My Margarette

***

После их встречи Джисон вновь исчез. Только теперь, кажется, у Минхо окончательно сорвало крышу. В голове то и дело всплывал этот поцелуй. Поцелуй,через который удалось передать все те необъяснимые эмоции, которые копились в них эти полгода. Только если раньше Ли бы посчитал себя сумасшедшим, сейчас он решил, что ему стоит просто смириться. Смириться с тем, что Хан стал причиной его потерянного здравого ума. После возвращалось осознание, что Хан по прежнему находился под вниманием многих кланов, которое вызывало у Ли необъяснимую ярость. Он не собирался враждовать и уж тем более идти против тех, кто не мешал его работе и жизни, но сейчас был другой случай. Они мешали Хану, а этого оказалось более, чем достаточно.

***

— Прошу, прошу подождите! Я клянусь, я все расскажу... —голос мужчины срывался на фальцет, а сам он пытался дергаться из стороны в сторону, будучи закреплённым на стуле железными цепями, которые и при всем желании не смог бы снять. Мужчина, связанный в собственном особняке. Среди собственных слуг, сотрудников и охраны. Потому что Минхо был на это способен. Рука Ли грубо легла на шею, слегка сжимая, заставляя смотреть на себя. В алых глазах было столько холода и опасности, что у оппонента подгибались бы ноги и шла дрожь по спине. — Зачем нужен Маргаретт? — прошипел Минхо, щуря глаза, будто пытаясь по каждому движению брови, по бегающим глазам и дрожащим губам выявить ложь. Никто по прежнему не понимал, в каких целях ему нужен "Маргаретт". Многие кланы были наслышаны о том, что около полугода назад они сотрудничали, хотя для одиночно работающего Маргаретта это было странным. Возможно, эти многие высокопоставленные вампиры серьезно верили в то, что Минхо ищет его исключительно для расправы. — Господин..! Не поймите неправильно, я ведь поддерживаю вас! Мы хотим... Избавиться от него. Как и все. — заикаясь, с нервной улыбкой тараторил глава клана, по лбу которого уже стекал холодный пот. Сжав челюсти, Минхо, чувствуя, как злость внутри растет с каждой секундой, резко убрал руку с шеи мужчины, а затем, отойдя в тень тёмного помещения, он поднял с пола канистру, полную бензина. — "Избавиться", значит? —процедил Минхо , одним движением откручивая крышку и начиная выливать содержимое на пол, стены и самого вампира, чьи глаза горели животным ужасом. — Нет... Нет, подождите, вы все не так поняли! — кричал тот, будто уже можно было что-то исправить. Поздно. Отбросив пустую канистру, Минхо достал из кармана чёрного пальто зажигалку, щелчок которой звучал как смертный приговор. — Гори в аду, ублюдок. Зажигалка упала на пол, прямо в лужицу бензина, заставляя цепной реакцией вспыхнуть все помещение. Сначала пол, а затем и вампира, кричащего в агониях. Огромные языки пламени заполнили помещение, превращая его в крематорий ровно в ту секунду, когда Ли скрылся с "места преступления". Он больше не будет церемониться. Не будет думать, как и с кем поступить, если дело касается Джисона. Теперь так будет с каждым, кто представляет ему опасность. Выйдя из здания чужого клана, зажав динамик микронаушника, даже не оборачиваясь назад, Ли проговорил своим помощникам: — Взрывайте.

***

Минхо хватило около двух недель, чтобы заставить добрую часть населения вампиров скрыться в тень, лишь бы расправа не дошла и до них. Не всем была известна причина наступления Ли, отчего массовые убийства казались еще более непредсказуемыми. За это время Минхо сжёг около десяти немаловажных объектов нескольких кланов, уничтожил их глав и многих приспешников. Ли начал с тех, кто по редким рассказам Джисона более полугода назад, больше всего желал его смерти. Естественно, к самому ненавистному человеку было не так просто подобраться. Минхо понимал, что если найти точное местоположение, преодолеть это бесчисленное количество охраны и наконец встретиться с Енсаном один на один, убить его не составит труда. Человек может быть достаточно хорошо обучен, иметь высокий уровень в бою и владеть кучей различного оружия, но у него никогда не будет преимуществ перед вампиром, который априори физически сильнее. Минхо правда не имел точного представления, от скольки кланов он ещё хочет избавиться, и от скольки вообще получиться. Какой-то гнев, который будто спал все эти годы проснулся и решил показать себя в полной силе. Только вот кто-то решил ему помешать.

