Красные огни

POV Наоми

Прошло три дня после нашего разговора в номере Кими. Три дня, которые изменили всё. Я не узнавала себя. Раньше я просыпалась с мыслью о том, как ненавижу этот мир, как он несправедлив, как мне нужно бороться. Теперь я просыпалась и думала о нём. О Кими. О его голосе, о его улыбке, о том, как он смотрел на меня своими тёмными глазами, когда говорил о своих страхах. Мы не стали друзьями в одночасье. Это было бы слишком просто. Слишком легко. Но между нами появилось что-то новое. Что-то, что я не могла объяснить. Мы больше не избегали друг друга. Мы здоровались в паддоке, обменивались короткими фразами, иногда даже улыбались. Это было странно. Непривычно. Но это было лучше, чем ненависть. Я сидела в своей комнате в отеле, разбирая записи, когда пришло уведомление в телефоне. Мой редактор снова написал. Я вздохнула, чувствуя, как внутри разливается тревога. За последние дни он заваливал меня сообщениями, требуя материал. Я всё откладывала. Я не знала, что писать. Я не могла писать о Кими как о «золотом мальчике». Я не могла писать о нём плохо. Но я также не могла писать о нём хорошо, потому что это противоречило бы моей репутации. Я взяла телефон и прочитала сообщение. От него веяло холодом и нетерпением. «Наоми, где материал? Мы ждём уже неделю. Ты должна сдать текст через два дня. Это крайний срок. Если ты не сделаешь это, мы найдём кого-то другого. У нас нет времени ждать. Сезон идёт, а у нас нет контента. Ты должна понять: это не просто работа. Это твой шанс. Единственный шанс. Не упусти его.» Я отложила телефон и закрыла глаза. Мои пальцы дрожали. Я не могла позволить себе потерять эту работу. Это был мой шанс. Мой единственный шанс. Если меня уволят, я не смогу найти другую работу в автоспорте. Моя репутация будет разрушена. Меня никто не возьмёт. Я вернусь в Милан, в свою крошечную квартиру, и буду работать в кафе, разносить кофе и мечтать о несбыточном. Но я также не могла предать Кими. Я видела его настоящего. Я видела его страхи, его сомнения, его боль. Я знала, что он не просто «золотой мальчик». Он был человеком. Человеком, который боролся за свою мечту, как и я. И я не могла написать о нём ложь. Я сидела, уставившись в пустой экран ноутбука, когда пришло ещё одно сообщение. На этот раз от Кими. Телефон завибрировал, и я вздрогнула, вырванная из своих мыслей. Я взяла его, чувствуя, как в груди разливается странное тепло. «Привет. Я знаю, что ты занята, но у меня есть идея. Может быть, мы сможем сделать что-то вместе. Ты и я. Без камер. Без диктофонов. Без блокнотов. Просто поговорить. Я хочу, чтобы ты увидела меня таким, какой я есть. Настоящим. Без масок. Я знаю, что ты не хочешь писать о том, чего нет. Но что, если я дам тебе правду? Настоящую правду. Не для статьи. Для нас. Чтобы ты поняла, кто я на самом деле. Не для публики. Для тебя.» Я прочитала сообщение дважды. Трижды. Сердце колотилось где-то в горле. Он предлагал мне что-то большее, чем интервью. Он предлагал мне доверие. Дружбу. И я не знала, готова ли я к этому. Но я знала, что хочу этого. Хочу понять его. Хочу быть ближе к нему. Я смотрела на экран, чувствуя, как внутри борется страх и надежда. Страх, что я снова ошибусь. Страх, что он окажется не тем, кем кажется. Но надежда была сильнее. Надежда, что я нашла кого-то, кто понимает меня. Я ответила: «Хорошо. Где и когда?» Он ответил почти сразу, как будто ждал моего ответа: «Сегодня вечером. В восемь. В баре на крыше отеля. Я знаю, что ты не пьёшь, но там есть сок. И вид на город. Ты увидишь, что я не только гонщик. Я просто парень, который хочет, чтобы