Цветочный Магазин Госпожи Сенджу

Следующие два дня шёл дождь — такой противный, затяжной февральский дождь, который не лил стеной, а висел в воздухе мелкой холодной пылью. Из-за него Темари пришлось оставить мотоцикл возле дома и пересесть на метро. Она терпеть не могла утреннее метро. В это время суток люди почему-то массово утрачивали чувство дистанции, здравый смысл и память о том, что рюкзаки вообще-то снимают со спины. А один особенно одарённый тип однажды решил, что её нога — подходящий объект для своих мерзких фантазий. Темари быстро объяснила ему, насколько эта идея была неудачной, впечатав колено ему в пах. До следующей станции он добрался уже в образе печального пингвина, хромая и сквозь зубы осыпая мир проклятиями. На удивление, рабочие дни проходили спокойно. Сакура один раз призналась, что Сасори показался ей довольно забавным. — Он написал вечером, — невзначай сказала она, меняя воду у лилий. Темари подняла голову. — И? — Может, пойду с ним на свидание. — Мои соболезнования. Ино, услышав разговор, тут же вмешалась: — А Дейдара прислал мне ссылку чудесную маску для волос. Жизнь постепенно входила в привычный ритм. Клиенты уже не раздражали так сильно. Однажды в магазин вошёл совсем молодой парень, максимум лет двадцать. Он стоял возле двери минуты две, не решаясь сделать ни шага дальше. Темари сразу поняла — лёгкая добыча. Она подошла первой. — Доброе утро. Парень вздрогнул. — Здравствуйте… — Нужна помощь? Он нервно почесал затылок. — Я… это… ну… У меня сегодня первое свидание. Она невольно улыбнулась. — Поздравляю. — Спасибо… наверное. — Почему «наверное»? — Потому что я не знаю, что делать. — С цветами? — Со всем. Темари тихо усмехнулась. — Тогда начнём с простого. Девушка любит цветы? — Кажется… — «Кажется»? — Она однажды сказала, что пионы красивые. — Уже неплохо. Парень облегчённо выдохнул. — Правда? — Конечно. Мужчины обычно вообще не запоминают такие вещи. — Я записал. Темари удивлённо посмотрела на него. — Записал? Он достал телефон и показал заметку. Любимый кофе — латте без сахара. Любимые цветы — пионы. Не любит оливки. Боится больших собак. Темари улыбнулась — это было настолько мило, что ей захотелось обнять этого парня. — Ты молодец. — Просто… я переживаю, — смущённо ответил парень. — И правильно. — Правда? — Конечно. Значит, тебе не всё равно, — она подвела его к холодильнику. — Сейчас не сезон пионов. Лицо парня мгновенно вытянулось. — Но, — продолжила Темари, — можно собрать букет похожих оттенков. И получится ничуть не хуже. Через десять минут они вместе выбирали ранункулюсы, тюльпаны и несколько веточек эвкалипта. Парень внимательно слушал каждое её слово. — Только не дари букет сразу. — Почему? — Пусть сначала поздоровается с тобой. — А… — Потом сделай комплимент. Он быстро открыл заметки. Темари не выдержала. — Нет-нет, не записывай. — Почему? — Потому что это должно быть искренне. — А если забуду? — Тогда скажешь первое, что придёт в голову. — Это опасно. — Почему? — В прошлый раз я сказал ей, что у неё очень… симметричное лицо. Темари зажмурилась. — Оу… — Это плохо? — Ну, звучит так, будто ты выбираешь кухонную плитку, а не делаешь комплиммент. Парень обречённо опустил голову. — Я так и думал… Темари неожиданно рассмеялась. — Не переживай. Если она согласилась пойти с тобой, значит, ты уже сделал что-то правильно. Он посмотрел на неё так, будто она только что сообщила величайшую истину человечества. Темари завернула букет, перевязала ленту и протянула ему. — Красиво… — он уже собирался платить, но вдруг остановился. — Можно вопрос? — Давай. — А вам… когда-нибудь дарили цветы? Вопрос прозвучал так неожиданно, что Темари на секунду растерялась. Перед глазами всплыл Хидеки, их первые месяцы