Так просто не уйти

Громкий школьный звонок разбудил Влада, заставляя вздрогнуть. Он, кажется, вырубился прямо на математике. Этот предмет он не любил: слишком сложный, слишком муторный, и вообще нахуй он ему не нужен был. Ему нравилась физкультура и… всё. Собирать, по сути, было нечего. На парте лежала только ручка, и та сломанная. Влад на нее даже толком не посмотрел, просто сунул в карман, как мусор, и поднялся со стула. В классе уже стулья скребли по полу, кто-то смеялся, кто-то орал, кто-то собирал тетрадки так, будто от этого зависела чья-то жизнь. Он сразу почувствовал на себе взгляды. Их было много: липкие, любопытные, с шепотом за спиной. Все лицемерно вели себя, боясь столкнуться лицом к лицу. И это даже не бесило, а скорее просто раздражало. Бесил его только один. Новенький. Стоило вспомнить его дофига пофигистичную рожу и кристально чистые глаза — злость всё больше подступала, медленно и тяжело, черт. Хотелось стереть с него это спокойствие, чтобы он хоть раз нормально среагировал, а не смотрел так, будто ему похуй на всё и на всех. Чтобы понял, сука, с кем он связался. Но скоро же и уроки закончатся, и из школы все бегом выйдут. Позади, как обычно, шел Рони — даже в хорошем настроении. Он напевал что-то под нос и пританцовывал, будто его вообще не ебала ни школа, ни вся эта движуха вокруг. Ну, еще бы — впереди тусовка у Димы. Наконец-то можно будет выдохнуть, забыв про школу. — Это же последний урок? — конечно, это так, но Влад всё равно решил уточнить. — Че, ловим педика сейчас или позже? — Братух, не заводись, — сказал Родион. — На тусе инфа сотка, что он будет там. Димас уже пригласил его, будь уверен. Возможно, фраза, сказанная Рони, немного успокоила Влада. Ноябрь был такой — уже не осень, но еще и не зима, просто мерзкая середина. Холодный ветер бил в лицо, покалывая кожу, и залезая под одежду. Можно было бы этого избежать, если бы не их тупое желание выглядеть «круто». Без шапок, без нормальных курток, тем более без шарфов. Типа ты его носишь — и всё, уже не по понятиям. Пидор, не иначе. Они свернули с основной улицы в сторону жилых домов. Здесь было тише, свет от фонарей падал криво, местами мигая, и от этого всё казалось чуть более уставшим, чем обычно. Дворы были одинаковыми — серые, забитые машинами, с облезлыми подъездами и лавками, на которых торчали местные бабки. Рони ускорился, потом снова замедлился, будто не мог решить, что делать, если завяжется драка. По сути, по понятиям, Влад должен был его отмудохать при всех. А по закону, да как минимум по чертовой логике — виноват был сам Романов. — Дима, кстати, сказал, там народу нормас будет, — добавил он, — не только наши. Влад хмыкнул. — Мне похуй, кто там будет. — Да тебе всегда похуй, — усмехнулся Рони, — а потом ты первый лезешь. Влад ничего не ответил — только усмехнулся краем губ. Дом Димы был недалеко, парни уже были близко.

***

Спустя три минуты они всё-таки дошли до нужного дома. Еще во дворе было слышно, как из чьей-то квартиры долбила музыка, отдаваясь глухими басами по всему подъезду. Влад с Рони сразу оживились и перешли на бег. — Чувствую, кайф туса будет, — промямлил брюнет, слегка запыхавшись. — Братан, я полностью согласен, но… — Рони на секунду замолчал, — давай ты сегодня не будешь столько в себя вливать? «В прошлый раз это ни к чему хорошему не привело», — хотел дополнить дружок. Влад только нахмурился и бросил на друга недовольный взгляд, но уже через мгновение усмехнулся. Всё-таки Родион был его самым близким человеком. Он вообще мало походил на типичного пацана с района: светло-каштановые волосы вечно лежали как надо, карие глаза постоянно щурились то ли от улыбки, то ли от хитрых мыслей, а выглядел он так, что половина девчонок в школе без зазрения совести строила ему глазки. И при всём этом он умудрялся оставаться куда умнее и ответственнее самого Влада. Поднявшись на нужный этаж, Рони первым нажал на звонок — дверь открылась почти сразу. — Ну нихуя себе, явились, — с усмешкой протянул Дима, отходя в сторону. — Заходите уже, чего в проходе встали? Из квартиры пахло алкоголем, пиццей и, конечно же, сладким дымом электронок. В зале уже сидело человек семь-восемь: кто-то развалился на диване с банкой пива, кто-то спорил о какой-то ерунде, еще двое рубились в приставку. Влад и Рони скинули с себя обувь и вошли дальше в дом. Свои пацаны, знакомые лица, тупые шутки и громкий смех, так что скопившееся напряжение после школы постепенно начало отпускать. Про Кирилла Влад так и не вспомнил, и слава богу. Рони уже успел к кому-то подсесть и что-то оживленно рассказывал, пока Дима хозяйничал на кухне, доставая из холодильника бутылки и пластиковые стаканы. Дима выглядел так, будто случайно попал не в ту компанию: аккуратный, опрятный, в чистой одежде и с вечно спокойным лицом. Только те, кто знал его получше, понимали, что за этой невозмутимостью скрывался человек, который первым предложит устроить что-то сомнительное. Странный всё-таки парень, этот Дима. Влад присел на диванчик, начиная разливать вишневый коньяк по стаканчикам. Родион куда-то ушел, на кухню, кажется.

