Спаси меня

В тот же вечер она позвала своих друзей в гостиную Гриффиндора. Гермиона ещё ни в чём не была уверена настолько.  Пару часов назад после принятия этого сложного решения она сумела догнать Драко. Гриффиндорка пообещала этим же вечером рассказать всё друзьям, потому что терять его она не собиралась. Друзья должны понять её, хотя бы попробовать понять её. Если нет, то, вправду, что они за друзья такие?  Ребята отмечали, что в последнее время Гермиона постоянно где-то пропадала. Но также они видели, какой счастливой она была. Девушка верила, что они вспомнят об этом, когда она расскажет им о Малфое. Страх всё же присутствовал, из-за чего Гриффиндорка указательным пальцем правой руки расковыряла заусенец большого пальца. Поняв это, Гермиона положила руки на кресло, повторяя дыхательные упражнения. Она готова. — Гермиона, привет! — воскликнула Джинни, присаживаясь на диван рядом. — Что-то случилось? — заговорил нервно Гарри, следуя примеру Уизли и садясь рядом с той. Рон шёл следом за ними и плюхнулся на кресло, стоящее напротив Гермионы. Он просто непонимающе смотрел на неё.  Друзья и не догадывались, о чём она хотела с ними поговорить. Собирая оставшиеся крупицы удачи, надеясь на лучшее, девушка окинула ребят серьёзным взглядом. Гарри встревоженно поглядывал на неё, потирая по привычке шрам, Джинни внимательно смотрела на Гермиону, ожидая начала разговора, за которым та и привела их сюда, а Рон витал в своих мыслях, изредка кидая взгляд на Гриффиндорку. — Мне нужно с вами поговорить, — начала Гермиона, складывая руки в замок. Гарри тут же выпрямился, показывая всем видом, что правда переживает за неё и готов её выслушать. Уизли же просто исподлобья смотрели на неё, видимо, не настраивая себя на худшее. — Гермиона, что-то серьёзное? — испуганно спросил Поттер, поджимая губы. Пару секунд она колебалась. — Вообще у меня две новости. Так что прошу выслушайте меня до конца и не делайте поспешных выводов. — Рассказывай, — приказала Джинни, не в силах больше терпеть. Гермиона кивнула, облизав губы, сделала глубокий вдох и выдох и приступила к своему рассказу. Она рассказала им всё. Просто выложила всё, что могла, иногда тараторя, а иногда запинаясь. Начиная с её кошмаров, травм и переживаний и заканчивая Драко Малфоем, помогающим ей прийти в себя, решившим пройти вместе с ней лечение и являющимся её… парнем. На лице ребят в течение всего рассказа девушка узрела такую гамму эмоций, что моментами ей хотелось остановиться и сжаться в комок, пытаясь провалиться сквозь землю. Однако в этот раз её Гриффиндорская смелость хорошо поработала. Гермиона не разрешала себе прекращать рассказ. Она пообещала Драко и, что главное, пообещала себе.  Закончив историю, девушка опустила голову, не в силах смотреть на друзей. Несколько долгих и мучительных минут никто не смел сказать ни слова, пытаясь не нарушить гробовую тишину. Гермиона нервно сглатывала, теребя края юбки. Справа раздался всхлип. Повернув голову, она увидела раскрасневшуюся Джинни. В глазах той блестели слёзы, а лицо исказилось в какой-то непонятной эмоции. Однако Гермиона могла точно сказать, что та была в ужасе. Уизли открывала и закрывала рот, пытаясь выдавить хоть слово из себя. Резко вскочив с дивана, Джинни посмотрела на Гермиону, а затем ринулась в свою спальню, перед этим всё же успев крикнуть: — Как ты могла?!  Гермиона оторопела, не в силах ответить ей. В груди неприятно жгло, а на руках была вода. Только сейчас девушка поняла, что тоже плачет. Крики из снов начали повторяться в её голове, заставляя Гриффиндорку зажмуриться. Распахнув глаза, она увидела, как Рон, аналогично сестре, поднялся с кресла и кинулся за той, качая головой. Он её тоже не понял.  