Воздух помнит

Следующие несколько дней пролетели удивительно быстро. Каждую ночь мороз становился чуть сильнее. К утру каменные мосты и перила покрывались тонкой ледяной коркой, а на крышах башен появлялся хрустящий иней. Холодный ветер уже не просто гулял между вершинами, а приносил с собой запах снега, заставляя плотнее запахивать куртки. Днём солнце ещё успевало немного прогреть тёмный камень, но стоило ему скрыться за горами, как храм снова погружался в колючий горный холод. Для Джин они превратились в бесконечную череду полётов, тренировок и попыток не свалиться со скалы и каждое утро начиналось одинаково. — Расслабь плечи. — Они расслаблены. — Нет. — Да. — Джин. — Что? — Ты снова пытаешься победить ветер. К концу второго дня она уже могла самостоятельно пролететь вокруг внутреннего двора храма. К концу третьего перестала каждый раз зажмуриваться, когда сильный поток воздуха подхватывал планер. К концу четвертого поймала себя на том, что ищет повод подняться в небо даже без тренировок. Самым приятным было то, что Аанг оказался прав. Летать действительно было потрясающе. Сам Аанг всё чаще проводил время с Тео. Сначала Джин решила, что это случайность. Потом заметила, что они почти каждый день исчезают куда-нибудь вместе. Иногда обсуждают планеры. Иногда механизмы. Иногда просто сидят на балконе одной из башен и разговаривают. Постепенно напряжение, повисшее над храмом после ссоры, начало рассеиваться. Не исчезло совсем, но стало легче. Даже Аанг уже не смотрел на каждую новую трубу так, словно она лично оскорбила память Воздушных кочевников. Он всё ещё замечал изменения. Просто начал замечать и другое. Что дети смеются здесь так же, как когда-то смеялись послушники. Что в пустых коридорах снова звучат голоса. Что храм живёт. И, кажется, впервые за всё время начал принимать это. Поэтому, когда после обеда Тео появился во внутреннем дворе с загадочным выражением лица, Джин сразу поняла: что-то задумал. Сокка возился возле какого-то механизма вместе с местными инженерами. Катара помогала нескольким детям переносить корзины с бельём. Джин сидела на перилах моста, лениво болтая ногами над пропастью. — Я вас искал. Тео выглядел необычно взволнованным. — Это настораживает, — немедленно сообщил Сокка. — Почему? — Обычно люди так говорят перед тем, как предложить тяжёлую работу. — Или приключение, — заметил Аанг. — Или тяжёлую работу, замаскированную под приключение. Тео рассмеялся. — Нет, ничего такого, — он перевёл взгляд на Аанга. — Помнишь старую дверь, про которую я рассказывал? — Святилище? — Да. Теперь заинтересовалась уже Джин. — Какое ещё святилище? — Закрытая часть храма, — объяснил Тео. — Мы так и не смогли туда попасть. — И теперь можешь? — спросила Катара. Тео покачал головой. — Нет. Но я подумал... — он немного смутился. — Если кто и сможет открыть дверь Воздушных кочевников, то, наверное, настоящий маг воздуха. На несколько секунд воцарилась тишина. Джин заметила, как изменилось лицо Аанга. Словно внутри него одновременно вспыхнули надежда и страх. — Пойдём посмотрим, — тихо сказал он. Чем дальше они уходили от жилых помещений, тем тише становился храм. Исчезли детские голоса. Перестал доноситься стук мастерских. Даже ветер здесь звучал иначе. Старые коридоры почти не использовались. Камень под ногами был покрыт тонким слоем пыли. На стенах ещё сохранились выцветшие рисунки облаков и воздушных бизонов. Наконец Тео остановился. Перед ними возвышалась массивная каменная дверь. Древняя. Потемневшая от времени. По краям всё ещё виднелись резные символы Воздушных кочевников. Джин невольно шагнула ближе. Сердце забилось быстрее. Она никогда не видела ничего настолько старого. Настоящего. Не перестроенного. Не изменённого. Словно этот кусочек храма каким-то чудом пережил целый век. Несколько секунд никто не двигался. Потом Аанг шагнул вперёд. Ладонь легла на холодный камень. Воздух вокруг едва заметно дрогнул. Что-то щёлкнуло внутри стены. Потом ещё раз. Послышался скрежет древних механизмов. Камень задрожал. Дверь медленно сдвинулась внутрь. Из темноты пахнуло холодом и пылью. — Получилось, — выдохнул Тео. Никто не засмеялся. Все смотрели внутрь. Аанг вошёл первым. Джин сразу последовала за ним. Внутри оказалось темно. Свет из коридора едва проникал в помещение. Постепенно глаза начали привыкать. И чем больше Джин видела, тем сильнее хмурилась. Это было не святилище. Точнее... когда-то было. Вдоль стен стояли ящики. На полу валялись детали каких-то механизмов. Кучами лежали инструменты. Ржавые трубы. Металлические конструкции. Сломанные шестерёнки. Словно кто-то превратил древнее помещение в склад. — Что это? — нахмурилась Катара. Сокка уже присел возле ближайшего механизма. — Подождите. Он быстро смахнул слой пыли и замер. Улыбка исчезла с его лица. — Это странно. — Что? — спросила Джин. Вместо ответа Сокка повернул металлическую деталь. На её поверхности проступил знакомый символ. Красное пламя. Знак Народа Огня. В помещении стало очень тихо. — Это невозможно, — пробормотал Тео. Сокка уже поднялся на ноги и подошёл к следующим ящикам. На каждом была одна и та же метка. Джин почувствовала неприятный холодок между лопаток. Это были не древние вещи. Не