***

На кухне стоял обычный столик небольшого размера, два стула, раковина и ящики для посуды. Тут же у окна торчал Семён: курил, пялился куда-то во двор и даже не обернулся, когда Рони зашел. Он выдохнул: — Опа... — протянул Рони себе под нос. Семён наконец повернулся и скользнул по парню напротив ленивым взглядом. Он чуть скосил зеленые глазки и ухмыльнулся, будто абсолютно не был удивлен. — У-у, Горьков, главный подсос молодых училок! — хлопнул в ладоши Семён. Он стряхнул пепел прямо в раковину и медленно выдохнул дым, не отводя взгляда от парня. Он почувствовал это сразу — как будто воздух на кухне стал плотнее. Это была трава, блять! Рони шагнул ближе. — Еще слово — и я тебе сигарету о глотку затушу, Миронов. Семён даже не отступил — только медленно затянулся и выдохнул дым ему в лицо. — Да ты же лох без Влада, — бросил он. Рони начал открывать холодильник, чтобы хоть что-то взять и съесть. Заебался. — За базар не ответишь? Без училки своей, — начал переходить границу Семён. Горьков захлопнул холодильник чуть громче, чем надо было. Семён тут же оживился, будто именно этого и ждал. — О-о, вот это реакция, — хмыкнул он. — Слушай, ты так нервничаешь, будто я про твою девушку сказал. Вся кухня содрогнулась от смеха Семёна. Мерзкий аморальный урод. Лениво оглядев Рони сверху вниз, он усмехнулся шире, явно наслаждаясь моментом. Рони наконец повернулся к нему полностью. — Ты всегда такой или у тебя просто рот не закрывается? Миронов усмехнулся, явно довольный тем, что он начал разговаривать. — Не-а, — спокойно сказал он, — это ты меня плохо знаешь, — он сделал ещё одну затяжку и чуть наклонил голову. — Хочешь узнать?

***

Треки отдавали в самое сердце. Разные цвета прожекторов обливали танцующих в центре зала. Все были давно пьяны. Вишневый коньяк — вкусно-губительная хрень, но перло сильнейше. Влад извивался, пританцовывал с какой-то девушкой, которая зашла... полчаса назад? Вроде так. Она терлась об него со спины, и Влад охотно ей помогал, разглядывая ее светлые волосы. Блондинки всегда были в его вкусе, такие же голубоглазые, как и он сам. «Девушки — прекрасные создания», — в очередной раз убеждался парень. Устав, Виверна прыжком откинулся на диван, расталкивая всех. Никто не захотел связываться с ним в пьяном состоянии. Возможно, когда он пьян, сделать ничего не сможет, — это уже было доказано ебучим новеньким, но на утро есть шанс, что он вспомнит, что кто-то ему, допустим, нагрубил. Влад вырубился, понимая, что новенький зассал и не придет. Кто-то снова постучал в дверь, раздался бесячий звук звонка. Дима, пошатываясь, дошел до двери, приоткрыв ее. Она даже не была закрыта. На пороге стоял новенький, а Дима принялся его искренне приветствовать, приобнимая за плечи. — Салам, заходи, родной, — принял в дом его хозяин. — Там уже все бухие... Дима неловко почесал затылок, будто сам не шатался на месте. Кирилл пожал плечами, мол, «Я тоже пришел сюда ради этого». Новенький прошел вглубь квартиры, рассматривая людей, и каждый поприветствовал его рукопожатием. Кроме одного, который спал, сука, на полу. — Братан, лучше не буди Виверну, он редко так напивается, — произнес кто-то из толпы. Кирилл очень скептически посмотрел на парня, вспоминая их первую встречу. Тогда от него несло, но сейчас вкусный запах вишни смешался с дешевым пивом. Новенький чисто из приличия решил составить компанию, ибо он не из таких. Не пьет, не курит. — Пиво будешь? — принес Кириллу бутылку кто-то из толпы, но тот отказался. Решил, что побудет здесь минут пять, познакомится и свалит. Не дай бог этот проснется и начнется кипиш. Кирилл и второй раз вырубил бы его, бухого в хлам, так что какой смысл? — Бро, а ты не мог бы увезти Влада? — начал говорить Дима, в его голосе слышались нотки наглости, но парень не обратил на это внимание. — Понимаю, что у вас был конфликт, но всё же, ты единственный трезвый из нас. Да и он не проснется, адрес скажу. Кирилл немного удивился такой просьбе, но всё же согласился. Он не отморозок, как этот гопарь. Ну и Влад не узнал бы, кто его до дома провожал, вместе на такси доедут до его хаты. Остальные помогли поднять Влада, который то включался, то выключался, но перед собой он никого не видел: заплыл парень, явно. Кирилл, заказывая такси, посмотрел на него и оценил: и это чмо, так называемое, гроза района? Новенький уже успел поговорить с некоторыми из школы, и каждый второй твердил про три правила: Не называть Виверну Владом. Не бесить, сидеть тихо. Слушаться. Высоцкий, слушая эти законы школы, только прыснул в кулак от смеха. Парни, которые рассказывали ему об этом, посоветовали прислушаться к ним. И то, что Кирилл нагнул Влада, не отменяет того, что тот был пьян. В школе он особо не хулиганил, не считая того, что в девятом классе он сломал руку парню, заступаясь за девушку. Это было в школьном туалете, ему грозила малолетка, но всё обошлось тем, что Романова обязали перестать буянить в школе. Но то, что происходило за пределами учебного заведения — было настоящим ужасом. Влад то и дело заставлял малолеток покупать ему сигареты за их же деньги, на улице он сидел не на лавочке, а на скрученных людях. Настоящий отморозок. Когда он трезвый затевал драку — беги, когда он пьян — тоже беги, ему расскажут и он вспомнит, а потом напомнит. Про Виверну, кроме его жестокости, особо ничего не рассказали. В основном про него разговор с учениками заходил по их инициативе, а не из-за Кирилла. Ему, впрочем, было плевать, пока Влад ему ничего не сделал.

