Спаси меня

Гермиона завязала шарф потуже, шагая по тропинке в сторону чёрного озера. Она поблагодарила себя, что не забыла надеть шапку, потому что ветер не унимался, а снег уже успел покрыть почти всю землю. В этом году зима решила показать себя во всей красе. Через чуть меньше чем три недели будет Рождество. Эта мысль приободряла Гриффиндорку.  Снег красиво переливался, нежась в закатных лучах. Девушка невольно засмотрелась, улыбаясь.  Чем ближе она подходила к месту встречи, тем страшней ей становилось. Она не знала почему именно. То ли Гермиона переживала насчет встречи, то ли вспоминала турнир трёх волшебников, во время которого её успели окунуть в холодную воду. Девушка старалась не думать о том, что произошло по окончании последнего испытания. Однако мозг всё равно выкинул ей неприятную картину с насмерть напуганным Гарри, цепляющимся за мёртвого Седрика и кричащим о возвращении Волдеморта. Гермиона потрясла головой, пытаясь отмахнуться от наваждения. По телу пробежала мелкая дрожь. Лишь мысли о встрече с Малфоем приободрили её, прогоняя непрошеную панику. Почему она вообще волнуется? Просто прогуляется со Слизеринцем, ничего такого не случится. Однако уже первая часть мысли её смущала. Прогуляться со Слизеринцем. Год назад она бы посмеялась над этим. Сейчас это не казалось таким смешным.  За ужином Гермиона даже думала не идти сюда. Она словно предавала себя, выходя за рамки их обычных встреч на Астрономической башне и в библиотеке. Однако ноги её не послушались, и девушка, накинув тёплое тёмно-красное пальто, вышла из башни.  Гриффиндорка даже не хотела представлять лица друзей, если бы они узнали, куда она направлялась.  Девушка даже отметила, что это походило на приглашение на свидание. Нет. Нет. Нет. Это не оно. Гермиона бы не пошла с Малфоем на свидание. Хотя куда тогда она держала путь?  Сжав руки в кулачки, она продолжила идти, не желая думать о таких глупостях. Они просто немного прогуляются и всё. Это ничего не будет значить. Уже подходя к кромке озера, Гриффиндорка поняла, что её ладони вспотели.  Слева от неё раздался звук ломающихся ветвей, и Гермиона резко повернула голову, готовясь к атаке. Но это был просто Малфой.  Слизеринец своей фирменной походкой прошествовал к ней. Он был облачён в чёрное пальто, на шее красовался зелёный шарф, а на голове, в отличие от Гриффиндорки, не было шапки. Увидев это, она недовольно цокнула. — Грейнджер, — поприветствовал он её, наконец оказавшись рядом с ней. — Малфой, — ответила Гермиона, копируя его интонацию. — Я Драко, — ухмыльнулся он, слегка поправляя шарф. — А я Гермиона, представляешь? — ответила Гриффиндорка, смотря в его недовольное лицо. Он закатил глаза, слегка поджимая губы. Девушка про себя отметила, что пальто очень даже ему шло. Чёрный цвет выделял его платиновые волосы, небрежно попадающие на кристальные глаза. Они, не сговариваясь, принялись идти около кромки озера, осматривая закат. Ребята шли молча, и время от времени Гермиона переводила взгляд на Малфоя, любуясь закатными лучами, мягко падающими на его светлые пряди.  Она смотрела на озеро, пытаясь не вспоминать турнир, а лишь любоваться неспокойной гладью. На ум пришло воспоминание, как Гриффиндорка пришла сюда с Роном и Джинни, когда мальчишки поссорились, а она передавала послание Уизли Поттеру.  