столетние. Металл выглядел слишком новым. Слишком хорошо сохранившимся. Словно кто-то пользовался всем этим совсем недавно. Она медленно повернулась к Тео. — Ты говорил, никто сюда не заходил? — Никто не мог, — растерянно ответил он. Сокка уже обходил помещение по кругу. С тем самым выражением лица, которое обычно означало неприятности. Большие неприятности. У дальней стены он внезапно остановился. Наклонился и поднял что-то с пола. Небольшой металлический цилиндр. Джин не знала, что это такое. Зато Тео побледнел. Очень резко. — Я знаю эту деталь. Все посмотрели на него. Тео сглотнул. — Её сделал мой отец. Тишина оборвалась. Джин резко повернулась к Тео. — Что? Тот сглотнул. — Это один из его механизмов. — он указал на металлический цилиндр в руках Сокки. — Я видел такие детали сотни раз. Джин ещё раз посмотрела на ящики. На детали. На символы Народа Огня. На инструменты. Слишком новые. Слишком знакомые. Слишком очевидные. И вдруг всё встало на свои места. Холодная волна ярости прокатилась по позвоночнику, она выхватила деталь из рук Сокки. — Джин, подожди, — начал Сокка. Но было уже поздно, она резко развернулась и направилась к выходу. — Джин! — Нет, — её голос прозвучал неожиданно жёстко. — Нет, Сокка. Она почти сбежала по лестнице. Шаги гулко отдавались в пустом коридоре. Остальные поспешили следом. Джин так сильно сжимала цилиндр, что заболели пальцы. — Мы ещё ничего не знаем! — крикнул Сокка. — Зато я знаю достаточно. — Подожди. Давай сначала разберёмся. — Разберемся? Джин резко остановилась. Так резко, что Катара едва не врезалась ей в спину. — В комнате, которую никто не мог открыть, лежат механизмы Народа Огня. — Мы не знаем, как они туда попали. — Правда? — Она посмотрела прямо на него. — Или тебе просто не хочется верить? Сокка нахмурился. — Я говорю, что нужно сначала разобраться. — Потому что он твой друг. Слова ударили сильнее, чем она ожидала. Сокка дёрнулся. — Джин... — Нет. Она покачала головой. — Твоя дружба с механиком не должна застилать тебе разум. Повисла тяжёлая тишина. Никто не возразил. Даже Сокка не нашелся с ответом. Потому что часть его самого явно думала о том же. Аанг молча стоял рядом. Сжав кулаки. Когда Джин посмотрела на него, он лишь коротко кивнул. И этого оказалось достаточно. Катара тоже шагнула вперёд. Следом поехал Тео. Лицо парня было бледным как мел. Он выглядел так, словно отчаянно надеялся, что все ошибаются. Но всё равно пошёл за ними. Вместе они направились к личной мастерской механика. Механик был там. Он что-то чертил за столом и поднял голову, когда дверь распахнулась. — Тео? Что случи... Он осёкся, увидев лица гостей. Джин зашла первой, без приветствия, без предисловий. Она бросила на стол металлический цилиндр. Тот со звоном покатился по деревянной поверхности. Механик сразу побледнел и Джин поняла, что была права. — Где ты это нашла? Голос мужчины прозвучал глухо. — В святилище. Повисла тишина. Тяжёлая. Неуютная. Механик закрыл глаза. — Папа? — тихо произнёс Тео. Мужчина не ответил. — Это правда? — спросила Катара. Он медленно опустился на стул. Будто внезапно постарел на несколько лет. — Да. Одно короткое слово и в комнате стало ещё тише. Тео сидел, будто оглушенный. Словно его ударили. — Нет... — Тео... — Нет! — Голос парня сорвался. — Скажи, что это неправда! Механик смотрел в пол и молчал. — Ты работаешь на Народ Огня? — спросила Джин. — У меня не было выбора. — Выбор есть всегда. — Нет. На этот раз мужчина резко поднял голову. В его голосе впервые появилась злость вперемешку с усталостью. — Когда они пришли сюда, мне показали список имён, — он посмотрел на сына. — Моё имя. Имя Тео. Имена всех людей, которые живут в храме. Джин почувствовала, как внутри что-то дрогнуло. — Они сказали, что если я не буду помогать, то нас убьют. — Механик горько усмехнулся. — Не только меня. Всех. А среди нас нет воинов, только мирные жители и механики. — Почему ты ничего не сказал? — Потому что вы не смогли бы их остановить. — Мы даже не попробовали! — выкрикнул Тео. Мужчина отвёл взгляд. — Потому что я не позволил. Тишина снова заполнила мастерскую. Джин смотрела на него и чувствовала, как ярость постепенно смешивается с чем-то другим. Он предал храм. Предал жителей. Но сейчас перед ней сидел не предатель. Перед ней сидел отец, который пытался спасти своего сына. Первым заговорил Аанг. Спокойно. — Когда следующая встреча? Все повернулись к нему. Механик моргнул. — Что? — Когда ты должен передать им новые механизмы? Несколько секунд мужчина просто смотрел на него, потом тихо ответил: — Завтра. Сокка мгновенно выпрямился. — Завтра? — На закате. — Где? — На северном утёсе. Возле старого грузового подъёмника. Теперь оживилась уже Катара. — Сколько солдат обычно приходит? — Один. Аанг переглянулся с Соккой. Джин слишком хорошо знала этот взгляд. Идея уже появилась. Осталось только собрать её по кусочкам. — Тогда всё просто, — сказал Сокка. — Обычно после этих слов становится очень сложно, — заметила Катара. — Не мешай вдохновению. Сокка уже схватил со стола лист бумаги. — Если они ждут встречу с механиком... — на его лице медленно появилась знакомая ухмылка. — ...то именно это они и получат. Только не совсем так, как рассчитывают они.

