Между двумя языками

Когда десять кругов наконец закончились, я плелся в самом хвосте. Только когда я, задыхаясь и тяжело переставляя ноги, пересек невидимую финишную черту, тренер дал команду на короткий отдых. — Итак! — гаркнул он, когда все немного отдышались. — Сегодня отрабатываем комбинации, технику паса и броска! Разбились по парам, взяли по мячу! Живо! Все тут же засуетились, потянулись к бутылкам с водой, попутно находя себе напарников. Я быстро прикинул в уме: В строю нас было десять человек, плюс я — новенький. Одиннадцать. Математика была неумолима — я оставался без пары. Обессиленно рухнув на скамейку, я попытался выровнять дыхание. Влажная ткань маски противно липла к лицу. Тренер подошел ко мне и произнес без тени сочувствия: — А ты будешь таскать мячи для остальных. В свободные минуты стучи мячом об пол. Привыкай к весу и отскоку. Усёк? Я заставил себя подняться, превозмогая дрожь в ногах. — Понял, тренер! Он смерил меня долгим, нечитаемым взглядом, на секунду задержав глаза на маске, но ничего не сказал и пошел к центру зала. Стоило ему отойти, как я осел обратно на скамейку. Но отдохнуть не вышло — ко мне подошел старшеклассник. Высокий, поджарый. Темно-синие волосы падали на глаза, а нижнюю половину лица скрывала такая же черная медицинская маска, как у меня. — Да ты прям вымотался после обычной разминки, я погляжу, — произнес он ленивым голосом, в котором скользила легкая усмешка. — Меня зовут Аосаки Рэн. Второй год. Я подскочил и поклонился, как подобает при знакомстве с сэмпаем. — Меня зовут Ширакава Рэфу! Первый год! Выпрямившись, я задал вопрос, который мучил меня еще со времен переклички: — Аосаки-сэмпай, можно вопрос? — Ты про маску, да? — с лету опередил он меня. — Да! Как вы бегаете в ней и совсем не задыхаетесь? — Я просто не устаю. Вот и весь секрет, — спокойно ответил он, пожав плечами. «Черт. Неужели я настолько слабый? — уныло подумал я. — В своей школе я рекордов не ставил, но моя физуха точно не была ниже среднего!» — Понял... — ответил я, стараясь скрыть расстройство. В этот момент к нам подошел еще один старшеклассник. Мой взгляд зацепился за его волосы — ярко-красные, вызывающие. Он шагал тяжело и агрессивно, словно собирался кого-то прибить. «Местный задира?» — напрягся я. Красный подошел к нам и бесцеремонно ткнул пальцем в грудь Аосаки. — Эй, Рэн! Встанешь со мной в пару, понял? — это прозвучало скорее как приказ. Аосаки даже не повернул к нему головы. Он медленно перевел взгляд на меня. — Будем знакомы, Ширакава-кун. И дам тебе совет... — он сделал паузу. — В эти дни просто стой и наблюдай. Впитывай, как велел тренер. А если будут вопросы по технике — обращайся к сэмпаям, мы подскажем. — Понял! Большое спасибо, Аосаки-сэмпай! — я снова поклонился. — Эй! Ты оглох?! — рявкнул красный парень. Аосаки, всё так же его игнорируя, указал на него ладонью и невозмутимо представил мне: — А это Акаба Рюсэй. Тоже второй год. Наша главная сила в атаке. — Главная сила в атаке? — переспросил я — Аосаки-семпай, а вы на какой позиции? — Скоро увидишь. В конце тренировки мы устраиваем двустороннюю игру. Не зевай, — бросил Аосаки и неспешно пошел к кольцу. Тренировка возобновилась. Зал наполнился ритмичным стуком мячей и скрипом кроссовок. Парни отрабатывали пасы. Они двигались синхронно, предугадывая действия друг друга, словно читали мысли. Я решил не стоять столбом. Взяв из корзины мяч, я попытался начать обычное