Враги по несчастью

      Драко не шелохнулся. Несколько секунд он молча изучал серебристые отметки, вспыхнувшие поверх маршрутов. Они выглядели как крошечные рунические печати: рядом с каждой автоматически появлялись дата, точное время изменения, личная руническая подпись сотрудника и небольшая светящаяся пиктограмма песочных часов – знак того, что запись подтверждена системой и больше не может быть изменена. Именно эта защита считалась одной из самых надёжных во всей международной сети.       Гермиона внимательно следила за тем, как проявляются отметки. Что-то не складывалось. Временные подписи выглядели правильными. Слишком правильными. Между ними не было ни одного сбоя, ни одного лишнего символа, ни малейшего следа вмешательства. От этого по спине медленно пробежал холодок. Она закрыла папку, подошла к карте и остановилась рядом с Малфоем. — Временные отметки… — тихо произнесла Гермиона и осеклась. Если она права, это означало, что кто-то не просто получил доступ к системе. — Да, верно. Их подменили, — спокойно закончил Малфой.       Какое-то время они молча смотрели на карту. Эта тишина заставила Гарри подняться из-за стола, а Перси почти сразу подойти следом. — Что случилось? — Покажите.       Малфой коснулся палочкой одной из серебристых отметок. Она увеличилась, развернувшись в воздухе подобно миниатюрному свитку. Дата. Время. Руническая подпись. Значок подтверждения. Всё выглядело безупречно. — Видите? Все записи подтверждены системой, — спокойно сказал он. — Но они поддельные, — закончила Гермиона.       Он едва заметно кивнул. — Значит, журнал никто не переписывал. Кто-то заставил систему считать эти записи настоящими с самого начала.       Гарри тихо присвистнул. — То есть они не стёрли следы? — Они сделали вид, что этих следов никогда не существовало, — ответила Гермиона.       Перси снял очки и посмотрел на карту: — Это вообще возможно? — Теоретически — нет, — сказала Гермиона. — Практически… мы сейчас на это смотрим.       Повисло тяжёлое молчание. Каждый смотрел на карту, словно надеялся, что она сама предложит другое объяснение. Но светящиеся отметки продолжали спокойно мерцать над маршрутами, подтверждая одну и ту же неприятную мысль: кто-то научился переписывать не систему, а её память.       Гермиона первой вернулась к столу. Теперь журналы выглядели совсем иначе. Она быстро перелистывала страницы, уже не пытаясь найти взлом – только закономерности. Малфой подошёл следом, несколько секунд молча наблюдал за её работой, а затем негромко произнёс: — Третья колонка. Гермиона продолжала просматривать записи. — Я ещё не дошла до неё. — Я так и понял.       Она резко подняла взгляд. Малфой смотрел не на неё, а в раскрытый журнал, словно этот обмен репликами был для него всего лишь частью работы. Это и раздражало сильнее всего.       Гермиона перевернула страницу и нашла третью колонку. В ней фиксировались пересечения допусков – сотрудники, одновременно присутствовавшие в одном секторе системы во время внесения изменений. Она медленно пробежала глазами по строкам, потом вернулась к началу и перечитала их ещё раз.       Одни и те же фамилии. Снова. И снова. На разных маршрутах. В разные дни. При разных изменениях. — Проклятье… — медленно выдохнула она. — Именно, — спокойно ответил Малфой.