***

Ли приказал своим сотрудникам привести ему очередного главу, который громче всех кричал на собраниях о том, что людям среди них не место, а от таких, как Хан нужно избавиться в первую очередь. Выбрал Минхо для расправы вполне логичную и удобную локацию — заброшенное здание на окраине, где не было и живой души уже пару десятилетий. План был как всегда прост. Он ведёт весьма интересную предсмертную беседу с тем, кто как раз всё, что может, так трепать языком, а затем избавляется. А с ним ещё нескольких подопечных, чтобы их клан развалился за считанные недели, что произошло с предыдущими, уже уничтоженными Минхо. Ли двигался словно призрак по этажам бетонной конструкции, которая даже не имела вида полноценного здания. Под ногами шуршала сухая листва, иногда осколки и редкий мусор. Где-то вокруг здания кружил снегопад, отчего из-за ветра хлопья снега смешивались в морозное липкое облако, ухудшая обзор, а также, вероятно, впоследствии таких погодных приколов будет гололед и отвратительные условия для передвижения. Идя по первому этажу, Ли помнил свой ориентир и взглядом искал хотя бы какую-то лестницу, либо же то, что от неё осталось за столько лет бездействия недостроенного здания. Лицо было напряжено, челюсти сжаты, а взгляд искал свою цель в виде любого средства подъёма. Хотя, вряд ли тут есть лифт. В микронаушнике запищал противный звук, похожий на скрип, когда связь пытается стабилизироваться, а затем послышался голос одного из помощников Минхо. — Господин! Мы на месте, как вы и говорили, но... Здесь, кажется, кто то был. Все цели уже уничтожены. После услышанного Ли замер, останавливаясь на пару секунд. Брови свелись к переносице, а палец тут же скользнул к динамику микронаушника, чтобы дать ответ. Но что отвечать? Минхо ввела в ступор сама ситуация. Что значит "кто-то был"? Кто мог прийти сюда раньше, каким-то образом узнав про локацию, так ещё и убив врагов Ли, не зная зачем ему самому это надо? Тяжело вздохнув, он все же проговорил: — Буду через пару минут. Ждите. Стоило Минхо прийти на указанное место, его ждал не самый приятный сюрприз. Те, от кого он должен был избавиться собственными руками, уже лежали, разбросанные по помещению с вывернутыми кишками. Интересно. Естественно Ли понимал, что кроме него никому не нужно было избавляться от очередного клана, который по факту не мешал. Не мешал всем, кроме Минхо. И Джисона. Конечно, Минхо все понял даже раньше, чем подошёл к одному из трупов. Раньше, чем перевернул холодное тело на спину и увидел на шее идеально вырезанный знак в виде буквы "М", кровь на котором слегка подсохла, но убийство явно произошло не более пары часов назад, а именно тогда, когда представителей клана привели сюда люди Минхо. Стоило лишь увидеть вырезанную печать, губы Ли тронула слабая ухмылка. Он провёл пальцем по порезам, собирая пальцем алую жидкость, будто пытаясь запомнить эту метку. "Мой Маргаретт... А ты шустрый." Минхо не был удивлен. Скорее, он не ожидал, что Хан решит показаться так скоро. И он не сорвал, когда говорил, что всегда рядом. Джисон бы ни за что не узнал о планах Ли, не будь вечно где-то неподалёку, просто в тени. А теперь тот явно догадался, что Минхо пытается его защищать, от чего ранее так яростно отказывался парень. Поэтому решил прийти и показать, что сам способен на многое, даже обвести самого Ли вокруг пальца. Остановит ли это Минхо? Вряд ли.