его поняли. И я хочу понять тебя. Настоящую тебя.» Я улыбнулась, читая его сообщение. Он был таким серьёзным. Таким искренним. Я не могла отказать ему. Я чувствовала, как внутри разливается тепло, и это было так странно. Я не привыкла к таким чувствам. Я привыкла к борьбе. К ненависти. К одиночеству. А он предлагал мне что-то другое. «Я приду. Но предупреждаю: если ты скажешь что-то глупое, я уйду.» «Договорились. Только не уходи. Я могу быть глупым только в хорошем смысле. Обещаю, я буду вести себя прилично. Ну, насколько это возможно для меня.» Я рассмеялась, откладывая телефон. Это было странно. Смеяться над его сообщениями. Чувствовать тепло где-то в груди. Я не должна была чувствовать это. Это было неправильно. Но это было приятно. Я чувствовала себя живой. Впервые за долгое время. Вечером я стояла перед лифтом в отеле, чувствуя, как внутри всё дрожит. Я надела простую белую блузку и джинсы. Волосы распустила, что делала редко. Я не знала, зачем я так старалась. Это была не свидание. Это была просто встреча. Просто разговор. Но когда я поднялась на крышу и увидела его, сидящего за столиком у края, с бокалом воды в руках и лёгкой улыбкой на лице, я поняла: это было больше, чем просто разговор. Ветер играл с его тёмными волосами, и он выглядел почти нереальным в свете городских огней. Он смотрел на меня так, будто я была единственным человеком в мире. — Привет, — сказала я, подходя к столу. Мой голос звучал неуверенно, и я ненавидела это. Он поднял на меня глаза, и его улыбка стала шире. В его тёмных глазах мелькнул огонёк. Что-то тёплое и радостное. — Привет, — ответил он. — Я уже начал думать, что ты не придёшь. Я сидел здесь и считал минуты. — Я всегда прихожу, если обещаю, — сказала я, садясь напротив. — Это мой принцип. Если я даю слово, я его держу. — Хороший принцип, — он подвинул ко мне бокал с соком. — Я заказал тебе апельсиновый. Надеюсь, ты не против. Я помню, что ты говорила, что не любишь алкоголь. И я подумал, что апельсиновый сок — это безопасно. — Я не против, — я взяла бокал и сделала глоток. Сок был холодным и сладким. — Спасибо. Ты запомнил. — Конечно, я запомнил, — сказал он просто. — Ты не пьёшь, потому что не любишь терять контроль. Ты боишься, что если выпьешь, то скажешь что-то лишнее. Что кто-то увидит тебя настоящую. Я понимаю. Я тоже не пью. По той же причине. Я посмотрела на него с удивлением. Он был таким внимательным. Таким наблюдательным. Я чувствовала, как внутри разливается тепло, и не могла понять, почему. Мы сидели в тишине, глядя на огни города. Мельбурн был прекрасен ночью. Огни сверкали, как звёзды, упавшие на землю. Ветер был тёплым и лёгким. Я чувствовала себя почти спокойной. Почти уютной. Рядом с ним. — Я хочу рассказать тебе о своей жизни, — сказал он наконец. Его голос был тихим, почти шёпотом. — Не о гонках. О том, что было до них. О том, что я чувствую. О том, что я думаю, когда остаюсь один. — Я слушаю, — ответила я, чувствуя, как внутри разливается тепло. Я смотрела на него, готовая услышать всё. И он начал говорить. Он рассказывал о своём детстве, о том, как его отец впервые посадил его за руль карта, когда ему было четыре года. Он говорил о том, как влюбился в скорость, в этот запах бензина и резины, в это чувство свободы, когда ты несёшься вперёд. Он рассказывал о том, как понял, что хочет быть гонщиком. О том, как он работал, чтобы стать лучше. О том, как он боялся разочаровать отца. О том, как он боялся, что его мечта окажется слишком тяжёлой. — Мне было пятнадцать, когда я впервые понял, что не могу остановиться, — говорил он. — Я уже