Один на миллиард

Этот день с самого утра не задался для Бамблби. Еще на первой паре в академии у него слегка заныл низ живота, но парень привычно списал это на тяжелые спарринги с альфами и вчерашний кросс по пересеченной местности. На второй паре ноющая боль усилилась, став колющей и горячей. Би сидел за партой, незаметно поджав пальцы на ногах, и глубже кутался в свое необъятное желтое худи. — Эй, Би, ты чего такой бледный? — шепотом спросил Смоукскрин, оторвавшись от телефона. — На тебе лица нет. — Все нормально, Смоук. Просто не выспался, — сквозь зубы ответил Би, стараясь, чтобы его голос не дрожал. Гордость не позволяла ему признаться в слабости, особенно перед альфой. Однако к концу занятий ситуация стала критической. Би чувствовал, как внутри него начинает разгораться странный, неестественный жар. Кожа стала гиперчувствительной, а по спине покатился холодный пот. Едва прозвенел финальный звонок, он, даже не дождавшись друга, пулей вылетел из здания академии. Ему нужно было срочно попасть домой, к своим спасительным сильным таблеткам. Оптимус дал ему свежую партию, но Би, понадеявшись на утреннюю дозу, оставил баночку в своей квартире. И это было его роковой, страшной ошибкой. На улице стояла жуткая пробка. Город буквально замер в багровых огнях стоп-сигналов. Би с трудом запрыгнул в душную, переполненную маршрутку. В салоне пахло дешевым бензином, влажной одеждой и чужим потом. От этих запахов Би мгновенно затошнило. Живот скрутило такой дикой, спазматической болью, что у парня потемнело в глазах. Его затрясло. Внутренний омега, запертый годами жесткой химии, вдруг начал яростно выламывать двери, требуя своего. «Нет, нет, нет, только не здесь, пожалуйста!» — панически думал Би, цепляясь дрожащими пальцами за поручень. Маршрутка дернулась и встала в очередной глухой затор на мосту. Поняв, что в этой жестянке он просто потеряет сознание, Би с трудом хриплым голосом попросил водителя: — Высадите… высадите меня, пожалуйста. Здесь. — Парень, тут остановки нет! — огрызнулся водитель, но, взглянув в зеркало заднего вида на мертвенно-бледного, трясущегося юношу с огромными безумными глазами, чертыхнулся и открыл переднюю дверь. — Ладно, катись. Шлак, только не блей в салоне. Би буквально вывалился на асфальт. Холодный вечерний воздух на секунду привел его в чувство, но жар внутри разгорался с новой, пугающей силой. Прямо перед ним светилась неоновая буква «М». Метро. Подземка. Там нет пробок. Поезда ходят каждые две минуты. Если он поторопится, то через пятнадцать минут будет дома. Дрожащей рукой нащупав проездной, Би спустился по эскалатору вниз. С каждым шагом вниз, под землю, ему становилось все хуже. Колени подкашивались, его колотило в настоящей лихорадке. Кое-как доковыляв до платформы, он обессиленно опустился на старую гранитную скамью в самом конце полупустой станции. И в этот момент защитный барьер блокатора, державшегося из последних сил, с треском лопнул. Это была не просто течка. Это была сильнейшая, дикая течка омеги-девственника, чью природу слишком долго подавляли медикаментами. Изнутри Би вырвался мощнейший, чистый, сводящий с ума запах спелого, сочного лесного меда с легким шлейфом цветущей липы. Запах был настолько плотным и ярким, что казался почти осязаемым в холодном воздухе подземки. Би в ужасе сжался в комок на скамье, подтянув колени к груди и спрятав лицо в ладонях. Его била крупная дрожь. Гордый, упрямый курсант академии сейчас превратился в беззащитное, испуганное существо, которое могло только тихо, жалобно скулить. — Пожалуйста… кто-нибудь… Оптимус… — шептал он, теряя связь с реальностью от накатывающего сладкого тумана. В это же самое время на другом конце той же платформы шел Мегатрон. Сегодня он решил изменить своей привычке передвигаться исключительно на бронированном лимузине. Пробки в центре города лишали его терпения, а злость после утренних совещаний требовала смены обстановки. Бизнесмен, одетый в дорогое серое пальто поверх черного костюма, шел в полном одиночестве, без охраны. Его суровое лицо с резкими чертами и жесткие серебряные волосы заставляли редких прохожих инстинктивно уступать ему дорогу. Мегатрон глухо и недовольно рычал себе под нос, проклиная это спонтанное решение спуститься в подземку. Здесь было слишком шумно, слишком серо и… Внезапно Мегатрон замер как вкопанный. Его зрачки мгновенно сузились до размеров иголочных ушек, а ноздри глубоко, судорожно втянули воздух. Воздух станции метро разорвал невероятный, невозможный запах. Горький коньяк и табак Мегатрона встретились со сладким, густым, чистым медом. Этот аромат не просто привлекал — он бил наотмашь, пробуждая в доминантном альфе дремавшие, дикие