Гермиона вспомнила слова идущего рядом Малфоя об Астрономической башне. Как он вспоминал хорошие моменты на ней, прогоняя ужасные воспоминания. И только сейчас поняла, что сделала то же самое. Это не было отличным моментом, ведь тогда она, можно сказать, работала на два фронта, пытаясь примирить мальчишек. Однако вспомнив это, Гриффиндорка улыбнулась, чувствуя тепло от этого воспоминания. Тогда они ещё не подозревали, что Волдеморт восстанет, а через пару лет начнётся война. На этих мыслях Гермиона насупилась, складывая руки на груди. — Грейнджер, только не говори, что и вправду обижаешься, — подал голос Драко, осматривая её недовольный вид. Гермиона проронила смешок, отвлекаясь от последних мыслей. — Нет, но лучше не делай так больше, — ответила девушка, шутливо тыкая указательным пальцем ему в грудь. Малфой остановился, поворачиваясь к ней всем телом. — Почему это? — недовольно ответил Слизеринец, делая серьезное лицо. Теперь Гриффиндорка остановилась, приподнимая брови и убирая с лица попавшие на него волосы. — Как это почему, Малфой? — спросила Гермиона, возмущенно задыхаясь. Он улыбнулся, пытаясь сдержать смех. Слизеринец издевался над ней. — Не смешно, — выпалила она, поджимая губы. — Хватит ехидничать! — Ой, да ладно, Грейнджер, ты серьёзно? — Малфой закатил глаза, подходя чуть ближе. — Да ладно, да ладно, — повторила девушка, передразнивая его. — Что ты заладил! Несколько секунд он молчал, а после засмеялся, показывая свои белоснежные зубы. Не стерпев, Гермиона тоже улыбнулась, разворачиваясь и возобновляя движение. Радостный Малфой поплёлся за ней, нагоняя. Неожиданно Гриффиндорка запнулась, наступая на большой камень. Она уже приготовилась встретиться лицом с землёй, покрытой небольшой порцией снега, но почувствовала сильные руки на талии.  Драко спас её от падения, молниеносно реагируя.  Гермиона выпрямилась, хватаясь одной рукой за руку Малфоя, пытаясь удержаться. Он не убирал своих рук, заглядывая девушке прямо в глаза. Она перевела взгляд с его рук, покоящихся на её талии, на Слизеринца. Несколько секунд Гриффиндорка тупо всматривалась в его лицо. Глаза блестели, волосы светились, а губы были слегка приоткрыты. На последних она задержала взгляд. Гермиона затаила дыхание, находясь в непозволительной близости от Малфоя.  Взгляд Драко проследовал за её. Он чуть сильней сжал талию девушки. Их лица находились в нескольких сантиметрах друг от друга. Непослушные кудри девушки слегка хлестали его по лицу, развеваясь на ветру. И вдруг Малфой сократил расстояние, оставшееся между ними, касаясь её губ своими.  Несколько долгих мгновений Гермиона не двигалась. Она стояла в ступоре, пытаясь сделать хоть малейшее движение, но затем приоткрыла рот ему навстречу. Они медленно вкушали этот момент, смакуя каждую секунду. Оторвав одну руку от её талии, Драко положил её на щёку девушки, поглаживая большим пальцем. В начале поцелуй был неуверенным со стороны Гриффиндорки, но властным со стороны Слизеринца. Приоткрывая рот ещё сильнее, желая быть ближе к нему, из головы Гермионы испарились все мысли, предоставляя полный контроль её чувствам. Она впустила язык Малфоя в свой рот, разрешая ему исследовать его. Девушка чувствовала запах мяты, исходящий от Слизерина, и пыталась запомнить его. Гермиона подняла свободную руку и дотронулась до его волос, зарываясь в них. Они целовались, словно в данный момент их ничего больше не волновало. Драко посасывал её нижнюю губу, в то время как девушка издавала сладкие стоны. Он притянул её ближе, словно пытаясь слиться с ней. Внизу живота Гриффиндорки образовался комок неизвестного ей желания. Она накрывала его губы вновь и вновь, вовсе не желая отрываться. Целоваться с Драко Малфоем было приятнее, чем она вообще могла вообразить. Слизеринец зарыл свою руку, покоящуюся ранее на щеке, в её кудряшки. Он вдыхал тонкий шлейф её духов, отдающих корицей, не желая отрываться. Поцелуй перерос в страстный и желанный. Они забирали боль друг друга, распространяя её по всему телу. Второй рукой Драко водил по её талии, опускаясь ниже. Дойдя до её бедра, он немного сжал его, на что Гермиона напряглась, сводя ноги ближе друг к дружке. Малфой резко разорвал поцелуй, нехотя убирая от неё свои руки. — Я не… Прости, я не… Это… — начал испуганно тараторить Слизеринец. Гермиона медленно убрала от него свои руки. Она стояла с приоткрытым ртом, пытаясь найти в его лице причину, почему он прервал это.  