Девушка находилась в своём кошмаре. Только на этот раз он происходил наяву. Гермиона сидела с опущенной головой, ожидая, пока Гарри тоже вскачет с места, крикнув гадости ей в лицо, и уйдёт.  Она ждала минуту, две, пять. Он не уходил. Гриффиндорка подняла голову, осторожно смотря на друга. Гарри сидел с задумчивым лицом, устремляя взгляд в одну точку. Он копошился в своих мыслях, обдумывая что-то. Спустя ещё пару минут Поттер в конечном счёте перевёл на неё взгляд. — Почему ты не рассказала раньше? — сочувствующим тоном спросил Гарри. Он выглядел подавленным. Гермиона пыталась сдержать слёзы, но они все капали то ей на руки, то на юбку. Она смотрела на него во все глаза, пытаясь унять дрожь. — О чём именно? — спросила Гриффиндорка. Её губы подрагивали. — О своих переживаниях, Гермиона… — тихо ответил Поттер, проводя рукой по лицу. — Прости меня. Я же видел. Я… Я знал, что тебя что-то беспокоит. И ничего не сделал… Девушка пожала губы, пытаясь не зарыдать сильнее. Несколько раз всхлипнув, она смахнула несколько слезинок с лица. Побледневший Поттер пристыженно смотрел на неё из-под очков. Он винил себя. Это была особенность Гарри, которая была до жути невозможной. Что бы ни произошло, друг всегда принимал удар на себя, считая что все беды пошли от него. Но он не виноват. Он не должен так реагировать. — Гарри, прошу тебя, не вини себя. Это я во всём виновата. Я должна просить прощения. Прости меня… Поттер встал с дивана, подходя к ней. Он присел рядышком, кладя свои руки поверх её, слегка поглаживая. — Вы были так счастливы, — всхлипывая произнесла девушка. — Я не хотела портить ваше счастье. Гарри слегка покачал головой, выдавливая из себя улыбку. Он смотрел прямо ей в глаза и готов был поддержать во всём. — Гермиона, я хочу, чтобы ты знала. Мне тоже было нелегко. Не так, как тебе, но всё же… — почти шёпотом говорил друг, чуть сильнее сжимая её ладони. — Ты сильная девушка. Я горжусь, что ты решилась на такой важный шаг. Не каждый осмелится пройти лечение. Я рад, что у меня есть такая подруга. Я всегда тебя поддержу, несмотря ни на что. Раскрасневшаяся Гермиона смотрела на Гарри, принимая его слова. Она внимательно слушала его, а улыбка медленно появлялась на её лице. Слёзы продолжали капать, но девушка чувствовала себя в разы лучше.  Она не знала, как благодарить Гарри. Гермиона жалела, что не рассказала друзьям раньше.  — Спасибо, — выдавила благодарно девушка, сдерживая последний всхлип. Поттер кивнул, улыбаясь.  Однако Гриффиндорку мучали мысли о Джинни и Роне. Они заострили внимание лишь на её отношениях с Драко, игнорируя её проблемы. От этого ей становилось больно. Друзья словно пропустили все реплики о его поступках в отношении к ней.  Гарри увидел её расстроенное лицо. — Я с ними поговорю. Им просто нужно время, — проговорил друг, понимая, из-за чего она переживает. Теперь уже Гермиона кивнула. — Да, конечно.  Некоторое время они молчали, смотря друг на друга. Гарри пытался показать ей свое сопереживание, свою поддержку и дружескую любовь через взгляд. Гермиона перехватывала его, испытывая волну облегчения. — Мне сложно принять твои… отношения с Малфоем, но я попробую. Я попробую понять, — заверил Поттер, кивая самому себе. — Я заметил, как ты счастлива в последнее время, Гермиона. Если он делает тебя счастливой, то я поддержу тебя.  Девушка облегчённо выдохнула. Она заключила друга в объятия. — Спасибо, Гарри, — прошептала она ему в плечо, пытаясь снова не зарыдать. Только теперь от счастья. — Для меня это много значит. Они разомкнули объятия, искренне улыбаясь друг другу. Она была благодарна Гарри. Он был настоящим другом. Раскрыв свои тайны, Гермионе Грейнджер стало легче. Ещё один шаг в сторону исцеления был совершён.