***

Сумерки еще не наступили. Горы тонули в оранжевом закатном солнце. Воздух был настолько холодным, что каждый вдох обжигал лёгкие. Джин лежала на краю скалы, прижавшись к камню. Рядом устроилась Катара. Чуть дальше прятались несколько жителей храма с самодельными бомбами. Внизу виднелся старый грузовой подъёмник. И фигура механика. — Он идёт, — прошептала Катара. Джин прищурилась. На узкой горной тропе действительно появилась фигура. Один человек. Без сопровождения. В тёмной форме Народа Огня, выглядывающей из-под плаща. Солдат осторожно поднимался по тропе, постоянно оглядываясь по сторонам. Будто боялся засады. И правильно делал. Джин едва заметно усмехнулась. Внизу Механик уже ждал возле подъёмника. Посыльный остановился в нескольких шагах от него. — Где модель летающего механизма? — Здесь. Солдат нахмурился. — Я ее не вижу. — Боюсь, это все, что у меня есть. — Механик развел пустыми руками. Мужчина положил руку на меч. — Мне это не нравится. — Нам тоже. Скала взорвалась движением. Катара ударила первой. Струя воды вылетела из-за камней и обвилась вокруг ног солдата, заставляя его ноги примерзнуть к земле.  Тот даже вскрикнуть не успел. В ту же секунду Аанг рухнул сверху воздушным потоком. Мощный порыв выбил оружие из рук солдата и впечатал его в землю. С другой стороны выскочил Сокка. — Не двигайся! — Очень грозно прозвучало, — заметила Джин, спрыгивая следом. Через несколько секунд всё закончилось.  Солдат сидел на земле под нацеленным на него оружием и выглядел одновременно злым и напуганным. Аанг присел перед ним на корточки. — Мы не собираемся причинять тебе вред. Солдат фыркнул. — Тогда чего вы хотите? Сокка протянул Аангу свёрнутый лист бумаги. Тот несколько секунд смотрел на него и передал пленнику. — Отнеси это своему командиру. Солдат не спешил брать письмо. Несколько секунд переводил взгляд с Аанга на Сокку, словно пытаясь понять, в чём подвох. Только потом осторожно протянул руку. — И всё? — И всё. Мужчина развернул письмо. Пробежал глазами несколько строк. Его лицо изменилось. «Покиньте храм до рассвета...» — Вы угрожаете армии Народа Огня? — Нет, — спокойно ответил Аанг. — Мы предупреждаем. Повисла тишина. Холодный ветер гулял между скал. — Уходите, — голос Аанга оставался удивительно спокойным. — Мы знаем о вас. Знаем о вашем количестве. Знаем о вашем составе. Уходите сейчас и никто не пострадает. Солдат медленно поднял взгляд. — А если мы не уйдём? Джин почувствовала, как внутри всё холодеет, потому что она уже знала ответ. Они придут. Но ответил Аанг. — Тогда мы будем защищаться. На мгновение перед ней словно исчез парень, с которым они каждый день тренировались, спорили и смеялись. Остался только Аватар. Солдат нервно сглотнул. — Вы отпускаете меня? — Да. — Почему? Аанг помолчал. — Потому что каждый заслуживает возможность сделать правильный выбор. Несколько секунд солдат молча смотрел на Аанга, будто ожидал услышать что угодно, но только не это. Наконец он поднялся на ноги. Сжал письмо и начал спускаться по тропе. Когда он скрылся за скалами, Джин первой нарушила тишину. — Они всё равно придут. — Возможно, — ответил Аанг. — Не возможно. — она покачала головой. — Обязательно придут. Аанг долго смотрел на пустую тропу, будто всё ещё надеялся, а потом тихо произнёс: — Тогда мы будем готовы. Ночью Джин почти не спала. Впрочем, не только она. Весь храм бодрствовал. Даже когда вокруг окончательно стемнело, в мастерских продолжали гореть огни. Жители таскали ящики. Перекатывали бочки. Поднимали на стены самодельные бомбы. Сокка носился по храму с таким видом, словно внезапно стал генералом целой армии. — Нет, нет, нет! Не туда! Он указал на группу мужчин возле грузового подъёмника. — Если начнётся обстрел, вы окажетесь прямо под ударом! — А куда тогда? — Спросите что-нибудь попроще. — Сокка! — Сейчас подойду! Джин наблюдала за происходящим с крыши одной из башен. Рядом сидел Аанг. Необычно тихий. Он смотрел куда-то вдаль. Туда, где за чёрными горными вершинами скрывался лагерь Народа Огня. — Ты всё ещё думаешь, что они могут уйти? — спросила Джин. Несколько секунд он молчал. — Не знаю. Это было честно. Очень по-аанговски. — Я бы хотел. — Они не уйдут. — Знаю. Она посмотрела на него. — Тогда почему отпустил того солдата? Аанг медленно выдохнул. Белое облачко пара растворилось в темноте. — Потому что если бы не отпустил, завтра всё равно пришлось бы драться. — И? — И тогда я бы знал, что даже не попытался. Джин отвернулась к горам. Спорить неожиданно расхотелось. Внизу снова раздался голос Сокки. Где-то громыхнула очередная бочка. Жители продолжали готовиться. А над храмом медленно поднималась холодная горная луна.