ведение. Пытался перекидывать его из правой руки в левую, но мяч жил своей жизнью: то отскакивал в колено, то улетал в сторону, то я просто не успевал его поймать. Но я упрямо продолжал. Вскоре тренер снова дунул в свисток: — Закончили с пасами! Переходим к броскам! Заняли кольца! Я тоже решил попробовать. Встав под свободным кольцом, прицелился и бросил. Мяч глухо ударился о край щита и отлетел. Второй бросок — недолет. Третий — удар в дужку. Я был тем еще мазилой. Бег, ведение, броски... мне не давалось ровным счетом ничего. — Неужели я вот так позорно вылечу из клуба? — тихо спросил я сам себя, сжимая в руках непослушный мяч. — Может, помочь? — раздался рядом мягкий женский голос. Я вздрогнул. Рядом стояла тренер из любительского клуба. — Но... вы же не наш тренер, — неуверенно пробормотал я. Она грациозно поправила выбившуюся прядь волос. — Ты ведь у нас совсем новенький, да? — с улыбкой спросила она. — Да. И что бы я ни делал, у меня ничего не выходит. Может, у меня просто нет таланта? Она уже открыла рот, чтобы ответить, но ее перебил Рё. — Говоришь, ничего не получается? — он широко улыбался, вытирая пот со лба. — А помнишь нашу вчерашнюю игру? Вчерашнюю игру? А, точно... Вчера мы решили сыграть один на один, пока нас не отругал тренер. — В той стычке я заметил крутую вещь, — Рё ткнул в меня пальцем. — Пусть ты пока плох в бросках и ведении, но в защите ты реально хорош! — В защите? — удивился я. — Да! Вчера, когда я финтом вроде бы обошел тебя, ты в долю секунды вырос передо мной, как стена. Рэфу! У тебя есть все шансы стать крутым защитником! Так что даже не думай опускать руки, понял?! Женщина-тренер тепло рассмеялась. — Что ж, думаю, моя помощь здесь уже не нужна. — Она ободряюще подмигнула мне и отошла к своим ученикам. Я всё еще осмысливал слова Рё, пока он не забрал мяч из моих рук. — Не забывай, это твой первый день на паркете! К тому же, ты ведь русский! — Рё сделал паузу и громко, с жутким акцентом, выдал: — Как гласит великое правило: Руские не сдаются! Он рассмеялся так заразительно, что я невольно почувствовал, как краснею. — Эй! То, что я русский, не делает меня сверхчеловеком, который умеет всё с рождения! Наш смех резко оборвал пронзительный свист. К нам приближался наш тренер. — Чего прохлаждаемся?! — рявкнул он, отчего мы с Рё вытянулись по струнке. А затем он перевел свирепый взгляд за мою спину. — И ты, Нацуми! Чего ты пристаешь к моим игрокам?! Нацуми? Так зовут ту милую женщину? — Просто тренер из тебя, Такеши, так себе, — холодно парировала она, разворачиваясь к нему. — Стоишь и смотришь, как новичок мучается. Вот я и решила сделать твою работу — дать парню совет. — Тоже мне, спасительница! Иди занимайся своими любителями, а к моим не лезь! — зарычал Такеши. — Господи, Такеши. Ты ведешь себя как обиженный ребенок. Со времен старшей школы ни капли не изменился! — Да кто бы говорил! — взревел он в ответ. Наблюдая за тем, как два взрослых тренера самозабвенно ругаются посреди зала, я заметил, что ученики из любительской группы тоже перестали разминаться и с интересом следят за происходящим. Рё незаметно ткнул меня локтем. — Псс-с. Давай-ка лучше свалим, — шепнул он. — Мы тут явно третьи лишние. — Полностью согласен, — так же шепотом ответил я. И мы, стараясь не издавать ни звука, попятились подальше от эпицентра этого странного урагана, который Рё называл «романтикой». Быть затянутым в их разборки мне совершенно не хотелось.