Для этой звезды

Арафинвэ просил орла. И Эонвэ дал. Прилетев в цитадель, мудрый Арафинвэ склонился в поклоне не перед Владыкой крепости, а перед Владычицей — Эстэ Нежной. Он тихо попросил у неё позволения остаться подле, служить светлейшей из утешительниц. Золотоволосый принц понимал: она не откажет. Теперь у него в этой страшной крепости была высшая, абсолютная степень защиты, недосягаемая для интриг Гортхаура и изощренных выдумок Черного Валы. А потом он увидел мальчика. Ребенок был ростом не выше стола. Крылатый, с лицом Владыки Манвэ — если бы тот решил принять облик малого дитя. Только крылья у малыша были вовсе не ослепительно белыми, а глубокого, темного цвета грозового неба, тронутого по самому краю едва заметным отблеском подземного пожара. Арафинвэ замер, чувствуя, как внутри всё обрывается, и потрясенно прошептал: — Но как?.. Эстэ посмотрела на него со своей бесконечной, тихой скорбью и мягко ответила: — Это сын, мой и Владыки. Но на деле он рожден из пера с уцелевших крыльев Ветра — тех, что Более-Не-Звездоокая носит ныне на плечах своих, как бессменный плащ. В этот миг Арафинвэ - смертоносный клинок, за который негде взяться, обрел в сердце Ангбанда то, что ему стало нестерпимо, немыслимо потерять. Арафинвэ медленно, словно боясь спугнуть это невероятное видение, опустился на одно колено на холодные гранитные плиты. Его лицо, обрамленное золотыии волосами, теперь была вровень с ребенком... и все планы мести растаяли в новом, тихом благоговейном трепете. Он осторожно, бережно протянул вперед ладонь, разворачивая её кверху. Крылатый мальчик замер на мгновение, склонив голову набок, и уставился на пришельца огромными, не по-детски мудрыми глазами Владыки Ветра. Затем он сделал один крохотный шаг вперед, и его маленькие пальцы доверчиво коснулись руки Арафинвэ, а грозовые, тронутые отблеском пожара крылья за его спиной едва заметно встрепенулись. От этого мимолетного, легкого прикосновения внутри золотоволосого принца тихо-тихо истаял тот мертвенный лёд, что, казалось, навсегда сковал сердце младшего из сыновей Финвэ с того часа, как он получил известия о случившемся во льдах Хэлкараксэ. * * * Владыка тихо стоял за спиной королевы, цитируя ей в осанвэ принесенные душой странника строки из совсем другого мироздания: «... та сила, что вечно жаждет зла, и вечно причиняет благо». Эстэ улыбнулась грустной улыбкой, и её тонкие пальцы нашли руку мужа и сплелись с его пальцами.