Имитация

Двумя неделями ранее Ноа Шнапп проснулся в своем номере отеля Four Seasons в Монте-Карло, плавно выныривая из объятия сладкого сна, будто всплывая с глубины теплого моря. Его сознание вернулось не резко, а мягкими волнами.   Сначала приходило ощущение уюта мягкого одеяла, обволакивающего его тело, словно пушистое облако, а затем легкое прикосновение солнечного луча к щеке.   Он сделал первый утренний вдох — и кажется, будто воздух стал чище и слаще за прошедшую ночь. В нём смешались едва уловимые ароматы: запах свежего постельного белья, нотки лаванды от букета сухоцветов на тумбочке и мускус собственного тела.    Он потянулся — медленно, с наслаждением, вытягивая руки над головой, чуть прогибая спину в пояснице. Это движение отдалось внутри приятной волной тепла и лёгкости, словно он только что завершил сеанс массажа, а не проспал восемь блаженных часов.   Постепенно открывает глаза. Комната уже вовсю залита мягким утренним светом. Где-то за окном раздаётся щебет птиц — не назойливый, а мелодичный, будто специально подобранный для его пробуждения.   Переворачивается на бок, ещё на мгновение задерживаясь в полудрёме, и чувствуя, как остатки сна тают, сладко причмокивает губами.    Он не планировал сразу вставать, хотел еще немного поваляться, но легкий, едва уловимый стук в дверь сразу вернул его в реальный мир.  Нехотя поднимаясь с кровати, он протер сонные глаза, потянулся за махровым белым халатом и, накинув его на плечи, не подвязывая, направился открывать.    Незваный гость не вбежал, а стремительно ворвался, но бесшумно, как хищник. Почти в таком же одеянии, завлекая его в свои объятия и чуть приподнимая на весу, захватив в кольцо своих жилистых рук.   - Доброе утро, Ноа, - он выглядел очень радостным и от него приятно пахло гелем для душа.   - Артур?? С ума сошел??? А если кто-то тебя заметил???   - Я был очень аккуратным. Не переживай, - он отпускает Ноа и положив ладони на его шею, притягивается к губам.   Поцелуй выходит очень мягким, ленивым, чуть липким, от чего их губы слегка склеиваются между собой. Ноа улыбается ему в рот, закрыв глаза и в этот момент парень скидывает его халат с плеч и подхватив под бедра, сильно сжимает ягодицы и ведет их в сторону кровати.   Ноа падает на мятую постель, которая еще хранила его тепло, завлекая за собой парня и попутно развязывая его халат и скрещивая ноги на его спине, томно углубляется в его рот.    Будьте знакомы, Артур Леклер. 25-летний профессиональный автогонщик из Монако и младший брат пилота Формулы-1 Шарля Леклера.    Как так вышло? Легко.    Ноа Шнапп всегда был душой компании. Такой душой, что душа его буквально могла ходить по душам всех людей и выбивать их них все святое. Нравилось ли ему то, что он делал с людьми?   Определенно,  да.    Ему нравилось быть таким какой он есть. Брать от жизни все и довольствоваться ее отдачей. А жизнь его не то, что любила. Она его обожала и делала все, что бы наш Ноа не просто проживал день, а получал от него неистовое удовольствие.    Как и в этот раз….    Все случилось в Монте-Карло. Его кампания сделала все, что бы впихнуть его на Гран-при в Монако — самый престижный и легендарный этап чемпионата мира Формулы-1.    Он любил гонки с детства, любил эту атмосферу. Но больше всего его импанировало количество красивых гонщиков, которых он уже во всю предвкушал лицезреть своими изумрудными очами.   Ноа был истинным ценителем мужской красоты и если остальные пытались не пропустить ни одной юбки, Шнапп был готов не пропустить ни одной каски.    Он заранее продумал все до мелочей, как и всегда. Несколько особых образов от стилистов, косметика для волос, отрепетированная речь, если вдруг будут задавать вопросы по гонке и, конечно же, он обязательно возьмет с собой свое главное оружие — харизму, перед которой мало кто мог устоять, даже если и пытался.    У Ноа был четкий план — оттянуться по полной и…. возможно потрахаться.   Второй пункт был особо важным, ибо у Ноа уже месяц не было секса и это уже  начинало немного напрягать, учитывая, что до этого его было достаточно много.    Увы, огромное количество работы не давало ему времени на личную жизнь.   Единственное, о чем он лишь иногда задумывалсятак это о том, что все его связи  никогда ни во что не выливались. В основном секс был единоразовой акцией, изредка мог быть повтор спустя какое-то время, но не более.    Нет, его в целом все устраивало. Он никогда не требовал от партнера ничего большего. Но мог потребовать что угодно, находясь в одной постели.   Все как-то не складывалось в единый пазл. Либо Ноа не испытывал желания сделать шаг куда-то дальше, либо кто-то другой не видел в нем никаких перспектив. Так он и жил. От задницы до задницы. Ну и работал еще, да.    Ну так вот…. Он был вооружен до зубов и находился в каком-то особенном  приподнятом настроение, прибыв на гонки. Репортеры, камеры, знаменитые лица вокруг. За секунду до старта Гран-при воздух над трассой застыл, был словно сжатой пружиной. Двадцать болидов, похожих на приземлившиеся истребители из углепластика, выстраились на стартовой решетке.  