Часть 2
26 июня 2026 г., 00:00
~ ТЕПЕРЬ ~
— Как ты мог? Ты?! Никакой проверки, ни ЭМП, ни святая вода, ни серебро? Ты просто впустил в машину незнакомца с обочины, который выглядел как ебаный призрак? Эндрю молчал, понимая, как глупо поступил. Он никогда так не вел себя, всегда сначала проверял, а потом уже задавал вопросы. Но в этот раз будто забыл про все основы. Аарон уже который час кричал на него, и делал это совершенно обоснованно. Эндрю мог погибнуть, если бы рыжий парень действительно оказался мстительным духом, что заманивает путников в свой город, или, еще хуже, каким-нибудь демоническим созданием. Поэтому Эндрю приходилось стойко выслушивать все нравоучения и обвинения брата в халатности, глупости и безалаберности. Конечно, рассказ Эндрю напугал Аарона до смерти; он едва ли не слился с белыми стенами их номера, когда узнал подробности. — Я же сказал, не знаю, что на меня нашло. Но у меня даже мысли не появилось проверить его. — А если это была серена? — Аарон облокотился руками о небольшой стол и опустил голову. — Посреди леса? — Да хер его знает, боже, Эндрю! Эндрю перевел взгляд с брата на окно. Дождя здесь будто и не было, светило солнце, ведь приехал он уже под утро. И асфальт был сухим. Только на той лесной дороге природа решила оторваться по полной, едва все не смыв. — Нужно туда вернуться. Я не поехал за рыжим один, потому что пообещал тебе не соваться на задание в одиночку. Аарон поднял голову и отошел от стола. Теперь его светлые брови были нахмурены, выдавая заинтересованность. Он присел на край заправленной кровати и одарил Эндрю хитрым взглядом. — Ты хочешь отдать ему забытого лиса? Или дело еще в чем-то? Эндрю задумался. Этот парень его чем-то заинтересовал, хоть и произнес от силы пару слов. Но что-то в его образе не давало покоя. То, что он не являлся просто человеком, было почти стопроцентной вероятностью, но он не сделал Эндрю ничего плохого, даже не пытался. Он словно просил помощи. — Возможно, еще в чем-то. Но пока не уверен в чем. Аарон не стал допытывать, лишь кивнул, заставляя прядь у лица упасть на глаза, и взял в руки телефон. — Я попрошу Кевина откопать все, что известно об этом городе. Когда-то он все-таки существовал, — Эндрю провожал брата взглядом, пока тот набирал номер, — а ты позвони Жану, нам нужна самая новая из старых карт. Взгляд упал на грязного лиса, что теперь сидел на кровати Эндрю. Они должны были отправиться домой после предыдущего задания, но теперь, кажется, задержатся в этом штате еще на пару дней.⛧°. ⋆༺♱༻⋆. °⛧
Сдав ключи от номера в мотеле и выписавшись из книги гостей, Эндрю подошел к машине, ожидая Аарона. Это был их маленький ритуал: один сдавал номер, другой покупал горячий кофе, чтобы не заснуть во время длительной дороги. Когда Аарон появился из-за угла с двумя бумажными стаканчиками, Эндрю почти ощутил на языке горьковатый и чуть приторный вкус горячего напитка, который он готов был пить даже в самый солнечный и жаркий день. — Держи, — Аарон передал стаканчик, который приятно обжигал ладонь, — заедем в закусочную по пути? Эндрю кивнул, перебирая во рту два металлических шарика, расположенных по обе стороны языка. — Ты волнуешься? Конечно, Аарон заметил его нервозность. Они сели в машину и из динамиков полилась песня группы STARSET. Аарон тихонько подпевал — это была одна из их любимых групп. Но композиция «Die For You», звучавшая сейчас, была особенно дорога Эндрю, и он надеялся, что это гнетущее чувство тревоги немного отступит. — Странное чувство, будто боюсь не успеть, — признался он, выруливая с парковки мотеля. Наверху мигала лишь половина вывески, раздражающе красным светом, видимым издалека. Эндрю потянулся к стаканчику и сделал большой глоток обжигающей жидкости. — Если предположить, что этот парень просил тебя о помощи, значит, это связано либо со всем городом, либо только с ним самим, — анализировал Аарон, глядя в окно. С его стороны небо начали затягивать тучи, — опиши мне его. Было что-то выделяющееся? Эндрю едва успел рассмотреть парня. Было темно, в глаза бросались лишь его рыжие волосы и белая свободная рубашка. — Не уверен, но его одежда будто была не из нашего времени. Когда он сел в машину, она была абсолютно сухая, хотя за окном был ливень. Аарон нахмурился еще сильнее и теперь смотрел на Эндрю, подперев голову рукой. — Возможно, он действительно не отсюда. Но ни в одной газете или статье не было упоминания о пропавших людях на этом участке дороги. Неужели за столько лет он никого не убил? Если только… — Он хотел помощи, а не мести, — закончил Эндрю. Да, в этом они сошлись.⛧°. ⋆༺♱༻⋆. °⛧
