Тому, кто научил меня смеяться

Мы выбежали из ворот Хогвартса, и Фред, не отпуская моей руки, громко расхохотался. — Ну что, Миранда, — он обернулся, глядя на замок, который теперь казался таким далёким и в то же время бесконечно родным, — прощай, школа! Здравствуй, свобода! Джордж, запыхавшийся и раскрасневшийся, хлопнул брата по плечу: — Идём! У нас ещё куча дел: найти помещение, договориться с поставщиками, развесить плакаты… — И не забыть отпраздновать, — добавила я. Косой переулок встретил нас суетой и шумом — но это был другой шум, не тот, что в Хогвартсе под властью Амбридж. Здесь звенели монеты, кричали торговцы, смеялись дети, а в воздухе пахло свежеиспечённым хлебом и магией. — Вот оно, — Фред остановился перед небольшим зданием с облупившейся вывеской «Магические мелочи». — Это то, что нужно. — Ты уверен? — Джордж скептически поднял бровь. — Оно выглядит так, будто вот‑вот рухнет. — Зато у него есть характер, — Фред подмигнул. — И место отличное: рядом «Флориш и Блоттс», напротив — кондитерская. Люди будут проходить мимо и не смогут устоять. — А если не смогут устоять, то купят, — закончила я. Близнецы переглянулись и одновременно расхохотались: — Она уже думает, как настоящий бизнесмен! — воскликнул Джордж. — Или как настоящий Уизли, — добавил Фред, беря меня за руку. Следующие несколько часов мы носились по переулку, договариваясь с поставщиками. — Нам нужны: красители для фейерверков, редкие травы для зелий, упаковка с волшебными надписями, и, конечно, коробки для «Анти‑Амбриджских леденцов», — перечислял Фред, сверяясь со списком. В лавке мистера Олливандера нам повезло: старый мастер согласился дать скидку за «юный дух предпринимательства». — Помню ваших родителей, — улыбнулся он. — Они тоже когда‑то начинали с малого. Удачи вам, молодые люди. К вечеру мы вернулись к будущему магазину. Фред достал волшебную палочку: — Итак, первый мазок! Он начертил в воздухе руну, и старая вывеска «Магические мелочи» вспыхнула и сменилась новой: «ВСЕВОЗМОЖНЫЕ ВОЛШЕБНЫЕ ВРЕДИЛКИ УИЗЛИ» Буквы переливались всеми цветами радуги и подмигивали прохожим. — Идеально, — выдохнула я. — Осталось только наполнить его магией, — Джордж хлопнул в ладоши. — Приступаем! Мы распаковывали коробки до глубокой ночи. Фред развешивал гирлянды из разноцветных шаров, которые при прикосновении издавали забавные звуки. Джордж расставлял витрины с «Конфетами смеха» и «Слезой единорога». Я раскладывала брошюры с описанием новинок и развешивала плакаты: «Устали от скуки? Приходите к Уизли!» «Амбридж не пройдёт!» «Смех — лучшее оружие!» Когда всё было готово, мы отошли на шаг и оглядели результат. — Выглядит… по‑нашему, — улыбнулся Фред. — По‑безумному, — уточнил Джордж. — По‑волшебному, — добавила я. Мы сидели на пороге магазина, уставшие, но счастливые, и смотрели, как над Косым переулком зажигаются первые звёзды. — Знаешь, — Фред повернулся ко мне, — я думал, будет страшнее. Уйти из Хогвартса, начать всё с нуля… — Но? — я улыбнулась. — Но с вами рядом это кажется не таким уж страшным. Джордж фыркнул: — О, только не начинайте снова эти романтические вздохи! Давайте лучше решим, что будем продавать первым делом. — «Дымовые сердечки», — предложила я. — В честь нашего побега. — Продано! — Фред хлопнул в ладоши. — Завтра открываем магазин. И пусть весь мир знает: Уизли вернулись — и они не одни. Он взял меня за руку, Джордж положил ладонь на плечо брата, и мы втроём смотрели на светящуюся вывеску, которая теперь была не просто названием магазина.