***

Прошла неделя с того момента, как девушка рассказала своим друзьям о травмах и о Драко. Джинни и Рон до сих пор дулись на неё, игнорируя. Они с ней не разговаривали и делали вид, что её вообще не существует. Пару раз Гермиона пыталась поговорить с ними, но они ничего не отвечали, просто оставляя девушку. Она сильно переживала, но Гарри пытался её успокаивать, заверяя, что друзья одумаются.  В какой-то момент Гриффиндорка перестала пытаться заговорить с ними, не надеясь на хороший исход. Она была рада, что в её жизни присутствовал Драко, который помогал ей возвращаться в реальность в трудные моменты. Она была благодарна Гарри, который делал все возможное для воссоединения друзей. Однако её мучило, что остальные два друга отвернулись от неё, не желая даже слышать. Было больно и обидно.  Она столько времени провела с Гарри и Роном в бегах во время войны. Она считала их самыми настоящими друзьями. Но Рон, видимо, так не считал. Он так легко отвернулся от неё, словно нескольких лет дружбы и вовсе не существовало. С Джинни же они были менее близки, но Гермиона частенько раньше рассказывала ей свои секреты, делилась сокровенными желаниями и даже сплетничала. Она радовалась, что у неё в подругах была девушка, которой можно было рассказать всё. Однако, как оказалось, не всё.  С каждым днём их молчание медленно наносило порезы на сердце Гермионы. Она старалась не думать об этом, но не могла так просто забыть многолетнюю дружбу.  Девушка надеялась, что со временем станет легче. Если друзья её правда не поймут и не простят, то значит так нужно. Значит они не дорожат ей настолько. Из-за этой неприятно развернувшейся ситуации Гермиона ходила подавленная. На приёмах пищи она сидела одна, лишь изредка переговариваясь с Гарри, который пытался разорваться между друзьями. Она видела, что тот делал всё, чтобы друзья хотя бы поговорили с ней, но они не проявляли такой инициативы. В такие моменты она искала взгляд серых глаз, пытаясь найти там успокоение. И она его находила. Драко улыбался ей, кивая, а иногда даже подмигивая. После этого настроение улучшалось. Гермиона замечала, что Малфою чуть легче. Он рассказывал, что кошмары снятся немного реже, что мать постепенно налаживает свою жизнь, а это радует его. Девушка была искренне рада за него. Что не сказать о ней. После ссоры с ребятами она всё чаще вспоминала картинки боя, всё чаще слышала крики во снах и всё чаще там же к ней приходили кошмары, в которых Джинни и Рон на поле боя бросают её. Гермиона просыпалась в ночи, глотая воздух. Это просто сон.  Сейчас же она находилась на уроке зельеварения. К её великой радости, урок был совмещённым со Слизерином. Гриффиндорка могла иногда поглядывать на своего парня, когда чувствовала, как он сам смотрит на неё. Это дарило облегчение. Джинни и Рон старались держаться от них подальше. Хотя Драко и Гермиона ещё никак не заявили об этом, друзья должны были в любом случае знать. Их игнорирование и тяжёлые взгляды в отношении Слизеринца и Гриффиндорки слегка давили на Гермиону, но она старалась держаться стойко. Профессор Слизнорт поручил ученикам приготовить животворящий элексир, который те проходили на пятом курсе. Однако, Гораций заверил, что повторение никому не навредит.  