Maybe Then I Could Finally Be Free/Может быть, Тогда Я Наконец-то Смогу Стать Свободным
13 июля 2026 г., 06:52
Гарри легонько ударил себя по лицу, серый оттенок кожи не изменился даже после горячего душа. Он повертел головой из стороны в сторону, хмурясь на свое отражение. Вес продолжал падать, щеки впали и придавали ему изможденный вид, а вокруг глаз появились темные круги.
Целительница Элли сказала, что ему оставался всего месяц. Прошло три недели.
Он крутанул вентиль с горячей водой, подождал, пока вода нагреется и снова плеснул ей в лицо. Он ждал, наблюдая как капли медленно падают с кончика носа. Было не так больно, как обычно, но ему показалось, что для его воспаленных нервов это только плюс.
Скоро Драко начнет подозревать, что что-то не так, и неважно, что Гарри будет это отрицать. Наверное, было бы разумным отделаться от него, пока все не кончится, например, можно сказать, что Гарри собирается уехать из города. К тому времени, когда Драко все поймет, он будет уже мертв.
Неделя — это не так уж и много, Гарри сможет провести это время в одиночестве. И это в любом случае было лучше, чем если бы Драко нашел его на полу без сознания, испортив все незапланированным визитом в Мунго.
Так было правильно, верно?
Гарри уставился на себя в зеркало, тяжело навалившись на раковину. Глаза были не такими яркими, как обычно, зеленый цвет стал немного тусклее. Это больше не были глаза Лили.
Он вытер лицо и руки, осторожно сжимая пальцами полотенце. Драко ни в коем случае не должен догадаться, что с ним что-то происходит, и в ближайшие несколько дней все должно быть в порядке. Он может притвориться еще ненадолго. Гарри нахмурился. Он тянул время.
Дверь в ванную со щелчком закрылась, и он уперся рукой в стену, пытаясь удержать равновесие. До спальни было не так далеко, но со вчерашнего дня у него подкашивались ноги.
Драко работал над костями дома — что бы это ни значило — и когда Гарри открыл дверь, тот оказался сидящим на полу рядом с открытой в стене панелью. Еще тридцать минут назад Гарри даже не подозревал о ее существовании.
— Знаешь, тебе действительно стоит разобрать почту, — сухо заметил Драко, ныряя головой в щель. — Некоторые из писем кажутся важными.
Гарри фыркнул, но все же подошел к раскиданной на столе куче.
— По крайней мере, их совы не вламывались в мой дом и не шарились по шкафам.
— Судя по всему, это единственный способ связаться с тобой.
Гарри улыбнулся, взял стопку писем и уселся в кресло, перебирая несколько верхних. Приглашение на торжественный прием, поздравление, написанное вроде бы детским почерком. Он отложил его в сторону. Он хотел бы на него ответить, если у него будет такая возможность… Рука зависла в воздухе. Следующим письмом было официальное послание с гербом Святого Мунго, выгравированным на конверте.
Он мельком взглянул на Драко, тот все еще был сосредоточен на стене. Гарри медленно поднял письмо. Оно не было единственным, зеленые пергаменты выглядывали из стопки, наполовину погребенные под другой корреспонденцией. Гарри осторожно подтолкнул палец под край и сломал печать.
Письмо от целительницы Элли. Просьба о повторном посещении. Обеспокоенность по поводу его исчезновения.
Гарри заставил себя вдохнуть, кидая еще один нервный взгляд на Драко. Тот был по-прежнему занят, прижимаясь плечом к стене и, нахмурившись, пытаясь до чего-то дотянуться.
Собрав остальные конверты, Гарри быстро открыл их и пробежал глазами по содержимому, чтобы убедиться, что все они об одном и том же. Похоже, первое письмо целительница отправила ему всего через несколько дней после постановки диагноза, и в последующие недели частота и срочность только возрастали.
