Сила чувства: от пролога и до эпилога

- Северус! Почему я его люблю? Зачем мне он был так нужен? Когда я впервые осознала, что не могу существовать без него? Ответы просты как дыхание спящего… Потому что он любит меня сильнее, чем родители любят детей, сильнее, чем дети любят родителей, сильнее чем пресловутый Ромео любил Джульетту. Чтобы наконец осознать, что я полноценный человек, в котором нуждаются не для помощи, лишней головы в решении проблем или как в самоотверженном друге, который готов броситься под непростительное ради товарища. Чтобы наконец позволить себе быть слабой, глупой и капризной, обычной женщиной как в романтическом кино. Он позволяет быть мне такой на все сто. Я смотрела на этого мужчину с первого дня в Хогвартсе и не понимала, почему он меня не пугает, почему не вызывает неприязни как у всех, а когда поступила на третий курс и увидела как он безоружный закрывает нас собой от оборотня, осознала, что он меня восхищает, мне было интересно его узнать и разгадать, понять, что живет за каменным лицом, сложным характером и ядовитым как слюна василиска сарказмом, и он дал мне этот шанс спустя два года в тот вечер за сливочным пивом, но ничего понятно совсем не стало, и дело было не в моей глупости (тогда я думала как сумасшедшая, пытаясь отыскать хоть что-то), он просто не открылся, был каменным как и всегда, как будто тот вечер был для того, чтобы разгадать меня, а не дать мне приблизиться к нему. Хоть он и говорит, что я для него остаюсь самой интересной тайной мироздания, но я точно знаю, что он уже давным-давно знает каждое слово и его смысл в тяжелом томе под названием Гермиона Грейнджер… Снегг, Гермиона Снегг. Так вот, я поняла, что без него не смогу прожить жизнь, когда он лежал в луже собственной крови и просил Гарри взглянуть на него. Мои руки тряслись как никогда, легкие как будто схлопнулись и не принимали влажный воздух визжащей хижины. Именно тогда я поняла, что люблю не умом, не сердцем, а всей душой, в отсутствии которой малодушно меня обвиняла профессор Трелони. - Северус! Черт возьми, когда же я уже перестану звать его по ночам, не находя его спящим рядом… Чем больше становился срок беременности, тем большая тревога меня обуревала, мне постоянно снилась та ночь в хижине, если не она, то день, когда он меня отталкивал от себя на Гриммо. Мы были вместе уже больше года, женаты два месяца и ждали наших непосед всего через восемь недель, хотя в Мунго нас уверяли, что в случае с близнецами роды начинаются раньше, я все равно надеялась на полные сорок недель. Близнецы устраивали драки в моем животе без передышки, и особенно тяжело переживала я их потасовки в ночное время. Мы ждали девочку и мальчика, но о том, как мы их назовем никто разговор не начинал. Я не хотела, чтобы мы привязывались в выборе к нашему прошлому, к родным, близким и друзьям. Хогвартс отбирал у меня мужа на последних сроках, и мы практически не виделись, потому что в школе опять творилось, что-то странное, и Северус мне об этом не рассказывал, но его ночные дежурства участились, и его не было дома по три, а то и пять дней, я же, выйдя в декрет попросту сходила с ума от одиночества. Гарри с Джинни поженились совсем незадолго до нас и сейчас тоже были в ожидании малыша, они планировали назвать сына в честь отца Гарри, и уже скупили половину магловских магазинов детской одежды. Джинни часто бывала у меня вечерами, и это помогало мне отвлечься от отсутствия в моей жизни Северуса, но разговоры о детской одежде утомляли и раздражали, если учитывать, что я все выбирала сама и откладывала основные покупки до долгожданного прибытия моего мужа домой. - Мы с Гарри решили сделать детскую в цвете слоновой кости без слишком ярких деталей. Я прочла небольшую статью в журнале для маглов о том, что дети до года различают только белые и черные цвета, поэтому запретила ему покупать всякую яркую ерунду! – заливалась рассказом Джинни – Гермиона, ты вообще меня слышишь? Я ее действительно не слышала, шли шестые сутки отсутствия Северуса, и я готова была выть белугой от тревоги и ожидания. - Прости Джинни, я не могу ни о чем думать. Его нет уже шесть дней… - мой голос буквально дрожал от подкатывающих слез. - Гермиона, брось! Это же профессор Снегг, что с ним может случиться? Он в Хогвартсе, ты ведь не так давно сама была студенткой и знаешь, как работают преподаватели, они все почти не выходят из школы, там ведь вечно что-то происходит. – Джинни говорила спокойно и даже с каким-то оттенком приподнятого настроения. Не успела она сказать это как в кухню влетела серебристая лань и остановившись у самого окна произнесла голосом Северуса: «Гермиона, меня неделю не будет в магической Британии, у Макгонагал свое видение на мою занятость… Все в порядке, только не переживай! Домой не успеваю… Я люблю тебя.» Слезы потекли из глаз