Гермиона занимала место рядом с Симусом Финиганом, отчего пыталась держаться от него чуть дальше, зная об умении этого мальчишки взрывать всё подряд. Девушка уже закинула в свой котелок листья алихолиции и сушёные крылья веретенницы. Цвет эликсира пока совпадал с тем, каким оно должно было быть на этом этапе. Гермиона мешала его против часовой стрелки десять раз, как было сказано в учебнике. Однако она и без этого полностью помнила процесс приготовления элексира. Девушка была увлечена занятием, не замечая ничего вокруг. Бам! Гермиона услышала взрыв рядом с собой, отчего громко вскрикнула, отскакивая и закрывая глаза. Её тело пробила дрожь, а рука машинально потянулась к палочке. Она боялась открыть глаза и увидеть свой кошмар наяву. Крики из её кошмаров заполнили её голову, а мозг предательски подсовывал картинки. Руки Гриффиндорки взметнулись к ушам, пытаясь заглушить их.  Девушка почувствовала, как крепкие руки, отдающие холодом, впились в её плечи, помогая не упасть. Она распахнула глаза, но взгляд не хотел фокусироваться. Голова кружилась, а ноги совсем не держали. Отдалённо она слышала голоса и крики. Настоящие. — Финниган, ты совсем охерел?  — Я не специально!  — Да я тебе… — Мистер Малфой, успокойтесь! Руки на её плечах слегка сжались. Гермиона наконец сумела немного сфокусировать взгляд. Этого хватало, чтобы понять обстановку. Она подняла голову и увидела злого Малфоя, держащего её. Он испуганно осматривал её. Все ребята в классе уставились куда-то ниже неё, раскрыв рты. Симус стоял, перепачканный тёмным порошком, испуганно глядя на Гермиону. Друзья, включая Рона и Джинни, подбежали к ней, нервно щебеча что-то. Девушка не могла разобрать слов. Всё тело сотрясалось, голова ходила ходуном, в глазах вновь поплыло, а где-то снизу жгло. Гриффиндорка опустила голову и вновь закричала. Половина её левой ноги была словно сожжена. Она безумно болела, пульсируя. Оттуда лились струйки крови. От этого вида Гермиону затошнило. Все вокруг принялись суетиться, а девушка отходила от шока. Её трясли друзья, пытались докричаться, но у Гриффиндорки перед глазами скакали чёрные точки.  Кто-то аккуратно развернул её, поглаживая плечи.  — Грейнджер, эй! — крикнул до боли знакомый и приятный голос. — Слышишь, не отключайся!  Она старалась держаться на ногах, но с каждой секундой боль становилась всё больше. — Грейнджер! Поттер, блять, отстань, чё ты делаешь? Класс кружился вокруг неё, мир уходил из-под ног. — Пожалуйста, Грейнджер! Гермиона! Гриффиндорка из последних сил подняла голову, замечая платиновую макушку. Она ухватилась за Драко, концентрируя взгляд на его глазах. — Все хорошо, слышишь? Я здесь, — произнёс он теперь тихо, продолжая придерживать её. Гермиона постаралась кивнуть. Она слышала рядом споры, еле улавливая слова. — Ей нужно в лазарет! — Мы и так это видим, Джинни! — Мерлин, хватит копошиться. — Заткнитесь! Пойдём, Грейнджер, — услышала она, как рявкнул Драко, а затем начал выводить её из класса. Девушка ковыляла, но боль в ноге была слишком сильной, поэтому она постоянно запиналась. У выхода из класса Драко взял её на руки и быстро вышел оттуда, направляясь в больничное крыло.  Её не волновало, что весь класс видел, как Малфой переживал за неё, как он произносил её имя, как взял её на руки и унёс в лазарет.  Пусть знают. Она цеплялась руками за его плечи и чувствовала себя в безопасности. Она в надёжных руках. Все мысли испарились, оставляя лишь Драко. — Гермиона, прошу тебя, скажи хоть что-то, — попросил Малфой, внимательно смотря в её карие глаза, не сбавляя шага. Гриффиндорка открывала рот, но звуки из него не выходили. Сейчас ей больше всего на свете хотелось погрузиться в темноту. Жжение в ноге усиливалось. Она до боли стиснула зубы, пытаясь не кричать.  — Ещё чуть-чуть, держись. Гермиона кивнула, как смогла, и положила голову ему на грудь, стараясь не закрывать глаза. Коридоры проплывали один за другим.  