Гриммо все еще находился под Фиделиусом. Никто не мог попасть сюда, и он бы уже знал, если бы они попробовали связаться с Роном или кем-нибудь еще. Здесь он был в безопасности. И это было хорошо.
— Кто-то отправил тебе письма с угрозами? — небрежно спросил Драко. — Ты выглядишь так, будто они написаны кровью.
Гарри вздрогнул, складывая пергаменты в стопку.
— Нет, просто очень эксцентричные фанаты.
Он бросил их в пустую мусорную корзину, посылая следом беспалочковое Инсендио. Магия обжигала, вырываясь из руки со сведенными судорогой мышцами, казалось, заклинание не должно было сработать, но пламя послушно пожирало буквы, и Гарри смотрел, как они горят. Толстый пергамент скручивался и сморщивался, превращаясь в пепел, пока огонь не погас.
— Кажется, это слегка чересчур, — пробормотал Драко.
Гарри снова развернулся к остальной куче писем. Многие были доставлены еще несколько месяцев назад, он медленно их разбирал: стопка от друзей, стопка, на которую он собирался ответить, а остальные легли поверх пепла в мусорном ведре.
— Ты отправил письма Рону и Гермионе, — сказал он после того, как некоторое время сортировал почту в тишине.
— Да, — рассеянно промычал Драко.
Гарри отправил в мусор еще одну пачку приглашений от аврора Робардса.
— Мне ты не прислал ни одного.
Пауза.
— Разве?
Гарри перебрал все письма после того, как Гермиона впервые об этом упомянула. От Драко не было ничего, не говоря уже о смущающих извинениях.
— Я его не получал.
Драко поднял брови, словно был удивлен, но при этом отказывался смотреть Гарри в глаза. Он наложил заклинание на открытую балку в стене.
— Как странно.
— Ты точно его написал?
— Я уверен, что да. — Драко сморщил нос, сосредотачиваясь. — Наверное, я что-то упустил из-за своего плотного графика.
Гарри чуть было не улыбнулся, но заставил себя сдержаться и отправил еще одно письмо в корзину.
— Я не знал, что получение огромного наследства отнимает столько времени.
Наконец Драко посмотрел на него.
— Мне послышалось, или ты собрался критиковать меня из-за богатства, передающегося из поколения в поколение.
Гарри пожал плечами, растягивая губы в усмешке.
— Что ж, и чем же ты занят целыми днями?
— Кроме того, что присматриваю за тобой?
— Да, кроме этого. — Драко нахмурившись посмотрел на него, словно следил за тем, как стены поднимаются в воздух, в его позе появилось что-то оборонительное. Гарри захотелось разрядить обстановку. — На самом деле, — он повернул кресло лицом к Драко, наклонившись вперед. — Я просто совершенно ничего не знаю о жизни человека, который каждый день ошивается в моем доме.
— Ах, точно, я же специально держал тебя в неведении все это время, — саркастично заметил Драко.
Гарри подождал пока тот закончит, пока его плечи расслабятся, и пока сам Гарри не удостоверится, что его не укусят за следующие вопросы.
— Мне просто любопытно, вот и все.
— Оу, — Драко со вздохом отложил палочку. Он сидел на полу, скрестив ноги, но выпрямив спину, как будто это могло добавить ему важности. — Моя обычная жизнь ужасно скучна, сомневаюсь, что ты действительно хочешь, чтобы я утомлял тебя подробностями. — Он взглянул на Гарри, словно ожидая, что тот ответит, что это была шутка и замнет весь разговор. Гарри оставался неподвижным. Драко вздохнул. — Ну, бо́льшую часть времени я помогаю матери с оформлением наследства. Когда отца не стало, ей пришлось довольно быстро учиться управляться с финансами.
Люциуса приговорили к пожизненному заключению в Азкабане, но Драко говорил об этом настолько небрежно, словно тот всего лишь ушел на работу. Гарри кивнул.
— И ты знаешь, как это все делается?
Драко усмехнулся.
— Меня готовили к управлению активами с шести лет. Конечно, я знаю как.