***

Массовую зачистку, которую так идеально спланировал Ли пришлось остановить на какое-то время. Причина тому была далеко не Хан, решивший вклиниться в серию убийств, даже не другие кланы, которые скорее наоборот притаились в тени, нежели попытались остановить Ли. Объединиться и пройти против него никто бы не решился, а в одиночку ни у одного клана нет и шанса попытки устоять перед самим Минхо. Причина была совсем иной. Енсан, который все это время так умело сидел тише воды и ниже травы, ни разу не подав признаков активности, появился на "радарах" Минхо также неожиданно, как и исчез. Ли не понадобилось даже искать его, наносить удары по объектам или вампирам из его клана. Енсан решил пойти напролом. Пригласить Минхо на встречу. Поговорить один на один, чего не было последние так двадцать лет точно. Все это время, все те года после убийства Мëнсока Ли и Ким вели холодную войну. Минхо мечтал уничтожить Енсана и каждого поголовно, кто был хотя бы частично с ним связан, а тот в свою очередь отвечал той же агрессией, но охоту на Ли не вёл — это не дало бы ему ничего. Но может сейчас все изменится?

***

Выбор места встречи был мягко говоря нестандартным. А именно — двор старого особняка, а клан которому он принадлежал полностью вымер около столетия назад уж точно. Теперь здание было похоже на древнюю гробницу, хранящую в себе многовековую историю и память. Стены были покрыты чёрной плесенью, а ржавые цепи, на которых висели уже давным давно потухшие фонари, раскачивались на ветру, издавая тоскливые скрипы. Острые башни, устремлённые словно в само чёрное небо, сейчас были покрыты плотным слоем снега, который так заметно контрастировал с полностью чёрным и пыльным дворцом. На заднем дворе особняка , где ранее были мраморные дорожки, статуи и скамьи, все явно заросло травой, которую сейчас скрыл мягкий белоснежный ковер. Судя по натоптанной прогалине, здесь за зиму не раз появлялась живая душа. На улице смеркалось, отчего вечер, опускающийся на лес, только предавал большей тревожной и напряженной обстановки. Минхо пришёл один. Как они и договаривались. Ну, почти. Он взял с собой пару охранников на крайний случай. Но не для помощи в бою — совсем нет. Для других целей. Снег скрипел под тяжёлыми ботинками, а на чёрное пальто падали большие холодные хлопья, тая на одежде за пару секунд. На поясе как всегда был заряженный пистолет, без которого, кажется, Минхо вовсе не выходил из дома, а также на крайний случай небольшой нож. Возможно, следовал примеру Джисона. Ли остановился посреди небольшой лужайки, стоило засечь взглядом фигуру в тени. Его алые глаза, которые словно горели в полумраке, сузились, словно хищник наблюдает за добычей. Высокая фигура мужчины была заметна не сразу. Оперевшись на ствол дерева, он покуривал сигарету, выпуская табачный дым. Его волосы, белые, такие как этот снег, развивались на лёгком ветру. Глаза — карие, вовсе не вампирские, уже встретились со взглядом Минхо. На левой части лица у него был большой, сильно заметный шрам, который явно чуть не лишил его глаза. Возможно, это и есть тот след, оставленный Мëнсоком, пока он пытался бороться перед смертью. На плечах была утеплённая накидка, которая возможно не давала ему замерзнуть. Под ней — чёрная рубашка, рукава которой были закатаны до локтя, открывали вид на немалого размера татуировки, которые завивались в различные узоры, что выглядело больше как попытка сделать из себя другого человека. Стоило Енсану заметить Минхо, тлеющий окурок упал на снег, почти неслышно зашипев, после чего затухая. Губы Кима тронула довольная ухмылка, а взгляд оценивающе прошёлся