Контратака пушечного мяса/炮灰逆袭之路

— Лин Сяо! Подлый трус! — Лань Вэй, осознав, что попался, принялся яростно биться на полу. Лин Сяо, с дьявольской улыбкой глядя на него сверху, взирал с самодовольным видом: — Господин Лань Вэй, прошу вас, кричите громче. Если вы привлечёте кого-нибудь, мне уже не придётся раздумывать, выдавать вас или нет. — Ты! — Лань Вэй сверлил Лин Сяо взглядом, полным ненависти, словно готов был разорвать его на части. Лин Сяо с наслаждением прищурился, потом внезапно наклонился и сжал пальцами подбородок Лань Вэя. Тот вскрикнул от боли и сморщился. Лин Сяо с ледяной холодностью его оглядывал. В прошлой жизни он не раз получал побои от этого человека. Во дворец он попал тоже из-за него – потому что тот помог Мо Ци. Более того, Лань Вэй хотел его оскопить. И теперь этот человек в его руках. Не проучить его как следует – значит не уважать себя! Лин Сяо холодно усмехнулся. Посмотрев на молодое наивное лицо Лань Вэя, он задумался. Он вышел, велел евнухам удалиться и запер дверь. Затем холодным взглядом уставился на Лань Вэя. Молодой господин опешил, его смутил этот взгляд, полный недобрых намерений. Он отовинулся. Лин Сяо заметил его движение и насмешливо спросил: — Что же вы пятитесь, господин Лань Вэй? Неужели вы меня боитесь? — Я... я тебя не боюсь! — Лань Вэй с вызовом вскинул голову. Лин Сяо загадочно улыбнулся, прошёл мимо и поднял с пола меч Лань Вэя. Лань Вэй сжал губы, не понимая, что тот задумал. Он, сын канцлера, впервые был так крепко связан. Ненависть к Лин Сяо жгла его изнутри. Подумав, он пригрозил: — Лин Сяо, лучше отпусти меня. Я – сын канцлера. Если со мной что-нибудь случится, отец тебя не пощадит. Лин Сяо усмехнулся, поднёс меч к свече, подержал лезвие над пламенем и сказал: — Лань Вэй, ты что, идиот или прикидываешься? — Ты! — Лань Вэй аж позеленел от злости. Лин Сяо неторопливо грел меч: — Канцлер и знать не знает, что вы здесь. А если и знает – с каким предлогом он станет вас выручать? Стоит вашему пребыванию здесь раскрыться – и вам грозит тягчайшее преступление: ночное вторжение в императорский дворец. Лань Вэй, услышав это, досадливо закусил губу. Лин Сяо, покосившись на него, хлопнул себя по лбу, изображая внезапное прозрение: — О-о! Так вы не идиот и не притворяетесь. Просто вы считаете дураком меня. Думаете, испугаюсь – и отпущу. Но сегодня невезение на вашей стороне. Лин Сяо был напуган ещё в детстве, на меня это не действует. — Лин Сяо поднёс раскалённое лезвие к Лань Вэю и улыбнулся. Лань Вэй, услышав его слова, холодно фыркнул и отвернулся. Но краем глаза он заметил раскалённое лезвие, поднесённое к его лицу. Он нахмурился, сердце его ёкнуло. Он поднял глаза на Лин Сяо и увидел только холодную, беспощадную решимость на его лице. Лань Вэй испугался, стиснул зубы и спросил: — Лин Сяо, что ты задумал? Лин Сяо посмотрел на меч в своей руке, затем на Лань Вэя, в глазах которого начала проступать паника, и спросил в ответ: — А ты как думаешь? Лань Вэй сжал губы, размышляя, и сказал: — Лин Сяо, убить меня тебе невыгодно. Лин Сяо приподнял бровь – вот это Лань Вэй наконец сказал нечто человеческое. Действительно, убивать Лань Вэя ему было невыгодно. Лань Вэй был сыном канцлера, и к тому же единственным. Если он умрёт, канцлер не успокоится. Сейчас отношение дома канцлера к Лин Сяо было «пусть идёт своим путём». Если они узнают, что Лань Вэй погиб от его руки – станут заклятыми врагами. Лин Сяо не был настолько глуп, чтобы наживать