был в академии Mercedes. Я был счастлив. Но я также был напуган. Я не знал, смогу ли я выдержать это давление. Я не знал, достаточно ли я хорош. Я просыпался ночью и смотрел в потолок, думая: «А что, если я не справлюсь? Что, если я разочарую всех?» Я не мог сказать это отцу. Он бы не понял. Он думал, что я сильный. Он думал, что я могу всё. И я не мог признаться ему, что боюсь. Я слушала его и чувствовала, как исчезает последняя стена между нами. Я видела его настоящего. Уязвимого. Напуганного. Таким же, как я. — Спасибо, — сказала я, когда он замолчал. — Спасибо, что поделился этим со мной. Это много для меня значит. Я знаю, как трудно говорить о таких вещах. — Я хотел, чтобы ты знала, — ответил он. — Чтобы ты видела меня настоящего. А не только «золотого мальчика». Я устал быть им. Я устал притворяться. С тобой я чувствую, что могу быть собой. И это… это много для меня значит. — Я вижу, — сказала я. — Я вижу тебя. И ты не такой, как я думала. Ты лучше. Ты сильнее. И ты не должен притворяться передо мной. Он улыбнулся. И в его улыбке было что-то такое, что заставило моё сердце биться быстрее. — Ты тоже не такая, как я думал, — сказал он. — Ты не просто колючая журналистка. Ты человек, который боится. Который хочет быть понятым. Который борется за свою мечту. И я хочу быть твоим другом, если ты позволишь. Я хочу быть рядом с тобой. Я не знала, что ответить. Я просто смотрела на него и чувствовала, как мир переворачивается. Как все мои убеждения рушатся. Я больше не ненавидела его. Я не знала, что я чувствовала. Но это было больше, чем дружба. — Я хочу этого, — сказала я наконец. — Я хочу быть твоим другом. Я хочу, чтобы ты был рядом. Это странно. Я не привыкла к этому. Но я хочу попробовать. Мы сидели в тишине, глядя на огни города, и я знала: это начало чего-то нового. Это начало чего-то, что изменит нас обоих.

***

На следующий день я сидела в паддоке, редактируя статью, когда услышала его голос. Он подошёл ко мне с улыбкой на лице. Я сразу заметила его. Он выглядел расслабленным, счастливым. Его глаза блестели, и я не могла отвести взгляд. — Привет, — сказал он. — Как дела? — Хорошо, — ответила я, улыбаясь в ответ. — А у тебя? Ты выглядишь отдохнувшим. — Отлично, — он улыбнулся. — Я только что закончил тренировку. Машина ведёт себя идеально. Я чувствую себя готовым к гонке. Всё идёт по плану. Мне нравится этот трек. Он сложный, но я люблю сложные треки. Они заставляют меня чувствовать себя живым. — Я рада, — сказала я. — Ты заслуживаешь хороших результатов. Ты много работаешь. Мы стояли и смотрели друг на друга. Я чувствовала, как внутри разливается тепло. Это было так странно. Так приятно. Я хотела, чтобы этот момент длился вечно. — Наоми! — кто-то окликнул меня. Я обернулась. Это был мой редактор. Он стоял в нескольких метрах от нас, сжимая в руках телефон. Его лицо было напряжённым. — Мне нужно поговорить с тобой. Сейчас. Я почувствовала, как внутри всё сжалось. Я знала, о чём он хотел поговорить. О статье. О крайнем сроке. О том, что я должна сделать выбор. — Иди, — сказал Кими, слегка коснувшись моей руки. — Мы поговорим позже. Всё будет хорошо. Я верю в тебя. Я кивнула и пошла за редактором. Я знала, что этот разговор будет тяжёлым. Но я была готова. Мы отошли в сторону, и редактор повернулся ко мне. Его глаза были холодными, голос — жёстким. — Наоми, — сказал он. — Где статья? Я ждал три дня. Ты обещала материал. Что случилось? Ты должна была сдать её ещё вчера. У нас нет времени ждать. Сезон идёт. — Я работаю над ней, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Мне просто