Приключения дракона попаданца

Первый луч солнца ударил в глаза, и Азурит проснулась мгновенно — без сонной вязкости, без обычного «ещё пять минут». Сработала привычка, выработанная за эти дни: просыпаться быстро, оценивать обстановку, быть готовой бежать. Но бежать было не от кого. В пещере пахло мхом, сырой землёй и драконом. Маленький дракончик всё ещё спал, свернувшись клубком у её бока. Его бока мерно вздымались, а из ноздрей вырывался слабый дымок. Во сне он выглядел совсем беззащитным — ребёнок, просто ребёнок. Азурит осторожно, чтобы не разбудить, высвободилась из его объятий и потянулась. Мышцы заныли — сказалась вчерашняя гонка по лесу. Но это была приятная боль. Боль свободы. Она выползла из пещеры и огляделась. Утро выдалось ясным, небо над островом было чистым, лишь несколько облаков цеплялись за горизонт. Где-то внизу, у берега, наверняка ещё суетились охотники — но сюда, в глубь леса, они пока не добрались. Или не рискнули соваться ночью. — Пора, — тихо сказала она себе. — Сегодня — или никогда. Дракончик завозился в пещере, издал вопросительный писк. — Я здесь, — отозвалась Азурит, заглядывая внутрь. — Слушай меня внимательно. Малыш смотрел на неё большими, всё ещё сонными глазами. Без намордника и верёвок он выглядел иначе — как будто расцвёл за одну ночь. — Я уйду ненадолго, — проговорила она медленно, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — Ты останешься здесь. Понял? Не выходи из пещеры. Что бы ни случилось — сиди тихо. Я вернусь. Дракончик вопросительно склонил головы набок. Понял ли он слова? Вряд ли. Но интонацию уловил точно — он закивал и снова свернулся клубком в углу пещеры. Азурит кивнула в ответ и, развернувшись, направилась вверх по склону. --- Скалы она нашла быстро. Они возвышались на северной стороне острова — высокие, изъеденные ветром утёсы, отвесно уходящие в море. Внизу шумел прибой, разбиваясь о камни белой пеной. Ветер здесь был сильным и солёным. Идеальное место для того, кто хочет научиться летать — или разбиться. Азурит подошла к краю обрыва. Заглянула вниз. Высота была порядочной — метров сто, не меньше. Море внизу казалось сине-зелёной бездной. — Так, — выдохнула она и отошла подальше от края. — Начнём с малого. Она расправила крылья. Кожистая перепонка натянулась, поймав утренний ветер. Хорошо. Теперь — разбег. Азурит побежала по плоскому скальному плато, одновременно взмахивая крыльями. Шаг, ещё шаг, взмах, ещё взмах... Она оторвалась от земли — на полметра, на метр. Сердце забилось чаще. Получается! А потом правое крыло снова подогнулось под тем же проклятым углом, что и в прошлый раз, и она кувыркнулась, пропахав пузом камень. — Да чтоб тебя! — рыкнула она, поднимаясь. — Почему? Что блядь не так? Она отряхнулась и попробовала снова. И снова. И снова. Раз за разом она разбегалась, взмахивала крыльями, пыталась поймать поток воздуха — и раз за разом падала. То слишком сильно наклонялась вперёд, то слишком резко задирала голову, то одно крыло работало быстрее другого, и её закручивало волчком. Солнце поднималось всё выше. Тени становились короче. Пот заливал глаза. Час. Прошёл целый час, а она не продвинулась ни на шаг. Всё те же жалкие метры над землёй, всё те же падения. Злость закипала в груди, горячая и бессильная. «Я дракон! — билось в голове. — Почему я не могу просто ВЗЯТЬ и ПОЛЕТЕТЬ? Птицы летают! Бабочки летают! Даже комары летают, хотя у них мозгов меньше, чем у меня!» Она бросилась на новый разбег. Крылья забили по воздуху — сильно, отчаянно. Она подпрыгнула... и снова рухнула, на этот раз больно ударившись плечом о выступ скалы. — ВСЁ ЗАЕБАЛО! Ярость захлестнула её с головой. Она вскочила на лапы и, не раздумывая, побежала — не для взлёта, а просто вперёд, к краю обрыва. Ветер свистел в ушах. Когти высекали искры из камня. И она прыгнула. Прыгнула с обрыва в пустоту. Мир вокруг замер. На одно бесконечное мгновение она зависла в воздухе — огромная синяя драконица на фоне бескрайнего