просто неконтролируемым ручьем, столько как за беременность я не плакала за всю жизнь. Северус умел меня быстро успокоить своей абсолютной холодностью к слезам и простыми теплыми объятьями, но, когда меня начинали утешать, я заводилась еще сильнее. - Ну же, Гермиона, ты чего!? – буквально шепотом сказала Джинни – Он ведь сказал, что все хорошо, что он любит тебя… Не могу привыкнуть, что Снегг способен любить, с ума сойти. Джинни даже рассмеялась, но потом осеклась, понимая, что я буквально на грани. - Джинни, мы семь лет были в Хогвартсе, каждая из нас. Хоть раз мы слышали, что что-то не «в порядке» от декана Слизерина? – ладони на моих руках стали буквально ледяными от страха. – Джинни, я не переживу, если с ним что-нибудь случится. Подруга всплеснула руками и ударила одной из них себе по лбу, громко и театрально выдохнув, она села напротив меня всунув мне в руки горячую чашку чая. - Гермиона, ты совсем скоро родишь близнецов, и нет в мире ничего, что ты можешь себе позволить не пережить! – ее голос звучал очень критично и строго – Знаешь, он тебя разбаловал! Ты стала позволять себе быть эмоциональной. - Да, наверное, так влияют гормоны… - Именно, мы же беременны – расхохоталась Джинни и отправив сову Гарри, заявила, что сегодня останется у меня на ночь. Джинни отправила Гарри сову. Сову. Северус отправил патронуса… - Почему он не отправил сову? – шепотом у самой себя спросила я. - Прости? – переспросила Джинни. - Почему он не отправил сову, а прислал патронуса? - Ну может быть у него под рукой не было совы, Гермиона? – с издевкой сказала Джинни – Подруга, ты себя ужасно накручиваешь, детка. Давай спать! Моя голова работала так как не работала за все время беременности: патронус самый безопасный и быстрый способ сообщить, он зачем-то уезжает из магической Британии на целую неделю, если он не прислал сову, значит и в Хогвартсе его уже нет. С самого утра потребую от Макгонагалл нормального ответа о местонахождении Северуса. Имею право, он ведь мой муж. От усталости я провалилась в сон такой крепкий, что даже не чувствовала, как два непоседливых чертенка буквально избивают меня изнутри. Джинни крепко обнимала меня со спины и видимо мой организм наивно принял это за объятья Северуса.

***

Шестые сутки со сном по два часа за ночь, а теперь еще и Макгонагалл начинает строить из себя Дамблдора и пытаться сделать из меня дипломата. После смерти Каркарова Дурмстранг остался без директора, год простоял закрытым, а после худо-бедно пытался функционировать, но закрыть школу навсегда не могли из-за большого количества студентов. На несколько месяцев учеников распределили по двум школам: Хогвартс и Шармбатон, мой факультет буквально увеличился вдвое, так как Макгонагал решила, что именно Слизерин подойдет для Дурмстрангцев лучше всего. По началу казалось, что будет не так сложно даже с учетом увеличения занятий почти в два раза, но лиха беда началом, по ночам начались стычки между студентами Хогвартса и Дурмстранга, слава Каркарова шла впереди всей планеты. Слизеренцы быстро приняли новичков в свою компанию, а остальные факультеты окрестили и тех и других предателями. Зачинщиками большинства конфликтов были мои студенты и обязанности по урегулированию их тоже легли на мои плечи. Минерваа буквально пускала молнии из глаз и в итоге приняла решение, что именно я должен вернуть студентов в родную школу и помочь Хогвартсу избавиться от жгучей смеси Слизеринцев и Дурмстрангцев. У Шармбатона была ситуация не лучше и их проблемы по неведомой причине должен был решать тоже я… Мало того, что я не был дома уже шестые сутки так мое отсутствие увеличилось еще на неделю, аргумент, что у меня теперь есть жена и вот-вот родятся близнецы, абсолютно не убеждал ни в чем Минерву. - Северус, Гермиона ведь должна родить еще больше, чем через месяц, а я уверена, что тебе хватит месяца, чтобы Дурмстранг вновь обрел порядок в работе и дисциплине. Все преподаватели на местах, нужно просто организовать работу и усмирить абсолютно неуправляемых подростков. С этим можешь справится только ты, Северус! – распалялась Минерва - Не могу же я, по-твоему, отправить Флитвика или Аберфорта. Одного просто убьют через час после прибытия, а второй и сам может наломать дров. - Месяц? - Северус! Всего месяц! - Мой ответ нет, Минерва! Максимум неделя! Максимум! – Мерлин, мне кажется, что я пылаю от гнева и усталости одновременно – Я не могу оставить Гермиону на месяц, не могу, хоть под угрозой Круциатуса. НЕ МО-ГУ! - Северус, что может случится с Гермионой? Поттеры рядом, Уизли всегда помогут, в конце концов я и Аберфорт всегда на связи. – абсолютно нейтральным голосом вопрошала директриса. - Неделя, Минерва, и на этом все! - Хорошо, – выдохнула она. – Посмотрим по ситуации. - Когда планируется отъезд? – выбора не согласиться совсем не было. - Через