До предполагаемого поворота оставалось около двух-трех часов езды. Он должен был быть справа, неприметный, словно намеренно спрятанный от посторонних глаз. Когда в дороге прошло уже два часа, Эндрю, приглушив музыку, нарушил молчание: — Указатель на город должен быть по твоей стороне. Аарон оторвался от телефона, его взгляд скользнул к окну. — Понял. Но не успел Эндрю коснуться регулятора громкости, как телефон Аарона ожил пронзительным звонком. Тот, не отводя взгляда от мелькающего пейзажа, принял вызов, переключив на громкую связь. — Кевин, — произнес Аарон, — что-нибудь узнал? В ответ — глубокий вздох и характерное клацанье клавиш. Голос Кевина звучал напряженно, словно он говорил с трудом: — Вы собираетесь вляпаться в полнейшее дерьмо. Потому что о Гордонкрике мало сведений, и все они пиздецки херовые. Последнее упоминание о городе датируется пятидесятыми годами двадцатого века. Именно тогда жители столкнулись с многочисленными самоубийствами среди подростков и детей. Сначала тринадцатилетняя Сара Стоун перерезала себе горло кухонным ножом. Никаких сведений о семье девочки нет. Этот город был замкнутым: люди не подпускали чужаков к его границам, но и не прогоняли, если кому-то из путников нужна была помощь, — Кевин сделал паузу, чтобы перевести дух, — через неделю того же года из высохшего колодца вытащили еще одну девочку, которая просто ушла в магазин и решила прыгнуть внутрь. Очевидно, она погибла. Кевин тяжело вздохнул, продолжая печатать что-то на своем ноутбуке. — И это было не все. После нее было еще семеро детей. Все они, по данным статей, покончили с собой. Поползли слухи о дьяволе, который поселился в городе и пожирал детей. Жители закрылись еще сильнее, обнесли границы заборами и даже рвами, и в какой-то момент все резко прекратилось. — В каком смысле? — спросил Эндрю и почувствовал на своей руке хватку брата. Взглянув на него, Эндрю увидел, как Аарон рукой указывает на табличку, спрятанную за небольшим деревом, и кивнул. — Больше никаких сведений из города не поступало. Он будто вымер за один день. Полицейские ездили туда всего раз. В рапорте сказано, что больше они туда возвращаться не намерены, даже под страхом увольнения. Все выглядело так, будто люди вот-вот вернутся. На некоторых крыльцах горел свет, колокол в церкви бил ровно в полдень, но ни одного тела не было найдено. Неосмотренной осталась только часовня на окраине города. Что бы копы ни пробовали, открыть двери не удалось, а окна замурованы. Эндрю медленно съехал на обочину. Остановившись у покосившейся вывески, он заглушил мотор. — Жутко, — пробормотал Аарон. — Пиздец, как, — Эндрю полностью с ним согласен. — Джереми нашел вам карту города, я пришлю ее вам с минуты на минуту. Там отмечены все места, где были совершены самоубийства, а также та часовня, которую копы не смогли открыть. Я не знаю, что не так с этим городом. Но, судя по всему, там действительно мог поселиться демон или что-то подобное. Братья переглянулись, и Эндрю открыл дверь. — Спасибо за информацию, Кев. — Будьте осторожны, если что, сразу звоните Жану и Джереми, они в соседнем штате. — Мы поняли, на связи, — пробормотал Аарон, закутываясь в свою кожаную куртку сильнее, и отключился. Эндрю встал чуть поодаль от машины, всматриваясь вдаль, но как бы он ни старался, разглядеть что-то из-за тумана было нереально. Плотный и вязкий, он словно стена, окутывал все вокруг, делая любые попытки что-либо разглядеть тщетными. Воздух был влажным и холодным, проникая под одежду и заставляя поежиться. Аарон бесшумно подошел сзади. Его взгляд сейчас был предельно сосредоточен. Он напряженно всматривался в туман, пытаясь уловить хоть какой-то намек на видимый пейзаж. — Заедем в сам