моря и серых скал. Ветер обнял её, подхватил под крылья, и она почувствовала... Страх. Чистый, ледяной, пронзительный страх. Он ворвался в неё и мгновенно смыл всю злость без остатка. Потому что она падала. Она падала вниз, в море, в камни, и ветер выл в ушах, и чешуя вибрировала от бешеной скорости, и... — НЕТ! Инстинкт, тот самый, которого ей так не хватало все эти дни, проснулся. Крылья расправились сами. Не так, как она пыталась — не механически и коряво, а плавно, широко, естественно. Они поймали воздух, и Азурит почувствовала, как её тело — огромное, тяжёлое, драконье — вдруг перестало падать и... заскользило. Она открыла глаза. Когда она успела их зажать? Море всё ещё было внизу, но теперь оно приближалось медленно, как во сне. Она парила. Она скользила над водой, и кончики когтей на задних лапах почти касались пенных гребней волн. — Я... я лечу? — прошептала она. И тут же, словно в ответ, порыв ветра подхватил её и понёс вверх. Азурит замахала крыльями — теперь уже осознанно, но иначе, чем во время прошлых попыток. Она не пыталась командовать — она слушалась. Ветер, тело, инстинкты — всё работало в унисон. Крылья больше не были чужими придатками. Они стали её частью. Она поднималась всё выше. И выше. И выше. А потом она наконец огляделась — и замерла, забыв дышать. Остров лежал под ней как драгоценный камень на синем бархате. Леса, бухты, скалы, белая полоса прибоя — всё было видно до мельчайших деталей. Солнце искрилось на воде тысячей бликов. Вдалеке, на горизонте, угадывались другие острова — архипелаг, бескрайний и зовущий. На севере она разглядела тонкую струйку дыма — базу охотников. На юге — изумрудную зелень лесов. На западе — отвесные скалы, с которых она только что прыгнула. А внизу, прямо под ней, по волнам скользила её собственная тень. — Я лечу, — сказала она, и её голос прозвучал удивлённо и радостно одновременно. — Я ПРАВДА ЛЕЧУ! Она засмеялась. Смех дракона — это странный звук, что-то среднее между рыком и урчанием. Но ей было всё равно. Она летела. После всех этих дней страха, клетки, намордника, ядовитых стрел — она парила в небе, свободная, как... Хлоп. Что-то мягкое и пернатое врезалось ей прямо в морду. Азурит мотнула головой, сбитая с толку. Из глаз посыпались искры. Она клацнула зубами — чисто рефлекторно — и почувствовала во рту нечто пушистое и отчаянно пищащее. Чайка. Самая обыкновенная белая чайка. Видимо, тоже засмотрелась на синего дракона и забыла, куда летит. — Мммф? — произнесла Азурит с набитой пастью. Птица трепыхалась, но вырваться не могла. Азурит осторожно сжала зубы — не чтобы убить, а чтобы зафиксировать — и огляделась, словно надеясь, что никто не видел этого позора. Но вокруг были только облака и море. «Зато у малыша будет завтрак, — подумала она. — А я, так уж и быть, поохочусь на кого-нибудь посолиднее». С этой мыслью она развернулась и полетела обратно к острову. --- Путь назад занял больше времени, чем она рассчитывала. Полёт всё ещё давался ей нелегко — мышцы, о существовании которых она даже не подозревала, ныли и дрожали от напряжения. Несколько раз она теряла воздушный поток и проваливалась на пару метров, прежде чем поймать его снова. Один раз её так мотнуло порывом ветра, что она едва не выронила чайку. Но в конце концов знакомая расщелина показалась внизу. Азурит сложила крылья и пошла на снижение — не слишком изящно, если честно. Посадка вышла жёсткой: она проехалась пузом по мху, протаранила куст и остановилась, уткнувшись носом в один из кустов. — Жива, — констатировала она и разжала челюсти. Чайка, к её удивлению, всё ещё была жива. Очумелая, взъерошенная, но живая. Она тут же попыталась улететь, но Азурит прижала её лапой. — Прости, подруга. Ничего личного. Малыш высунул нос из пещеры, принюхался и, увидев Азурит, радостно запищал. Он выскочил наружу и принялся скакать вокруг неё, путаясь в собственных лапах. — Я же сказала сидеть внутри, — проворчала Азурит без настоящей