— Тогда почему ты не займешься всем этим сам? Почему ты учишь ее?
Драко посмотрел на него долгим усталым взглядом.
— Потому что я не собираюсь становиться преемником своего отца.
Поза вновь стала оборонительной, как будто он ожидал нападок.
— Ты все еще собираешься во Францию?
Кивок.
— В конце года. К этому времени мама должна стать самостоятельной, иначе я не смогу уехать. У меня не выйдет начать все с начала там, если все еще буду связан обязательствами здесь.
Гарри кивнул, ощущая, как в груди что-то щелкнуло. Вариант, о котором он даже не думал, отпал сам собой.
— Думаю, на следующей неделе я съезжу к Гермионе и Рону. В Австралию.
Драко выглядел удивленным внезапной сменой темы.
— Да?
Гарри прочистил горло.
— Я подумал о том, что ты сказал о поездке туда, где меня никто не знает, о том, что мне стоит попросить их уделить мне время и обо всем таком. Думаю, было бы полезно ненадолго сменить обстановку.
Драко внимательно наблюдал за ним, прядь светлых волос выбилась из-за уха. Он заправил ее обратно, отводя взгляд.
— Конечно.
— Так что меня не будет какое-то время.
Гарри тяжело сглотнул, глядя на переполненную конвертами корзину у себя под ногами.
— И когда ты вернешься? — спросил Драко, в его голосе проскользнуло что-то вроде надежды.
— Я еще не решил.
— А, понятно. — Тишина окутала комнату, отчего пространство стало казаться меньше, а стены еще более удушающими. — Когда ты уезжаешь?
— В понедельник, — решил Гарри.
Через четыре дня. Достаточно для того, чтобы быть уверенным, что ему не станет намного хуже, но довольно близко к сроку, чтобы ему не пришлось провести слишком много времени в одиночестве.
Драко поднял палочку, возобновляя свою работу. После этого они практически не разговаривали.
***
В пятницу утром Гарри проснулся без боли. Он моргнул, приходя в себя. Головокружения, которое он игнорировал несколько недель, не было. Мышцы реагировали, а ноги приземлялись именно там, куда он хотел. Все было так, как раньше. До болезни. Он обошел дом, просто потому что мог. Он пил кофе в саду, потому что его ноги были невероятно устойчивыми и способными простоять долгое время. Этого оказалось почти достаточно, чтобы отвлечь его от того, что Драко опаздывал. Наступил и прошел полдень. Гарри заварил себе вторую чашку чая, убрав остывшую, приготовленную для Драко. Пробило четыре часа дня, а от него так и не было никаких новостей, и когда Гарри впервые за несколько недель приготовил себе полноценный ужин, тот, наконец, аппарировал прямо в гостиную. — О, привет, — немного робко произнес Гарри. Накануне они разошлись на странной ноте. Отсутствие было похоже на ответ. — Гарри, — поприветствовал его Драко, задрав подбородок. Он разгладил мантию, похожую на прошлую, только грифельно-серого цвета. Из-за этого он выглядел бледнее, чем был на самом деле. — Я думал, ты уже не придешь. — Да, что ж. Я всегда прихожу, не так ли? — Челюсть Драко сжалась, а взгляд метнулся к нему, и тут же ушел в сторону. — Ты сегодня хорошо выглядишь. — Спасибо, — ухмыльнулся Гарри. — Удивительно, что может сделать хороший ночной сон. Драко кивнул, поджимая губы. Он оглядел комнату, прежде чем взгляд снова вернулся к Гарри, выражение лица было немного напряженным. — С тобой ведь все в порядке? Улыбка Гарри застыла на месте. — Да, конечно. Драко кивнул, словно знал, что он ответит именно так. — Это просто… — Создавалось ощущение, что он не мог найти, куда посмотреть. Плечи резко опустились, и он отрывисто выдохнул. — Я не знаю. — Мы должны пойти потанцевать, — выпалил Гарри. — Сегодня. Драко бросил на него раздраженный