***

Нападение началось на рассвете. Джин проснулась от колокола. Громкого. Тревожного. Такого, что сердце мгновенно ухнуло куда-то вниз. Несколько секунд она не понимала, где находится. Потом всё вспомнила и вскочила на ноги. За окном только начинало светать. Снег на горных вершинах окрашивался в бледно-розовый цвет. Но любоваться было некогда. Снаружи уже кричали люди. Хлопали двери. Кто-то бежал по мосту. Джин посмотрела на всклоченную кошку на кровати: — Лети к Аппе и Момо и держись их. Ромашка мяукнула и выпорхнула в окно. На всякий случай они еще ночью собрали все вещи и подготовили Аппу к отлету. Если они проиграют, то спасут хотя бы детей. Джин накинула куртку, схватила посох и выскочила следом за кошкой. Спала она сегодня полностью собранной. Холодный воздух ударил в лицо. Весь храм пришёл в движение. На стенах занимали позиции жители. Мужчины катили бочки со смолой и едкой вонючей липкой жидкостью. Катара уже стояла на вершине у северного спуска — единственного, по которому можно было взобраться на гору. Аанг появился на соседнем мосту почти одновременно с Джин. — Видишь что-нибудь? Вместо ответа она посмотрела вниз. На узкую извилистую дорогу, тонущую в утреннем тумане. И почувствовала, как неприятно сжимается живот. Они пришли. Не трое. Не четверо. И даже не десяток. По горной дороге медленно поднималась целая колонна. Танки. Солдаты. Маги огня. Красные знамёна. Они заполняли весь склон горы. Будто раскалённая река текла вверх по камням. Где-то рядом тихо выругался Сокка. — Ну конечно. Почему бы им не привести целую армию. Джин крепче сжала посох. Аанг долго смотрел вниз. На приближающееся войско. Потом произнёс всего одну фразу: — Всем занять позиции. Первый взрыв прогремел раньше, чем колонна добралась до середины подъёма. Одна из бомб рухнула сверху. Камень вздрогнул под ногами. В воздух взметнулись снег, земля и обломки скал. Следом полетела вторая. Третья. Жители храма один за другим сбрасывали с уступов самодельные заряды. Внизу вспыхнули крики. Строй Народа Огня дрогнул, но не остановился. Джин почувствовала, как внутри что-то неприятно сжимается. Они продолжали идти. Словно были уверены в победе. Словно весь этот подъём уже принадлежал им. Холодный ветер ударил в лицо. Она перехватила посох. Рядом Катара шагнула к самому краю обрыва. Ночью они с Аангом превратили дорогу в сплошную ледяную ловушку. Сейчас склон сверкал голубоватым льдом и большими сосульками, торчащими из земли.  Любой обычный человек давно бы сорвался вниз. Но маги огня двигались впереди колонны. Огненные струи ударяли по дороге одна за другой. Лёд шипел. Таял. Испарялся клубами пара. Словно они прожигали себе путь сквозь гору. Катара нахмурилась. Джин почувствовала, как её собственное сердце начинает биться быстрее. Они переглянулись. Всего на мгновение. И этого оказалось достаточно. Катара взмахнула руками первой. С вершины сорвался целый рой заранее подготовленных ледяных сосулек. Они понеслись вниз сверкающим дождём. Кто-то из солдат успел поднять руки. Кто-то нет. Строй снова смешался. И Джин прыгнула. Воздух подхватил её мгновенно. Планер раскрылся над головой. Мир рванул навстречу. Холодный ветер ударил в щёки. Сердце грохотало где-то в груди. Кровь так быстро бежала по венам, что девушке было жарко. Страх исчез. Остался только полёт, только бой. Она нырнула вниз. Прямо к колонне. Настолько низко, что увидела лица солдат. Увидела, как один из них поднял голову. Слишком поздно. Резкий взмах рукой. Плотный поток воздуха сорвался вперёд. Удар. Несколько солдат буквально вырвало из строя. В пропасть. Джин уже не смотрела. Следующая цель. Следующий взмах. Ещё один удар. Ещё один человек потерял равновесие. Внизу ревели маги огня. Вверх взметнулись языки пламени. Она резко ушла в сторону. Жар скользнул по сапогам. Мимо. Снова вверх. Воздух свистел вокруг. Катара продолжала работать