строгости. — Ладно, вот тебе завтрак. Она подтолкнула чайку к дракончику. Тот уставился на птицу круглыми глазами — видимо, раньше его кормили только рыбой и объедками. Потом чихнул, издал воинственный писк и набросился на добычу с энтузиазмом, совершенно не соответствующим его размерам. Азурит оставила его трапезничать, а сама отправилась в лес. Кабана она нашла по запаху — быстро, как и в прошлый раз. Драконье обоняние к счастью работало безупречно. На этот раз охота была ещё легче: то ли тело окончательно привыкло к движениям, то ли ей просто повезло с добычей. Один бросок, один удар лапой — и сочный кабан превратился в сытный обед. Она съела его быстро, почти не чувствуя вкуса, и вернулась к пещере. --- Дракончик, наевшийся до отвала, спал на солнышке у входа. Его животик раздулся, а одна из мордочек была перепачкана перьями. Азурит усмехнулась и легла рядом, обернув хвост вокруг него. Интересно, как вообще живется с таким колличество голов? Судя по Барсу и Вепрю из КПД, даже с двумя головами жить довольно трудно, а тут целых четыре и у каждой свой характер! Но да ладно, надо подумать а важных вещах. Теперь, когда голод был утолён, а страх отступил, нужно было думать. По-настоящему думать о будущем. Что делать с малышом? Он смотрел на неё как на мать — это было ясно. Куда бы она ни шла, он семенил следом. Когда она улетела, он ждал. Он доверял ей безоговорочно. Но Азурит не была его матерью. Она была семнадцатилетней девочкой из другого мира, которая сама едва выжила. Тащить за собой детёныша — означало брать на себя ответственность, к которой она не была готова. «Но и бросить его я не могу, — подумала она, глядя на спящего малыша. — Только не после всего, что мы пережили». Она прикрыла глаза и попыталась вспомнить всё, что знала о драконах этого мира из фильмов и сериалов. Драконы заботятся о потомстве, это да. Но они также рано становятся самостоятельными. Детёныши учатся охотиться почти с рождения. И если дать им основы выживания — они могут жить одни. «Значит, план такой, — сформулировала она мысленно. — Найду остров. Маленький, безопасный, без охотников. Научу его охотиться — по-настоящему. Покажу, где прятаться от опасности. И когда он будет готов... оставлю его там». Это было правильное решение. Не самое лёгкое, но правильное. Она легонько ткнула малыша носом. Тот встрепенулся и недовольно пискнул. — Просыпайся, — сказала Азурит. — Мы улетаем. Дракончик медленно моргнул всеми глазками, потом понял смысл её слов и тут же вскочил, деловито отряхиваясь от перьев. Азурит присела, опуская плечо, и малыш — уже знакомый с процедурой — ловко забрался ей на спину. Его коготки привычно вцепились в чешую. — Держись крепче, — предупредила она. — Будет ветрено. Она вышла из пещеры в последний раз. Окинула взглядом лес, который на несколько дней стал ей и тюрьмой, и убежищем. Потом расправила крылья — широко, уверенно, по-хозяйски — и оттолкнулась от земли. На этот раз взлёт был не случаен. Она поймала поток воздуха, позволила ему поднять себя и плавно, без рывков, заскользила над верхушками деревьев. Остров уменьшался внизу, превращаясь в зелёно-серое пятно посреди синего моря. Азурит набрала высоту и оглядела горизонт. Вокруг была лишь вода, но как она знала где то должен быть хоть один остров. И где-то там был Олух — но как его найти без карты? Где-то там были безопасные земли — но как отличить их от территорий охотников? «Разберёмся, — решила она. — Для начала — просто найти место, где можно переночевать». Она сделала круг над островом охотников, набирая высоту, и взяла курс на юг — туда, где море казалось бескрайним, а горизонт манил неизвестностью. Ветер бил в лицо, солнце грело спину, а на шее, вцепившись в чешую, сидел маленький дракон, который доверил ей свою жизнь. Впервые с момента пробуждения в этом мире Азурит не чувствовала себя загнанной жертвой. Она была сильным драконом. Она летела. И впереди её ждал новый дом или хотя бы временное убежище.