Точка невозврата

      В ресторане было уютно и немноголюдно. Галина с удивлением обнаружила, что действительно голодна. Борщ действительно оказался великолепным. Они говорили о пустяках: о новом деле, о том, что у Ивана опять сломался компьютер из-за какой-то новой игры, о том, что Лисицын купил себе дурацкую шапку с помпоном.              Напряжение постепенно отпускало её плечи. Николай был идеальным собеседником: внимательным, но ненавязчивым. Он просто был рядом.              Когда им принесли чай с десертом, Галина сама нарушила негласное табу.       — Знаешь... — она помешивала ложечкой сахар, глядя в чашку. — Я сегодня видела девочку в парке. Лет пяти. Она кормила голубей и смеялась так... чисто. Беззаботно.              Николай замер, боясь спугнуть момент.       — И что?              Галина подняла на него глаза. В них больше не было паники или злости. Только глубокая, бесконечная усталость и какая-то новая, тихая грусть.              — И ничего. Просто подумала... что я забыла, как это бывает — смеяться беззаботно. Всё время кто-то кого-то убивает, кто-то пропадает... Кругом только боль и грязь.              Она отложила ложку.              — Я боюсь не того, что ребенок будет мешать работе. Я боюсь принести эту грязь в его мир. Понимаешь? Я не смогу защитить его от того ужаса, который вижу каждый день. Я буду обнимать его по ночам и думать о том, как какой-то психопат расчленяет жертву в подвале.              Николай накрыл её руку своей ладонью на столе. Его рука была теплой и надежной.              — Галя... Ужас есть везде. Даже если у нас не будет детей, он никуда не денется из твоей головы. Но ребенок... он учит другому. Он учит видеть свет сквозь эту грязь. Ради этого света мы и работаем.              Галина смотрела на их сплетенные руки. Она чувствовала его поддержку так остро, что к горлу подступил комок.       — Ты всё продумал? — тихо спросила она.              Николай чуть сжал её пальцы.       — Нет. Я просто люблю тебя и верю в нас.              Она слабо улыбнулась уголком губ — впервые за долгое-долгое время по-настоящему искренне.              — Ладно... Давай доедим этот десерт. А то он выглядит слишком вкусным для такого мрачного вечера.              Николай улыбнулся ей в ответ с такой нежностью и облегчением, что у неё защемило сердце. Он выиграл не битву. Он выиграл маленький бой за её душу сегодня вечером. И Галина вдруг поняла страшную вещь: его тактика «тихой осады» работает гораздо эффективнее любых криков и требований. Он просто любил её и ждал, пока её собственная броня не даст трещину от усталости и одиночества.