***

Пацаны затащили Романова в таксу, оставив Кирилла с ним, сказав: «Ручаешься, если что случится — убьем. Не буяньте сильно». В принципе, новенький не собирался ничего делать. Это то же самое, как если ударить пьяного бомжа. Послышались шорохи на заднем сидении автомобиля, Влад, кажется, начал просыпаться. Не вовремя. Новенький сидел на переднем и молился, чтобы его не узнали сквозь пьяное состояние. — Какого хуя?.. — сказал только что проснувшийся Влад, ударив переднее сиденье. — Куда вы меня везете, уроды? — К тебе домой, — сказал Высоцкий. — Мы в такси. И ты пьян, закрой рот, от тебя несет. От возмущения на лице парня заиграли желваки и глаза налились яростью — почему он всегда оказывался пьяным с ним? Влад потянулся к водителю, мешая тому ехать, крича по типу: «Останови машину, петушила». Машину остановили, Кирилл настороженно и с неким непониманием смотрел на злого парня. — Что за хрень? — сказал новенький. Виверна быстро развернулся в абсолютно противоположную сторону, идя куда глаза глядят. Идиот, он же на дорогу выйдет сейчас. — Куда ты пошел? Тупой, тебе домой надо! Влад резко развернулся в сторону звука. — Что ты сказал? — Романов начал идти к нему. — А ну, живо повтори. Он подошел к Кириллу вплотную — исходящая угроза чувствовалась сразу. Всё же, он был на сантиметр выше. Или ему так по пьяни казалось, неважно. — Я сказал, что ты тупой, бухой алкаш, — пауза, — которому стоило бы пойти домой к мамочке. Кирилл игрался, шутил, ему было плевать — обидится этот гопник или нет. А что? Тот ведь наутро даже ничего не вспомнит, а если и вспомнит — Высоцкий сам был готов припомнить эту ночь. Влада, хоть и пьяного, задело сильно так. Он вцепился руками в воротник куртки парня, сказавшего сейчас очень лишнее. Личное. — Не смей говорить так, — Влад стоял настолько близко, что Кирилл заметил неожиданно блеснувшие в его глазах слезы, которые тот сдерживал изо всех сил. Но подумать подольше ему не дали — от такой неожиданности ему прилетел звонкий в скулу — взаимно. Кирилл пошатнулся и упал на холодную сырость, прижимая ладонь к месту удара. Влад вновь развернулся и ушел — на этот раз точно. Парню было плевать, дойдет ли тот живым. Второй раз уже замахнулся первым. Когда Романов ушел в темноту, такси снова поехало. Новенький откинулся на сиденье и просто смотрел в окно. Пустые остановки, свет в окнах, простые машины. Всё было так тихо, будто ничего только что не случилось. Он поймал свое отражение в стекле — размытое, — и перевел взгляд вперед. — Пиздец… — тихо выдохнул он.