пока ты есть

      Конни сел на стул за стойкой ресепшена — вытер лицо ладонями.       Стёр с него — пару недобрых взглядов.       Сковырнул — тот, что с надеждой.       Такие здесь присасываются намертво.       Успевай только отдирать.       Первый месяц получалось хреново.       А потом — начал понемногу забывать имена.       Те, что приходили полгода назад, уже мертвы.       Или ещё живы?       Может       не то чтобы в центре вели учёт       живут где-то далеко на побережье.       Как однажды       не то чтобы я вёл мечтаниям учёт       будем с тобой мы.       Не переживай. Я никому — ни слова.       Ведь если скажешь — не сбудется.       Или к этому моменту мы уже будем мертвы.       Как нам обещала одна гадалка через три улицы от нашей.       Помнишь?       Не то чтобы я вёл учёт предсказаниям…       Пик рядом шуршала бумагами — хлопнув пузырьком жвачки о крупные передние зубы, куда-то ушла.       Пик осторожная. Показывает, как надевать гондоны на член, и раздаёт визитки.       Иногда — помогает собирать справки.       Конни — тоже.       Только неосторожный.       Всё равно что босиком бродить по калёным докрасна углям.       Пока, словно йога, не обожгли.       Но знаешь       не то чтобы я вёл учёт мыслям       я как-то об этом не думал.       Если окунаться в разум — можно там застрять.       Мой — болото.       А что творится в твоём       какая трясина под ряской       боюсь представить.       Центр открылся на первом этаже заброшенного офисного здания — незадолго до прихода Конни.       Этот — третий.       Сколько их ещё будет?       В четвёртый       не то чтобы я вёл учёт…       точно не пойду.       Сколько ни три лицо — а все взгляды с надеждой не отдерёшь.       Я боюсь смотреть на себя в зеркало по вечерам.       Как — смотришь ты?       — Извините… — промолвили над его головой.       Конни поднял взгляд.       Крепкий блондин и парнишка — на пару голов ниже.       Скрестил на груди руки — словно пришёл не с ним. Или — привёл.       Так, посмотреть.       Осмотреться.       Прикинуть, сколько осталось.       Нам — и дней до закрытия.       — Привет. Чем могу помочь? — спросил Конни, переведя взгляд на блондина.       — С вами можно проконсультироваться?       — Мы для этого и существуем. Насчёт чего?       — Тут кое-что…       Он примолк.       Чернявый парнишка отвёл взгляд.       Голос Пик доносился из холла — она что-то втирала пожилому мужику с аккуратной стрижкой.       Конни вдохнул       поднявшись из-за стойки — оглядел их обоих       заострил взор на блондине.       — У кого-то из вас нашли антитела? — спросил.       Они переглянулись.       — Не переживайте, — попытался улыбнуться Конни, — тут ни у кого секретов нет.       — У обоих, — рубанул парнишка.       — Вы… ходили в 86? Узнавали что-то? Консультации или…       — Не можем пока попасть, — поджал на миг губы блондин. — Говорят, там народу как сельди в банке и приём новых пациентов…       — Вам нужно… это… подать жалобу на медицинскую организацию, — принялся рыться в бланках на столе Конни. — Они там охренели совсем. И не вправе отказывать в ока…       — Мы не за этим пришли, — вновь отсёк парнишка.       По голосу показалось — он старше.       Просто молодое лицо.       Конни пересёкся с ним взглядами.       Этот — не прилепит свой с надеждой.       Впечатает такой — что в зеркало посмотришь только наутро.       Мылом не смоешь. Легче не станет.       — Мы про вас слышали от знакомых. Подумали, вы можете помочь, — продолжил за него блондин. — Они сказали про какой-то экспериментальный пре…       — Но у нас не клиника, — выпрямился Конни. — Мы типа волонтёрский центр. Просто доносим информацию до… и, ну, тех, кто хочет… избежать заражения. Приходите вечером на беседу. В семь часов.       — С собой нужно что-то брать? Результаты или…       — Нет-нет, — помотал Конни головой — перевернув бланк изнанкой, зубами сорвал колпачок с ручки, зажав коренными. — Ка-ва-жапишать?       — Эрвин. Эрвин и Леви, — опустил взгляд блондин на изнанку листа. Шепнул: — Мы с таким первый раз… ну…       Конни посмотрел на него, вынув колпачок, — соскрёб его взор со щеки ладонью.       Пристанет надежда.       Как я взгляну на себя в зеркало вечером?       — Мы тоже, — признался он с коротким вздохом. — Приходите в семь. Просто поговорим… обо всём.       — Спасибо, — улыбнулся Эрвин — развернувшись, поспешил взять Леви за руку.       Конни насмотрелся всякого. Не то чтобы вёл учёт…       Но ты тоже держишь меня за руку — даже если она в крови.       Это страшнее, чем какая-то болячка.       Даже если проглатывает жизни не отплёвываясь.