Тому, кто научил меня смеяться

Элиана сидела в уютной гостиной дома Лины и Джорджа, сжимая в руках чашку тёплого чая. Она глубоко вдохнула, собираясь с силами, и начала говорить — на этот раз раскрывая самую невероятную часть своей истории. Рядом с ней на диване сидели Джордж и Лина, внимательно глядя на неё. — Вы думаете, что я согласно с ума? — она подняла глаза на друзей. — Но всё сложнее. Гораздо сложнее. Джордж и Лина переглянулись, но промолчали, давая ей договорить. — Я не всегда была Мирандой, — продолжила Элиана. — Я попала в прошлое. В тело Миранды. Я жила её жизнью, училась в Хогвартсе, дружила с вами… и полюбила Фреда. Лина невольно ахнула, прижав ладонь ко рту. Джордж замер, не сводя с неё внимательного взгляда. — Это звучит безумно, — голос Элианы дрожал, — но это правда. Я помню свою прежнюю жизнь — до Хогвартса, до всего этого. Помню другой мир, другие времена. А потом — раз, и я в теле Миранды, с её воспоминаниями, но со своим сознанием. Она сглотнула и продолжила, глядя в одну точку: — Я жила так несколько лет. Стала частью вашей жизни, сражалась рядом с вами. А потом… потом была битва за Хогвартс. Я погибла в Большом зале. Почувствовала удар проклятия, боль, темноту… А потом очнулась в своём теле, в своей кровати. Подумала, что всё это был сон. Долгий, реалистичный сон. Элиана подняла глаза на Лину и Джорджа — в них стояли слёзы. — Но потом я увидела Фреда живым. И поняла: это не было сном. Всё было по‑настоящему. В комнате повисла долгая тишина. Джордж медленно провёл рукой по лицу, пытаясь осмыслить услышанное. Лина первой нарушила молчание: — Путешествие во времени… — прошептала она. — Это невероятно, но… знаешь, теперь многое становится понятным. — Что ты имеешь в виду? — Элиана с надеждой посмотрела на неё. — После битвы Миранда действительно изменилась, — сказал Джордж. — Фред рассказывал, что она ничего не помнила о времени, проведённом с нами. Совсем ничего. Боялась нас сначала, не понимала, почему мы так к ней добры. Но постепенно оттаяла, начала дружить с нами… — Я пыталась рассказать Фреду правду, — тихо произнесла Элиана, и её голос задрожал. — В тот день, когда он поймал меня в магазине… Я всё ему выложила — про путешествие во времени, про то, как я погибла в битве и очнулась уже как Элиана. Но он не поверил. Решил, что я сошла с ума. — Фред? — нахмурился Джордж. — И что он сделал? — Он разозлился, — Элиана опустила глаза. — Сказал, что я выдумала всю эту историю. Попросил меня уйти. А на следующее утро я увидела его с Мирандой… Они стояли у прилавка, смеялись, обсуждали какие‑то изобретения. Он смотрел на неё так… так, будто она — весь его мир. Её голос сорвался, и она замолчала, с трудом сдерживая слёзы. — И ты подумала, что они вместе, — мягко закончила за неё Лина. Элиана кивнула. — Да. Я решила, что Миранда — это та, кого он действительно любит. А я… я просто призрак, ошибка времени. И тогда я пошла в Лютный переулок. Хотела закончить всё. Джордж встал и обнял её за плечи. — Ты больше не одна, — твёрдо сказал он. — Мы с Линой рядом. Мы поможем тебе разобраться во всём этом. — Да, — Лина взяла её за руку. — И знаешь что? Возможно, это звучит странно, но я благодарна той силе, которая привела тебя к нам. Ты — часть нашей истории, неважно, как и когда ты появилась в ней. — Получается, — медленно произнёс Джордж, — когда ты «погибла» в битве, твоё сознание вернулось в своё время и тело, а сознание настоящей Миранды вернулось в её тело? — Видимо, так, — кивнула Элиана. — И она продолжила жить, ничего не помня о том, что происходило со мной в её теле. — Теперь я понимаю твою боль, — тихо сказала Лина. — Ты потеряла всё дважды: сначала Фреда, когда вернулась в своё время, а потом снова, когда встретила его здесь, но он тебя не узнал. И когда решил, что ты сумасшедшая… — И ты думала, что сошла с ума, — добавил Джордж. — Все эти воспоминания, сны… Теперь они имеют смысл. Элиана закрыла лицо руками, плечи её затряслись от беззвучных рыданий. — Я так устала, — прошептала она. — Устала быть между мирами, между жизнями… — Давай начнём с малого, — предложил Джордж. — Сначала ты придёшь в себя. Отдохнёшь. Привыкнешь к мысли, что ты не сумасшедшая, а просто… необычная. — А потом, — подхватила Лина, — мы придумаем, как быть дальше. Может быть, найдём способ помочь тебе восстановить связь с Фредом. Или создадим новую связь — уже как Элиане. Элиана глубоко вздохнула и впервые за долгое время почувствовала, что может выдохнуть. — Спасибо вам, — прошептала она. — За то, что поверили. За то, что не отвернулись. — Мы семья, — просто сказал Джордж. — А семья не бросает своих. Позже, когда солнце уже клонилось к закату, Элиана стояла у окна, глядя на Косой переулок. В душе всё ещё была боль, но теперь к ней примешивалось что‑то новое — надежда. Она повернулась к Лине и Джорджу, которые тихо разговаривали на диване, и улыбнулась — на этот раз искренне, от всего сердца. — Знаете что? — сказала она. — Я готова попробовать. Начать жить заново. Лина улыбнулась в ответ и встала, протягивая ей руку: — Тогда пойдём. У нас много работы. И много радости впереди.