Глава 114
21 июня 2026 г., 15:56
Голос Лян Фэна был не слишком громким, но и не тихим. Тем более — этот сверкающий кинжал у горла и следы крови были видны всем.
Служанки рядом вскрикнули и в панике отступили. Только тогда чиновники, исполнявшие танец, заметили перемену на почётном месте.
В одно мгновение зал наполнился шумом, а музыка резко оборвалась. Кто мог ожидать, что всё обернётся таким образом?!
Разумеется, Янь Цзи тоже этого не ожидал.
Кинжал упирался ему в горло, причиняя резкую боль. На коже ощущалась прохлада — возможно, даже выступила кровь. Внутри его смешались страх и тревога, и он запинаясь произнёс:
— Я… я лишь испытываю к тебе симпатию! У меня не было намерения проявить неуважение!
— Симпатию? — холодно усмехнулся Лян Фэн. — Даже сам герцог Дунъин почитает меня дорогим гостем. Я пришёл служить тебе, а ты хочешь, чтобы я добивался положения лишь красотой?
— Как ты смеешь, ничтожный!
Этот вопрос и ответ мгновенно заставили всех присутствующих понять ситуацию.
Неужели тайшоу Янь так поспешил добиться расположения красавца, что попытался воспользоваться им, но не ожидал, что тот окажется настолько непреклонным и всё закончится ссорой?
Теперь положение стало крайне неловким.
Сунь Юань покрылся холодным потом и поспешно слез со своего ложа:
— Хоу Лян, не действуйте опрометчиво! У Янь Цзи действительно не было дурных намерений, просто его ввели в заблуждение. Давайте спокойно поговорим… спокойно поговорим…
— Да, да! Я лишь на мгновение потерял голову! — Янь Цзи наконец опомнился и поспешно начал перекладывать вину. — Всё из-за этого Ли Лана, этого негодяя! Он меня обманул…
Услышав шум внутри, охрана, стоявшая у входа и внутри зала, ворвалась внутрь. Увидев эту картину, несколько человек сразу хотели броситься спасать хозяина.
Сунь Юань поспешно вытянул руку, останавливая их:
— Не раздражайте хоу Лян! Это всего лишь недоразумение…
Кто-то пытался остановить, кто-то уговаривал, кто-то умолял — зал мгновенно превратился в хаос.
Под влиянием этой суматохи даже несколько воинов-сюнну замешкались, не понимая, что именно происходит.
Но Лян Фэн не обращал внимания на этих посторонних.
Лёгким движением он перехватил руку Янь Цзи, ту самую, которая только что бесцеремонно обвила его талию, и вывернул её назад. Под болезненный вскрик противника он медленно поднялся.
Одна нога в белой мягкой обуви ступила на стоящий перед ним низкий столик.
— Недоразумение? Не думаю.
С этими словами он одним движением опрокинул стол. Чаши и тарелки перевернулись, посуда с грохотом рассыпалась по полу.
Внимание всех мгновенно переключилось на упавший столик. И в этот момент тёмная фигура метнулась из угла зала и бросилась на ближайшего воина-сюнну!
__________
Среди весёлой музыки и танцев И Янь сидел, низко опустив голову, с крепко сжатыми кулаками. Он не слышал изысканных мелодий и не видел лёгких движений танцующих. В ушах лишь гудело, словно вся кровь прилила к голове.
Это было совсем не так, как они договаривались!
Не было момента, когда господин должен был поднять чашу для тоста. Не было сигнала падением кубка. Не было отступления после начала действия.
Господин просто сел на главное место и расположился рядом с этим преступником!
И Янь всегда знал: господин обладает необыкновенной красотой. Она способна заставить людей терять голову, заставить знатные семьи преклониться, заставить каждого, кто общается с ним, искренне испытывать привязанность.
Но он никогда не думал, что кто-то будет смотреть на господина таким взглядом.
Что кто-то осмелится касаться его такими движениями. Здесь. В этом зале. Перед всеми.
Как он посмел?!
Убийственное намерение и ненависть смешались внутри него, и И Янь был вынужден ещё ниже опустить голову, скрывая пылающую ярость.
Он не мог не видеть предупреждающего взгляда господина. Не мог не понимать скрытого смысла его уступчивого поведения. Но всё равно не мог этого вынести.
Ядовитое пламя ярости обжигало его внутренности и плавило остатки рассудка, заставляя тело слегка дрожать.