инстинкты первобытного хищника. Вся его циничная уверенность в собственной «бракованности» и бесплодии испарилась за долю секунды. Каждая клетка его мощного тела закричала о том, что ТАМ, в конце платформы, находится его истинная пара. Омега. Чистый, не тронутый никем омега. Мегатрон резко повернул голову. Его взгляд, полный животного голода и вспыхнувшего пламени, намертво зафиксировал фигуру в желтом худи на скамейке. Альфа сорвался с места, тяжело и стремительно шагая в сторону своей добычи. Его аура в этот момент стала настолько подавляющей и тяжелой, что пара бет, стоявших неподалеку, испуганно отшатнулись назад, прижимаясь к колоннам. Би почувствовал приближение опасности за секунду до того, как чужая тень упала на него. Тяжелый, властный запах табака, горького шоколада и коньяка окутал его, заставляя внутреннюю течную омегу сладко и испуганно затрепетать. Би с трудом поднял голову, его огромные голубые глаза, затуманенные слезами и жаром, встретились с пронзительным, пугающим взглядом сереброволосого гиганта. — Чей ты? — глухо, утробно зарычал Мегатрон, нависая над парнем. Его голос вибрировал от сдерживаемой страсти и ярости. — От кого ты прячешь этот запах, мальчишка? — Уйди… — из последних сил прохрипел Би, пытаясь отодвинуться, но уперся спиной в холодный гранит спинки скамьи. — Пожалуйста… не трогай меня… я полицейский… — Полицейский? — Мегатрон зло и хрипло рассмеялся, этот звук заставил Би вздрогнуть. — Ты течный, беззащитный омега, который сейчас сойдет с ума от. И ты принадлежишь мне. Природа не ошибается. Мегатрон резко наклонился, схватил Би за предплечье и одним мощным движением вздернул его на ноги. От резкого движения у Би закружилась голова, ноги окончательно отказались его держать, и он беспомощно рухнул грудью на широкую, каменную рампу груди альфы. Мегатрон крепко перехватил его за талию, прижимая к себе так сильно, что Би едва мог дышать. — Отпусти! Пусти меня, шлак тебя дери! — Бамблби попытался ударить альфу кулаком в плечо, проявив свою гордость, но его удар вышел слабым, почти детским. Мегатрон даже не шелохнулся. — Тихо, — приказал Мегатрон, его зрачки расширились, заполняя почти всю радужку. Он уткнулся носом в блондинистые волосы Би, шумно вдыхая сводящий с ума мед. — Ты идешь со мной. В этот момент к платформе с грохотом подлетел поезд. Двери открылись, но Мегатрон даже не посмотрел на него. Он силой поволок слабеющего, хныкающего Би в сторону выхода, наверх, к эскалаторам. Би пытался цепляться берцами за ступени, пытался закричать, позвать на помощь, но из его горла вырывались лишь тихие, прерывистые стоны. Течка парализовала его волю, заставляя тело предательски обмякать в сильных руках насильника. Они выбрались на ночную, залитую дождем улицу. Мегатрон, не разжимая стальной хватки, одной рукой вытащил из кармана телефон и набрал номер. — Брейкдаун, — рявкнул он в трубку, его дыхание было тяжелым и прерывистым. — Гони машину к центральному входу метро «Октябрьская». Живее! Чтобы через минуту был здесь, иначе я тебя закопаю. Через сорок секунд, визжа тормозами по мокрому асфальту, прямо к тротуару подлетел огромный черный внедорожник. За рулем сидел Брейкдаун — верный, молчаливый водитель Мегатрона, крупный альфа, который повидал многое на своем веку. Мегатрон рванул на себя заднюю дверь и буквально зашвырнул брыкающегося, стонущего Бамблби на кожаное сиденье, тут же запрыгивая следом и с грохотом закрывая дверь. — В особняк. Гони на полную, Брейкдаун. Наплевать на светофоры и камеры, — глухо приказал Мегатрон, его голос сорвался на животный рык. Он уже срывал с себя серое пальто, не сводя безумного, горящего взгляда с дрожащего на сиденье блондина. Брейкдаун мельком глянул в зеркало заднего вида. Салон внедорожника за секунду заполнился такой убойной смесью альфийского коньяка и омежьего дикого меда, что у водителя перехватило дыхание. Он мгновенно понял, ЧТО сейчас произойдет. Понимая, что в такие моменты Мегатрон абсолютно неуправляем и смертельно опасен, Брейкдаун молча сжал руль, вдавил педаль газа в пол и постарался полностью отключить свое внимание от того, что происходило на заднем сиденье. — Пожалуйста… нет… мой брат… он убьет тебя… — плакал Бамблби, забившись в угол кожаного дивана и тщетно пытаясь закрыться руками от надвигающегося на него сереброволосого кошмара. — Пусть попробует, — прорычал Мегатрон, наваливаясь на него всем своим тяжелым, мускулистым телом и намертво прижимая гордого омегу к сиденью. — Ты никуда от меня не уйдешь. Машина на огромной скорости неслась сквозь ночной город в сторону загородного особняка, ставшего для Бамблби началом его самого страшного и рокового жизненного перелома.