Ярче адского пламени

1. Руины Небесного Архива. Полдень вечности.

Вики шла по коридору, который когда-то был главной библиотекой Небес. Теперь здесь не было книг — только обугленные страницы, разбросанные по полу как пепел утраченной мудрости. Стеклянный купол, некогда сиявший золотом, был проломлен, и сквозь дыру сочился тусклый серый свет. Она пришла сюда первой. Знала, что они придут. Оба. Она стояла у разбитого алтаря в центре зала и смотрела на свои руки. На них всё ещё были следы от пальцев Люцифера — синяки, которые он оставил, сжимая её запястья в соборе. И ссадины на ладонях от скал, куда её прижимал Война. Она не знала, кого выбрать. И это сводило её с ума. Шаги. Два голоса, два дыхания, два мира. Люцифер вошёл первым — бесшумно, как тень. На этот раз он был чист. Белая рубашка, чёрные брюки, волосы зачёсаны назад. Он выглядел как король, вернувшийся на пепелище, чтобы забрать своё. Его глаза нашли Вики сразу. — Ты пришла, — сказал он, и в голосе звучала тихая гордость. Вторым вошёл Война. Он не пытался быть тихим — его доспех звенел при каждом шаге, огромный меч за спиной казался продолжением его тела. Он остановился у входа, окинул зал взглядом и усмехнулся, увидев Люцифера. — Я думал, ты будешь прятаться в своей дыре, — сказал Война. — А я думал, у тебя хватит ума не приходить, — парировал Люцифер, даже не обернувшись. Вики стояла между ними. Как между двумя полюсами магнита. — Прекратите, — сказала она. — Я позвала вас, чтобы вы не дрались. — Тогда зачем ты нас позвала? — спросил Люцифер, наконец поворачиваясь к Войне. Их взгляды встретились, как клинки. — Чтобы сказать нам, кого ты выбрала? — Или чтобы сказать, что ты не можешь выбрать, — добавил Война, сжимая рукоять меча. — Потому что он отравляет твой разум. — А ты отравляешь её тело, — усмехнулся Люцифер. — Ты думаешь, что грубость — это честность. Но это просто трусость, одетая в железо.

2. Дуэль слов. Магия и сталь.

Люцифер сделал шаг к Вики, но его глаза не отрывались от Войны. — Вики, я знаю твой страх, — сказал он, и его голос стал мягче. — Ты боишься, что я брошу тебя снова. Что я выберу трон, власть, иллюзию величия. — Ты так и сделал, — тихо ответила Вики. — Я знаю. — Он приблизился почти вплотную и протянул руку к её лицу. Она не отшатнулась, но и не шагнула навстречу. — И я могу только одно: поклясться самой Смертью, что больше никогда не уйду. Если ты выберешь меня, я останусь с тобой в этом сломанном мире. Я откажусь от всего, что было. От Ада, от власти, от мести. Останусь только с тобой. В его глазах была такая глубина боли, что Вики на мгновение забыла, как дышать. Война зарычал и со всей силы вонзил свой меч в каменный пол. Трещина разбежалась по плитам, и эхо удара прокатилось по пустому залу. — Она боится не этого! — прорычал Война, делая шаг к ним. — Она боится, что ты сделаешь её богиней! Посадишь на трон и заставишь править мёртвым миром! Ты хочешь владеть ею, Люцифер. Не любить. Владеть. — А ты хочешь превратить её в такую же бездушную машину для убийств, как ты сам! — огрызнулся Люцифер, резко оборачиваясь. — Я хочу, чтобы она была человеком! — рявкнул Война. — Живым! Свободным! С тем, кто будет драться за неё, а не с ней! Они стояли друг напротив друга, и между ними искрилась ненависть. Ненависть, которая была старше войны. Старше самого мира. Вики стояла между ними, зажмурившись. — Хватит! — крикнула она. Но они не слышали. Люцифер взмахнул рукой, и из его ладони вырвалась тёмная цепь — живая, извивающаяся, как змея. Она обвила ногу Вики и рывком потянула её к нему. — Ты не уйдёшь, — прошептал он. — Не сейчас. Война рванулся вперёд, выхватывая меч из пола. Его удар был молниеносным — лезвие разрубило тень, и цепь рассыпалась в воздухе, но вместе с ней лезвие царапнуло лодыжку Вики. Она вскрикнула, пошатнулась и упала на колени между ними. Кровь капала на каменный пол, оставляя тёмные пятна.

3. «Хватит! Я не игрушка!»