отношений и ни одного цветка. Правильно, она же не любила цветы, любила практичные подарки. Но, всё-таки… — Нет. Я не люблю цветы, — тихо ответила девушка. — Не любите? Но, вы же работаете в цветочном магазине, — удивился парень. — Ну, тренер не обязан играть в игру для того, чтобы тренировать, не так ли? — Не совсем, в основном те люди, которые становятся тренерами… — Пять тысяч йен, — перебила его Темари. Парень растерянно моргнул. — А… д-да. Он ещё несколько секунд смотрел на Темари, словно пытался придумать достойный ответ, но в итоге лишь неловко улыбнулся и полез в карман. Кошелёк никак не хотел открываться. Парень дёрнул молнию не в ту сторону, потом попытался вытащить купюры, но вместе с ними на пол высыпалась мелочь. — Ой… Он тут же присел, торопливо собирая монеты. Темари молча наблюдала за этим представлением. — Не спеши, — сказала она. — Простите… Я обычно не такой. — Верю. Наконец он выпрямился, отсчитал пять тысяч йен дрожащими пальцами и осторожно протянул деньги. Темари приняла оплату, пробила чек и положила его в пакет вместе с букетом. — Держи. Парень обеими руками взял цветы, будто ему доверили не букет, а новорожденного ребёнка. Несколько секунд он смотрел на него, потом перевёл взгляд на Темари и совершенно неожиданно для неё сделал глубокий, почти девяностоградусный поклон. — Огромное вам спасибо. Темари даже растерялась. — Эй… не стоит так. — Нет, правда… Спасибо вам большое, — он поднял голову и неловко улыбнулся. — Я ужасно волновался перед тем, как сюда зайти. Думал, что надо мной будут смеяться. Темари фыркнула. — Почему? — Ну… потому, что я ничего не понимаю. — Все когда-то ничего не понимали. Парень крепче прижал к себе букет. — Благодаря вам мне теперь хотя бы не страшно. На мгновение Темари почувствовала странное тепло где-то внутри, будто впервые за долгое время её слова действительно кому-то помогли. Она махнула рукой, стараясь скрыть внезапное смущение. — Иди уже. — Да. — И не вздумай сказать своей девушке, что у неё симметричное лицо. Парень рассмеялся. — Не скажу. — Вот и молодец. Он снова коротко поклонился и вышел из магазина, бережно прижимая букет к груди, словно боялся, что тот может помяться. Колокольчик над дверью тихо звякнул. Темари машинально положила руку на бок и проводила парня взглядом. На её губах появилась едва заметная улыбка. Молодая любовь… Наверное, это действительно прекрасно — переживать всё впервые: первое свидание, волнение, глупые комплименты. Первые бессонные ночи из-за сообщения, на которое ответили только через двадцать минут. Весь этот смешной, нелепый, совершенно иррациональный хаос, когда сердце ещё не знает, что его можно разбить, когда веришь каждому слову, строишь планы на месяцы вперёд после одной удачной встречи. Когда кажется, что именно этот человек «тот самый» и останется рядом навсегда — а как может быть по-другому, когда он понимает всё с полуслова? Темари тихо вздохнула. Жизнь та ещё сука, иногда она вдруг берёт и напоминает, что навсегда — слово очень ненадёжное и «всё будет хорошо», сказанное губами «того самого» не всегда означает то, что всё будет хорошо. Девушка отвела взгляд от улицы и направилась в подсобку. Через пару минут небольшое помещение наполнилось запахом свежемолотых зёрен. Темари прислонилась к столешнице, ожидая, пока кофемашина закончит работу. Дверь скрипнула, внутрь буквально ввалилась Ино. По выражению её лица можно было решить, что мир только что официально объявил ей войну. — Нет, ну это уже невозможно… Темари подняла кружку. — Что случилось? Ино театрально закатила глаза. — Она опять пришла. — Кто? — Эта девушка. — Какая? — спокойно уточнила Темари. — У нас их человек тридцать в день. — Таюя! Темари вопросительно посмотрела