Пепел разбитых надежд

Чонгук высадил Тэхёна у метро и уехал. Омега дошел до парка и сел на скамейку. Достав свой блокнот, он ещё раз прочитал свои записи. То, что среди коллекции Чонгука оказались реплики, немного удивило. Но это было на руку Тэхёну. Один звонок в прессу и произойдет удар по деловой репутации альфы. Через подставных лиц можно было запустить слухи среди инвесторов — мол, если Чонгук не способен отличить подделку от оригинала, можно ли ему доверять управление активами. Но этого ещё было ничтожно мало. Да и Чонгук сразу поймет, чьих это рук дело. Тут надо было действовать аккуратно и тихо. Нужно время. Сначала он разберётся с коллекцией, а там уже подумает, как это использовать. Омега позвонил Юнги и попросил взломать личные счета компании. Может повезёт и там можно найти хоть что-нибудь, за что можно зацепиться. А пока Тэхён решил устроить себе отдых. Зайдя в первый попавшийся бар, он заказал себе коктейль и занял место за барной стойкой. Чонгук сидел в своём кабинете и подписывал бумаги, которых, за время его отсутствия, накопилось не мало. Телефон завибрировал, на экране высветился номер Тэхёна. — Слушаю. Из трубки донёсся шумный выдох, потом невнятный смех, а следом заплетающийся голос. — Это Ки.... Тэхён. Мин Тэхён… Вы меня слышите, господин Чон? — Естественно слышу. Вы пьяны? — Кажется, я немного... или... много выпил. А знаете почему я вам звоню ? — Интересно узнать, что за повод у вас? Совсем недавно я высадил вас у метро, и вы должны были быть дома. Тэхён хохотнул, — Дома? А я незнаю где мой дом, и вообще....— Послышался треск и голос на заднем плане грубо выговаривал что-то омеге. — Тэхён, вы можете сказать где именно находитесь? Я сейчас приеду. В трубке раздались гудки. Перезвонив, Чонгук выругался, абонент был недоступен. Выйдя в приемную, он дал задание Джиын отследить мобильный Тэхёна. Омега в изумлении вздернула бровь, но ничего не сказав, стала пробивать геолокацию. Через пять минут, альфа ехал по указанному адресу. Остановившись у бара с вывеской « Time to dream », альфа вошёл внутрь. Бар уже почти опустел. Тэхён сидел у стойки, слегка наклонившись вперёд. Перед ним стоял стакан с мутной жидкостью. Он пытался что-то сказать бармену, но тот отмахивался от омеги и обслуживал других клиентов. — Господин Чон, — пробормотал Тэхён, когда увидел его. — Вы что тут делаете? Вы же всегда заняты. У вас там империя, вина, сделки… — Поехали, — спокойно сказал альфа. — Ты сейчас не в том состоянии, чтобы сидеть в баре. — Оо, мы уже перешли на ты... Что-то не припомню. — Омега отпил из стакана, поморщился и попытался встать. Но ноги не слушались, и Чонгуку пришлось подхватить его под локоть. — Знаете, — снова заговорил Тэхён, пока они шли к выходу, — я столько всего о вас думал. Плохое. Хорошее. Разное. А что вы вообще за человек? Вечно с этим недовольным лицом. — Омега прищурился и потянулся рукой к лицу альфы. — Вы вообще живой человек, или робот? Чонгук убрал руку Тэхена от своего лица и ничего не ответил. Но на губах проскользнула улыбка. Он довёл Тэхёна до машины и усадил на пассажирское сиденье. Наклонившись, альфа стал пристегивать омегу. Тэхён в это время глазел на альфу и приближаясь ближе, прошептал серьезным тоном: — Меня тошнит. И я хочу в туалет. А ещё я хочу спать. — Омега откинулся головой не сиденье, закрыл глаза и замолчал. Альфа ухмыльнулся и покачал головой. Он первый раз видел Тэхёна в таком состоянии, и это было... необычно? Чонгук не любил пьяных омег, те сразу начинали вешаться на него. Клясться в любви и прочее. Этот омега был другим. На подсознательном уровне альфа понимал, что Тэхен просто человек, выполняющий работу, и больше их ничего не связывает. Но было что-то ещё, чего Чонгук и сам не мог понять. Всю дорогу Тэхён что‑то бормотал. Про вина, про детство, про какого-то Юнги. Чонгук слушал, кивал иногда, хотя Тэхён этого не замечал. И с каждым словом в нём росло странное, непривычное чувство — не раздражение, не усталость. Забота? Необъяснимая