Дом там, где ты

Марк Деньги почти закончились. Накидываю куртку и иду к ближайшему банкомату, который стоит через два квартала от сервиса. Холодный ветер пробирается под одежду, пока я иду по заснеженной улице. В голове крутятся мысли: сколько там осталось? Сую карту в банкомат и ввожу пин-код, уже морально готовясь к скромной сумме. Экран моргает. Цифры высвечиваются. Я замираю. На счету лежит приличная сумма. Для меня сейчас это огромные деньги. Сердце пропускает удар. Я быстро открываю историю операций и начинаю просматривать поступления. Одна и та же сумма приходит дважды за последний месяц. Отправитель — женщина. Имя смутно знакомое. Есть только один человек, который мог так сделать. Я достаю старый, лагающий телефон, который чудом ещё работает. Номер Макса я помню наизусть, хоть мы и не общались уже несколько лет. Дозваниваюсь только с третьей попытки. — Алло… — раздаётся в трубке сонный, хрипловатый голос. Я взглядываю на время. Почти полдень. — Привет, Макс. На том конце повисает короткая пауза. — Марк? Это ты? — голос брата мгновенно становится более живым, в нём смешиваются удивление и что-то ещё — то ли радость, то ли напряжение. — Блин, я уже думал, ты вообще пропал. На заднем плане слышится женский голос — мягкий, ласковый: «Макс, кто там? Скажи, что перезвонишь…» — Да, это я, — отвечаю я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Слушай, я только что проверил счёт. — А-а… — Макс явно понимает, о чём речь. — Это ты переводил деньги? Он тихо усмехается. — Я. Отец не в курсе, не парься. Я перевёл с счёта своей девушки, чтобы он не узнал. Я закрываю глаза и прислоняюсь плечом к холодному корпусу банкомата. — Макс… не нужно больше так делать. Я сам справляюсь. — Сам справляешься? — в его голосе появляется лёгкая насмешка. — Брат, я даже представить не могу, как ты сейчас живёшь. — И всё равно. Не нужно. Макс тяжело вздыхает. — Отец в полном бешенстве, ты в курсе? Ходит по дому и рычит, что это «очередная твоя блажь». Уверен, что скоро тебе надоест эта «бедная жизнь», и ты приползёшь обратно с поджатым хвостом. Мол, пару месяцев максимум — и ты вернёшься. Я сжимаю телефон сильнее. Злость горячей волной поднимается к горлу. — Пусть думает что хочет. — Марк… — Макс замолкает. Голос становится тише. — Ты там точно нормально? Не голодаешь? Я могу и ещё подкинуть. — Не надо. Правда. Спасибо… за то, что уже перевёл. Но больше не нужно. — Ладно, упрямый ты наш, — брат коротко смеётся, но в смехе слышится усталость. — Только не пропадай совсем, окей? Иногда хотя бы отписывайся, что живой. — Постараюсь. — И… Марк? — Что? — Береги себя, ладно. Я смотрю на падающий снег и чувствую, как внутри что-то сжимается — смесь благодарности к брату и старой, въевшейся боли от всего, что я оставил позади. — Буду. Пока, Макс. — Пока. Я убираю телефон в карман и ещё минуту стою у банкомата, глядя на экран счёта. Снимаю небольшую сумму на текущие расходы и медленно иду обратно к сервису. Снег скрипит под ботинками.