы.

***

Через неделю весь экипаж уже всё знал. Абсолютно всё. — Почему вы смотрите на нас? — спросил Ацуши. — Потому что это смешно, — ответил Чуя. — Что именно? — Вы. Осаму кивнул. — Очень смешно. — Мы просто встречаемся. — Именно. — Не понимаю. — Раньше вы спорили как кошка с собакой. — А теперь? — Теперь смотрите друг на друга как молодожёны. Накаджима немедленно покраснел. Акутагава выглядел невозмутимо. Но только внешне, потому что под столом его рука уже нашла ладонь Ацуши. — Рюноске, — прошипел Ацуши. — Что? — Нас увидят. — Уже увидели. И это было правдой. — Ужас, — простонал Ацуши. Чуя смеялся уже минут пять.

***

Рабочие будни приобрели совершенно новый уровень сложности. Особенно для Ацуши. Потому что выяснилось: Акутагава ревнивый. Очень ревнивый. Невероятно ревнивый. Первый раз это произошло во время рейса. Один молодой пассажир слишком активно флиртовал с Ацуши. Ничего серьёзного. Просто улыбался. Пытался завязать разговор. Просил кофе уже третий раз. — Спасибо, — сказал пассажир. — Не за что, — улыбаясь ответил Ацуши. Через несколько секунд рядом появился Акутагава. — Есть проблема? — холодно спросил Рюноске. Пассажир мгновенно побледнел. — Н-нет. — Отлично. И ушёл. Ацуши уставился на него. — Ты сейчас серьёзно? — Что? — Ты его напугал. — Он слишком долго с тобой разговаривал. — Это моя работа. — Угу. — Рюноске. — Что? — Ты ревнуешь. Акутагава промолчал. — Ты ревнуешь. Повторил Ацуши. — Возможно. — Невероятно. Однако самым страшным оказалось другое. Акутагава внезапно оказался очень тактильным. Не постоянно. Не навязчиво. Но достаточно часто. Рука на талии. Лёгкое объятие за плечи. Касание пальцев. И каждый раз Ацуши краснел. Абсолютно каждый.

***

— Перестань, — шептал Накаджима. — Почему? — Люди смотрят. — Пусть. — Мне неловко. — Привыкай. — Ты невозможный. — Поздно жаловаться. Однажды перед рейсом Акутагава коротко поцеловал его в висок. Прямо в коридоре аэропорта. Ацуши застыл. — ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ?! — Прощаюсь, — спокойно ответил Акутагава. Накахара чуть не упал со смеху. — Я обожаю ваши отношения. — А я нет, — простонал Ацуши. — Врёшь.

***

В тот же вечер случилось ещё одно важное событие. Чуя сидел дома на диване. Нервничал. Сильно нервничал. Напротив него расположился Ацуши. Для моральной поддержки. — Ты скажешь ему сегодня? — Да. — Точно? — Да. — Не сбежишь? — Нет. — Хорошо. В дверь вошёл Дазай. С пакетами из магазина. Абсолютно ничего не подозревающий. — О. Привет. Почему вы оба выглядите так, будто собираетесь сообщить мне о конце света? Блондин немедленно поднялся. — Я ухожу. — Предатель, — сказал Чуя. — Это семейный разговор. Я жить хочу. Через минуту он уже исчез. Дазай сел рядом с Чуей. — Ну? Что случилось? Чуя нервно выдохнул. Потом взял его за руку. — Осаму. — Да? Улыбка постепенно исчезла с лица Дазая. — Всё хорошо? — Очень хорошо. Чуя почувствовал, как начинает волноваться ещё сильнее. — Ты скоро станешь папой. Повисла тишина. Одна секунда. Две. Три. — Что? — тихо спросил Дазай. — Я беременный. Ещё несколько секунд тишины. А потом Дазай просто расплакался. К огромному шоку Чуи. — Осаму?! — Я СТАНУ ПАПОЙ. — Да. — Я СТАНУ ПАПОЙ! — Да! — ЧУЯ! Через секунду его уже крепко обнимали. Так крепко, будто он мог исчезнуть. — Это правда? — Правда. — Точно? — Да. — Правда? — Осаму. — Да? — Перестань плакать. — Не могу. И впервые за долгое время Чуя сам не смог сдержать слёз, потому что никогда раньше не видел Дазая настолько счастливым.