Погас последний красный сигнал светофора. Воздух разрывал утробный, низкий рев, переходящий в пронзительный визг, а десятки тысяч тонн прижимной силы впечатывали машины в асфальт, заставляя его содрогнуться.  С паддока казалось, что земля уходит из-под ног, когда болиды с невероятным ускорением срывались с места, вздымая легкую дымку от пробуксовки колес.  Сердце Шнаппа выпрыгивало из груди от царившей атмосферы вокруг. От рева 6 литровых установок с тысячами лошадиных сил под капотом. От постоянного внимания к собственной персоне и от того, как чертовски сексуальны эти гонщики в своих узких комбинезонах.  Ух.  Все было просто прекрасным в этом месте. И Ноа был прекрасен и, в добавок, до чертиков возбужден. Когда гонка закончилась и Шнапп даже как-то умудрился взять интервью у победителя — Кими Антонелли, к нему следом подошел молодой человек с протянутой рукой, ослепительной улыбкой и таким взглядом, от которого обычно у людей напрягается в штанах.  Артур Леклер. Они были уже знакомы. Виделись пару раз. На презентации амбасадора гонок — ювелирного дома APM MONAKO, потом на вечеринке после.  Ноа еще тогда заподозрил что-то неладное. Странные томные взгляды, непринужденные прикосновения будто невзначай. Этот язык жестов он знал как свои пять пальцев и сразу считал, что Артур явно симпатизирует ему и аккуратно прощупывает почву. Что касается самого Шнаппа — тут можно даже ничего не думать. Артур был хорош собой, проявлял знаки внимания и этого было достаточно, что бы Ноа сложил все в уме и мысленно возрадовался тому, что скорее всего, этот вечер они точно проведут вместе. Так все и было.  После очередной вечеринки два полупьяных целующихся тела ввалились в номер Леклера, громко хлопнув дверью и сшибая все на своем пути.  У Ноа не было планов на этого гонщика. Артур натурал, а с ними всегда все сложно и нестабильно. Шнапп уже проходил это и не раз. Поэтому он был просто рад, что мог с кем-то, наконец, совокупиться и спустить краны.  Но как оказалось у Леклера было свое виденье на этот счет. И оно в корень не сходилось с виденьем Ноа.  Как минимум, начиная с того, что Артур вдруг объявился с утра пораньше и набросился на Ноа. И как максимум то, что потом он выдал ему в лоб. Когда их боксеры уже давно валялись где-то на полу, а номер отеля во всю заполоняли тяжелые стоны, нарушая утреннюю тишину, Артур был уже близок к оргазму, грубо сжимая шею Шнаппа со спины, пока тот выгибаясь резким толчкам уже плавился как мороженое. Руки Ноа блуждали по собственному телу, а свободная рука Артура сжимала его член у головки, нежно лаская большим пальцем крайнюю плоть.  Не смотря на то, что Леклер натурал, он был очень неплох в сексе с геем. Хотя, в целом, ничего особенного там нет. Принцип +/- тот же. Но не все натуралы любили стимуляцию руками и не все натуралы любили предварительные ласки. Артур, на удивление, оказался приятным исключением.  Ноа кончил ему в руку, уткнувшись губами в его шею.  Артур кончил только спустя 5 минут на спину Шнаппа.  Очень любезный.  Их липкие тела еще некоторое время дрожали, а грудные клетки то вздымались, то падали. И в этом сбивчивом, глубоком ритме считывалось напряжение недавней страсти, медленно перетекающее в умиротворение. Они оба легли на кровать, на спину, уткнувшись в потолок, приводя дыхание в норму. Ноа не хотел говорить. После секса он любил полежать в тишине и возможно потом задать какой-нибудь глупый вопрос не на тему прошедших утех. Но Артур был, походу, более серьезным человеком.  - Ноа…. - Ммм? Француз нащупал его руку и переплел их пальцы. Ноа от этого неожиданного жеста слегка дернулся.  Когда последний раз его брали за руку после секса? Никогда.  А дальше так вообще началось что-то из разряда весьма удивительного.  - Ты мне нравишься. ЧТО, БЛЯДЬ? - Эээ…. Ты тоже мне симпатичен, Артур. - Нет, ты не понял меня. Ты мне тоже симпатичен, но ты мне нравишься как парень, не только внешне….Понимаешь? Интересно, как за несколько дней Леклер мог разглядеть его нутро и выдать такое. Ноа не был готов к этой информации и на секунду даже растерялся. - Я гей. - Я знаю. - Ты нет. - Спасибо, что напомнил. - Тебе не кажется это немного странным? - То есть тебя не смущают случайные перепихоны без продолжения? - Меня смущает, что ты натурал и говоришь мне все это. Артур развернулся к нему и лёг на бок, вырисовывая на груди Ноа узоры подушечкой среднего пальца. И выглядело это как-то немного по-гейски - Если тебе было хорошо со мной, а мне с тобой. Почему бы…. Не повторить это снова? - Если ты про секс, то я…. в целом… не против. - А если не только? Ноа смотрел в его глаза и не знал, что сказать. Потому что не был уверен, хотел бы он чего-то с этим французом или нет. В любом случае ему с ним было хорошо, да и в целом партия весьма неплохая. Расчертив в голове лист бумаги на два столбца он уже во всю собирал все за и против, но Леклер не дожидаясь ответа, потянулся к его уху и прошептал: - Подумай над этим, ладно? Ноа молча улыбнулся и кивнул в ответ. Он не готов был так скоро ответить на этот вопрос, который и без того поставил в неловкое положение. 