на неё. — Она постоянно спрашивает про Шикамару, — объяснила блондинка и устало опустилась на стул. — Я уже не знаю, что ей отвечать. Темари сделала глоток кофе. — «А он сегодня заходил?», «А что он любит?», «А какой у него любимый цвет?», «А он случайно ни с кем не встречается?», «А как думаешь, если я приглашу его сама, он согласится?» Темари поморщилась — ей вообще трудно было представить девушку, которая бы осознанно бегала за этим сексистом с кислой миной. — А почему она приходит именно сюда? — спросила Темари. Ино тяжело вздохнула. — Когда-то она случайно оказалась здесь в тот момент, когда пришёл Шикамару. Темари вопросительно подняла бровь. — И? — Этот лодырь, как обычно, даже не поздоровался нормально. Сразу подошёл ко мне и начал жаловаться — на работу, отсутствие дополнительных перерывов и на то, что он бедный, несчастный и ему даже некогда отдыхать. Темари тихо фыркнула. — Ну и нытик. — Вот именно. Он минут десять стоял возле кассы и рассказывал, как тяжела жизнь офисного планктона. Таюя всё это видела и слышала. — И поняла, что вы дружите? — Ага. После этого всё и началось. Темари отпила кофе. Блондинка несколько секунд молчала, подбирая слова. — Понимаешь… если бы она просто хотела с ним познакомиться, я бы вообще ничего не сказала, но это продолжается уже довольно давно, — Ино покачала головой. — Её желание сблизиться с ним уже начинает меня немного пугать. Темари задумчиво посмотрела в кружку. — А Шикамару знает обо всём этом? — Знает. — И? Ино тихо усмехнулась. — Избегает её. — Серьёзно? — Абсолютно, — Ино попыталась передразнить его ленивую интонацию: — «Это всё слишком проблематично…» Темари невольно улыбнулась. Да, было видно, что они уже давно дружат. — Он как-то сказал, что не хочет давать человеку ложную надежду. Поэтому, если видит её где-нибудь неподалёку, просто… исчезает. Не удивлюсь, если он умеет растворяться в воздухе, лишь бы не разговаривать с неинтересными ему людьми. Ино откинулась на спинку стула и задумчиво посмотрела в потолок. — Хотя знаешь… В последнее время он что-то слишком зачастил в наш магазин. Темари пожала плечами. — Он же работает в соседнем здании. — Это да. — К тому же, судя по всему, у всех его друзей, родственников и знакомых именно в этом месяце дни рождения, юбилеи и прочие праздники. Не удивлюсь, если следующим будет день рождения соседского кота. Ино тихо усмехнулась. — Возможно, — она несколько секунд молчала, продолжая задумчиво смотреть на Темари, уголок её губ медленно пополз вверх. — Не исключено, что есть и другая причина. Темари ничего не ответила, только спокойно сделала ещё один глоток кофе, словно слова Ино не имели к ней никакого отношения. Конечно. Какая ещё причина? Он приходил купить цветы сначала для матери, потом для коллеги, потом для жены учителя. Один раз — растение в квартиру, потому что его мама заявила, что он живёт как «очень уставший бухгалтер, которого обидела жизнь». Всё звучало вполне логично (кстати, интересно, он всё-таки что-то купил?). И вообще… Это же вечно недовольный парень, который считал лишний разговор тяжёлой физической нагрузкой. Нет, никакой «другой причины» быть не могло. Дверь подсобки открылась. Внутрь заглянула Сакура. — Всё, — сообщила она с лёгкой улыбкой. — Таюя ушла. Ино будто сбросила с плеч невидимый груз. — Слава богу. — Купила букет, ещё минут пять походила между витринами, поспрашивала про Шикамару… и ушла. Ино тяжело поднялась со стула. — Когда-нибудь она сведёт меня с ума. — Не сегодня, — успокоила её Сакура. — Очень на это надеюсь. Темари допила кофе и вышла в зал вместе с Ино и Сакурой. Колокольчик над дверьми тихо звякнул и в магазин зашёл мистер ананасовая башка. Он сложил зонтик, недовольно встряхнув