нежность? «Это не в моём стиле, — думал он, глядя на дорогу. — Я не подбираю людей из баров. Я не вожусь с теми, кто слишком много говорит. Так почему я сейчас здесь?» Подъехав к своему дому, Чонгук пытался растормошить Тэхёна, но тот отбивался от него, бормоча проклятия себе под нос. Тогда альфе пришлось взять омегу на руки, и нести до дома. От Тэхена, что удивительно, пахло не алкоголем, а чем-то сладким. Запах кружил голову и хотелось уткнуться в шею и вдыхать этот приятный аромат. Но Чонгук, стиснув зубы, держал себя в руках, и дойдя до комнаты, аккуратно уложил омегу на кровать. Окутав Тэхена пледом, он замер глядя на него. В этом пьяном мальчишке было что‑то, что цепляло. Выключив свет, Чонгук вышел за дверь и направился в свой кабинет. Спать не хотелось, надо было поработать, чтобы вытеснить все ненужные мысли. Тэхён проснулся от яркого света, который резал глаза. Он приподнялся на локтях и огляделся. Комната была не его. Заглянув под одеяло и увидев, что одежда, в которой он был вчера, была на нём, омега успокоился и рухнул обратно на кровать. В голове пронеслись события вчерашнего вечера —вот он в баре, потом пустота, только отрывки. Чонгук рядом. Чонгук несёт на руках. Омега вымученно застонал, ему совсем нельзя пить. На тумбочке стоял стакан воды и лежала таблетка от головной боли. Дверь приоткрылась, и в комнату вошёл Чонгук — в рубашке, с закатанными рукавами, и с чашкой кофе в руках. — Доброе утро, — спокойно произнес он. Тэхён закутался в одеяло и простонал: — Боже, мне так стыдно. Пожалуйста давайте не вспоминать о вчерашнем. Я наверно наговорил вам всего, мне правда стыдно. — Ничего такого постыдного ты не сказал. Ничего, что я на ты? Думаю после вчерашнего это возможно. — Чонгук усмехнулся. — Спасибо, что забрали меня, — тихо сказал он. — И да, можно на ты. Чонгук сделал глоток кофе, потом чуть улыбнулся — едва заметно, но искренне. — Не за что. Но в следующий раз, лучше позвони Юнги. Или кому‑нибудь ещё. Не мне. — Что? — омега встрепенулся, — Юнги? — Вчера, всю дорогу, ты бормотал про какого-то Юнги. Кто он тебе? — Да так, просто друг. — буркнул Тэхён. — Спасибо, что не оставили в баре, мне уже пора. Вскочив и поморщившись от головной боли, Тэхен поклонился и вышел из комнаты. Ругая себя за опрометчивость, омега быстрым шагом дошел до ворот. Чонгук, оставаясь в комнате и попивая кофе, задумчиво смотрел на стену и думал, как он докатился до такого. Раньше ни один омега не будоражил его мысли Надо как можно быстрее закончить все дела с ним и распрощаться. Так будет лучше для всех. Вернувшись домой, Тэхён первым делом принял душ. Смыв с себя запах чужой квартиры, чужие разговоры и собственные слова, которые теперь казались лишними. Омега лежал, уставившись в потолок, и пытался собрать мысли в кучу. В голове снова и снова прокручивались обрывки прошлого вечера. Спокойный голос Чонгука, его молчаливая выдержка, то, как он нёс его на руках. Пять лет назад этот человек всё разрушил. Одним решением перечеркнул чужие судьбы, будто это были не люди, а расходный материал. И омега должен это помнить. Должен. Потому что если он забудет, то потеряет цель. Тэхён сжал кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Надо думать о деле. На телефон пришло уведомление от Юнги. Альфа писал, что компания чиста, все документы в порядке. Следом прилетело ещё одно. Юнги предлагал покопаться в событиях пятилетней давности. « Точно, как я сам до этого не додумался. Там точно есть зацепка» — Тэхен ударил себя по лбу и поблагодарил Юнги за подсказку. Он решил подождать, что найдет альфа и потом уже действовать. Офис встретил Чонгука привычной суетой — звонки, шаги, приглушённые голоса. Но стоило ему войти в приёмную, он почувствовал напряжение, которое исходило от Джиын. Она сидела за своим столом, прямая, как струна, и щёлкала клавишами с такой силой, будто хотела проломить клавиатуру. Увидев альфу, она поднялась и поклнилась. Проходя мимо стола, Чонгук кивнул ей и прошел в