нужно больше времени. Я хочу сделать её идеальной. Я хочу, чтобы она была честной. — У тебя нет времени, — он покачал головой. — Мы должны опубликовать материал до Гран-при. Это важно. Мы теряем читателей. Если мы не сделаем это, мы потеряем рекламу. Ты понимаешь, что это значит? — Я понимаю, — сказала я. — Но я хочу сделать это хорошо. Я хочу сделать качественный материал. А не просто пересказ биографии. Я хочу показать его настоящим. — Мне не нужен качественный материал, — сказал он, и в его голосе послышалось раздражение. — Мне нужен скандал. Мне нужно что-то, что заставит людей читать. Что-то, что покажет, что Антонелли не заслуживает своего места. Что он — самозванец. Что он украл мечту у других. Я почувствовала, как внутри закипает злость. Мои пальцы сжались в кулаки. Я смотрела на него и видела человека, которому было всё равно. Ему было всё равно, кому он причиняет боль. Ему было всё равно на правду. — Я не буду писать о нём плохо, — сказала я. — Он хороший пилот. Он талантлив. Он работает. Он борется. Я не буду врать. Я не стану разрушать его репутацию ради того, чтобы продать несколько копий. Редактор уставился на меня с удивлением. Его глаза расширились, как будто он не ожидал такого сопротивления. — Ты влюбилась в него? — спросил он с насмешкой. — Ты, которая ненавидела его ещё неделю назад? Ты, которая хотела его уничтожить? Что случилось с тобой, Наоми? — Я не влюбилась, — ответила я, чувствуя, как краска заливает щёки. — Я просто хочу быть честной. Я увидела его настоящего. И я не могу писать о нём ложь. Это было бы неправильно. — Будь честной, — сказал он. — Но не забывай, кто платит тебе деньги. Не забывай, что ты здесь только благодаря нам. Мы дали тебе шанс. Не трать его зря. Он развернулся и ушёл, оставляя меня стоять в одиночестве. Я сжала кулаки, чувствуя, как внутри закипает ярость. Как он смеет? Как он смеет говорить мне, что я должна врать? Что я должна разрушать репутацию человека, который ничего не сделал мне плохого? Как он смеет угрожать мне? Я вернулась в свою комнату и села за ноутбук. Я знала, что должна написать статью. Но я не знала, о чём писать. Мои пальцы дрожали над клавиатурой. Я смотрела на пустой экран и чувствовала, как внутри борется злость и страх. И тогда я поняла. Я напишу правду. Я напишу о нём так, как вижу его. Я расскажу миру, кто он на самом деле. Не «золотой мальчик». Не «вундеркинд». А человек. Человек, который боится. Который сомневается. Который работает каждый день, чтобы стать лучше. Который просыпается ночью в холодном поту, потому что боится, что не оправдает ожиданий. Я написала статью за ночь. Я выложила в неё всё. Все свои мысли, все свои чувства, все свои наблюдения. Я не врала. Я была честной. Я рассказала о нём так, как видела его сама. Я говорила о его страхах, о его мечтах, о его боли. Я говорила о том, что он — не просто пилот. Он — человек. На следующее утро я отправила статью редактору. И ждала ответа. Сердце колотилось где-то в горле. Мои пальцы дрожали. Я смотрела на экран и ждала. Через час пришло сообщение. Я открыла его, чувствуя, как внутри всё сжимается. «Эта статья — лучшее, что ты когда-либо писала. Мы публикуем её завтра. Ты молодец, Наоми. Ты сделала правильный выбор. Я горжусь тобой. Ты рискнула и не проиграла. Это лучшая статья, которую я читал за последние годы. Ты рассказала правду. И это прекрасно.» Я улыбнулась и почувствовала, как внутри разливается облегчение. Я сделала это. Я написала правду. И она была принята. Я чувствовала гордость. Я чувствовала радость. Но я не знала, что эта статья станет началом войны.