*****

За две недели многое изменилось.  Шнапп продолжал еще чаще колесить по миру. Но теперь в довесок к работе шел гонщик-француз, с которым они продолжали общение и который походу начинал медленно и верно подкатывать к нашему Ноа. А тот сам не знал, что хотел, но принимал его ухаживания и иногда даже чувствовал себя возможно, немного…. Счастливым? Бред. Не чувствовал. Все вроде складывалось неплохо. Но в душе у Шнаппа было как-то очень неспокойно. Такое ощущение бывает, когда вроде бы ты имеешь все для полноценного счастья, но это просто ширма. Представьте идеальный пейзаж, написанный художником? В нем безупречно всё: яркие краски, идеальная композиция, четкие мазки. Но чем дольше ты смотришь на этот холст, тем отчетливее понимаешь, что в нем нет жизни. Это просто застывшая, безмолвная картинка, в которой невозможно согреться или сделать глоток настоящего воздуха.  Так и его жизнь: идеальная снаружи, вдруг сталаабсолютно статичной и бездушной внутри.  Но что более странно, ведь это ощущение он словил именно после того, как впустил в свое пространство Артура Леклера. Нет, он был славным парнем. Они каждый день созванивались, отправляли друг другу романтические смс и даже успели разок пересечься в Милане. Артур вылетел к нему первым же рейсом, бросив все дела.  У них был дивный секс, даже лучше, чем до этого. Видимо наш Леклер прошарил тонну литературы на этот счет. Все было прям сильно хорошо. Так сильно. Что…. плохо.  Какая-то ёбаная имитация счастья.  То ли он был не готов к серьезным отношениям, потому что никогда в них не был, а теперь психика бессознательно сопротивлялась.  То ли Артур не был ему на столько интересен, что бы перешагнуть через себя и позволить ему стать еще ближе. Складывалось ощущение, что француз ворвался в его размеренную беззаботную жизнь и беспардонно нарушил ее баланс.  И казалось особенно подозрительным — как быстро все-таки все произошло. Будто бы своим провокационным вопросом, Артур заведомо поставил крест на их связи.  Помолчал бы он с месяц другой, то может быть Ноа к нему все-таки проникся? Как знать…. Как знать….  