взгляд. — Что? — Танцы. Блестки и все такое. Гарри пожал плечами. Он чувствовал себя прекрасно и понятия не имел, как долго это продлится. Танцы с Драко показались ему достаточно неплохим способом провести этот, возможно последний, хороший день. — Ты хочешь пойти на танцы? Драко казался невозмутимым. — Да. — Сегодня? — Ага. — Со мной? — В этом весь смысл. — Гарри закатил глаза. — Ты сказал, что я могу пойти с тобой, и так как в понедельник я уезжаю… Драко выглядел немного озадаченным таким поворотом разговора. — Наверное, ты прав. — Он провел руками по лицу, и по положению его плеч Гарри смог увидеть точный момент своей победы. — Ладно. Он ухмыльнулся. — Но ты не можешь пойти в этом, — отрезал Драко. Гарри посмотрел на свои джинсы и любимую красную толстовку. — А что с этим не так? Вообще-то, он сегодня приложил немало усилий, чтобы выбрать наряд. — А что с этим должно быть так? Гарри снова закатил глаза. — У меня точно нет под рукой парадных мантий. — Туда нельзя идти в парадной мантии. — Но это то, что на тебе надето! — Да, потому что я пришел, не собираясь идти в клуб, — он окинул Гарри своим самым равнодушным взглядом. — Что ж, могу тебя заверить, что все в моем шкафу выглядит примерно так же. Драко прикусил губу, переводя взгляд с лица Гарри на грудь и обратно. — Не хочешь зайти ко мне домой?***
Драко жил за самым захудалым пабом, который Гарри когда-либо видел, а он провел немало времени в «Дырявом котле». Судя по внешнему виду, заведение едва работало. Бармен с кривой улыбкой и отсутствующими зубами протирал стойку серой тряпкой. Деревянные столы были задвинуты в темные углы. Ноги прилипали к полу, и Гарри совершенно не хотелось ничего рассматривать слишком внимательно. Кивнув бармену, Драко подтолкнул Гарри к туалету. — Что ты… Трижды постучав по косяку в определенных местах, Драко распахнул дверь, и, ох, это было именно то, что Гарри ожидал увидеть. Когда они вошли, зал для приемов — потому что это был именно он — сверкал, белоснежные стены были украшены золотой отделкой. Каблуки Драко стучали по мраморной плитке, звук отдавался эхом, пока они шли к лифтам. Светоотражающие золотые двери выглядели так, словно собирались отправить Гарри в подвал за нарушение дресс-кода. Он никогда раньше не видел волшебных квартир, но откуда-то знал, что это не стандартная обстановка. За массивным столом сидела улыбчивая администратор. — Добрый вечер, мистер Малфой. — Дженис, — кивнул тот в ответ, прижимая кончик палочки к стене лифта. Золотые двери распахнулись, и Драко нетерпеливо подтолкнул Гарри вперед. — Почему я думал, что ты все еще живешь в Мэноре? — спросил Гарри, стараясь не прикасаться ни к чему в кабине. Лифт слегка дернулся, ровно настолько, чтобы стало понятно, что он пришел в движение. — Откуда мне знать? — фыркнул Драко. Лифт загудел и остановился на удивление бесшумно. Гарри ожидал увидеть еще один коридор, но, когда двери распахнулись, они оказались прямо в квартире. — Устал от всех своих павлинов? — спросил Гарри. — Скорее, устал от всех своих кошмаров… — ответил Драко, скидывая верхнюю одежду на спинку стула. Квартира была просто огромной. Входная дверь вела прямо в идеально чистую кухню, объединенную с роскошной гостиной. Открытое пространство делало комнату бесконечной, а большие окна в торцевой части пропускали достаточное количество света, чтобы казалось, что кремовая мебель почти светится. Но что-то во всем этом было странным. Гарри бы даже сказал — стерильным. Белая мебель была идеально расставлена, подушки расправлены в безупречные квадраты, словно в выставочном зале. На спинке дивана