***

На следующий день статья была опубликована. Я прочитала её и почувствовала гордость. Она была честной. Она была настоящей. Я рассказала о Кими как о человеке. О его страхах, о его мечтах, о его работе. Я написала о том, как он боится не оправдать ожиданий. Как он боится стать разочарованием. Как он боится, что его мечта окажется слишком тяжёлой. Я была счастлива. Я чувствовала, что сделала правильный выбор. Но не все были довольны. Через несколько часов я открыла страницу с комментариями и почувствовала, как внутри всё сжимается. Комментарии под статьёй были полны ненависти. Они были жестокими. Они были личными. Они били туда, где было больно. «Она защищает его, потому что влюбилась в него. Она просто хочет его внимания. Она продалась, как и все остальные.» «Журналистка, которая спит с пилотами. Как оригинально. Как пафосно. Она думает, что она особенная, но она такая же, как все.» «Она просто хочет быть ближе к нему. Она хочет его славы. Она хочет прикоснуться к его успеху. Она — паразит.» «Она предательница. Она должна была разоблачить его, а не петь дифирамбы. Она должна была рассказать правду о том, как он украл место у других.» «Ты просто завидуешь, Наоми. Ты никогда не будешь такой, как он. Ты никогда не будешь успешной. Ты останешься никем.» «Она просто пытается подлизываться к Mercedes. Продажная журналистка. Она думает, что если будет лизать задницу, её возьмут в команду. Но она ошибается.» Я читала комментарии и чувствовала, как внутри закипает злость. Смешанная с болью. С отчаянием. Они не знали меня. Они не знали правды. Они просто судили по обложке. Так же, как я судила Кими. Я сидела в своей комнате и смотрела на экран. Мои руки дрожали. Мои глаза жгло от слёз, которые я сдерживала. Я не хотела плакать. Не из-за этих людей. Но их слова проникали в мою душу, как острые иглы. Они ранили меня. Они уничтожали меня. Они говорили, что я предательница. Что я продажная. Что я ничего не стою. И я начинала верить им. Я закрыла ноутбук и откинулась на спинку стула. Слёзы текли по моим щекам. Я не могла остановить их. Я чувствовала себя разбитой. Уничтоженной. Я думала, что сделала правильный выбор. Но теперь я сомневалась. Может быть, они были правы? Может быть, я действительно ошиблась? Может быть, я должна была написать ту статью, которую ждали от меня? Телефон завибрировал. Я взяла его и увидела сообщение от Кими. «Я видел статью. Она потрясающая. Спасибо, что рассказала правду. Это много для меня значит. Но я видел комментарии. Я видел, что они пишут о тебе. Не обращай внимания на них. Они не знают, кто ты. Они не знают правды. Но я знаю. Я знаю, какая ты на самом деле. И я горжусь тобой. Ты сделала это. Ты рассказала правду. Это самое важное. Я никогда не забуду этого. Ты рискнула своей карьерой ради меня. И я всегда буду благодарен тебе за это.» Я прочитала его сообщение и почувствовала, как внутри разливается тепло. Он был прав. Мне не нужно было обращать внимание на этих людей. Они не знали меня. Они не знали правды. Я знала правду. И это было важно. Я чувствовала, как слёзы продолжают течь, но теперь это были слёзы облегчения. Я не одна. У меня есть он. Он видел меня. Он понимал меня. Он был на моей стороне. Я ответила ему: «Спасибо. Это много для меня значит. Ты прав. Я не буду обращать внимания на них. Но я всё равно злюсь. Они не знают тебя. Они не знают, кто ты на самом деле. Они судят по обложке. И мне это нравится не больше, чем тебе. Но я не позволю им сломать меня. Я буду бороться.» «Я знаю, — ответил он. — Но мы не можем изменить мир. Мы