кабинет. Через минуту спиликал селектор и голос Чонгука раздался на всю приемную: — Почему я не вижу отчёт о проекте. — Сейчас принесу, — процедила Джиын. Войдя в кабинет, она положила на стол папку и развернулась, собираясь уходить. — Что-то не так? — спросил Чонгук. — Не так? — она резко развернулась, в её глазах читалось раздражение и обида. — Вчера сорвалась сделка, потому что вам было важнее забрать Мин Тэхёна из бара. А сегодня утром он выходит из вашего дома. Чонгук на секунду прикрыл глаза, собираясь с мыслями. — Это сейчас упрёк в мою сторону? — В голосе Чонгука раздались холодные ноты. — Мне кажется ты забываешься. Свободна. Джиын вздрогнула и на глазах выступили слёзы. — Прошу прощения. Больше такого не повторится. Тихо открыв дверь и закрыв так же бесшумно, она выскользнула в приемную. Весь день Чонгук провел за работой. И к вечеру он чувствовал себя выжатым. Голова гудела, в висках стучало, а внутри всё зудело от напряжения, которое не удавалось сбросить ни цифрами, ни приказами, ни холодным тоном. Вызвав водителя, он велел отвезти его в клуб. Необходимо было выпить и расслабиться. Внутри было шумно, ярко и много людей, которые не смотрели друг другу в глаза, а просто пытались забыться. Чонгук поднялся на второй этаж и заказал виски со льдом. Он сидел, глядя, как тает лёд, и думал о том, как странно устроена жизнь. Ты строишь стены, чтобы никто не мог до тебя добраться, не испытываешь чувств, а потом приходит один человек, и меняет твои устои, как будто их и не было. И ты не злишься на него за это. Ты злишься на себя — за то, что позволил. К нему подсел омега — красивый, стройный, с тёмными волосами и глазами, в которых не было ни любопытства, ни желания узнать, кто он. Только лёгкая улыбка и намёк на игру. Он что-то говорил, касаясь его руки, и альфа отвечал, поддерживая разговор — потому что это было проще, чем сидеть в тишине и слушать свои мысли. В какой-то момент он понял, что пьёт уже третий стакан, а напряжение никуда не делось. Он посмотрел мутным взглядом на сидящего рядом омегу и потянул его за руку в сторону приватной зоны.   Они вошли в полумрак, и дверь мягко щёлкнула за спиной. Здесь было тихо, а воздух пах духами и алкоголем. Омега потянулся к нему, и провел пальцами по его плечам. Когда его губы коснулись шеи Чонгука, перед глазами вспыхнул другой образ. Пепельные волосы и серьезный взгляд. — К черту всё, — выдыхает альфа сквозь стиснутые зубы, и мир сужается до одной точки. Нащупывая в кармане презерватив, он быстро надевает его на член. Разворачивает парня к себе спиной, притягивая за бедра так, что тот теряет опору, и с глухим, властным толчком вколачивается в его поддатливое нутро. Воздух в комнате становится тягучим, пропитанным хлюпаньем влажной кожи и глухими ударами тел, что звучат непристойно громко в давящей тишине. Чонгук придвигается ближе, наматывая волосы омеги на кулак и притягивает к себе, заставляя прогнуться в спине. Выбивает из молодого тела хрипы, не даёт отдышаться и двигается в бешеном темпе. Омега мечется под ним, выгибается, скулит — то ли умоляя, то ли проклиная, — и судорожно поворачивает голову, ловя ртом воздух. Чонгук чувствует, как внутри сворачивается тугой узел. Он резко выскальзывает из горячей, сжимающей его тесноты, оставляя омегу пустым. Снимает использованный презерватив, выкидывая его. И доведя себя рукой до разрядки, изливается на изогнутую спину. Отдышавшись он отходит от парня и застёгивая ширинку, кидает пару купюр на прикроватную тумбочку. — Купи себе что-нибудь, — и не оглядываясь на омегу, выходит из комнаты. Выйдя на улицу, ночной воздух ударил по разгоряченному лицу Чонгука, и вместе с ледяным ударом, из головы начал улетучиваться алкоголь. Водитель открыл дверь и альфа скользнув на заднее сиденье, откинулся на спинку и прикрыл глаза. Уже дома, зайдя в комнату, где ночевал омега, Чонгук уловил лёгкий аромат пионов. Запах Тэхёна. Ложась в кровать, и размышляя о прошедшем дне, альфа не заметил как погрузился в сон.