город? — его голос прозвучал тихо, но настойчиво. Эндрю, не отрывая взгляда от туманной пелены, коротко кивнул. Бесполезно было тратить силы на то, чтобы что-то рассмотреть. Он развернулся, направляясь к машине. Аарон, следуя за ним, занял пассажирское кресло. Рычание мотора Maserati, казалось, с трудом пробивалось сквозь плотность тумана. Машина медленно ползла вперед. Через какое-то время, словно преодолев невидимую границу, автомобиль вырвался из плотного тумана и перед ними предстал Горднокрик. Картина была именно такой, как описывал Кевин. Город окружал глубокий, темный ров, за которым возвышался высокий, сложенный из грубых бревен, деревянный забор. Но самым впечатляющим было количество деревьев. Многовековые, исполинские стволы тянулись к небу, их густые кроны смыкались над городом, заслоняя солнечный свет. Казалось, будто они попали не в город, а в непроходимый лес. Деревянный мост, ведущий через ров, оказался на удивление крепким, хотя и выглядел так, будто готов был рассыпаться от малейшего прикосновения. Проехав по мосту, они вскоре были вынуждены остановиться. Дорога дальше превратилась в непролазную грязь — недавние дожди превратили ее в размытую колею, по которой машина точно не смогла бы проехать. Заглушив двигатель, братья выбрались из машины. Тишина, нарушаемая лишь отдаленным шумом ветра в кронах деревьев, казалась оглушительной. Аарон и Эндрю подошли к Maserati, автомобилю, который, казалось, совершенно не вязался с тем, что хранилось внутри. Эндрю повернул ключ в замке, и багажник плавно поднялся, открывая вид на тщательно организованный арсенал. На внутренней стороне крышки багажника были закреплены ряды оружия: от блестящих клинков и острых ножей до пистолета. Среди них виднелись и кресты, и амулеты, предназначенные для защиты от потустороннего. Сам багажник был заполнен полками, на которых разместились различные предметы: бутылки со святой водой, инструменты, которые могли пригодиться в самых неожиданных ситуациях, и, даже древние книги. Эндрю взял дробовик, подставив его под защитную крышку, закрепляя ее в поднятом положении. А прямо над ней, занимая значительную часть пространства занимала нарисованная от руки пентаграмма — символ, который оберегает их оружие от лап всяких мерзких существ. — Что ты предлагаешь взять с собой? — Аарон прислонился к холодному боку Maserati, его взгляд скептически скользил по рядам оружия, — мы ведь даже не знаем, с чем имеем дело. — Дробовик с солью никогда не подводил, — Эндрю поднял тяжелый автомат, его пальцы уверенно легли на приклад. Он бросил его брату, и Аарон, не задумываясь, поймал его одной рукой, — и железо. Его взгляд упал на массивный, покрытый царапинами, лом, лежавший рядом с автоматом и клинок. — И раз уж тут ходили слухи про демона, то… — открыв небольшую полку в самом углу багажника, Эндрю достал два металических креста, — распятья. Аарон наконец-то оттолкнулся от машины и прошел чуть вперед, к первому дому на их пути. На лице брата проскользнуло выражение тоски, но стоило ему моргнуть, как оно пропало. Эндрю подошел вполную, слегка ударив его по плечу. — Знаю, знаю, — сразу же отреагировал Аарон, невесело усмехнувшись, — но иногда я не могу контролировать это. Эндрю пождал губы, и отвернулся от брата. В такие моменты он дейтсвительно ничем не мог помочь ему, тяжело было смотреть на заброшенное место, где когда-то кипела жизнь. Его взгляд перешел на дом, на который смотрел Аарон. А сводки не врали, — разбитый фонарь над входной дверью все еще горел, иногда мигая и выключаясь на секунды, но потом снова загораясь. Чертовщина. Он снова переместил свой взгляд на сам дом, вглядываясь в ветхое строение, которое, казалось, сочилось сыростью и готово было вот-вот рухнуть, но продолжал упорно стоять. Холодный дождь закапал как раз тогда, когда Эндрю посмотрел вверх, — серое небо приобрело синие оттенки, и мерзкий мелкий дождь началя как никогда не кстати, превращая землю под ногами в еще более грязевую кашу, а опавшие листья — в кровавые разводы. Скрюченные деревья, похожие на истерзанные руки, тянулись к свинцовому небу. Впереди проступали очертания дома, но Эндрю не спешил идти