с вершины. Ледяные пики падали одна за другой. Разбивали строй. Заставляли солдат прижиматься к скалам. И каждый раз, когда кто-то открывался, Джин била. Точно. Быстро. Без колебаний. В какой-то момент она увидела Аанга. Гораздо ниже. Он двигался среди танков словно порыв ветра. Воздушные потоки отрывали лестницы. Срывали крепления. Опрокидывали машины набок. Один танк начал сползать по склону. Экипаж вывалился наружу. И вместо того чтобы добить их, Аанг воздушным вихрем отбросил людей подальше от падающей машины. Даже сейчас. Даже посреди боя. Он всё ещё пытался всех спасти. Джин едва успела увернуться от новой огненной струи. Рукав загорелся, обжигая плоть под ним.  Джин зашипела и дунула потоком воздуха на огонь. Он затух, но ткань неприятно липла к обожженной плоти. Внизу что-то взорвалось. Очередная бомба механиков. Колонна дрогнула. Смешалась. Замедлилась. Они держали склон. Они останавливали армию. И впервые с начала войны Джин чувствовала, что Народ Огня можно заставить отступить. Внизу царил хаос. Несколько танков застыли поперёк дороги. Один медленно сползал по склону, оставляя за собой глубокую борозду в снегу. Солдаты метались между обломками. Маги огня больше не двигались ровным строем. Им приходилось постоянно уклоняться от бомб, льда и воздушных ударов. Где-то над головой пронеслись планеры жителей храма. С очередным взрывом внизу взметнулся столб дыма. Сердце колотилось где-то в горле. Ветер бил в лицо. Кровь шумела в ушах. Они теснили Народ Огня. Выше Катара сбила очередную группу солдат ледяным ударом. Джин рассмеялась. Громко. Почти не веря собственным глазам. Катара обернулась и тоже улыбнулась. На одно короткое мгновение. Всего одно. Но Джин его запомнит. Потому что в этот момент им обеим показалось, что бой уже выигран. И именно тогда что-то изменилось. Сначала где-то внизу. Почти незаметно. Потом металлический лязг прокатился по склону. Громкий. Тяжёлый. Не похожий ни на что, что они слышали раньше. Улыбка медленно исчезла с лица Джин. Она приземлилась к Катаре и шагнула к краю обрыва. Сначала Джин даже не поняла что именно изменилось. Огромные железные крюки вылетели из глубины колонны, из тумана от дыма. С оглушительным лязгом они понеслись вверх. Один ударился о скалу возле Катары. Каменная крошка брызнула в стороны. Второй перелетел через край уступа. Третий намертво вцепился в выступ рядом с Джин. Толстые цепи натянулись. Зазвенели. И поползли вверх. Танки начали карабкаться по ним. Слишком быстро. Слишком много. Джин почувствовала, как по спине пробежал холодок. Они собирались брать вершину. Катара ударила первой. Лёд вокруг цепи взорвался белыми осколками. Металл жалобно заскрежетал. Цепь лопнула. Танк замер. Качнулся. И начал падать. Медленно. Будто не веря происходящему. Потом сорвался окончательно. Грохот прокатился по всей горе. Где-то внизу раздались крики. Джин победно вскинула кулак. — Да! Ветер тут же унёс её голос, но Катара услышала. Улыбнулась. И тут же ударила снова. Вторая цепь покрылась льдом и сорвалась вниз. Но тут же появились новые цепи. Джин не знала сколько. Казалось, что десятки. Сразу десятки. Они вылетали из дыма внизу одна за другой. Впивались в скалу. В выступы. В древние стены храма. Звон металла стоял такой, что закладывало уши. Катара уже тяжело дышала. Джин видела это даже отсюда. Каждая оборванная цепь требовала всё больше сил. А новых танков становилось только больше. Танк справа оказался первым. Он вынырнул из-за края уступа неожиданно. Огромный, черный. Джин сорвалась с места раньше, чем успела подумать. Прыжок. Порыв ветра подхватил тело. Снег исчез из-под ног. Она рухнула прямо на крышу машины. Подошвы с глухим стуком ударились о крышу танка. Изнутри донёсся испуганный вскрик. Джин уже стояла на одном колене. Пальцы сложились сами собой. Воздушные стрелы сорвались вперёд. Точно в узкую смотровую щель. Изнутри донёсся глухой удар. Потом ещё один. Машина резко дёрнулась и замерла. Из дыма продолжали выползать всё новые машины. В какой-то момент Джин перестала считать их вовсе. Прыжок. Удар. Металл под ногами. Ещё один прыжок. Воздушная стрела в узкую смотровую щель. Крик изнутри. Она уже почти перестала замечать, на какой машине стоит. Один танк сменял другой. Воздух подхватывал её раньше, чем