можем только быть собой. И мы можем быть вместе. Ты и я. Это единственное, что имеет значение. Мы можем поддерживать друг друга. Мы можем быть сильными. Мы можем быть собой. Это всё, что нам нужно.» Я улыбнулась, читая его слова. Я не знала, что будет дальше. Но в этот момент я знала одно: я не одна. У меня есть он. Он был рядом. Он поддерживал меня. И это было больше, чем я могла себе представить. Я чувствовала, как внутри разливается тепло, которое не могла объяснить. Это было не просто облегчение. Это было что-то большее. Что-то, что я не хотела признавать. Я боялась этого чувства. Я боялась, что оно может разрушить меня. Но я также хотела его. Я хотела чувствовать это снова и снова. Я отложила телефон и закрыла глаза. Я чувствовала себя лучше. Я чувствовала себя сильнее. Я знала, что могу справиться с этим. Потому что у меня есть он. --- На следующий день я встретила Кими в паддоке. Он подошёл ко мне с улыбкой на лице. Я чувствовала, как внутри разливается тепло, когда я видела его. — Привет, — сказал он. — Как ты? Ты выглядишь лучше. Ты спала? Ты ела? — Лучше, — ответила я. — Спасибо за твои слова. Они помогли. Я не знаю, что бы я делала без тебя. — Я всегда буду на твоей стороне, — сказал он. — Что бы ни случилось. Я обещаю. Ты не одна. У тебя есть я. Мы стояли и смотрели друг на друга. Я чувствовала, как внутри разливается тепло. Это было так странно. Так приятно. Я хотела, чтобы этот момент длился вечно. — Кими! — кто-то окликнул его. Это был его инженер. — Нам нужно поговорить о настройках. Срочно. — Иди, — сказала я. — Мы поговорим позже. Всё будет хорошо. Он кивнул и пошёл к инженеру. Но перед тем как уйти, он обернулся и улыбнулся мне. Я стояла и смотрела на него, чувствуя, как моё сердце бьётся быстрее. Я не знала, что это было. Я не знала, что будет дальше. Но я знала: это начало чего-то большего.

***

POV Кими

Он сидел в своей комнате и смотрел на телефон. Комментарии под статьёй были ужасными. Они атаковали её. Они называли её продажной, лживой, подлизой. Они говорили, что она спит с ним, чтобы получить информацию. Они уничтожали её. И он чувствовал, как внутри закипает ярость. Он сжал телефон в руке, чувствуя, как пальцы впиваются в пластик. Как они смеют? Как они смеют говорить о ней такое? Она была честной. Она была настоящей. Она рисковала своей карьерой, чтобы сказать правду. Она рисковала всем ради него. И она сделала это ради него. Он чувствовал, как внутри закипает ярость. Он хотел ответить на каждый комментарий. Хотел защитить её. Хотел сказать всем, что она — лучший человек, которого он знает. Что она не заслуживает такой ненависти. Что она просто хотела сказать правду. Но он знал, что это только ухудшит ситуацию. Он знал, что должен оставаться спокойным. Что должен поддерживать её. Что должен быть рядом с ней. Он написал ей сообщение, пытаясь поддержать её. Он знал, что ей нужно услышать, что она не одна. Что он на её стороне. Что он гордится ей. Что она сделала правильный выбор. И когда она ответила, он почувствовал облегчение. Она была сильной. Она не сдавалась. Она была такой же, как он. Она боролась. Она не позволяла себе сломаться. Он положил телефон и закрыл глаза. Она уже была в его мыслях. И он не мог выбросить её оттуда. Она была повсюду. В каждом его воспоминании. В каждой его мысли. Что же она сделала с ним? Как она смогла разрушить все его защиты? Как она смогла заставить его чувствовать то, что он не хотел чувствовать? Он не знал ответов. Но он знал одно: он не хотел, чтобы она уходила. Он хотел, чтобы она была рядом. Всегда.