вперед. Стены дома перед братьями, некогда, вероятно, белые, теперь были покрыты серой патиной времени и сырости. Покосившееся крыльцо, облупившаяся краска, заколоченные окна — все говорило о том, что это место давно покинуло пределы жизни. Старый, ржавый почтовый ящик у самой тропы выглядел так, будто рассыпится от любого прикосновения. Аарон хмыкнул и прошел к самому крыльцу. У двери он остановился, и опустил голову вниз. — Что там? — Эндрю быстро приодалел расстояние между ними и посмотрел туда, куда был обращен взгляд брата. — Газеты, — просто ответил тот, и потянулся к одной из них рукой. Но стоило Аарону дотронуться на бумаги, как она рассыпалась, словно песок. Пыль от некогда ежедневной газеты улетела вместе с порывом ветра. Разочарованной фыркнув, Аарон выпрямился и посмотрел на Эндрю. Послышалась вибрация телефона, и Эндрю тотчас его вытащил. — Кевин прислал карту, — Аарон утвердительно лишь промычал и спустился с крыльца, перехватив дробовик поудобнее, а потом и вовсе повесив его на плечо. — Пойдем к местам самоубийства или сразу к часовне? Эндрю спустился следом, думая, как им лучше поступить. Ему хотелось все же узнать про того рыжего парня, которого он встретил — жил ли он в этом городе или просто стал его жертвой? В каком из этих домой он возможно, обитал? И как он выглядел, когда все здесь было еще живым. — Ты запал на него? Эндрю едва заметно оскалился: — Отъебись. Аарон обреченно застонал и они все же пошли вперед, по грязной и скользкой от грязи, дороги. Пройдя пару метров, они вышли на площадь. Впереди стоял большой дом, с колодцем прямо перед ним. Эндрю посмотрел карту — как он и думал, это именно тот колодец, в который скинулась вторая девочка. Аарон будто поняв, о чем думает брат, скривился, стоило ему перевести взгляд на каменный домик. Но все же вытащив из внутреннего кармана куртки ЭМП, подошел к нему. Но показатель оставался подозрительно тих. — Судя по карте, это дом мэра, — Эндрю отошел немного в сторону, ища какой-нибудь вход. Парадная дверь едва ли могла быть использована, прямо перед ней росли кусты ведьминой колючки, которая буквально поглатила крыльцо. Аарон же отошел к небольшой церквушки слева от дома. Ничем не примечательная, она казалась хорошо сохранилась, обнесенная железным колотым забором. — Что там? — Аарон после осмотра здания, повернулся к брату, подходя к нему и забирая телефон с включенным экраном, — думаю, можно начать с дома мэра, ведь если что и случалось в городе, он должен был знать. Может он вел каке-нибудь записи. Эндрю кивнул, все еще думая, как им зайти. Увидев, куда направлен его взгляд, Аарон нахмурился. — Никогда не видел так много ведьминой травы в одом месте. — Я тоже посчитал это странным, — протянул Эндрю, обохдя дом справа, — возможно, здесь жила ведьма. Аарона передернуло. — Ненавижу ведьм. Как Эндрю и рассчитывал, в таком большом доме должно быть минимум два входа. Справа от основного располагалось небольшое крыльцо, дверь хоть и плотно закрыта, замурована не была. Эндрю достал железный лом, пока Аарон прошел дальше, по тропинки мимо крыльца. Чем дальше он отходил, тем сложнее было различить его фигуру из-за тумана, который опять взялся не пойми откуда. — Не отходи далеко! — Хорошо, — послышался голос Аарона, отдаваясь эхом в ушах. Щеколда была закрыта изнутри, поэтому разбив маленькое окошко рядом, Эндрю обмотал свою кисть курткой и пролез через разбитое окно, открыв дверь с внутренней стороны. Она легко поддалась. — Аари! — окликнул Эндрю, резко оборачиваясь. Сердце пропустило, когда он обнаружил брата, возникшего прямо рядом с ним, — блять. — Извини, — ухмыльнулся Аарон, его глаза блеснули озорством. Он последовал за Эндрю в дом, — если идти по этой тропинке, то выйдешь прямо к обрыву. Там ещё остались куски моста, но на ту сторону теперь точно не переберёшься. Эндрю нахмурился. Почему такие опасные места никак не обозначены? В этом городе наверняка было полно детей, которые могли сорваться вниз, и их никто бы не нашёл. Или, может, когда-то здесь и был забор, но время и ветер сделали своё дело, оставив лишь разломанные части. Едва они переступили порог дома, как в нос