лежало единственное зеленое покрывало, но, кроме этого, больше не было никаких доказательств того, что Драко действительно тут жил. Ни одной фотографии. В раковине не лежала брошенная посуда. На полках не было даже тоненького слоя пыли, свидетельствующего о том, что здесь хоть кто-то бывает. — Очень… чисто, — выдавил из себя Гарри. Пришла мысль, что Петуния могла бы убить за такой дом, но Гарри не сказал этого вслух, чтобы не пришлось объяснять, что это значит. Драко закатил глаза. — Очень скучно. Можешь говорить, как есть. — Нет, здесь мило, — усмехнулся Гарри. Драко ничего не ответил, скрываясь за дверью сразу за гостиной. Гарри медленно пошел за ним, немного переживая, что может что-нибудь сломать. Он заглянул в комнату. Спальня была такой же роскошной и такой же одинокой, как и остальная часть квартиры. — Ладно. Как ты относишься к демонстрации кожи? Голос Драко был приглушен шкафом. — О какой конкретно коже идет речь? — Я восприму это как отказ. Раздался громкий звук, когда что-то упало на пол. Гарри поморщился, и, ожидая чего-то ужасного, направился вглубь спальни. Посреди комнаты стояла королевского размера кровать, дополненная с обеих сторон золотыми тумбочками. Гарри присел на край матраса, обводя взглядом белые чистые стены. Он никак не мог представить, что Драко жил здесь. Он настолько привык видеть того в обстановке старых, винтажных комнат Гриммо, что теперь белый цвет казался почти абсурдным. Гарри включил и выключил ночник на ближайшей тумбочке. — Отлично, кажется, я кое-что нашел, — Драко вышел из шкафа с кучей одежды в каждой руке. На его лице отразилось раздражение, когда он заметил, что Гарри портит его идеально заправленную постель. — Давай, иди сюда. — Гарри подошел и замер, пока Драко прикладывал к его груди разнообразные рубашки и куртки, морща лицо при каждой комбинации, а затем отбрасывая вещи в сторону, но в какой-то момент он ухмыльнулся, видимо, найдя что-то подходящее. — Да, я думаю, это то, что нужно. — Он сунул в руки Гарри вешалки, махнув рукой в сторону ванной. — Мне кажется, мы примерно одного размера, но если нет, то можно использовать заклинание подгона. Гарри издал встревоженный звук, но не стал протестовать, когда Драко затолкал его в ванную, которая оказалась по размеру больше, чем добрая часть гостевых спален на площади Гриммо. Он настороженно взглянул на ванну и глубоко вздохнул, прежде чем начать переодеваться. Быстро скинув свою одежду и натянув новую, он почувствовал, как ткань скользит и облегает его торс и ноги. Наряд оказался гораздо проще, чем ожидал Гарри. Обтягивающая белая футболка с неброскими черными джинсами и ярко-красной рубашкой. Это было то, что он мог бы купить для себя, но сидело лучше всего, что можно было найти в его гардеробе. Одежда была облегающей, но делала его скорее худощавым, чем истощенным. Он повернулся к зеркалу, поправил воротник и взъерошил волосы, чувствуя себя живым гораздо больше, чем когда-либо. Драко расплылся в улыбке, следя за тем, как Гарри выходит из ванной. — Заправь. Нет, не рубашку, а футболку. Да, вот так. Он жестом показал, что нужно покрутиться, после чего одобрительно кивнул. Вроде бы он говорил что-то еще, но Гарри его уже не слушал, потому что наконец-то заметил, как выглядит сам Драко. Спереди это было похоже на узкую черную водолазку, но на спине оказался глубокий вырез, сияющий на свету серебряными украшениями при каждом движении лопаток и обнажающий километры бледной кожи. Брюки были такими же узкими, подчеркивая изгиб бедер и крепкие, мускулистые икры. Волосы уложены в некое подобие беспорядка, и