час… Отлично, домой я добраться не успею, бежать в совятню тратя лишнее время, возможности нет. Надо отправить патронуса Гермионе, я не выходил на связь уже шестые сутки и мог себе очень красочно представить, что происходит с моей женой на последних сроках беременности с постоянными истериками и отсутствием в ее жизни любимой работы. Гермиона Джин Снегг моя жена. Черт. Она моя жена. Я до сих пор в это не верю и даже не верю в то, что кто-то ждет меня дома. Гермиона – человек, без которого я абсолютно точно не смогу больше жить и абсолютно точно не смогу посмотреть ей в глаза, если пропущу рождение собственных детей. На этой «позитивной» ноте я кидаю последние вещи в чемодан и отправляю патронуса домой, представляя ее реакцию. - Мерлин, если моя жена родит раньше срока из-за стресса, я придушу Минерву своими же руками. Время поджимает, Дурмстранг уже толпится у дверей в замок, и тут начинается чертов ад. Минерва говорит о запрете министерства на использование Хогвартс-экспресса, совет распорядителей в полном составе с моим старым «другом» Люциусом (и как он только удержал позиции в министерстве после войны) требуют скорейшего отбытия студентов, и тут чертов Пивз взрывает какую-то мерзкую ерунду прямо над головами у студентов. Люциус начинает орать на Минерву, что сотрет Хогвартс с лица Земли, если она наконец не наведет порядок в школе, совет попечителей как стая глупых голубей кивают головами на каждое его едкое замечание, а студенты Дурмстранга какого-то черта начинают драться со студентами Когтеврана и Гриффиндора (черт бы побрал заучек и смельчаков, которые вечно лезут не туда куда надо!). Мало того, что нам с Аберфортом пришлось разнимать студентов двух школ, пока совет попечителей поддакивали Малфою, так еще и Люциус успел нагадить в лучших своих традициях. - Северус, привет, старый друг! – Малфой в свойственной ему манере буквально выплевывал надменные фразы – Слыхал женился на грязнокровке. Единственное, что я чувствовал это руки Аберфорта, держащие мои у меня же за спиной, и его голос: - Не глупи, Северус! Не хватало еще влететь в Азкабан! – голос срывается в попытках удержать мои запястья – Подумай же ты наконец о Гермионе. - Лучше следи за Нарциссой, Люциус! – на этом я принимаю решение закончить «дружескую беседу», увидев на лицах студентов праведный шок и нескрываемое желание узнать побольше подробностей интимной жизни преподавателей. Через пару минут я абсолютно измотанный и злой как сам дьявол хватаюсь за потрключ со всеми студентами Дурмстранга и оказываюсь у подножья болгарской школы. В Дурмстранге я был давно, тогда, когда только вступил в ряды Пожирателей смерти и хотел увидеть школу, в которой учился сам Гриндевальд. Стоит отметить, что после семи лет в Хогвартсе она меня не впечатлила тогда, а уж тем более сейчас. Мрак, жуткий холод даже в спальнях, атмосфера как в тот злосчастный год моего директорства в Хогвартсе, еда не сильно лучше, чем в Азкабане, а люди так редко говорят, что даже я чувствую себя душой компании среди них. - Северус Снегг! Думал никогда тебя не увижу больше живым! Отлично, что ты согласился на ставку директора, а то из наших преподавателей никто не хочет, да и не сможет держать в кулаке этих молодых и диких… - стремительно приближаясь ко мне буквально бежал Заборевски. Мы были с ним знакомы в те же времена, что и с Каркаровым, но Пожирателем он не был, хотя и очень активно поддерживал идеи Темного Лорда. - С чего ты это взял? - Ваша праведная директриса сегодня прислала нам сову о твоем согласии на пост директора Дурмстранга на ближайший учебный год. На самом деле, мы действительно надеялись на это Северус. Нужен директор, которого будут бояться не только ученики, но и преподаватели. – Заборевски развел руки в стороны и пожав плечами похлопал меня по плечу с каким-то странным почти сладким чувством благодарности. - Я тебе не пугало! И я всего на неделю, а дальше справляйтесь сами! Моя задача доставить сюда студентов из Хогвартса и Шармбатона, за неделю привести в чувство вас и студентов и отправиться наконец домой, имея возможность хоть раз за этот год выспаться. – слова буквально обжигали горло от сухого и холодного воздуха вокруг. - Но Макгонагалл… - Что-то напутала! - Северус, все ждут тебя в большом зале с речью как нового директора… - плечи Заборевски задергались как в нервном припадке. - Какие еще речи? Я сейчас же переношусь в Шармбатон за остальными, между прочим, вашими студентами, а не разглагольствую речи! Голова болела так, что перед глазами начали летать светлые пятна, какие бывают после долгого лицезрения небесного светилы, а впереди был еще портключ из Шармбатона до Дурмстранга. Подряд столько перемещений гулко отзывались тошнотой в желудке и головокружением, но желание закончить этот цирк как можно скорее не утихало ни на миг.