Услышав его слова, на девушку словно вылили ушат воды, возвращая в реальность.  Он не… Что? Она медленно кивнула, принимая его слова. Он не хотел её целовать. Он не хотел, чтобы это произошло. Он не хотел ничего из этого. Это… Он хотел сказать ошибка?  Да, видимо и впрямь это она. В груди возникла тупая боль. Гермиона пыталась подавить её, опуская свой взгляд себе на ноги. И как только она могла поверить, что он и впрямь желал этого? Глаза постепенно наполнились непрошеными слезами, но девушка отмахнулась от них, гордо вздёргивая голову. Она не даст себя в обиду. Пусть он думает, что это её ни капельки не задело. Гриффиндорка повернулась к нему боком, даже не взглянув на него.  — Ошибка… — прошептала Гермиона, делая шаг от него. — Я поняла. После этих слов она поспешила удалиться. Хорёк кричал что-то вслед, но она его не слушала, пропуская все реплики мимо ушей. Девушка шла, не замечая ничего вокруг себя. Пройдя достаточное расстояние, Гермиона сорвалась на бег, сдерживая всхлипы и поднося руку к сердцу, пытаясь успокоить тупую боль.  Только она не знала, что Малфой хотел сказать совершенно не это. Он подумал, что перегнул палку, когда опустил свою руку ей на бедро, сжимая, поэтому хотел извиниться. Он почувствовал, как она напрягла ногу и сделал вывод, что это было слишком для девушки. Однако она трактовала это по-другому, что расстроило Драко, вызывая жжение в зоне груди.  Он кричал ей вслед, пытаясь объясниться, но Гермиона проигнорировала его, скрывшись за деревьями.  Драко Малфой так и остался стоять около кромки чёрного озера, потеряв единственного человека, который помогал ему нормально дышать в стенах Хогвартса.

***

Гермиона чувствовала себя преданной и убитой, словно из неё высосали все чувства.  Как только она могла довериться этому человеку? Девушка провела столько времени с ним, находя в нём поддержку и поддерживая его самого. И вот чем он ей отплатил.  Она ведь запрещала себе даже думать о поцелуе с ним. Однако это случилось. И ей не хотелось этого признавать, но это был самый красочный поцелуй в её жизни.  Приняв это как данность, Гермиона засунула эту мысль далеко-далеко, обещая себе не вспоминать об этом.  Весь тот прогресс, которого она сумела достичь с его помощью, стоит отметить, испарился. Девушка начала всё по-новой. Картинки битвы раз за разом появлялись в её голове, кровь мелькала то тут, то там, заставляя Гермиону чувствовать приступы тошноты, она не могла даже смотреть на друзей, она мучалась от кошмаров. Вот только кошмары по большей части не были связаны с её травмами. Ей вновь и вновь почти каждую ночь снился он. Наглый, самоуверенный, заносчивый хорёк. Раз за разом она видела его лицо во сне. Раз за разом они болтали на Астрономической башне. Раз за разом они целовались.  И каждое утро, просыпаясь, девушка осознавала, что всё это больше не реально. Он не является тем человеком, образ которого подкидывали ей сны. При пробуждении она улыбалась, но спустя несколько мгновений возвращалась в реальность, вспоминая, что она ему противна. Это не должно было её ранить. Он ей был безразличен. С какого перепугу девушка так переживала насчёт этого?  И Гермиона решила игнорировать его.  Она перестала приходить на Астрономическую башню. Она прекратила свои походы в библиотеку, что далось ей с огромным трудом. Она, по возможности, садилась к нему спиной на приёмах пищи. Она приходила на совместные со Слизерином уроки раньше всех, занимая самое дальнее от него место. Она убегала из большого зала прежде остальных. Она пыталась не ходить одна по коридорам, зная, что он не подойдёт к ней в этом случае. Она отгородила себя от него. Гермиона Грейнджер сильная девушка. Она это переживёт.