по всему телу Ли напротив. Наконец отклонившись от дерева, Енсан сделал несколько шагов ближе, уже останавливаясь перед вампиром на расстоянии вытянутой руки. — А ты изменился, Ли. — протянул Ким, слегка щурясь, вглядываясь в невозмутимо спокойное и безэмоциональное лицо Минхо. — Ты тоже. Выглядишь как клоун. — сухо ответил вампир, не желая тратить время на пустые разговоры. — Давай сразу к делу. На это Енсан лишь усмехнулся, отходя от Минхо, медленными шагами начиная ходить вокруг него. — А что, ты разве не скучал по мне? Не видел тебя целых 18 лет. После смерти твоего брата ты стал заслуженным правителем... — проговаривал Ким таким насмешливым тоном, от чего Минхо уже хотелось вонзить ему нож в горло. Затем, оказавшись почти вплотную к вампиру, тот наклонился к его уху и почти прошептал: — Разве ты не этого хотел? Ли стиснул зубы, вздыхая. Если сейчас полезет в драку, это может плохо кончиться. Енсан явно намеренно пытается вывести Минхо на эмоции. Заметив эту напряжённость, Ким лишь отошёл, будто уже понимая, что перетягивает канат в нужную сторону. —Ты так и не смог убить моего брата, чтобы отомстить мне. Это так жалко, Ли.. — парировал Енсан, продолжая ходить рядом, ища ту самую точку невозврата, где Минхо взорвется и нападет первым. Специально вспоминал далекое прошлое, где Ли настолько отчаялся от смерти Мëнсока, что был готов на любые поступки, лишь бы ударить по Киму и его семье. — Ребенок не виноват в делах такого ублюдка, как ты, который сам должен гореть в аду за свои поступки. — процедил Минхо, наконец поворачиваясь к Енсану, будто пытаясь испепелить его одним лишь своим взглядом. Кажется, Ким не собирался сдаваться. — А что насчет Маргаретта?... Ты уже знаешь про всех его скелетов в шкафу? А про то, что... — но мужчине не дали договорить. Рука Минхо резко схватила Енсана за горло, сразу же сдавливая ровно на столько , чтобы тот наконец заткнулся. Глаза горели злостью, а вены на шее набухли от напряжения. — Закрой рот, иначе... Ким, лицо которого уже слегка покраснело от нехватки кислорода, все равно выглядел слишком самоуверенно. Его рука медленно потянулась к своему заднему карману. — "Иначе" что? Минхо не успел ответить, потому что в ту же секунду пришлось отшатнуться назад, отпустив Енсана, уклоняясь от ножа, который так чётко прошёл по воздуху в паре сантиметров от переносицы Ли. Ровно в тот момент, когда рука мужчины вновь поднялась, а сам он замахнулся, готовясь нанести удар, стало понятно, что мирно решать их вопросы было бессмысленно. В руке Минхо также быстро оказался нож. Звуки ударов начали разноситься по улице. В ход шло не только оружие, но и кулаки. Ли был точным, внимательным и очень чутким. Каждый взмах руки так или иначе попадал по оппоненту: в бок, в грудь, в челюсть. Лезвием достать Енсана оказалось не так просто. В отличие от вампира у него нет инстинктов: он действует, опираясь исключительно на отточенные навыки, интуицию и логику. Он не менее удачно наносил ответные удары, которые даже чутье Ли умудрялось не предугадать. Тяжёлое дыхание, шарканье снега, кровь и глухие звуки ударов заполняли мертвую тишину заброшенного двора. Минхо профессионально уворачивался, Енсан стойко держался. Каждая капля алой жидкости каждого из них казалась для другого началом победы, но в ту же секунду появлялось ощущение, что бой может продолжаться бесконечно, пока они не выдохнутся. Минхо вымещал всю свою злость, в то время как Енсан давал почву для ещё большей ненависти. Ли был почти уверен в своей победе. Ему казалось, что человек, даже если он всю жизнь живёт среди кровавого общества и обучается такими же