— Ты ранил её! — заорал Люцифер, бросаясь к Вики. — Это ты начал! — зарычал Война, отталкивая его плечом и опускаясь на колени рядом с ней. Они оба тянулись к ней, оба хотели помочь, но их руки сталкивались, и их голоса накладывались друг на друга. — Я убью тебя! — кричал Люцифер. — Ты не посмеешь! — орал Война. И тогда Вики закричала. Не так, как в соборе. Не так, как на берегу Подземного Моря. Это был крик, в котором сломалась душа. — ХВАТИТ! Её голос эхом разнёсся по пустому залу. Искра в её груди засветилась алым — ярко, пульсирующе, как сердце умирающего солнца. Она встала на ноги, пошатываясь. Кровь текла по её ноге, но она не обращала на это внимания. Она смотрела на них — на двух мужчин, которые любили её так, что разрывали на части. — Я не игрушка! — закричала она, сжимая кулаки. — Я не трофей! Я не награда! Я человек! Я женщина! Я та, кто вытащила вас из ада, когда вы оба падали! Она ткнула пальцем в Войну: — Я вытащила тебя из-под обломков Небесного Моста! Ты лежал в руинах, и я тащила тебя на себе три километра, пока демоны дышали мне в затылок! Я втащила твоё тело в убежище и три дня сидела над тобой, пока ты не очнулся! Она повернулась к Люциферу: — А тебя я прятала в подвале старой церкви, когда Небесный суд искал тебя по всему миру! Я кормила тебя с рук, потому что ты не мог подняться! Я залечивала твои раны своей кровью, потому что у нас не было лекарств! Я спасла вас обоих! Она перевела дух, и слёзы потекли по её щекам. — Я спасла вас. Я дала вам жизнь. И теперь вы разрываете меня на куски, как два голодных волка, делящие одну добычу. Она опустилась на колени, опустив голову. — Я не могу больше. Я просто... я не могу.

4. Тишина. Пустоши.

Люцифер и Война молчали. Впервые за всё время они не знали, что сказать. Люцифер сделал шаг вперёд, протянул руку к её плечу, но остановился на полпути. — Вики... — начал он. — Не надо, — перебила она. — Просто... дайте мне уйти. Она поднялась. Её нога болела, но она не хромала. Она держалась прямо, как солдат, который знает, что не может показать слабость. — Я ухожу в Пустоши, — сказала она. — Я даю себе три дня. Три дня, чтобы понять, кто я есть без вас. А потом я скажу свой ответ. Она посмотрела на Люцифера: — Ты ждал тысячелетия. Ты подождёшь ещё три дня. Она посмотрела на Войну: — Ты пережил битвы, о которых люди слагают легенды. Ты переживёшь три дня. Она отвернулась и пошла к выходу из Архива. Её шаги были твёрдыми, но внутри неё всё дрожало. Люцифер и Война остались стоять в пустом зале. Они не смотрели друг на друга. Они смотрели туда, где исчезла Вики. — Если она выберет тебя, — сказал Война тихо, — я уйду. — Если она выберет тебя, — так же тихо ответил Люцифер, — я не стану мстить. Они оба знали, что это ложь. Но они позволили ей уйти.

5. Флешбэк. Перед войной. Ночь в церкви.

Вики сидела на полу подвала старой церкви. Вокруг неё горели свечи — единственный свет, который они могли себе позволить. Люцифер лежал на матрасе в углу. Его тело было покрыто ранами — Небесный суд не церемонился с падшим ангелом. Он даже не мог поднять голову. — Зачем ты это делаешь? — спросил он, не открывая глаз. — Ты знаешь, кто я. Ты знаешь, что я делал. Почему ты не сдаёшь меня? — Потому что ты — это не только то, что ты делал, — ответила Вики, подходя к нему и садясь рядом. Она взяла его руку, такую холодную, и поднесла к своим губам. — Ты — это ещё и тот, кто может быть. — Ты слишком добра для этого мира, — прошептал он. — Нет, — ответила она. — Я просто знаю, что каждый заслуживает второй шанс. Он открыл глаза и посмотрел на неё. Впервые за долгие столетия кто-то смотрел на него не как на монстра. — Если я выживу, — сказал он, — я сделаю тебя королевой. — Я не хочу быть королевой, — улыбнулась Вики. — Я хочу быть с тобой. Он сжал её руку так сильно, как мог. — Обещаю, — сказал он, — я никогда не предам тебя. И он сдержал обещание. Целый месяц. Ровно до того дня, когда Ад позвал его назад.

6. Флешбэк. Во время войны. Руины Небесного Моста.

Вики тащила Войну на себе. Три километра через поле боя, где демоны и ангелы убивали друг друга без разбора. Он был тяжёлым — его доспех весил столько же, сколько она сама. Она спотыкалась, падала, вставала и шла дальше. Её руки были в крови, колени содраны до кости. — Оставь меня, — прохрипел Война, который иногда приходил в сознание. — Я мертв. — Ты не мёртв, — задыхалась она. — Ты просто упрямый. Она доползла до пещеры, где можно было спрятаться. Опустила его на землю и рухнула рядом, не в силах даже дышать. Когда он очнулся через три дня, она сидела рядом с ним, держа его руку. — Ты спасла меня, — сказал он. — Зачем? — Потому что ты такой же, как я, — ответила она. — Ты сражаешься не за власть. Ты сражаешься за тех, кто не может защитить себя. Он смотрел на неё долго, молча. — Ты странная, — сказал он наконец. — Знаю, — улыбнулась она. — Но ты с этим справишься. Впервые за столетия Война улыбнулся.

7. Пустоши. Ночь перед ответом.

Вики сидела на краю скалы. Вокруг неё была только пустота — ни Ада, ни Небес, ни войны. Только ветер и бесконечное небо. Она смотрела на свои руки. На них были шрамы — от цепей Люцифера, от скал Войны. Каждый шрам был историей. Каждый — частью её. Она думала о Люцифере: о его нежности, которая граничила с одержимостью. О его обещаниях, которые он нарушал, но в которые она всё равно хотела верить. Она думала о Войне: о его грубости, которая была честной. О его защите, которая была твёрже стали. Она не знала, кого выбрать. Но она знала, что через три дня она скажет им правду. Даже если эта правда разобьёт их всех.