***

С того случая прошло две недели. Рождественские каникулы неумолимо приближались, что неимоверно радовало девушку. Джинни и Рон позвали её в Нору, и Гермиона, не думая ни секунды, согласилась. Там она сможет отвлечься. Хотя бы чуть-чуть. Всё равно ей некуда деваться. Коридоры Хогвартса напрягали своим молчанием. Воспоминания давили на девушку. Картины из страшных кошмаров появлялись перед глазами всё чаще. Руки дрожали в треморе. По горлу словно прошлись наждачкой. Глаза щипало. В эти дни Гермиона тщательнее накладывала чары гламура, скрывая своё истинное лицо от всего мира. Сегодня её друзья решили немного полетать на метлах после ужина, поэтому Гриффиндорке пришлось идти до башни в одиночестве. Она шарахалась каждого звука, пытаясь идти до точки назначения окольными путями. Проходя очередной поворот, девушка почувствовала руки у себя на талии. Её резко впихнули в кабинет, не давая и шанса на освобождение. Гермиона уже надумала тысячу вариантов того, кто же это мог быть. Она орала во всю глотку, вырываясь, но этот человек, закрыв ей рот, всё же затолкал её в первый попавшийся кабинет. Девушка успела разработать небольшой план нападения, вспоминая, в какой карман положила палочку. Оказавшись в закрытом кабинете, она резко вытащила родное деревко, направляя его на похитителя. Перед ней стоял Драко Малфой собственной персоной. Гермиона и не подумывала опускать руку, в которой приятно покоилась палочка.  Она сузила глаза, окидывая его подозрительным взглядом, приставляя своё орудие к его кадыку. — Грейнджер, полегче! — подал голос змеёныш, поднимая руки вверх в знак капитуляции. — Поностальгировать решила?  Гермиона долгое время молчала, испепеляя его взглядом и пытаясь проклясть его всеми знакомыми ей способами. — Блять, Грейнджер, может уберёшь от меня свою палочку? — недовольно произнёс Малфой, не дождавшись от неё ответа. Он медленно поднёс одну руку к деревку, парочкой пальцев отводя его в сторону. Гриффиндорка всё же сдалась, опуская палочку. — Какого чёрта, Малфой? — злобно выплюнула Гермиона, не сдерживая свою ярость. — Какого черта? — повторил он её вопрос, подходя ближе. — Ну извини, это не я игнорирую себя уже две недели!  Он стоял перед ней, бледный как смерть, разводя руки в недовольном жесте.  Весь его вид был ужасным. Начиная с незаправленной мятой рубашки, заканчивая огромными мешками под глазами.  — А с какой стати я не должна этого делать? — повысила голос Гриффиндорка, крепче сжимая палочку в руке. — А с какой стати ты решила, что то было ошибкой? — прокричал в ответ Малфой. Его грудь вздымалась слишком часто. — Ведь из-за этого ты меня избегаешь, да? Гермиона, быстро моргая, смотрела в его лицо, на которое падал тусклый свет. Она пыталась понять, к чему он клонит. Да зачем он вообще притащил её сюда?  С минуту Гриффиндорка молчала, поджимая губы.  — Ты сам так сказал, — проговорила Гермиона уже тише. — Прошу заметить, я так не говорил. — Но подумал!  — Сука, Грейнджер, ты даже не знаешь, что я хотел сказать!  Слизеринец подошёл слишком близко. Девушка смотрела на него снизу, пытаясь найти в его глазах правду. Платиновые волосы находились в огромном беспорядке.  — Что ты хотел сказать, а? Что ты этого не хотел? — перешла в атаку Гермиона. — Я и без тебя это поняла. Если ты привёл меня сюда, чтобы это повторить, то я в этом не нуждаюсь!  Она со всей силы, которая только была в ней, оттолкнула его от себя, пытаясь добраться до двери. Сердце колотилось, отдавая свои импульсы всему телу. Малфой успел схватить её за руку, возвращая на место и подталкивая к парте, преграждая пути к отступлению. Он положил обе руки по краям от неё, не давая и шанса сбежать. Гермиона принялась колотить кулачками по его груди, заранее убрав палочку в карман. Девушка пыталась вложить все скопившиеся в ней эмоции в эти удары.  Спустя пару минут она сдалась, понимая, что Слизеринец не собирается отпускать её. Она медленно перевела измученный взгляд на него. — Успокоилась? — спросил Малфой, приподнимая брови. — А теперь можем поговорить. Она медленно выдохнула, не понимая, чего он хочет добиться. — О чём поговорить, Малфой? — устало произнесла она, прикрывая глаза. — О том, что ты неправильно меня поняла, — медленно проговорил Слизеринец, убирая свои руки и отходя от неё на пару шагов. — И что же тогда является правдой? — с вызовом спросила Гермиона.  Малфой колебался. Девушка, не в силах более выслушивать этот цирк, обогнула его, подходя к двери. Когда она уже опустила руку на ручку, то услышала его тихий голос: — То совсем не было ошибкой. Гермиона замерла. Сердце ушло в пятки. Драко настолько искренне это произнёс, что у неё подкосились ноги. Простояв неподвижно ещё несколько секунд, она обернулась. Он стоял посередине класса, измученно глядя на неё. Девушка не знала, что отвечать. А если он врёт? Если это всё розыгрыш?  Однако по его взгляду она поняла, что ничем таким это не являлось. И это добивало её ещё сильней.  Гермиона две недели игнорировала его, думая, что это всё ему не нужно. Она думала, что он считал это ошибкой. Но Драко думал с точностью до наоборот. Её сердце радостно подпрыгнуло, пугая девушку. Она приоткрыла рот, пытаясь найти подходящие слова. Однако проблема заключалась в том, что Гермиона и приблизительно не знала, что же ответить. Слишком много чувств сейчас разрывали её. Она ненавидела его. И в то же время хотела поцеловать его.  Всё это её пугало. И она не нашла варианта лучше, чем сбежать как последняя трусиха. Резко открыв дверь, она вылетела из класса, оставляя разбитого Малфоя наедине со своим признанием. В тот момент вся её Гриффиндорская храбрость испарилась.