ударил густой, тяжёлый запах — смесь затхлости и сырости. Так пахнут дома, давно потерявшие своих хозяев; где жизнь остановилась много лет назад. Дверь вела в просторную столовую, плавно переходящую в кухню. Эндрю удивлённо приподнял брови, заметив, как из старого, пожелтевшего крана монотонно капала вода. Словно хозяева вот-вот должны были вернуться, чтобы наполнить эту кухню ароматами готовящейся еды. Этот город вызывал странный диссонанс: всё вокруг ощущалось мёртвым, покрытым пылью, но в то же время где-то глубоко таилось ощущение жизни, которая просто застыла во времени. Пол посередине комнаты был заметно темнее, чем по краям, его доски просели и вздулись. Эндрю встретился взглядом с Аароном, указывая подбородком на эту часть пола. Он дал понять, что доски прогнили настолько, что они провалятся, стоило им ступить туда. Аарон понимающе кивнул, его взгляд переместился наверх. С потолка, кое-где обвалившегося и обнажившего тёмные балки, методично капала вода, оставляя мокрые следы на полу. Вероятно, именно эта постоянная течь и стала причиной того, что середина кухни пострадала больше всего. Густой слой пыли покрывал все поверхности — стол, стулья, подоконники. Цветы в горшках выглядели как иссохшие руки мертвецов, тянувшиеся из земли. Некоторые растения, вопреки всему, продолжали расти, обвивая пол своими полуживыми стеблями. Эндрю прошёл первым, осторожно ступая по краю комнаты, Аарон следовал за ним. Им пришлось достать фонари, потому что темнота в доме была не только густой, но и давящей, заставляя при каждом движении тени всматриваться, не похожа ли она на фигуру человека. Приоткрыв дверь, Эндрю заглянул в следующую комнату. Это было просторное, почти пустое помещение. Большую часть его занимало пианино, стоящее точно посередине. Другой мебели помимо одного кресла и комода, не было. Половина окон была разбита, из-за чего истлевшие шторы трепетали при каждом порыве ветра. По всему зданию ощущался сильный, мёртвенный холод, будто они находились не в доме, а в склепе. Тёмно-бордовый ковёр, лежавший в комнате, казалось, был совершенно не тронут временем. Братья медленно прошли через двустворчатые стеклянные двери и оказались в небольшой гардеробной, которая вела наружу, к тем самым колючим кустам, что они видели с другой стороны. Шкаф с верхней одеждой был распахнут настежь. Обувь стояла ровными парами, ботинок к ботинку. Одежда на вешалках висела нетронутой. На этом всё — никакой лестницы наверх они не нашли. Аарон осмотрелся, почесал затылок, пытаясь проанализировать ситуацию. — В столовой был коридор, если постараться, можно туда проскользнуть, — сказал он. Эндрю кивнул. Если это был их единственный шанс попасть на второй этаж, нужно было попробовать. — Если провалимся вниз, то, думаю, лететь не так уж долго. Не умрём. Эндрю скептически посмотрел на брата. Аарон лишь отмахнулся. Пройдя обратно, взгляд опять переместился на пол в столовой. Некоторые доски уже начали отходить друг от друга от сырости, но если наступать только на более или менее сухие, то, вероятно, получится пройти. Эндрю взглянул на брата, который выглядывал из приоткрытой двери, и кивнул в сторону коридора, давая понять, чтобы тот готовился. Дождавшись кивка, Эндрю пошёл первым. Вес двух людей пол точно не выдержит. Как только он оказался в коридоре, он выдохнул. Посветив фонарём вдоль всего длинного прохода, он заметил, что доски здесь сохранились почти идеально. Вода не добралась до этой части дома, и здесь можно было спокойно идти, не боясь провалиться. Пока Аарон, судя по шороху, пробирался к нему, Эндрю осмотрелся: на стенах висели фотографии. Редкие, но люди на них выглядели счастливыми. Некоторые снимки были разбиты, и по ним нельзя было полностью понять, кто изображён. Но почти на каждой фотографии было по три человека — судя по позам, двое родителей и ребёнок. — Здесь жила молодая семья, — голос Аарона, раздавшийся сзади, заставил Эндрю отвести взгляд от фотографий, — а теперь они, скорее всего, мертвы. Эндрю промолчал, негласно соглашаясь. Этот вывод напрашивался сам собой. Они прошли дальше. Коридор оказался не таким длинным, как казалось сначала. Лестница