Когда они наконец дошли до точки назначения, Драко ногой распахнул дверь, чем напугал мадам Помфри. Та уже хотела накричать на Слизеринца, но увидев девушку, поняла в чём дело. — Мистер Малфой, кладите её сюда! — скомандовала Помфри, указывая на ближайшую койку. Она судорожно начала осматривать ногу Гермионы. — Мерлин, бедная девочка! — вновь подала голос та, отходя к полке, ища там что-то. — Как это вообще могло произойти, что за безобразие?! Драко встал рядом с кроватью, поднося руку к её лицу и поглаживая щёку. — Взорвался животворящий элексир, — кинул Малфой в ответ мадам Помфри, изучая состояние Гермионы. Та, прихватив с собой парочку склянок, подошла к девушке. Гриффиндорка смотрела в потолок, пытаясь не кануть в бездну. Она смутно видела происходящее вокруг. — Хорошо, что вы сразу пришли ко мне! Ещё немного и всё могло обстоять бы намного хуже! Мисс Грейнджер, оставайтесь в сознании! Гермиона слышала недовольные крики Помфри, творящей что-то с её ногой и обеспокоенно дышащего Малфоя.  Она концентрировалась на его глазах и волосах, держась из последних сил. Гриффиндорке хотелось выть от отчаяния. А если она вообще останется без ноги? Девушка зажмурила глаза, пытаясь не думать об этом. Спустя несколько минут мадам Помфри закончила свои махинации с её ногой. Гермиона чувствовала облегчение. Рана уже не жгла. — Я сделала всё, чтобы снизить боль и дать ране затянуться. Сейчас вам нужно отдохнуть, мисс Грейнджер.  После этого целительница принесла ей флакон с зельем, к которому девушка давным-давно привыкла. Однако та всё равно выпила его, желая провалиться в сон.  Прежде чем это сделать, Гриффиндорка в последний раз посмотрела на Драко, улыбаясь ему. — Спасибо, — одними губами произнесла она. Не в силах больше противиться воле организма, Гермиона прикрыла глаза, погружаясь в глубокий сон.

***

Девушка проснулась, прилагая огромные усилия, чтобы разлепить глаза. Как только она это сделала, то сразу пожалела. Солнечные лучи дали по глазам, заставляя её вновь прикрыть их. Гриффиндорка застонала, потирая лицо руками, пытаясь вспомнить, что произошло. — Гермиона! — заорал знакомый голос Гарри. — Мадам Помфри, она очнулась! Девушка принялась постепенно открывать глаза, привыкая к свету.  — Мистер Поттер, прошу не кричите так!  — Ээ… Извините… — Пусть сейчас выпьет это зелье. К вечеру ей станет лучше. Гермиона смогла осмотреться вокруг. Рядом сидел Гарри, осторожно посматривая на подругу. Мадам Помфри осмотрела её ногу, а после, положив зелье у тумбы, поспешила удалиться. Девушка глянула на свою ногу, которая уже достаточно зажила. Конечность не жгло, и импульсы не раздавались по всему телу. Она смутно припоминала, что произошло вчера. Гриффиндорка помнила взрыв, головокружение, размытость в глазах и крепкие руки Драко. Гермиона слишком резко вдохнула воздух, переживая за свою ногу. — Как себя чувствуешь? — спросил Гарри, сжимая руку подруги и разглядывая её побитое временем лицо. В этот момент она поняла, что чары гламура давным-давно спали, открывая Гарри её настоящий вид. Однако сейчас её это не страшило.  — Лучше, спасибо, — хрипло ответила девушка, посматривая на уставшего друга. — Подожди, сколько я спала? Гриффиндорка судорожно закрутила головой, разбрасывая кудряшки по постели. Дневное солнце светило слишком ярко. Гарри поджал губы, осторожно улыбаясь. — Двое суток.. — Сколько?! — выкрикнула Гермиона, округляя глаза. Она во второй раз застонала, переводя взгляд в потолок. — Мадам Помфри обещала, что выпишет тебя завтра. Наложит бинты, и сможешь ходить на занятия. Рана скоро затянется. Гриффиндорка скорчила разочарованное лицо, недовольно фыркая. — Мерлин, тогда я пропущу три учебных дня! Гарри посмеялся, зная, из-за чего именно будет волноваться подруга. Некоторое время они находились в комфортном молчании. Гермиона старалась ни о чём не думать. — А... Драко... Он…? — Он сидел тут целые сутки. Я увидел, в каком он состоянии, и отправил его спать. С ним всё хорошо, — сразу же заверил девушку Поттер, кивая ей. Гермиона вновь облегчённо выдохнула. Она была несказанно благодарна другу, что тот отправил Малфоя спать. Иначе Слизеринец просидел бы тут до её пробуждения, не смыкая глаз. Он мог. — Вот, Малфой оставил тебе, — указал Гарри на прикроватный столик, на котором находилось некоторое количество сладостей, подарков и открыток.  Однако из этой гаммы выделялся букет пышных алых роз. Девушка улыбнулась, осторожно поворачиваясь на бок и проводя пальцами свободной руки по цветам. Красивые. Нужно будет обязательно отблагодарить его!  Она увидела внутри записку: «Моя Грейнджер, Прости, что не был рядом, когда ты очнулась. Я честно долго спорил с Поттером, но тот прогнал меня на пару с мадам Помфри. Прими, пожалуйста, этот букет. Моя мать сама их вырастила. Надеюсь, тебе нравится. Скорейшего выздоровления! Твой Драко.» Прочитав записку, Гермиона улыбнулась. Просит прощения за то, что просидел около неё целые сутки! Немыслимо. Она осознала, насколько была счастлива. Ей предстоит многое узнать о нём. И девушка не противилась этому, а только шла навстречу.  — Гермиона! — Тебе лучше? Гриффиндорка повернула голову, встречая взглядом Рона и Джинни. Они подлетели к ней, пытаясь отдышаться. Друзья извиняющиеся глядели на неё. Джинни, даже не удосужившись пододвинуть стул к её кровати, упала на пол, хватая Гермиону за предплечье. — Прости меня, Гермиона! — начала рыжеволосая, пытаясь сдержать подступающие слёзы. — Я такая дура. Ты рассказала нам самое страшное, что только могло произойти со всеми нами после войны, а я бросила тебя в такой момент!  Рон подошёл к койке, вставая около ног Гермионы. — И меня! Я ополчился на тебя из-за Малфоя… Хотя тот.. Ну… — Он хочет сказать, что мы дерьмовые друзья, — перебила его несвязные слова Джинни, сильнее сжимая её руку. — Мы видели. Малфой правда заботится о тебе. Просто мы переживали, что это не так.. Что он тебя обманул. Но теперь мы увидели это своими глазами. Прости, пожалуйста. Я переживала за тебя. И я… — Джинни, я поняла, всё, хватит, — перебила теперь Гермиона Джинни, улыбаясь ей. Уизли постаралась улыбнуться, но пара капель вытекла из её глаз. Она положила голову на живот Гермионы. Рон присел ей в ноги, поджимая губы, а затем улыбнулся.  Друзья несколько минут просидели в таком положении, извиняясь перед ней. Гриффиндорка приняла все извинения, поочередно обнимая ребят. Они рассказали ей всё, что произошло за последние три дня, предусмотрительно принесли все конспекты, чтобы девушка не переживала о пропущенном материале, и рассказали о просьбе Симуса извиниться перед ней. В это мгновение Гермиона была по-настоящему счастлива. Друзья были с ней, поддерживали её. Благодаря ним она чувствовала себя лучше. Девушка иногда поглядывала на цветы от Драко, зная, что скоро тот подойдёт сюда. У неё было всё, о чём она только могла мечтать. Поддерживающие друзья, готовые в любой момент прийти на помощь, и любящий парень, готовый спасти её.   Теперь Гермиона Грейнджер сможет полностью восстановиться, благодаря всем этим факторам.