***

Красивый закат мягко ложился на поверхность сугробов, указывая на неминуемый конец дня.  Гермиона смотрела из окна комнаты, которую Молли Уизли предусмотрительно выделила ей, пока она находилась в Норе. Снег без передышки падал на подоконник, образовывая едва видимый слой. Девушка подставила руку, ловя снежинки и наблюдая за тем, как они медленно исчезают с неё. Гермиона перевела взгляд на подарок, лежащий поодаль, предназначающийся для важного для неё человека. У неё оставалось не так много времени, чтобы решиться отправить его, не оставив этого человека без подарка от неё. Все мысли мигом вылетели из головы, преподнося ей мальчишку с платиновыми волосами.  Несколько дней она обдумывала случившееся в кабинете. После этого они так и не встретились, разъехавшись на рождественские праздники.  Гриффиндорка копалась в себе, пытаясь найти ответы. Она хотела ненавидеть его, но не могла. И он тоже. Гермиона думала, почему же её сердце предательски бьется быстрее при виде него. Почему она хочет проводить с ним огромное количество времени. Почему ей понравилось целоваться с ним. Почему она утопает в его серых глазах. Почему ей нравятся его изящные платиновые волосы. Почему он весь ей нравится.  Почему ей понравилась последняя фраза, произнесённая им в кабинете.  Больше она не могла отрицать. Теперь она осознала.  Драко Малфой не был ей противен.  Вовсе нет. Теперь он был ей не безразличен. Придя к этой мысли, девушка, не теряя ни секунды, подбежала к подарку. Гермиона отправит его. Она взяла пустой лист и принялась писать записку, которая будет прилагаться к её презенту.  «Дорогой Драко, Я знаю, что поступила ужасно. Мне было сложно принять твои слова, но, надеюсь, ты сможешь меня понять. Сейчас же я уверена в своём решении. Поэтому прошу, прими этот подарок от меня. Я не надеюсь на твоё прощение. Не думаю, что заслуживаю его. Просто надеюсь, что ты не сильно злишься.  Я знаю, что ты сейчас хмыкнул. Твоя Грейнджер.» Зачеркнув предпоследнее слово, Гермиона рассмеялась. Она твёрдо решила, что не будет это переписывать.  Девушка взяла его подарок, прикрепляя с краю записку.  За пару дней до этого Миссис Уизли отпустила ребят в косой переулок, отмечая, что за главную у них будет Гермиона. Девушка уже докупила последние подарки друзьям, когда наткнулась на неё. В одном из магазинчиков на неприметной полочке стояла кружка. Раньше Гермиона не обратила бы на неё внимания. Кружка была белого цвета, но верхняя граница, украшенная камушками, была обведена зелёным, а нижняя, красным. Увидев это сочетание цветов, девушка сразу же подошла поближе. Кружка имела свойство менять цвет в зависимости от настроения человека. Если тебе грустно, она станет синей, если радостно, то жёлтой. Не раздумывая, Гермиона купила её.  В тот же день она упаковала её, а на коробочке оставила надпись: «Надеюсь, что когда-нибудь ты встанешь утром и не встретишь ни одного кошмара во сне, а затем решишь попить чаю и увидишь лишь жёлтый цвет.»   Снизу она пририсовала небольшие рожицы с настроением, а напротив них написала цвета, чтобы он точно понял. Гермиона тогда ещё не знала, что будет целых два дня решаться на отправку подарка. Однако сейчас она не колебалась. Девушка отдала сове подарок, надеясь на чудо. Закат не был концом. Он был обещанием рассвета, завёрнутым в золото и багрянец.