существами, никогда не овладеет достаточной силой, чтобы победить вампира, держащего оружие в руках веками. В его жизни был лишь один пример такого человека. Но никак он не думал, что вторым окажется Енсан. Минхо не уследил за одним чертовым движением. Одним едва заметным толчком, которого было достаточно, чтобы упасть на подледеневший снег, будучи прижатым сверху Кимом, чья рука тут же обхватила шею вампира, заставляя того скорчиться от недостатка воздуха. Ли бы мог оттолкнуть его сразу, но это стало бы ошибкой. В ту же секунду рука Енсана, которой он держал нож, поднялась в воздухе, задержавшись лишь на пару мгновений, после чего быстрым движением должна была вонзиться в грудь вампира. В последний момент Минхо успел двумя руками перехватить руку мужчины, не давая острию порезать даже ткань одежды. Енсану, явно не ожидавшему отпора, пришлось перенести руку с чужой шеи на рукоять ножа, чтобы усилить сопротивление хватке Ли. Лица обоих мужчин были красными, на руках выступили вены, а две пары рук, от которых сейчас, возможно, зависела жизнь Минхо, сжимали оружие так, что костяшки пальцев побелели. Руки вампира тряслись от напряжения, зубы были сжаты до скрежета, дыхание было тяжёлым, а кончик ножа завис настолько близко к плечу Ли, что казалось, его спасают пару глупых сантиметров. Было удивительно то, насколько Минхо недооценивал Кима и его силу. Ещё немного, и Енсану ничего не стоит лишить Ли подвижности руки, если он удачно вонзит оружие и разрежет сухожилие. Минхо начал давать слабину. Неизвестно, как это вышло, но мужчина не был так прост, как казался. Капилляры в его глазах полопались от напряжения, разбитые ударами губы обсохли и открылись, показывая плотно стиснутые зубы, покрытые тонким слоем крови, перемешанной со слюной. Минхо даже не отпихнул Енсана, потому что думал, что сможет обыграть его и убить на месте. Все оказалось ровно наоборот. Вампир почувствовал, как остриё надавило на ткань рубашки, протыкая её, а затем медленно, методично вонзаясь в кожу, миллиметр за миллиметром поражая плоть, от чего это медленное проникновение было схоже с пыткой. Сопротивление едва заметно уменьшалось, когда правая рука Ли уже буквально кричала, что ещё чуть-чуть, и из за неудачной травмы рука перестанет полноценно функционировать. Енсан, все еще напряженный до предела, действительно начал радоваться победе, яростно улыбаясь, расширенными зрачками наблюдая за тем, как нож постепенно входит внутрь. Но все может оборваться в любой момент. Даже цель, которая толком не была достигнута. Киму не хватило бдительности. Внимательности. А самое главное — вампирского чутья, которое чувствует опасность за километр. Минхо был слишком занят болью в плече и попыткам отбиться, чтобы сразу понять, что произошло. Сначала прямо сзади них появилась чья-то тень. Затем послышался звук тяжёлого удара. Только когда голова Енсана дернулась куда то в сторону, лицо за пару секунд расслабилось, взгляд стал пустым, а самое главное—хватка на ноже ослабла, позволяя Ли откинуть оружие и чужие руки, Минхо понял, что кто-то решил помочь. Вырубленный Енсан упал почти сразу, завалившись в бок, упав с бедер Ли прямо на холодный снег. И кто бы мог подумать, что за ним окажется вовсе не помощник Минхо. Перед Ли всплыла невысокая фигура. Руки, которые до сих пор были занесены в воздухе, держали какой то явно тяжёлый объект, похожий на кирпич или большой камень. Грудь тяжело вздымалась то ли от сбитого дыхания, то ли от гнева. Кудрявые волосы, покрытые редкими снежинками, красиво развивались на ветру. А карие глаза смотрели именно на Минхо, лежащего прямо у ног