Этот мерзавец не достоин! Не достоин! Как он смеет сидеть рядом с господином?! Как он смеет смеяться и разговаривать с господином?! Как он смеет танцевать с господином?!
Ярость ничуть не ослабла даже после перемены на сцене. Когда он услышал слова Янь Цзи: «Я лишь испытываю к тебе симпатию»,
И Янь почувствовал, будто натянутая в голове струна с треском оборвалась.
Да. Он не мог смириться. Не мог позволить этому случиться. Потому что он был привязан к господину.
Эта мысль мгновенно разрушила его самообладание. С грохотом опрокинулся столик, чаши и кубки полетели вниз. Словно тигр, услышавший сигнал к атаке, И Янь взвился с места и бросился на ближайшего воина-сюнну!
Короткий клинок вошёл в плоть. Запах крови ударил в нос. Одного удара в спину оказалось достаточно — воин вздрогнул и рухнул без движения.
Но И Янь даже не остановился. Окровавленный кинжал уже метнулся к следующему противнику.
Горло. Живот. Грудь. Его движения никогда ещё не были настолько быстрыми. В каждом из них сочетались приёмы мгновенного убийства, которым обычный человек не смог бы противостоять.
Он был словно тигр, ворвавшийся в стадо овец.
Последний удар оказался слишком сильным — клинок с силой ударился о рёбра. Раздался хруст, лезвие сломалось.
Но И Янь тут же вытянул руку, схватил длинный меч и обрушил его вниз. Огромная голова покатилась по полу и остановилась у ног одного из чиновников.
Вся эта череда убийств произошла слишком быстро. Мгновенно.
Четыре человека уже были мертвы.
Чиновник рядом с ними издал хриплый звук, его колени подкосились, и он рухнул на землю.
Запах крови заполнил зал. Кто-то в безумии закричал.
Только теперь оставшиеся четыре воина-сюнну поняли происходящее.
Это была не сцена и не случайная вспышка. Это было настоящее покушение!
Не зря они считались элитой армии. Четверо мгновенно среагировали: трое бросились на И Яня, а последний развернулся и направился к главному месту.
Если схватить главного заговорщика, который держал тайшоу, этот раб-цзе всё равно будет вынужден сдаться! Но едва он сделал несколько шагов, как его тело внезапно дёрнулось. Он опрокинулся вперёд и рухнул прямо у ног Янь Цзи.
От страха тот даже вздрогнул. Присмотревшись, он увидел стрелу арбалета, вошедшую прямо в спину. Кровь уже текла по короткому древку, пропитывая роскошный ковёр под его ногами.
Арбалет?! Этот цзе привёл с собой арбалеты?!
Даже самый глупый человек понял бы в этот момент: это не вспышка гнева. Это была заранее подготовленная атака.
Но когда Янь Цзи снова поднял голову, последние трое воинов тоже уже лежали мёртвыми у ног этого словно обезумевшего тигра.
Всего несколько вдохов. И восемь человек были убиты.
Зубы Янь Цзи задрожали от страха, и он резко начал вырываться.
Верно. Рядом с ним ведь был ещё один человек. Хрупкий, слабый, больной.
Лян Цзыси наверняка не осмелится по-настоящему убить его. Эта маленькая угроза — стоит только рвануться — и можно освободиться. Если схватить Лян Фэна, можно остановить этого бешеного зверя и сохранить жизнь!
Янь Цзи был ещё в расцвете сил, изучал шесть искусств и обладал немалой физической мощью. Он рванулся изо всех сил, но не смог освободиться, потому что лезвие у его горла уже глубоко вошло в плоть.
Свободной рукой он машинально попытался ухватиться за что-то, но пальцы схватили лишь пустоту.
Тело Янь Цзи качнулось, и он рухнул к краю ложа. В тот момент, когда он падал, он с недоверием посмотрел на мужчину рядом с собой — прекрасного, безупречного, но холодного, словно камень.
Как он посмел убить его? Разве ему не нужен был заложник? Разве он не должен был использовать его, чтобы угрожать охраняющим его чиновникам и военным?
С отчаянием и нежеланием смириться с этим Янь Цзи безвольно упал на пол. Его широко раскрытые глаза больше не отражали ни единой искры жизни.
— Вы… вы… убили… убили …
Действительно, среди присутствующих были верные чиновники, которые хотели броситься вперёд и отомстить за Янь Цзи, но длинный меч мгновенно оборвал жизнь первого из них.