ноги успевали найти опору. Словно танки были не осадными машинами, а камнями посреди реки. Катара не отставала. Лёд взрывался вокруг цепей. Срывал крюки. Опрокидывал машины вниз. Но стоило одному танку исчезнуть, как его место тут же занимал следующий. Девушки двигались как единое целое. Катара преграждала путь. Джин врывалась в образовавшуюся брешь. Но врагов было слишком много. Слишком много металла. Слишком много цепей. Слишком много танков. Сколько бы машин ни падало вниз, на их месте появлялись новые. В какой-то момент одна всё-таки добралась до вершины. За ней показалась следующая. И впервые за весь бой Джин почувствовала не азарт, а тревогу. Потому что склон больше не был их союзником. Бой поднимался к вершине. Прямо к ним. На несколько секунд бой словно замер. Каждый вдох царапал лёгкие ледяным воздухом. Джин дернула рукой, обожжённая рука горела. Бедро пульсировало тупой болью, она даже не заметила, как ушибла его. Рядом стояла Катара. Плечом к плечу. Растрёпанная. Перемазанная копотью. Из рассечённой щеки тянулась тонкая красная полоска. Они обе тяжело дышали. Обе дрожали от усталости. Но ни одна не сделала ни шага назад. Где-то далеко внизу слышался голос Сокки. Резкий. Надрывный. Он отдавал приказы. Кому-то кричал. Но девушки не могли разобрать, ветер уносил слова. До вершины долетали только обрывки звуков. Взрывы. Лязг металла. Крики. И бесконечный грохот войны. Перед ними медленно поднимались танки. Все новые и новые. Словно чудовища, выбирающиеся из бездны. Катара крепче сжала кулаки. Джин перехватила посох. Отступать они не собирались. Ни одна из них. Первый танк перевалил через край уступа. И Джин сорвалась с места. Боль вспыхнула в ноге. Она проигнорировала её. Прыжок. Воздух подхватил её почти машинально. Подошвы снова ударились о крышу очередного танка. Из смотровой щели ударило пламя. Слишком близко. Джин нырнула вниз. Плечом вперёд. Прямо внутрь, выдувая перед собой волну воздуха. В тесное раскалённое нутро машины. Солдаты внутри резко ударились о стены на секунду дезориентировавшись. Кто-то закричал. Что-то блеснуло. Острая боль полоснула по бедру. От которой на мгновение потемнело в глазах. Горячая кровь тут же потекла вниз по ноге. Но останавливаться было поздно. Второй воздушный удар сорвался почти в упор. В тесном пространстве его сила оказалась страшнее любого оружия. Экипаж отбросило к стенкам. Их было трое. Первый ещё пытался подняться. Воздушная стрела ударила его в грудь раньше. Второй потянулся к ней с кинжалом. Джин даже не дала ему закончить движение. Третья стрела сорвалась почти сразу вслед за второй. В тесном металлическом нутре танка всё произошло за несколько секунд. Потом наступила тишина. Только скрип металла. Только тяжёлое дыхание Джин. Только запах раскалённого железа и крови. Один из солдат сполз по стенке машины, оставляя на стене кровавый след. Второй так и остался лежать возле люка. Третий замер у противоположной стены. Никто больше не двигался. На мгновение Джин застыла. Совсем ненадолго. Ровно настолько, чтобы понять, что все трое мертвы. Танк качнулся. Снаружи продолжался бой. И времени на раздумья не осталось. Джин рухнула на место водителя. Кровь с её бедра капала на металлический пол. Она понятия не имела, для чего нужна половина рычагов перед ней. Но сейчас это было неважно. Она схватилась за первый попавшийся. Танк дёрнулся. Потом ещё раз. И медленно пополз вперёд. Прямо на следующий танк. Тот самый, которому Катара только что заморозила и расколола часть гусеницы. Удар. Две многотонные машины столкнулись с оглушительным скрежетом. Вся конструкция содрогнулась. Скрежет пронзил уши. Повреждённый танк начал заваливаться набок. Танк опасно накренился. Замер на мгновение. И сорвался вниз. Увлекая за собой второй. Вместе с машиной, в которой сидела Джин. Мир накренился. Скала исчезла из поля зрения. Небо перевернулось. Джин вылезла в щель и оттолкнулась от танка. Из последних сил. Порыв воздуха ударил под ноги и выбросил её наружу. Она вылетела за мгновение до того, как оба танка исчезли за краем обрыва. Грохот столкновения прокатился где-то далеко внизу. Джин тяжело рухнула на крышу следующей машины. Перед ней уже открывался следующий люк. А снизу продолжали лезть новые танки. Джин попыталась