парня. Это Джисон. Естественно, кто же ещё. Хан сначала посмотрел на Енсана, что в отключке валялся в стороне, а затем вновь перевёл взор на вампира, который развалился на снегу, с проткнутым плечом и взглядом, в котором мешалось удивление и явное облегчение. — Какие люди. Джисон тяжело вздохнул, на секунду прикрывая глаза и откинул тяжёлый камень на землю, быстрыми шагами сокращая расстояние между ними. — Заткнись, идиот, иначе кирпич полетит в тебя. — прошипел Джисон, оказываясь на коленях перед Ли, приподнимая того за плечи. Только на таком расстоянии Минхо заметил лёгкую дрожь в пальцах Сона, его красные щеки и нос от мороза, его бледные губы. В снегопад, будучи человеком, ходить в своих черных балахонах, видимо, для него было лучшей идеей. Холодные тонкие пальцы младшего опустились на щеки Ли, быстрым движением поворачивая голову в разные стороны. Затем, они вновь спустились к плечу, осторожно рассматривая хоть и не критичную, но кровоточащую рану. Минхо почувствовал, что едва ощутимая для него боль в плече стала такой незначительной, потому что все мысли и взгляд был прикован исключительно к Джисону. К тому, кого ищет уже чертовы восемь месяцев, но он всегда оказывается где-то далеко. Минхо видел даже ту едва заметную тревогу в глазах Хана, которые он любит за этот живой блеск, а особенно — за невозможность скрыть никакие его эмоции. Но сейчас парень был скорее зол, чем встревожен. — Ты... Ты защищаться разучился, что ли?! Я случайно оказался рядом, а если бы нет? Ты вообще... — ему не дали закончить. Здоровая рука вампира вдруг легла на его затылок, резким движением притягивая к себе, сокращая между их лицами расстояние до нуля. Хан успел лишь распахнуть глаза от неожиданности. Замерзшие губы парня впечатались в природно холодные губы Минхо, которые так уверенно, почти привычно сминали чужие в жадном, долгожданном поцелуе. Он бы не признался себе в том, что ждал этого момента слишком долго, но его сердце, и, кажется, даже мозг, давно решили все за него. Прежде чем Джисон отпрянул, острый клык зацепил нижнюю губу парня, специально оттягивая. Когда Ли наконец убрал руку, отстраняясь, лицо младшего озарилось полным недоумением. Возможно, мороз в минус двадцать градусов и вправду спас его щеки и кончики ушей от позорного яркого смущённого румянца. —Я... Я ненавижу тебя, Ли Минхо. — процедил Хан, едва ли удерживая себя от того, чтобы не ударить кровопийцу в больное плечо, но все же пожалел. Тем более после того, как на лице Ли появилась эта довольная улыбка. — Енсан без сознания. Его нужно связать и увести отсюда. —проговорил Хан, наконец глядя в сторону тела недалеко от них. — Свяжем. — И тебе.. Нужно обработать рану. — Обработаем. Джисон нахмурился, ловя на себе взгляд Ли, который, кажется, уже согласен со всем, что ему скажет младший. — Просто вернись. — вдруг сказал Минхо, смотря на Хана впервые так, будто за это готов отдать пол мира. Лишь за то, чтобы видеть каждый день этого неугомонного киллера у себя в особняке. Каждый день слушать его бредни и каждый день видеть, как он сидит на его кресле, мнëт ботинками бумаги, закинув ноги на стол, и курит его сигареты. Да, это определенно то, за что Минхо готов отдать все и даже больше. А Хан? Хан уже давно все понял. Тогда, когда даже после того, как Ли попытался убить его, он не злился, а ушёл, чтобы защитить его. Тогда, когда все восемь месяцев он , как и обещал, был рядом, готовясь выйти из тени в любой момент, даже не смотря на обещание самому себе — не вернуться. И тогда, когда Минхо впервые поцеловал его — все встало на свои места. Ответ всегда был один. — Я уже вернулся.

