Между двумя языками

Основная часть тренировки подходила к концу. За двадцать минут до финала резкий свисток тренера заставил всех прервать упражнения и стянуться к центру зала. — Отрабатываем комбинации в игровых условиях. Делимся на две команды! — скомандовал Такеши, поднимая мяч с паркета. Капитаном первой назначили Аосаки. Вторую возглавил Акаба, всем своим видом демонстрируя крайнее недовольство. Его явно бесило, что Аосаки играет за противников. Меня, естественно, оставили греть скамейку, пока обе пятерки расходились по позициям. Такеши вышел в центральный круг для спорного броска. Аосаки и Акаба встали друг напротив друга. — Сегодня ты как-то особенно мерзко улыбаешься, Рэн, — бросил Акаба, не сводя глаз с соперника. — А ты после каникул стал куда добрее, Рюсэй, — лениво парировал Аосаки. — Неужели девушку нашел? Акаба мгновенно вспыхнул: — Заткнись, не дави на больное! — Заткнулись оба! — рявкнул Такеши и подбросил мяч, давая свисток. Игра началась. Капитаны выпрыгнули, но Акаба оказался быстрее. Он мощным шлепком отправил мяч своим напарникам. — Выкуси! Аосаки лишь недовольно цокнул языком и тут же побежал в защиту. Темп игры оказался настолько плотным, что я с трудом успевал следить за передвижениями. Окажись я сейчас на паркете — просто стоял бы столбом. Решение тренера посадить меня на скамейку было абсолютно оправданным. Мяч принял высокий старшеклассник с темными волосами, стянутыми в короткий хвост. По росту он превосходил всех в зале и выглядел скорее как студент университета, чем как школьник. — Держите его! — вдруг рявкнул Аосаки своей защите. Я нахмурился. К чему такая паника? Игрок только получил мяч на своей половине поля. Но длинноволосый парень даже не попытался пойти в дриблинг или найти открытого партнера. Он просто сделал шаг назад, уверенно взял мяч обеими руками и плавным, выверенным движением бросил его в сторону чужого кольца. Мяч описал высокую дугу и с мягким шелестом прошел сквозь сетку. Чистое попадание с центра поля. Я опустил бутылку с водой. — Охренеть... — вырвалось у меня. — В этом его главная сила. Кумада Хирото. Наш «Дальнобойщик», — спокойно произнес подошедший тренер. Он стоял рядом со скамейкой, скрестив руки на груди, и с гордостью наблюдал за площадкой. — Ну и ну... — покачал головой Аосаки, возвращаясь на позицию. — Могли бы хоть для приличия поддаться, Кумада-семпай. Кумада добродушно улыбнулся и почесал затылок: — Ты уж прости, Рэн, я физически не умею промахиваться специально. Если Аосаки, будучи второгодкой, обращается к нему на «семпай», значит, этот гигант — третьегодка. Логично. Игра возобновилась, мяч перешел к команде Аосаки. Они четко разыгрывали схему, но одна деталь бросалась в глаза: Аосаки бегал без мяча, однако противники опекали его так плотно, будто мяч находился у него. Лично его закрывал Акаба. — Стой где стоишь! — рявкнул Акаба, преграждая ему путь. — Так сильно боишься? Я Польщен, — отозвался Аосаки. Остальные боролись под кольцом. После неудачного броска мяч отскочил от щита и полетел прямо туда, где стояли капитаны. Акаба на долю секунды отвлекся, и этого хватило — Аосаки уже скользнул ему за спину. Мяч падал прямо на него. Я напрягся, ожидая увидеть его технику. Но к Аосаки уже стянулись двое защитников. Он просто не успеет его обработать, его сейчас зажмут. Аосаки и не стал ловить мяч. В момент касания он лишь слегка изменил угол кисти, легким движением перенаправив траекторию. Мяч проскочил мимо защитников и прилетел точно в руки Рё, который оказался абсолютно открыт под чужим кольцом. Тот без усилий поймал идеальный пас и забросил. Я застыл. Пас был невероятно быстрым — я едва успел моргнуть, а мяч уже миновал половину площадки. — Это Аосаки Рэн, — заговорил тренер. — Его главное оружие — пас в касание. Отсюда и прозвище: «Проводник». — Проводник? — Он не тратит драгоценные секунды на обработку мяча. Просто перенаправляет поток игры в самую слабую точку защиты, — пояснил Такеши. — Одним касанием ломает любую оборону. — Да чтоб тебя! — рыкнул на площадке Акаба, раздраженно топнув по паркету. — В другой жизни обязательно меня закроешь, — бросил Аосаки, проходя мимо. — А пока от тебя слишком легко уйти. Игра шла на высоких скоростях. Я не мог поверить, что это обычная тренировка. Но я всё еще не видел в деле самого Акабу. Пока он выполнял роль силовой поддержки: держал Аосаки, ставил заслоны, отдавал короткие пасы, отвлекая на себя внимание. Но вот Рё попытался отдать длинный пас. Траектория оказалась слишком высокой. Акаба мгновенно бросил опеку и рванул на перехват. Достать мяч казалось нереальным, но Акаба прыгнул. Без долгого разбега, с одного шага он с силой оттолкнулся от паркета. Я невольно привстал со скамейки. Акаба кончиками пальцев достал мяч в высшей точке, перехватил его и тяжело приземлился. Сила его ног поражала. Не став искать партнеров, он понесся прямо к чужому кольцу. Двое защитников попытались его остановить, но тщетно. В его дриблинге не было изящества — только грубая сила. Акаба раскидывал соперников корпусом, жестко пробивая себе дорогу к щиту. — А это Акаба Рюсэй, — в голосе тренера зазвучали довольные нотки. — Наша основная пробивная сила. Обычно он уходит в поддержку — ставит заслоны, сидит в защите. Но стоит ему почувствовать слабину и пойти в атаку, соперники совершают ошибку: перестают сводить с него глаз. Тренер усмехнулся: — И как только они решают, что он снова ушел в тень, Рюсэй наносит удар. Отсюда его прозвище: «Приманка». К тому же, его красные волосы бесят соперников одним своим видом. Сколько раз говорил ему перекраситься — не слушает. Такеши замолчал, а затем добавил непривычно тепло: — Но после выпуска он точно не бросит спорт. Слишком уж сильно он влюбился в эту игру. Слушая, как этот суровый мужик с такой заботой говорит о своих парнях, я засмотрелся и полностью выпал из реальности. — Эй! Осторожно! — раздался крик с площадки. Увесистый мяч на полной скорости влетел мне прямо в лицо. Я не удержался на скамейке и завалился назад, приложившись затылком о стену. Тренер повернул ко мне голову. Вся его отеческая теплота мигом испарилась, сменившись привычной суровостью. — Чего ворон ловишь, Русский? — бросил он. — Иди подай мяч. Живо. — Понял... — простонал я, потирая ушибленную щеку сквозь съехавшую маску, и побрел за мячом. «В этом клубе играют крутые парни, — думал я, поднимая мяч с паркета. — Как же я хочу однажды сыграть с ними».