подняться. Раненая нога тут же подогнулась. Мир качнулся. Горячая кровь стекала по бедру, пропитывая штанину. Ткань неприятно липла к коже. Каждый шаг отзывался тупой пульсацией где-то глубоко в мышцах. Она машинально дёрнула рукой. И тут же поморщилась. Обожжённая кожа вспыхнула болью. Подпалённый рукав прилип к ожогу. Каждый раз, когда ткань двигалась, казалось, будто кто-то проводит по руке раскалённым металлом, сдирая кожу. Где-то справа Катара отбросила очередного солдата ледяным ударом. Ещё одного. Ещё. Но их становилось только больше. Танк за танком выбирались на вершину. Словно сама гора рождала их из дыма и железа. И вдруг ветер изменился. Джин подняла голову. Аанг приземлился рядом. Планер ещё не успел сложиться за его спиной. На щеке темнела свежая ссадина. Дышал он так же тяжело, как они. Но взгляд был сосредоточенным. Быстрым. Он посмотрел на склон. На танки. На цепи. На солдат. Потом коротко указал Катаре себе за спину. Та сразу поняла. Отступила на несколько шагов. Ближе к ним. Аанг повернулся к Джин. Молча. Лишь едва заметно мотнул головой. Вставай рядом. Она прыгнула вперёд. При приземлении нога ее подогнулась, в бедре будто провернули нож Джин стиснула зубы и всё равно встала рядом. Плечом к плечу. Танк уже переваливал через край уступа. Следующий полз за ним. Третий выбирался ниже по склону. Аанг поднял руки. И в этот момент Джин поняла. Не словами. Телом. Как чувствуют приближение грозы. Она чувствовала ветер. Чувствовала собственный поток. Но сейчас впервые ощущала ещё один. Поток Аанга. Они переплетались так естественно, будто никогда не были двумя разными потоками. Будто воздух помнил времена, когда небо не было таким пустым. Она мгновенно повторила его движение. Сначала ничего не произошло. Потом лёгкая снежная пыль поднялась в воздух. Закружилась. Один оборот. Второй. Третий. Ветер начал собираться вокруг них. Медленно. Тяжело. Словно просыпаясь. Сначала он только шевелил снег под ногами. Потом потянулся к одежде. Джин чувствовала его через ладони. Через предплечья. Через напряжённые плечи. Поток становился всё сильнее. Одежда натянулась под напором ветра. Дёргал волосы. Свистел в ушах. Боль в бедре отступила куда-то далеко. Остался только ветер. Катара не вмешивалась. Она стояла за их спинами, в центре торнадо, и только смотрела, как два мага воздуха движутся рядом. Их жесты не повторяли друг друга, но рождали один и тот же поток. Казалось, сам ветер вспоминал, как когда-то танцевал вместе с магами воздуха. Первый танк попытался подъехать к ним И вихрь ударил. Машину резко развернуло. Гусеницы заскребли по камню. Танк пополз назад. Медленно. Потом исчез за краем скалы. Грохот удара донёсся снизу спустя несколько секунд. Следующий. Ветер уже ревел. Не свистел. Не шумел. Ревел. Словно вокруг них просыпался настоящий шторм. Воздух закручивался всё быстрее. Снег летел в лицо. Лёд бил по щекам. Дышать становилось тяжело. Но Джин не останавливалась. Рядом двигался Аанг. И она двигалась вместе с ним. Не следом. Не повторяя. Вместе.  Им не приходилось смотреть друг на друга. Не приходилось договариваться. Воздух сам подсказывал следующий шаг. Два потока сплетались в один. Становились шире. Сильнее. Тяжелее. Очередной танк оторвало от склона. Буквально. На мгновение многотонная машина зависла в воздухе. А потом исчезла в белой вращающейся стене. Белая воронка проглотила одну машину. Потом вторую. Потом третью. Цепи лопались с сухим металлическим треском. Крюки вырывались из скал. Солдаты теряли опору. Пропадали в снегу. Джин уже почти ничего не видела. Только мелькающие силуэты. Белизну. И бесконечное движение воздуха вокруг. Но Джин не отпускала поток. Не могла. Внизу всё ещё оставались танки. Солдаты. Цепи. Рядом держался Аанг. Такой же напряжённый. Катара за их спинами тяжело дышала. Снег кружился вокруг троих белой стеной. И вдруг... Гора вздрогнула. От чего-то гораздо мощнее, чем танки. Глухой удар прокатился где-то глубоко под ними. На мгновение Джин решила, что ей показалось. А потом пришёл второй. Мощнее. Земля подпрыгнула под ногами. Скала содрогнулась. И мир взорвался. Грохот ударил снизу. Такой силы, что у Джин заложило уши. Торнадо дрогнуло. На секунду потеряло форму. С вершины посыпались камни. Где-то внизу вспыхнуло оранжевое