***

Они вернулись в особняк уже вдвоем. Ну, точнее, втроём. Енсана успешно повязала охрана Ли, которая не зря была с ним с самого начала этой весьма интересной встречи. Кимом сразу занялись сотрудники, которые запрут его в специально отведённом для этого помещения, и с ним парни разберутся как- нибудь потом. Сейчас единственное, о чем думал Минхо — о том, что ему помогает дойти до комнаты Джисон, закинувший руку Ли себе на плечо, чтобы раненый старший мог опереться на него. Тем не менее Хан, от такого габаритного тела едва ли стоял сам на ногах. —Боже, какой ты... — Джисон оторвался на полу слове, решаясь хотя бы раз воздержаться от своих "добрых" комментариев поудобнее поправляя себе на плечо чужую руку, чтобы буквально тащить на себе вампира было хоть чуть-чуть легче. —Какой? — отвечал Ли, усмехаясь, и не смотря на то, что он мог и сам дойти, уже из принципа опираясь на Хана так, чтобы тот продолжал пыхтеть себе под нос. —Тяжёлый, блять, как слон! — прошипел Джисон, все же подмечая про себя, что проще скинуть этого придурка здесь и оставить помирать, чем дотащить. К счастью, добраться до комнаты Ли наконец получилось. Хотя вряд ли это назовешь "комнатой". В отличие от жилых помещений работников, больше схожих на большое общежитие, Минхо, естественно, жил в большом помещении с собственной спальней, отдельным кабинетом, кухней и ванной, что больше смахивало на апартаменты внутри особняка. Хан уже давно перестал этому удивляться, лишь молча закатывая глаза. Оказавшись внутри, Джисон, заметив, что Минхо все это время очень даже спокойно мог передвигаться самостоятельно, в целях сохранения самообладание отправил его с глаз долой в комнату, пока Хан найдет аптечку и самостоятельно зашьëт вампира. Рыться по всему дому долго не пришлось. Небольшая сумка с лекарствами, большую часть которой заполняли принадлежности для бинтования, лежала на самом видном месте. Минхо явно не в первой разбираться со своими травмами самому. Стоило Джисону зайти в спальню, Ли уже расселся на краю большой двухспальной кровати, которая выглядела безумно удобной для сна. Хотя, разве вампирам нужен сон? Хан поставил аптечку на тумбу около кровати, где уже горела небольшая настольная лампа, погружая темную комнату в мягкий золотой свет. Пока Джисон перебирал лекарства, бинты и дезинфицирующие средства, он все же спросил: — Зачем тебе такая кровать? Вампирам вроде не нужен сон. На этот вопрос Минхо лишь слегка склонил голову вбок, щурясь, словно кот, а на губах мелькнула слабая ухмылка. — Она не для сна. Джисон сначала озадаченно нахмурился, а затем, когда пришло осознание, он выпрямился, смотря на Минхо как на человека с самым отвратительным чувством юмора. Хотя, так и есть. — Очень смешно. А теперь... — Хан, держащий в руках бинты, перекись и несколько ватных дисков, взглянул на Минхо и подошёл к нему почти вплотную, — Раздевайся. Брови Ли слегка приподнялись, скорее выражаясь как принятие намёка, нежели просьбу освободить место раны от лишней ткани. Но, увидев его реакцию, Хан, не на секунду не задумавшись, дал старшему добротный подзатыльник. — Придурок... Я по-твоему как тебе плечо обработать должен?! Телепатически? — шикнул Хан, раскладывая рядом все нужные ему предметы, пока Минхо, лишь усмехнувшись, начал постепенно расстегивать свою рубашку. Не смотря на боль в руке, он довольно быстро и легко смог избавиться от ненужного верха. Хан, который будто бы занят распечатываением упаковок, все же невольно поглядывал на Минхо. На рельефные мышцы, словно выточенные из камня. Сильные плечи, накачанные бицепсы и широкую грудь. Джисону пришлось постараться, чтобы зациклить взгляд на ране, кровь из которой уже не текла так сильно, да и как оказалось, Хан думал, что будет хуже. Он вовремя успел на помощь. Понимая, что стоя обрабатывать рану будет уж очень непросто, Джисон решил не церемониться и уж тем более не ломать свою спину, сгибаясь над Минхо. Положив руки на плечи Ли, Хан ловким движением расселся на его бёдрах. Вампир немного не ожидал такого, но его руки, словно инстинктивно легли на талию Джисона, давая тому сесть удобнее. Уперевшись коленями в матрас, чтобы быть слегка выше Минхо, Хан, одной рукой уже держащий в руках небольшую ватку, смоченную дезинфицирующим средством, а другой упираясь в здоровье плечо Ли, невольно опустил взгляд. От вида того, как Минхо дышит ему в ключицу, а