его. Темари, стоявшая возле кассы, с подозрением прищурилась. Шикамару заметил её почти сразу. Сначала он, как воспитанный человек, кивнул Ино. — Привет. — Привет, мученик. — Не начинай. Только после этого он подошёл к Темари. Остановившись напротив неё, парень без лишних предисловий сообщил: — Мне всё ещё нужен домашний цветок. Темари медленно подняла бровь. — А почему ты не купил его в прошлый раз? — Потому что мне нужно было возвращаться на работу. Перерыв заканчивался. Темари понимающе покивала. — Очень жаль. — Почему? — Потому что какой-то бедолага из нашего магазина всё-таки переедет к тебе домой и встретит неминуемую смерть. Шикамару хмыкнул. — Не драматизируй. — Я реалист, — она вышла из-за кассы и махнула рукой. — Пойдём выбирать твою будущую жертву. Шикамару тяжело вздохнул и поплёлся следом. Они остановились возле стеллажа с комнатными растениями. Темари взяла небольшой горшок. — Вот этот практически невозможно убить. — Звучит многообещающе. — Называется сансевиерия. Поливать редко, свет любит, но переживёт и полутень. Шикамару кивнул. Она поставила его обратно. — Ещё есть замиокулькас. — Сложное название. — Запоминать не обязательно. Главное — не заливать. — Ясно. — А вот спатифиллум… Она не договорила. За её спиной послышался длинный, совершенно не скрываемый зевок. Темари медленно обернулась. Шикамару стоял с виноватым выражением лица. — Прости. Она продолжила рассказывать. Минуты через две он зевнул снова. Темари прищурилась. — Скучно? — Нет… Она взяла ещё один горшок. — Этот… Третий зевок. Темари очень медленно вдохнула. — Если ты ещё раз зевнёшь… — она подняла цветочный горшок на уровень его лица. — …я надену его тебе на голову. Шикамару посмотрел сначала на горшок, потом на неё. — Это, конечно, так себе сервис. Темари не улыбнулась. Несколько секунд он молчал, потом неожиданно вздохнул. — Извини. Я не специально, — он потёр шею. — Последние несколько дней плохо сплю. Вчера помогал другу с переездом до позднего вечера. Позавчера на работе навалилось столько всего, что пришлось задержаться почти до ночи. Так что… организм решил мне отомстить. Темари несколько секунд смотрела на него, потом спокойно поставила горшок обратно на полку. — Ясно. Через несколько минут выбор наконец был сделан — небольшой замиокулькас официально собирал все свои листья и переезжал жить к Шикамару. Они вернулись к кассе. Темари пробила покупку. Парень посмотрел на экран. — Серьёзно? — Что? — Семь тысяч? — Да. Он тяжело вздохнул и полез за кошельком, затем приложил карту к терминалу. Оплата прошла. — Между прочим, — проворчал он, убирая кошелёк, — Как постоянному клиенту мне уже пора делать скидку. Темари невозмутимо сложила руки на груди. — Постоянным клиентам мы бесплатно выдаём чувство вины за загубленные растения. — Щедро. Она ничего не ответила. Вместо этого наклонилась под кассу и через секунду положила на стойку небольшой льняной мешочек, перевязанный тонкой фиолетовой ленточкой. Шикамару посмотрел на него. — Это что? — Лаванда. — Зачем? — Помогает уснуть. Он взял мешочек в руки и повертел его. — И что мне с ним делать? Темари посмотрела на него совершенно серьёзным взглядом. — Есть. Шикамару замер. — Что? — Есть. — Лаванду? — Конечно, — она кивнула с таким невозмутимым видом, будто говорила о самых очевидных вещах на свете. — Странно, что ты этого не знаешь. Он подозрительно прищурился. — Ты сейчас издеваешься? Темари выдержала паузу, потом не выдержала и тихо рассмеялась. — Господи, видел бы ты своё лицо. Шикамару обречённо покачал головой. Она улыбнулась. — Положи под подушку. Запах лаванды помогает расслабиться. Может, быстрее заснёшь. Он перевёл взгляд с мешочка на Темари, потом тихо усмехнулся, осторожно убрав лаванду в карман