зарево. Потом ещё одно. Взрывная волна прокатилась по склону. Цепи танков лопнули, железные крюки начали вырываться из скалы. Танки, ещё секунду назад карабкавшиеся вверх, вдруг потеряли опору. Грохот стоял такой, что невозможно было разобрать ничего другого. Даже ветер. Даже крики. Даже собственное дыхание. Джин почувствовала, как по склону прокатывается паника. Солдаты останавливались. Оборачивались. Пытались понять, что произошло. Но армия уже ломалась. Она видела это. Чувствовала. Как чувствует ветер смену направления. Поток в её руках начал слабеть. Рядом Аанг тоже постепенно отпускал вихрь. Торнадо медленно распадалось. Белая стена снега становилась всё тоньше. Всё прозрачнее. Пока наконец не рассыпалась в воздухе. Наступила почти оглушительная тишина. Джин тяжело опустила руки. Колени подогнулись. Она едва удержалась на ногах. Внизу, на склоне горы, остатки армии Народа Огня отступали. Солдаты спешно отходили вниз. Красные знамёна исчезали в дыму. Всё дальше. Всё ниже. Пока не стали едва заметными точками среди снега. Джин стояла на краю и смотрела им вслед. Грудь тяжело вздымалась. Сердце колотилось так, словно хотело вырваться наружу. Рядом медленно опустил руки Аанг. Позади устало выдохнула Катара. И только тогда до Джин наконец дошло. Они выстояли. Храм выстоял. Они победили. Эта мысль ещё не успела толком оформиться в голове, когда ноги вдруг перестали держать. Джин тяжело опустилась прямо на снег там, где стояла. Словно кто-то внезапно перерезал невидимые нити, удерживавшие её на ногах весь бой. Мир качнулся. Шум в ушах стал глуше. Далёкие взрывы стихали где-то внизу. Армия Народа Огня отступала. Но Джин уже почти не смотрела. Сил не осталось. Она просто сидела в снегу и пыталась отдышаться. Каждый вдох обжигал лёгкие. Сердце колотилось где-то в горле. Руки дрожали. Теперь уже заметно. Рядом сразу оказался Аанг. — Джин? Она подняла голову. И только сейчас заметила выражение его лица. Тревогу. Катара подбежала следом и тут же побледнела. — О духи... Джин моргнула. Не понимая. Потом проследила за её взглядом. На бедро. Штанина почти полностью потемнела от крови. По сапогу стекали красные капли. На рукаве запеклись пятна копоти и крови. Подпалённая ткань всё ещё прилипала к ожогу. Кажется, выглядело это действительно не очень. — Что? — хрипло спросила она. Катара опустилась рядом. — Что «что»?! Ты вся в крови! — Не вся. — Джин! — Ладно, большая часть. Аанг присел на корточки рядом. Его глаза стали ещё шире. — Ты ранена. — Спасибо, Аанг, — она слабо усмехнулась. — Без тебя бы не догадалась. — Джин. — Что? — Это серьёзно. Она посмотрела сначала на него, потом на Катару. Оба выглядели так, будто она вот-вот умрёт прямо здесь. От этого почему-то стало смешно. По-настоящему смешно. Наверное, от усталости или от того, что бой наконец закончился. Наверное, от всего сразу. Джин всё-таки рассмеялась. Тут же поморщилась от боли. Но всё равно сказала веселым голосом: — Вообще-то именно поэтому я ношу тёмную одежду. Катара непонимающе нахмурилась. — Что? — Чтобы кровь было не видно. На несколько секунд повисла тишина. — Джин... — И стирать проще. Катара уставилась на неё так, словно всерьёз рассматривала возможность столкнуть её с горы самостоятельно. Аанг просто моргнул. — Это вообще-то была шутка. — Я понял. — Хорошая шутка. — Нет. — Ты просто завидуешь. Катара закрыла лицо руками. — Она потеряла слишком много крови. — Немного. — Джин. — Ладно, возможно, немного больше, чем немного. И впервые за всё утро Аанг тихо рассмеялся. Совсем недолго. Всего пару секунд. Но этого оказалось достаточно, потому что напряжение наконец отпустило. Бой закончился. Они были живы. А всё остальное можно было решить позже. Над храмом медленно оседал дым. Холодный ветер подхватывал его вместе с белыми клубами пара, поднимавшимися от растаявшего льда, и уносил в пропасть. Разрушенный парапет северного уступа был завален каменной крошкой и обломками цепей. На снегу темнели следы боя. Где-то неподалёку негромко стонал раненый. Скрипели носилки. Слышались приглушённые голоса тех, кто уже разбирал завалы и помогал пострадавшим. Но даже эти звуки казались удивительно тихими после бесконечного рёва ветра, грохота взрывов и лязга металла. Храм выстоял. Израненный. Но непокорённый.