Проект на выживание факультетов

***

Прогулка по Хогсмиду пролетела как один вдох. Они заходили в лавки, где Драко с ироничным интересом наблюдал, как Гермиона выбирает книги, а она — как он с неожиданной для него щедростью оплачивает всё, на что падал её взгляд. Закат окрасил верхушки домов в золотой, и воздух стал прохладнее, но Гермиона почти не чувствовала этого холода, согретая предвкушением. Когда солнце окончательно скрылось за горизонтом, Драко посмотрел на часы, нахмурившись. — Черт, — пробормотал он, поворачиваясь к Гермионе. — Если мы не поторопимся, придется объясняться перед Филчем, а я сегодня совсем не настроен на светские беседы с завхозом. Пора возвращаться. Гермиона чувствовала, как внутри пульсирует решимость. Она дождалась момента, когда они свернули в пустой переулок, и, выдохнув, извлекла из сумочки сложенный пергамент с печатью директора. — Нам не нужно торопиться, Драко, — сказала она, протягивая ему бумагу. Малфой взял пергамент. Его брови медленно поползли вверх, а когда он дочитал до конца, его лицо приобрело странный, непривычный оттенок. Драко Малфой, который всегда знал, что ответить, сейчас выглядел так, будто забыл заклинание, которым пользовался всю жизнь. Он замер, глядя на неё, и его рука, державшая пергамент, едва заметно дрогнула. — Ты... это разрешение? — его голос прозвучал на октаву ниже, и он отвел взгляд, явно пытаясь скрыть легкую растерянность. — Ты использовала свое звание старосты, чтобы... чтобы мы официально остались? — Мне нужно провести исследования, Драко, — она сделала шаг к нему, намеренно вторгаясь в его личное пространство. — И, судя по всему, они требуют моего полного отсутствия в замке до рассвета. Драко издал странный звук — не то смешок, не то сдавленный вздох. Он посмотрел на нее, и Гермиона увидела нечто невероятное: кончики его ушей предательски покраснели. Великий и ужасный Малфой явно не ожидал такого прямолинейного хода от «правильной» Грейнджер. — Ты... ты сейчас очень опасна, — он попытался вернуть себе привычную маску высокомерия, но у него не очень получилось. — Ты понимаешь, что подставляешь нас обоих? Директор будет задавать вопросы, почему именно «исследования»... — Ты же сам сказал, что я люблю нарушать правила, — Гермиона улыбнулась, видя, как он нервно сглотнул. — Или ты испугался, Малфой? Драко резко сократил расстояние, и теперь их разделяли лишь сантиметры. Его руки, обычно такие властные, сейчас неуверенно коснулись её талии, словно он боялся, что она — лишь видение. — Испугался? — он криво усмехнулся, но его взгляд блуждал по её лицу, выдавая смущение, которое он так старательно прятал. — Когда ты вот так... делаешь это с такой невинной серьезностью... это сбивает с толку. — А я решила сменить тактику, — прошептала она, приподнявшись на носочки. Драко шумно выдохнул, его пальцы на её талии сжались крепче. Он выглядел почти беспомощным в своей попытке сохранить контроль. — Ну что ж, — он зарылся лицом в её волосы, глубоко вдыхая аромат, и Гермиона почувствовала, как сильно бьется его сердце. — Если ты так жаждешь «исследований»... в «Трех метлах» есть комната. И раз уж мы официально «задержались»... я надеюсь, ты готова к тому, что я не буду придерживаться академического тона. — Я на это и рассчитываю, — она лукаво заглянула ему в глаза. Драко на мгновение прикрыл глаза, пытаясь унять дрожь в руках, которая была совсем не свойственна его обычно ледяной натуре. — Мерлин, Грейнджер... ты сегодня просто невыносима, — он тихо рассмеялся, наконец обретая уверенность. — Идем. У нас есть целая ночь, чтобы ты убедилась: я могу быть гораздо внимательнее, чем любая твоя книга. Он подхватил её за руку, и хотя он всё ещё выглядел слегка ошеломленным её напором, в его шагах уже чувствовалась та самая собственническая готовность, которая говорила Гермионе: сегодня она получит всё, чего так ждала.

***

Когда они вошли в «Три метлы», Драко привычно направился к барной стойке, чтобы договориться о комнате, но мадам Розмерта, увидев их, лишь загадочно улыбнулась и указала на лестницу. — Ваша комната готова, мистер Малфой. Как и было велено. Драко нахмурился, переглянувшись с Гермионой. Он не заказывал ничего заранее. Они поднялись на второй этаж, и Розмерта отперла дверь в самый дальний, уединенный номер. Когда она распахнула её, Драко замер на пороге. Это была не просто стандартная гостевая комната. Это было пространство, словно созданное специально для их случая: мягкое приглушенное освещение, разожженный камин, создающий уют, и даже столик с двумя бокалами и легким ужином, который, казалось, ждал их здесь уже давно. Но больше всего его поразили детали: по всему периметру комнаты были расставлены свечи с успокаивающим ароматом, а на постели были разложены шелковые покрывала, которые явно не входили в комплект услуг таверны. Драко медленно обернулся к Гермионе, его лицо выражало смесь шока и чистого, неподдельного удивления. Его обычная маска невозмутимости окончательно треснула. — Грейнджер... — он сделал шаг внутрь, оглядываясь, словно пытаясь понять, не спят ли они. — Ты... ты это организовала? Через Розмерту? Когда ты успела? Гермиона, стараясь выглядеть невозмутимой, хотя внутри у неё всё дрожало от волнения, медленно прошла к центру комнаты. — Ты думал, что только ты умеешь планировать и контролировать ситуацию? — ответила она с легкой улыбкой. — Я отправила сову еще утром. Попросила подготовить всё... для нашего «исследовательского проекта». Драко стоял посреди комнаты, глядя на неё так, будто видел впервые. Его плечи, обычно напряженные и готовые к защите, наконец расслабились. Он выглядел почти беззащитно в своем изумлении. — Ты... — он снова попытался что-то сказать, но слова застревали в горле. Он прошел к столу, провел рукой по спинке стула, чувствуя мягкость обивки, и снова посмотрел на неё. — Я привык, что всё контролирую я. А ты... ты перевернула всё с ног на голову. Он подошел к ней, сокращая расстояние до минимума. Его голос стал тихим, почти неузнаваемым от хрипотцы. — Ты понимаешь, что ты сейчас сделала? Ты заставила меня... чувствовать себя гостем на собственном празднике. И, Мерлин, Гермиона... — он на секунду замолчал, его взгляд стал пронзительным и невероятно нежным. — Мне это нравится. Мне чертовски нравится, что ты проявила инициативу. Он осторожно коснулся кончиками пальцев её лица, его рука слегка дрожала. В этот момент в нем не было ни капли того «высокомерного слизеринца», каким его знали все. Только искренний мужчина, который был ошеломлен тем, на что способна эта «правильная» девушка ради него. — Ты сегодня превзошла все мои ожидания, — прошептал он, притягивая её ближе. — Если ты планировала шокировать меня, то поздравляю — ты справилась на все сто. А теперь... раз уж ты подготовила сцену, скажи, что входит в «программу исследований» на этот вечер?