куртки. — Спасибо. Улыбка парня заставила сердце Темари пропустить удар, пока глаза почти мгновенно опустились на кассу. Ей вдруг стало жизненно необходимо проверить кнопки кассового аппарата — все ли на месте, не пропала ли случайно цифра семь. Она несколько раз совершенно бессмысленно нажала на клавиши. — О, Темари, у тебя смена закончилась, — произнесла Ино, глядя на часы. Темари моргнула. — Точно… Спасибо. Девушка вышла из-за кассы и начала развязывать фартук. — До завтра, — бросила Сакура. — Ага. Темари аккуратно сложила фартук, собираясь войти в подсобку, когда позади раздался спокойный голос: — Ты тоже на метро? Она обернулась. Шикамару всё ещё стоял возле кассы с горшком в одной руке. — Да. Он коротко кивнул, потом совершенно буднично произнёс: — Если хочешь… Я подожду и можем вместе пойти. — Это было бы очень кстати, — неожиданно протянула Ино с невинным выражением. — Во-о-н какая противная погода за окном, а Темари сегодня без зонтика. Темари бросила на Ино взгляд, в котором отчётливо читалось обещание поговорить с ней завтра, потом она снова посмотрела на Шикамару и пожала плечами. — Я не против. — Тогда подожду. Девушка кивнула и скрылась в подсобке буквально на пару минут. Оставила фартук, надела куртку, закинула сумку на плечо и вернулась обратно. — Всё, до завтра! — До завтра! — тут же отозвались Ино и Сакура. Колокольчик тихо звякнул над дверью. Холодный влажный воздух сразу ударил в лицо. Дождь всё ещё моросил — мелкий, противный, почти незаметный, но такой, что через десять минут одежда становилась сырой. Шикамару раскрыл большой чёрный зонт. — Держись ближе. Темари молча шагнула ближе. Первые метров двадцать она честно пыталась делать вид, что всё нормально. В одной руке Шикамару нёс новый горшок с замиокулькасом. Во второй держал зонт, причём держал его так, как держат одновременно хрупкую вазу, чемодан и собственную совесть. Зонт постоянно уходил чуть вправо. Парень инстинктивно пытался защитить растение, в результате почти всё правое плечо Темари уже заметно намокло. Она мельком посмотрела на него. Он тоже явно мучился — запястье было вывернуто под каким-то неестественным углом, а горшок всё время норовил соскользнуть. Минут через пять Темари не выдержала. — Дай сюда. Шикамару непонимающе посмотрел на неё. — Что? — Зонт. — Зачем? Она молча протянула руку. Несколько секунд он колебался, потом всё-таки отдал его. Темари одним лёгким движением поменяла положение зонта и взяла его так, чтобы он закрывал их обоих. — Вот. Шикамару удивлённо посмотрел сначала вверх, потом на неё. — Так удобнее, — спокойно добавила Темари. Он перевёл взгляд на свою свободную правую руку. — Логично. — Иногда полезно думать головой, а не страдать. Ты аналитик или кто? — Или кто, — передразнил Шикамару. Темари фыркнула. Они неторопливо шли по мокрому тротуару. Машины с шипением рассекали лужи, прохожие спешили домой, прячась под разноцветными зонтами. — Как тебе вообще работа? Темари пожала плечами. — Уже лучше. Первые недели мне хотелось придушить каждого второго клиента. — А сейчас? — Только каждого пятого. — Прогресс. — Значительный. Шикамару тихо усмехнулся. Через дорогу, возле большого окна небольшой кофейни, стояла Таюя с бумажным стаканом в руках. Она как раз собиралась выйти на улицу, когда взгляд случайно зацепился за знакомую мужскую фигуру, но в следующую секунду заметила девушку рядом с ним. Они что-то спокойно обсуждали, и хотя между ними не было ни объятий, ни каких-то откровенных жестов, выглядели они слишком непринуждённо. Таюя медленно прищурилась. — А это ещё кто?.. Пальцы крепче сжали бумажный стакан. В глазах девушки появился неприятный холодный блеск. Ей совершенно не понравилось то, что она только что увидела.