***

Утро резануло по ушам голосом Джинни. - Вставай соня! Я побежала на тренировку! Я, знаешь ли, еще не в декрете и не могу пропускать работу! Сон прошел, а тревога вернулась на место где-то в груди под ребрами. Я не могла больше ждать, головой понимая, что накручиваю себя, но страх снова потерять Северуса сводил с ума. Камин в кабинете директора Хогвартса вроде бы был всегда открыт для посетителей, когда я училась по крайней мере. Мерлин, веду себя как ревнивая жена одержимая контролем. Будет стыдно, если я заявлюсь к Макгонагалл со скандалом, а Северус просто в командировке по работе. Я взяла в руку порох и через тридцать секунд оказалась в кабинете директора. Минерва спокойно сидела за столом и с достаточно удивленным взглядом повернулась ко мне. - Профессор Макгонагалл – голос дрожал как у испуганного ребенка – Где Северус? Скажите честно, пожалуйста, я больше не могу… Директор очень тепло улыбнулась мне и указала на стул рядом с ее столом. - Гермиона, присядь. С Северусом все в полном порядке, он очень нужен студентам Дурмстранга, это чистая и откровенная правда. Каркаров мертв, мы распределили студентов между Шармбатоном и Дурмстрангом, но между студентами начались стычки, Северус и все остальные делали все, что могли, чтобы это прекратить, но не получилось. - Я не понимаю… Северус сейчас в Дурмстранге? - Да, прибыли сегодня утром на место. Гермиона, послушай, Дурмстрангу нужен директор, хотя бы временный. Северус не пробудет там больше месяца, за это время магическое сообщество подберет ему замену, он передаст дела и вернется домой. Кроме Северуса с ними никто не справится, им нужна жесткая твердая рука. - Месяц? Он прислал патронуса, сказал, что его не будет только неделю! – я начала срываться на крик. - Гермиона, он правда сказал, что не готов к отъезду больше чем на неделю, но мы все понимаем, что за неделю не справится ни он ни мы. – Макгонагал будто выносила приговор – Рассчитывай на месяц. - Вы понимаете, что я могу родить раньше? – слезы навернулись на глаза. - Он не успеет вернуться. Макгонагалл вздохнула абсолютно без какого-либо сочувствия, она просто натянула на лицо наигранную гримасу сочувствия. - Гермиона, с чего вы вообще решили, что он захочет вернуться? – слова резали как лезвия. – Он получает должность директора школы, принципы которой целиком и полностью соответствуют его характеру и взглядам. Давайте уже признаем, что ваша совместная жизнь больше похожа на блажь, чем на реальные чувства. – она вздохнула. – Я не хочу вас обидеть, Грейнджер, но нельзя ведь быть настолько наивной! - Снегг! – ярость поднялась во мне как лава из вулкана. – Моя фамилия Снегг! И не Вам, директор, судить об отношении моего мужа ко мне! Казалось Макгонагалл моя истерика безразлична до того, что она даже почувствовала сонливость. - Миссис Снегг, вы вытащили с того света человека, который знает, что такое долг, вот и всего то. Так что не надо баловать себя иллюзиями о любви, ваш супруг всего лишь благородный человек, который умеет быть благодарным тем, кто ему спас жизнь. Слезы обожгли щеки, руки затряслись, и я сама не поняла, как уже вышла из камина своей гостиной и упала на диван буквально в истерике.