что-то сверкало вокруг глаз. Блестки. — Ты выглядишь… — Во рту у Гарри пересохло. — Ты накрасился? Хитрая улыбка. Блеск для губ. — Да. Казалось, Гарри не мог отвести взгляд от глаз Драко, нежно-розовые блики заставляли серые радужки выглядеть расплавленным серебром. Он указал на свои глаза. — Ты можешь сделать с моими то же самое? Улыбка превратилась в ухмылку. — Конечно. Драко вернул его в ванную, оттесняя, пока Гарри не сел на столешницу возле раковины, и втиснулся между его ног. — Сиди смирно, иначе я выколю тебе глаз. Драко осторожно поставил баночку с блестками на стойку, и обхватил подбородок Гарри, наклоняясь к нему с черным карандашом в руке. — Ты этого не сделаешь. Еще одна улыбка. Так близко, что Гарри почувствовал запах вишневого блеска. — Нет, но делай, как я говорю. — Он наклонил голову Гарри в сторону. — Закрой глаза. Когда тот выполнил указание, что-то холодное прижалось к веку. Оно скользило по краю, пальцы Драко ловко двигались вдоль челюсти, разворачивая голову то вправо, то влево, касаясь кожи чем-то, чего Гарри не узнавал. — Готово, — прошептал Драко немного странным голосом. Он отпустил Гарри и отступил назад, отсутствие тепла ощущалось как потеря. Гарри повернулся к зеркалу, любуясь черными блестящими тенями, украшавшими его веки. От этого темные волосы стали казаться еще темнее, а зеленые глаза — ярче. Он ухмыльнулся отражению Драко. — Великолепно, — фыркнул он. Драко отмахнулся от похвалы, розовея щеками. — Клуб открывается в семь. Нам пора.***
Гарри изо всех сил старался не пялиться, пока они пробирались сквозь море извивающихся вокруг них тел. Но Драко был прямо перед ним, и его обнаженная спина почти светилась в тусклом свете зала. Время от времени тот оглядывался назад, словно хотел убедиться, что Гарри не унесло толпой. Каждый раз он улыбался, удивленный тем, что нашел его там, где оставил. Трудно было оторвать взгляд, когда он так улыбался. — Не перебор для тебя? — повысил голос Драко, пытаясь перекричать музыку, когда они нашли относительно свободное место в конце зала. Гарри мотнул головой, и осознание того, что это правда, принесло ему облегчение. Он чувствовал себя свободным и легким, тело двигалось так, как он хотел, а боль казалась чем-то далеким, задвинутым вглубь его сознания. — Я хочу танцевать, — прокричал он. — Сначала выпивка… — крикнул в ответ Драко, и мерцающие розовые блики заплясали по его коже, как в калейдоскопе. Гарри глупо ухмыльнулся, когда тот исчез в толпе, но через пару минут вернулся, держа две стопки прозрачной жидкости. Он протянул одну Гарри. Жидкость обжигала, стекая вниз, фруктовый аромат практически не скрывал химический вкус. Гарри вздрогнул, поморщившись. Драко с нежностью посмотрел на него. — Ты не обязан пить, если не хочешь. Гарри засмеялся и толкнул его плечом. Честно говоря, он понятия не имел какими будут последствия от алкоголя, но дни без боли были настолько редки, что он хотел насладиться ими по полной. Ему хотелось пить и танцевать, а еще хотелось смотреть на Драко без ощущения сжимающегося желудка. Драко запрокинул голову, глотая содержимое своей стопки. Его горло дернулось. Он поморщился и мотнул головой. — Мерзость, — прошептал он, и Гарри снова рассмеялся. Толпа росла, все больше и больше посетителей втискивалось в относительно небольшое пространство. Тела двигались вокруг, прижимая их ближе друг к другу. Песня сменилась на что-то более подвижное, от запаха пота, дыма и виски у Гарри закружилась голова. Ухмыльнувшись, он следил за тем, как Драко начинал двигаться, извиваясь в такт. Он сжал протянутую ему тонкую