****

Шнапп, наконец, вернулся домой, с грохотом закатив чемодан в прихожую.   Нью-Йорк. Его любимый город. Здесь он будто чувствовал себя в особой безопасности. В кармане тут же завибрировал телефон, не успел он стянуть кросовки. Смс. Arthur Leclerc: 3:15 p.m Ты добрался? Все хорошо? Noah: 3:16 p.m Да, только зашел.  Следом звонок по face time. Лучезарное лицо гонщика растянулось на весь экран. - Привет, Ноа! - Привет! - Не мог сдержаться, что бы не набрать тебя. - Мы говорили в аэропорту час назад. Какой ты нетерпеливый. - Да, есть немного. Извини. Просто хотел тебя увидеть. Какие планы на день? - Ммм…. Сегодня ноль дел, только отдых. На завтра тоже взял выходной. Нужно собрать себя в кучу, немного отдохнуть. Может быть съезжу к родителям в Скарсдейл. Об остальном особо не думал. - Я уже скучаю. - Я….тоже…, - выпалил шатен на автомате. Хотя по сути он скучал больше по сексу, чем по нему. - Ладно. Ты выглядишь очень уставшим, не буду отвлекать. Набирайся сил, вечером, можно, наберу? - Да, конечно. Без проблем, Артур. - Хорошо. Тогда до вечера, Ноа. - Пока. Шатен сбросил вызов и тяжело выдохнул, надув щеки. Он не стал разбирать чемодан, отправился сразу в ванную набирать воду и что бы скоротать время, заглянул в минибар и налил себе бокал рома. Текилла, к сожалению закончилась. Неожиданный стук в дверь прервал его маленькое дневное пьянство. Он никого не ждал, собственно никто особо и не знал о его возвращении.  - Здравствуйте! Доставка FloraFox на ваш адрес. Курьер протянул ему огромнейший букет белых роз, в которых торчал небольшой запечатанный конверт.  Ноа любезно поблагодарил, закрыл за собой пяткой дверь и глубоко вдохнул аромат цветов. А потом дойдя до дивана, аккуратно положив сие добро и взяв в руки послание, взметнул брови от удивления. Что...за? На коверте была буква А. И Ноа сразу же догадался, что к чему.  Какой романтик, ну? Внутри письмо.

«Дорогой Ноа! Желаю тебе прекрасного дня! И я все еще надеюсь услышать положительный ответ на мой вопрос, который задал тебе в Монте-Карло. Я собираюсь прилететь в Нью-Йорк в конце недели. Целую. Артур»

Шнапп кинул письмо в сторону, чуть задержав на нем взгляд, потом повернул голову и посмотрел на цветы. Чувство неприятного давления сковало грудь.  Ноа взял телефон, открыл чат с Леклером и палец замер над полем ввода. Он долго собирался с мыслями, перебирал все возможные варианты ответа, которые в корень противоречили друг другу.  «Спасибо за цветы! Очень приятно! Да, я подумал. И я не против твоего предложения» «Спасибо за цветы! Мне очень приятно. Но на твой вопрос я пока не готов дать точный ответ». Пока Шнапп собирался, сверху экрана всплыло уведомление. Ноа кинул небрежный взгляд и хотел было уже свайпнуть, что бы оно исчезло, но тут же вернулся обратно, зажал его пальцем и….замер. Finn: Голосовое сообщение:  1 мин 42сек