себе такого врага. Но Лань Вэй его обижал – это факт. И раз уж попался в руки, просто так отпустить его нельзя. Лин Сяо усмехнулся, присел и потянул одежду Лань Вэя: — Не бойся, я не убью тебя. Я просто хочу сделать с тобой то же, что ты когда-то хотел сделать со мной. Лань Вэй нахмурился, пытаясь вспомнить, что же он такого сделал с Лин Сяо. Но тот не дал ему времени на размышления. Его пальцы замелькали, и он принялся развязывать пояс молодого господина. Сам Лань Вэй опешил, глядя на его движения… и вдруг до него дошло. Он ошарашенно уставился на Лин Сяо, приоткрыв рот, словно отказываясь верить. — Лин Сяо, ты собираешься… Лин Сяо, сощурившись, усмехнулся и стянул с него пояс. — Именно то, о чём ты думаешь. Лань Вэй изумлённо замер, а в следующую секунду начал неистово вырываться. — Отпусти меня! Если ты посмеешь, я тебя не прощу! Отпусти! Отпусти! Лань Вэй бился так сильно, что несколько раз отшвырнул Лин Сяо. Пока Лин Сяо не потерял терпение. Он навалился на него сверху, одной рукой сжимая меч, другой разрывая одежду, все же стянул с него штаны. Холод внизу заставил Лань Вэя замереть. Он оглянулся на Лин Сяо, глаза его были полны изумления. Лин Сяо, воспользовавшись моментом, запихал разобранные штаны ему в рот. — М-м-м… — замычал Лань Вэй, сверля Лин Сяо взглядом, полным ненависти. Теперь штаны Лань Вэя были стащены, внизу он был совершенно голым, и лишь полы верхней одежды едва прикрывали его сокровенное место. Это было унизительно. Он закусил кляп и забился ещё отчаяннее. В исступлении он попытался ударить Лин Сяо головой. Тот вскрикнул от боли, схватился за голову и отшатнулся. Лань Вэй тут же пополз прочь. Лин Сяо помотал головой, приходя в себя, и, увидев отползающего Лань Вэя, холодно усмехнулся, нагнулся, схватил его и задрал полы верхней одежды. — М-м-м! — Лань Вэй яростно замычал, его рот издавал невнятные звуки. Но это не могло помешать тому, как уязвимая часть его тела обнажилась перед взглядом Лин Сяо. Лань Вэй от унижения закрыл глаза. Лин Сяо, довольный, рассмеялся: — Лань Вэй, открой глаза и посмотри: ты сделал со мной то же самое! Лань Вэй поднял веки и в упор уставился на Лин Сяо с ненавистью. Тот усмехнулся, с брезгливым видом окинул взглядом его обнажённую плоть, поднял раскалённый меч и приблизил к его детородному органу. —… — Лань Вэй принялся извиваться, не теряя ни малейшей надежды. Несколько раз Лин Сяо промахивался из-за его дёрганий. Потеряв терпение, он придавил ногой тело Лань Вэя, другой рукой схватил его за ногу и снова медленно поднёс меч. На этот раз Лань Вэю некуда было деваться. — …М-м-у… — в его мычании послышались носовые звуки. Лин Сяо взглянул на него – в глазах Лань Вэя горел огонь, но сквозь него проступала мольба. Сердце Лин Сяо сжалось, стало немного не по себе. Он слишком хорошо помнил тот момент, когда очнулся голым на столе для кастрации, когда был на волосок от того, чтобы лишиться мужского достоинства. Сейчас страх Лань Вэя был таким же, как и его тогда. Но как только Лин Сяо вспомнил свой ужас, а заодно и своё нынешнее нелепое положение главного евнуха – жалость исчезла, уступив место ненависти. Он холодно усмехнулся и всё же приблизил меч к жалкому достоинству Лань Вэя. Раскалённый меч жёг. Лань Вэй дёрнулся от боли, замычал, но лезвие уже почти коснулось его плоти. Он зажмурился, и из уголков глаз стекли две прозрачные слезы. ***** Примечания переводчика: Ух, чет Лин Сяо разошелся, он в этой главе буквально: ( ＾▽＾)っ✂╰⋃╯