венистые руки вампира обвили его тонкую талию, у Джисона невольно стянуло в низу живота. Он сразу же слегка помотал головой, пытаясь сосредоточиться на обработке, а не на идиотских мыслях. Пальцы Джисона осторожно касались раны, собирая капли крови, обрабатывая края пореза, иногда специально дуя на рану, чтобы не было больно, хотя судя по абсолютно невозмутимому лицу Минхо и этому наглому взгляду, который скользит по телу младшего, ему было абсолютно плевать на едва ощутимый дискомфорт. Пока Джисон был погружен в процесс лечения, Ли медленно отогнул пальцем край шёлковой кофты, которая была на пуговицах, после чего уткнулся кончиком носа в изгиб шеи парня, вдыхая его безумно приятный, человеческий запах. Его глаза невольно прикрывались, а от безумного желания вонзить клыки в медовую кожу срывало голову. Хан смог обратить внимание на эти касания лишь тогда, когда холодные губы вампира мягко коснулись его ключицы, а затем у основания шеи. Поцелуи ощущались словно разряд тока, который не давал сосредоточиться. — Только... Только попробуй меня укусить. Я выбью тебе твои клыки. — шикнул Хан, вздыхая, кое как продолжая протирать рану специальным раствором. — Почему? — вопрос прозвучал так тихо и, скорее, разочарованно, что Джисон на секунду действительно сам задался этим вопросом, но все же здравый смысл взял верх. —Ты что, убить меня хочешь? Если ты прокусишь мне сонную артерию?! Или я вообще вампиром стану! — тут же начал возмущаться Сон, на что получил лишь тихий смешок. Руки младшего умело накладывали удобный бандаж, перематывая рану, пока вампир, кажется, вовсе забыл, чем они занимаются. Его губы продолжали оставлять короткие и едва ощутимые поцелуи на открытой части плеча. Хан, не в силах заставить Ли остановиться, кое как смог закончить перевязку, затягивая узел на бинте. Стоило ему убрать руки от больного плеча, все его мысли наглухо занялись чужими касаниями. Хан уже хотел оторваться и наконец встать, чужие руки уверенно легли на его поясницу и резко прижали ягодицы Джисона к бёдрам Ли. Парень не успел и возразить, как губы Минхо впились в его шею, всасывая кожу, от чего, вероятно, останется бордовый след. Глаза младшего на секунду расширились, а чтобы сдержать непристойный звук пришлось закусить губу. —Минхо, Господи... Что ты делаешь? — процедил Хан на выдохе, слегка сжимая пальцы на плечах Ли, пытаясь не сделать больно. —Я просто очень скучал. — ответ вышел слишком откровенным и честным, особенно в совокупности с тем, как старший сейчас дышит ему в изгиб шеи, а шепот кажется до неприличия интимным. Руки Минхо скользнули под чёрные одеяния Хана, касаясь холодными пальцами горячей спины, заставляя Джисона протяжно выдохнуть, стискивая зубы от контраста температур. Одна рука вампира начала ловко расстегивать верхние пуговицы кофты, чтобы полностью освободить острые плечи парня от всех слоев одежды. Скинув края ткани до самых предплечий, Минхо, уже не спрашивая разрешения, осторожно наклонился, и, пользуясь моментом, пока Хан не понимает, что происходит, осторожно вонзил свои клыки куда то между плечом и шеей. Джисон почувствовал сначала острую боль, а затем столь странное и неожиданное приятное ощущение, от которого голова шла кругом. Хан надрывно застонал, впиваясь ногтями в плечи Ли, зажмуривая глаза. Кровь Джисона для Минхо была как мед. Вязкая, сладкая и безумно желанная. Вынув клыки, вампир осторожно зализал языком две маленькие ранки, наконец поднимая взгляд на Джисона, который, кажется, уже поплыл. Далеко не от укуса. Минхо лишь усмехнулся, после чего впился в губы младшего так жадно и отчаянно, будто в последний раз. Его пальцы сжимали талию до красных отметин, в то время как руки Хана поднялись выше, обвивая шею Ли, отвечая так же уверенно. Они сминали губы друг друга так, будто хотели показать все эмоции, все чувства, все желание, которое копилось в них столь долго. Языки сплетались вместе, иногда задевая острые клыки Ли, что лишь предавало острых ощущений. Отстранившись лишь для того, чтобы отдышаться, находясь по прежнему друг от друга в паре сантиметров, Минхо посмотрел в эти затуманенные карие глаза напротив, на влажные и пухлые губы, на красные щеки... И слабо усмехнулся. Наклонившись ещё ближе, будто желая прошептать прямо в самые губы Джисона, Ли проговорил так, что у младшего пошёл табун мурашек по спине: —Ты — мой, Маргаритка.