наверх привела их к развилке: впереди была приоткрытая дверь, как и слева, а справа виднелся ещё один коридор. Переглянувшись с Аароном и увидев его вопросительный взгляд, Эндрю покачал головой. Что-то внутри подсказывало ему, что им не стоило разделяться. Аарон не стал спорить. Он лишь пожал плечами и указал на дверь впереди. Пройдя туда, они оказались в кабинете. Каждый шаг по доскам пола сопровождался протяжным скрипом, словно дом издавал предсмертные хрипы. Ветер, прорываясь сквозь разбитые оконные створки, заставлял их биться о стены с глухим стуком. Комната была погружена в полумрак. Солнечный свет, проникающий через окна, был тусклым и блёклым, освещая лишь пыль, клубящуюся в воздухе. В центре комнаты стоял массивный письменный стол из тёмного дерева. На его поверхности виднелись следы былой жизни: раскрытая книга, покрытая толстым слоем пыли, и несколько старых фотографий в потускневших рамках. Рядом стояло высокое кресло, обивка которого истрепалась и просела, а справа находился камин. Над камином висела картина, её краски поблекли, а изображение едва угадывалось. Вдоль стены располагался высокий книжный шкаф, доверху заставленный книгами, покрытыми большим слоем пыли. На полу лежал ковёр с истлевшим узором. В одном углу комнаты стоял опрокинутый табурет, будто его оставили в спешке, а обои на стенах, с мелким, замысловатым рисунком, выглядели грязными и выцветшими. Несмотря на редкие лучи солнца, что проникали в разбитое окно, комната была наполнена пронизывающим холодом, как и все здание в целом. Аарон отошел к столу, его пальцы ошарили поверхность, прежде чем он принялся с силой дергать ящики. Послышался скрежет дерева, затем глухой стук. Один ящик поддался: пожелтевшие бумаги, засохшие чернила, сломанные перья, — ничего примечательного. Эндрю подошел к книжному шкафу, который возвышался вдоль стены. Он провел рукой по корешкам книг, ощущая под пальцами сухую, ветхую кожу и шершавую бумагу. Между двух томиков нашлась фотография. Взяв ее, он увидел молодого, красивого парня с копной рыжих волос, хоть цвета и стали блёклыми, но все равно различались. Черты его лица были тонкими, глаза на снимке смеялись, излучая свет, который, казалось, не мог погаснуть даже под толстым слоем пыли и времени. Это был тот самый парень, которого он видел у обочины. Сердце забилось в горле, но Эндрю заставил себя перевернуть фото. На обороте, выведенные чернилами, виднелись слова: «17-летие Натаниэля, 1954 год». Дата и имя повисли в воздухе комнаты. Эндрю ощутил, как внутри что-то болезненно сжалось. Он смотрел на улыбающееся лицо парня, на эту безмятежность, которая теперь казалась такой далекой и недостижимой. Этот дом хранил в себе отголоски счастливых моментов, которые теперь лишь усиливали ощущение пустоты и горечью, оседая на кончике языка. Судя по тому, как бережно хранилась эта фотография, и как сиял Натаниэль на снимке, он был любим. Эндрю почувствовал укол тоски по этому незнакомцу, по той жизни, которая когда-то кипела в этих стенах, а теперь сменилась вечной тишиной. — Аарон, — позвал он, его голос прозвучал глухо. Он подошел к брату, протягивая ему фотографию. Аарон, который всё это время пытался открыть очередной ящик стола, выпрямился и повернулся. Он взял снимок, его взгляд скользнул по лицу Натаниэля и в глазах тотчас мелькнуло понимание. — Это тот парень? — спросил он, его голос был ровным, но Эндрю уловил в нём нотку напряжения. Эндрю кивнул. Аарон нахмурился, а светлые брови сошлись на переносице. Он смотрел то на фотографию, то на Эндрю, словно пытаясь совместить несовместимое — живое лицо на снимке и ту гнетущую атмосферу смерти, которая окутывала этот дом. — У меня плохие новости, — произнёс он наконец, его голос звучал глухо, словно доносился из-под земли. Он поднял небольшой, потрепанный кожаный дневник. Страницы были истлевшими, некоторые края обгорели, но текст, написанный твёрдой рукой, ещё можно было разобрать. — Нашел в одном из закрытых ящиков стола. Дневник. Похоже, это записи отца Натаниэля. Если я всё правильно понял… Аарон сделал паузу, собираясь с мыслями. — Его принесли в жертву, — закончил он, глядя прямо на Эндрю.