руку. Едва избежав удара чьим-то локтем, Гарри позволил Драко втянуть себя в какой-то ритм. К тому времени, когда песня снова сменилась, он уже почти смеялся. Улыбка была такой широкой, что было почти больно, но Драко не сбился ни на секунду, придвигаясь ближе и увлекая Гарри в новую комбинацию шагов. — Ты думаешь, я не умею танцевать? — крикнул Гарри ему в ухо после того, как отыграла третья песня, а Драко все еще его не отпускал. Тот закатил глаза и наклонился ближе для ответа. — Это просто отличный повод прикоснуться к тебе, разве нет? — Щеки Гарри покраснели, но прежде, чем он успел ответить, Драко рассмеялся, слишком тихо, чтобы это можно было услышать сквозь грохот музыки. Его лицо порозовело, когда он слегка отодвинулся. — И да, я уверен, что у тебя две ужасные левые ноги. Это обязательное требование для поступления в Гриффиндор. Гарри расслабился, и, когда Драко обвил рукой его талию, заводя обоих в новый трек, он совсем не возражал. К четвертому шоту он, несомненно, был пьян, а Драко, извивающийся под розовыми и фиолетовыми лучами прожекторов и закидывающий руки на плечи Гарри, стал выглядеть как персонаж из его фантазии. В какой-то момент руки Гарри оказались на его талии, пальцы коснулись гладкой открытой спины. Драко был великолепен, расслаблен, и смотрел на него своими блестящими глазами, а алкоголь действовал на храбрость. Гарри наклонился вперед, касаясь губами мочки уха. — Ты великолепен, ты знал об этом? По телу Драко пробежала дрожь, он крепче обнял Гарри за шею, после чего повернулся, чтобы ответить. — Ты пьян. Гарри решительно замотал головой. — Нет, я серьезно. Ты просто потрясающий, и ты очень забавный. Ты знал, что ты забавный? Песня сменилась чем-то более медленным, басы отдавались вибрацией по полу. Кто-то пустил дым на танцпол, и дышать стало немного тяжеловато. Или, возможно, это произошло потому, что Драко снова смотрел на него, широко распахнув светлые глаза и слегка приоткрыв розовые губы. Гарри больше не чувствовал вишневого запаха от блеска, но у него было предчувствие, что вкус до сих пор никуда не делся. Какой-то мужчина толкнул его в спину, и Гарри инстинктивно шагнул вперед, соприкасаясь с Драко грудными клетками. Взгляды на секунду встретились, и они прижались друг к другу, губы Драко накрыли его собственные, пальцы путались в волосах, пока Гарри скользил руками по обнаженной спине, притягивая его ближе. Вишневый блеск для губ казался терпким на языке и смешивался с кисловатым вкусом виски, кожа на ощупь казалась бархатной. Гарри мог бы целовать его вечно. Драко отстранился, его лицо горело, а затем он кивнул в сторону выхода из зала, дергая Гарри за руку. Они прошли по коридору мимо туалетов, выходя в переулок. — Что… Но Гарри не успел закончить свой вопрос, как Драко снова оказался прижатым к нему, вылизывая языком рот и дергая за петли на джинсах, пока спина Гарри не коснулась кирпичной стены, а их тела не вжались друг в друга. Поцелуй был безумным, голодным, руки Драко шарили под футболкой, словно пытаясь составить карту тела Гарри, задерживаясь на каждом очертании мышц и каждой четкой грани. Гарри слышал биение своего сердца в ушах, стук был почти таким же громким, как музыка, доносящаяся из-за металлической двери. Драко отстранился ровно настолько, чтобы его припухшие губы касались губ Гарри. — Скажи мне остановиться, если считаешь эту идею ужасной. Гарри покачал головой, перед глазами все кружилось. — Не останавливайся… И он не стал. Он прижимался губами к челюсти Гарри, целуя и посасывая шею по всей длине, пальцы теребили пуговицу на джинсах. Рука Драко