***

Ребята вернулись в Хогвартс, прощаясь с каникулами. Снега становилось лишь больше, а погода всё холоднее. Гермионе было жутко возвращаться. Она боялась не только вновь прийти к своему ужасному состоянию, которое в последнее время обострилось, но и увидеть одного мальчишку с платиновыми волосами и услышать от него слова, которые она прокручивала у себя в голове. Девушка успела накрутить себя несколько миллионов раз. Она думала, что он мог передумать, мог не только не простить её, но и полностью вычеркнуть её из своей жизни. Решив не переживать лишний раз, Гермиона принялась жить дальше. Будь что будет. В какой-то степени она сама в этом виновата. Теперь же она расплачивается неприятной болью в груди и раскрывшимися ранами. Теперь кошмары снились немного реже, однако с каждым днём состояние понемногу ухудшалось, и перед глазами чаще всплывали картины боя. Девушка старалась подавлять всё это, пока до сегодняшнего дня не произошло то, чего она старалась всеми силами избегать.  На следующий вечер после приезда Гермиона сидела в библиотеке, безудержно поправляя вьющиеся каштановые волосы. С Драко за эти два дня, к её большому сожалению, она не пересеклась. Девушка не обращала внимания на окружающих, повторяя пройденные темы. К ней неожиданно подбежала Джинни с парочкой книг в руках, а затем, объяснив, что они понадобились ей для личного задания, предложила пройтись до башни Гриффиндора вместе. Библиотека вскоре закрывалась, поэтому девушка не видела причин отказывать подруге.  Всё шло спокойно, пока Уизли не решила пойти по короткому пути, который Гермиона старательно пыталась игнорировать этот год. И до этого момента у неё получалось. Гриффиндорка мысленно заверила себя, что ничего страшного не произойдёт. Джинни не видела, как у подруги вспотели ладони, а затем и вовсе стали подрагивать. Свернув в нужный коридор у Гермионы поплыло перед глазами. Голова кружилась, но она продолжала шагать, пытаясь выровнять дыхание. Однако когда они дошли до того места, девушка поняла, что не сможет сдержаться. Она, словно наяву, видела, как здесь лежит бездыханное тело Лаванды Браун, а над ней нависает Сивый.  Гермиона прикрыла глаза на секунду, пытаясь прогнать это видение, но оно отказывалось исчезать. Даже с закрытыми глазами Гриффиндорка видела тело бедной девушки. Воздух встал поперёк горла, а глаза медленно наполнились слезами. Не обращая внимания на все возгласы и крики Джинни, Гермиона рванула оттуда, забегая в женский туалет. Истерика длилась по меньшей мере час. Более-менее успокоившись, совсем позабыв об отбое, Гермиона доковыляла до зеркала, разглядывая своё отражение. Её лицо было не просто бледным, но в придачу и отдающим оливковым оттенком. Чары гламура полностью спали, не скрывая синяков под глазами, к которым теперь прибавилась краснота. Лицо опухло, глаза жгло, горло першило. Девушка поняла, что это уже было совсем ненормально. Она сходила с ума. Ей нужно было обратиться за помощью.  Почему именно она? В этот момент Драко Малфой зашёл в женский туалет. Разбитая Гермиона уставилась на Слизеринца, позабыв о всех своих переживаниях насчёт него и пытаясь найти в нём успокоение. Ноги почти не держали, и девушка метнулась к ближайшей стене. Она медленно скатилась по ней, а слёзы вновь предательски появились на глазах.  Малфой беспокойно смотрел на неё, подходя ближе. Он присел на корточки, заводя выбившуюся прядку её волос за ухо и заглядывая прямо в её потерянные карие глаза.  Гермиона хотела спросить, как он её нашёл, но сил на это не хватало, поэтому она лишь прошептала: — Спаси меня. Драко обхватил её лицо руками, нежно проводя большими пальцами по щекам. Гриффиндорка посмотрела прямо в его серые глаза, находя там отражение своей боли.  — А ты меня, Гермиона, — почти беззвучно прошептал Драко. Он снял холодную маску с лица, являя ей все свои переживания. Девушка вымученно улыбнулась, наткнувшись на поддержку в его взгляде. И она показала ему то же самое. Они смогут помочь друг другу. Он принял её. В этот момент Гермиона Грейнджер поняла, что она не просто не ненавидит Драко Малфоя. Он ей не просто неравнодушен. Теперь она с полной уверенностью может доверить ему всё своё сердце.