Враги по несчастью

      Когда Гермиона вышла из архива, шум Министерства ударил по ушам почти физически.       После нескольких часов среди старых документов, архивной тишины и запаха пожелтевшего пергамента обычная жизнь казалась слишком громкой. Лифты скрипели, сотрудники спешили по коридорам, кто-то спорил на повышенных тонах, а где-то неподалёку одновременно звучали английский, французский и немецкий. Министерство продолжало работать в привычном ритме, словно под его фундаментом не лежали тысячи забытых историй и похороненных решений.       Гермиона медленно шла по коридору, прижимая папки к груди. Разговор с Фелпсом не выходил из головы. Точнее, не выходили его последние слова. За всё время знакомства архивариус ни разу не показался ей человеком, которого можно легко напугать. Но сегодня в его голосе прозвучало что-то новое. Не страх — слишком гордый для этого человек. Скорее память. Будто он однажды уже видел последствия чужого любопытства и теперь наблюдал, как кто-то другой повторяет тот же путь.       Она поймала себя на том, что начала замечать вокруг вещи, которые раньше пропускала. Имена. Названия компаний. Упоминания финансового сектора. Несколько раз в разговорах мелькнуло название Gringotts Crown Holdings. Один сотрудник обсуждал с коллегой международные порталы. Другой говорил о заседании банковского совета. Всё это по отдельности ничего не значило. Но чем дальше продвигалось расследование, тем сильнее ей казалось, что отдельные детали постепенно складываются в картину, которую пока никто не хочет показывать целиком. — Грейнджер.       Гермиона остановилась и повернула голову.       Пэнси Паркинсон стояла возле высокого окна, держа под рукой папку с документами. Она выглядела так же безупречно, как и всегда: идеально сидящая мантия, спокойная аристократическая осанка и лицо человека, который никогда не позволяет себе выглядеть растерянным. — Паркинсон, — ответила Гермиона.       Пэнси внимательно посмотрела на неё. Совсем не поверхностно, как большинство людей. Гермиона давно заметила, что Паркинсон обладает редким талантом замечать детали и при этом делать вид, будто ей совершенно всё равно. — Ты выглядишь так, будто архив попытался сожрать тебя заживо. — Пока только морально. — Это первая стадия.       Гермиона невольно усмехнулась.       Несколько секунд они стояли молча. Поток сотрудников огибал их, как вода обтекает камни в реке. Пэнси задумчиво посмотрела в окно и только потом снова перевела взгляд на Гермиону. — Ты часто бываешь в архиве? — уточнила Пэнси, переводя взгляд обратно на свой кофе. — Последние недели — слишком часто. — Опасная привычка. — Читать документы? — Верить, что документы рассказывают всю историю, — не отрывая взгляда от напитка, равнодушно заметила Пэнси.       И они снова замолчали. Гермиона уже собиралась попрощаться и идти дальше, когда заметила, как взгляд Пэнси опустился на папки в её руках. Казалось, она рассматривала закладки между страницами, красные пометки на полях и следы расследования, которые уже невозможно было скрыть. Пэнси изучала всё это с тем спокойным вниманием, с каким опытный игрок оценивает не противника, а направление его следующего хода. Гермиона напряглась и слегка сжала пальцы на папках. Пэнси заметила это — конечно заметила — но ничего не сказала. Только перевела взгляд обратно на окно. — Ты ведь большая девочка и помнишь, что некоторые открытия создают больше проблем, чем решают? — её голос звучал спокойно. Без угрозы, без насмешки и без попытки напугать. Пэнси произнесла это так, словно говорила о погоде или расписании заседаний. Как факт, который давно всем известен и который не собиралась ни объяснять, ни обсуждать.       Гермиона уже набрала воздуха в лёгкие, чтобы возразить в ответ, когда увидела, как Пэнси перевела взгляд к окну, давая понять, что разговор для неё закончен. И не проворачиваясь к собеседнице, сказала: — Хорошего дня, Грейнджер. Гермиона коротко кивнула и пошла дальше по коридору. Она чувствовала на спине внимательный взгляд Пэнси, но не обернулась. За последние сутки слишком много людей говорили о предупреждениях. Малфой. Нотт. Фелпс. Теперь Паркинсон.       Гермиона крепче прижала папки к груди и ускорила шаг. Ответ был где-то рядом. Она чувствовала это всё сильнее с каждым днём. Он прятался между строчек старых документов, в исчезнувших делах, в финансовых отчётах и в молчании людей, которые слишком быстро меняли тему разговора.       Впервые за всё расследование её начала тревожить не нехватка ответов, а количество людей, которые, похоже, знали эти ответы заранее.