едва успела прижаться к нему через тонкую ткань боксеров, как мир Гарри накренился в сторону… не в лучшую сторону. — Подожди… — прохрипел Гарри, смаргивая белые точки, мерцающие перед глазами. Он перестал небрежно держать Драко за плечи, впиваясь пальцами в его шею, пытаясь удержаться на ногах. Драко медленно отстранился, затуманенный взгляд резко стал настороженным, когда он увидел выражение лица Гарри. — В чем дело? — Мне нужно сесть… Его колени уже наполовину подогнулись, острая боль отрикошетила в икры, алкоголь и онемение странным образом боролись друг с другом, из-за чего было трудно определить, что где находится. Крик вырвался из груди, а голова взорвалась от боли. Он лежал на земле, вцепившись пальцами в волосы, пока остальной мир растворялся вдали. Был только он. Оглушительный звон. Раскалывающая кости боль, пронзающая тело. Еще ни разу ему не становилось так плохо настолько быстро. Обычно боль нарастала постепенно, и Гарри мог подготовиться к ней задолго до того, как она наберет полную силу. Но это было новым. Это была агония. Гарри постепенно, шаг за шагом возвращался в реальный мир, хотя боль еще не полностью его отпустила. Руки запутались в волосах, колени врезались в бетон, а едкий запах бензина и затхлой воды обжигал нос. Драко стоял рядом, выводя успокаивающие круги по спине и шепча отчаянные слова в ночной воздух. Джинсы Гарри все еще были наполовину расстегнуты, а губы ощущались припухшими. Всего несколько минут назад Драко целовал его. Как все могло так быстро пойти не так? — Гарри? — Драко наклонился ближе, его голос дрожал от беспокойства. — С тобой все в порядке? — Я плохо себя чувствую, — выдавил Гарри сквозь стиснутые зубы. Я умираю. Я умираю. Я умираю. Слова, словно заклинание, повторялись в его голове, каждый вдох давался все труднее и труднее. Драко, казалось, был в такой же панике. — Давай я аппарирую тебя в Мунго… — Нет! — Гарри сбросил его руку. — Отведи меня домой. — Но… — Отведи меня домой. Они долго смотрели друг на друга, Драко метался взглядом от одного глаза Гарри к другому. Блестки размазались по лицу. — Хорошо. Он крепко обхватил Гарри за плечи, а затем резкий рывок швырнул их на пол дома на площади Гриммо. Гарри поморщился, боль взорвалась с новой силой. Он сделал глубокий вдох, и его вырвало на ковер прозрачной жидкостью, жжение от алкоголя вернулось. Отчаянный всхлип вырвался из горла, когда он оттолкнулся от лужи рвоты и прислонился спиной к дивану. Было невыносимо больно. Казалось, будто его вот-вот разорвет на части. Искалеченный. — Тебе нужен целитель… — Драко испарил лужу с ковра, вставая на колени рядом с ним. — Иди домой, Драко, — выплюнул Гарри. Он был сам не свой. Драко покачал головой. — Я не оставлю тебя в таком состоянии. Гарри чувствовал, как на глаза наворачиваются слезы, приближающийся нервный срыв был так же неизбежен, как и вся остальная часть этой катастрофы. — Уходи! — Он толкнул Драко в плечо. Краем сознания он понимал, что кричит. Кричит на Драко. Драко, который был таким добрым, который очень старался устроить ему веселый вечер и которого Гарри хотел просто поцеловать. Он все еще хотел. Но боль была настолько сильной, что еще больше ему хотелось заплакать, и Драко не должен видеть его таким. — Я сказал, убирайся! Драко озабоченно свел брови. — Гарри… — УХОДИ. Драко сделал шаг назад, подняв руки и медленно пятясь к выходу, пока не скрылся в коридоре, щелкнув за собой входной дверью. В этот момент в Гарри что-то сломалось, освобождая слезы. Свернувшись калачиком на полу в гостиной, он заплакал впервые с тех пор, как вошел в лес.