Оставшиеся либо обессиленно рухнули на колени, либо, дрожа всем телом, забились в угол. Всех их этот внезапный поток убийств лишил воли и рассудка.
Разобравшись с воинами-сюнну, И Янь без колебаний большими шагами направился к главному месту:
— Господин! Подчинённый был неспособен!
Он опустился на колени. Ещё не успевшая угаснуть ярость смешалась с ревностью, стыдом и чувством вины — всё это разом нахлынуло на него.
Он не был достойным слугой. На самом деле он был таким же, как тот мерзавец, который даже после смерти не смог закрыть глаза: скрывал дурные намерения, был жалок и отвратителен!
Лян Фэн лишь слегка поднял брови:
— Если это называется «неспособностью», боюсь, тогда в мире вообще не осталось способных людей. Иди. Продолжай действовать.
Его рука ободряюще легла на плечо И Яня, но эта чуть прохладная ладонь ощущалась для него словно раскалённый уголь — от неё он невольно вздрогнул.
Сейчас было не время предаваться этим мыслям.
И Янь стиснул зубы, поднялся с земли и быстро вышел наружу. Достав из мешочка бамбуковый свисток, он изо всех сил подул в него.
Звук был не слишком громким, но всё же смог пройти сквозь глубокие дворы и достигнуть слуха тех, кто ждал сигнала.
Чжан Хэ, скрывавшийся возле тюрьмы, взмахнул рукой, отдавая приказ людям за спиной. Двенадцать ручных арбалетов одновременно выпустили стрелы.
Даже не успев издать крик, стражники у ворот тюрьмы большей частью рухнули на землю. Остальные же в ужасе увидели, как на них бросается группа свирепых воинов в одежде слуг.
В то же самое время у переднего зала, главных ворот и оружейного склада тоже раздались звуки схватки, но это совсем не было похоже на крики при захвате резиденции Янь Цзи.
Эти звуки были низкими, короткими и исчезали так же внезапно, как появлялись. Прошло всего несколько вдохов — и всё стихло.
Большинство охранников, включая элитных воинов-сюнну, уже лежали мёртвыми. Оставшиеся же, дрожа от страха перед этими ужасающими людьми, опустились на землю и начали просить пощады.
Вскоре к заднему залу прибыл отряд воинов.
Командир доложил:
— Господин, все ключевые точки успешно взяты. Все военачальники в тюрьме целы.
— Хорошо.
Лян Фэн кивнул.
— И Янь, возьми людей и зачисти оставшихся в задней резиденции. Смотри, чтобы никто не сбежал.
И Янь немного поколебался, но всё же кивнул:
— Да.
Оставив пятерых людей помогать Лян Фэну контролировать задний зал, он повёл остальных к внутренним покоям.
Кого нужно было убить — убили. Кого нужно было связать — связали.
Только теперь Лян Фэн получил возможность оглядеться на оставшихся людей.
Его взгляд скользнул мимо тех, кто уже потерял способность думать от страха, и остановился на человеке, который, сжавшись под столиком, дрожал всем телом.
Он направился к нему.
Шёл он не быстро и не демонстрировал никакой жестокости. Напротив, шаги были лёгкими и непринуждёнными — словно он только что исполнял танец. Белые мягкие туфли из тонкой ткани уже пропитались кровью, будто на ноги были надеты красные башмаки.
Лян Фэн остановился перед столом и вежливо спросил:
— Сунь Юань, вы всё ещё в порядке?
Спрятавшийся под столом Сунь Юань смотрел на эти залитые кровью белые туфли и чувствовал, как у него рушится весь внутренний мир.
Как может существовать человек, который настолько спокойно способен привести войска и захватить резиденцию?
И он собственноручно убил тайшоу Яня! Что за чудовище этот Ли Лан заставил его пригласить сюда?!
— Сунь Юань?
Столик, служивший защитой, отодвинули. Перед ним появилось это лицо — белое, безупречное, словно нефрит. Сунь Юань окончательно сломался.
— Лян… Лян… Лян-хоу! Я ошибся, поверив злой партии! Я готов служить Лян-хоу!
Слёзы и сопли смешались на его лице, одежда намокла от страха, и он разрыдался.
— Вот как?
Лян Фэн слегка улыбнулся.
— Тогда тем лучше.
Есть один вопрос, который я как раз хотел у вас спросить…
