Посмотри на меня

Она проснулась от того, что кто-то накрыл её пледом. Открыла глаза. Она сидела в кресте. В комнате было светло, камин горел, но в окна пробивался серый утренний свет. Снейп сидел напротив. Не спал. Смотрел на неё. - Доброе утро, мисс Грейнджер, - сказал он тихо. Она моргнула, пытаясь вспомнить, как оказалась здесь. - Я… я уснула? - Уснули. Он смотрел на неё. Её волосы растрепались, щека покраснела от того, что она спала на подлокотнике. Ресницы дрожали, когда она открывала глаза. В утреннем свете она оказалась мягкой, уязвимой, настоящей. «Боже, какая она красивая» - подумал он и сразу же мысленно одернул себя. «Что ты говоришь? Она - Грейнджер, а ты - Снейп. Ее профессор к тому же». Но он не мог отвести от неё взгляд. Она посмотрела на свои руки. Они лежали на коленях, прикрытые пледом. Она не помнила, когда убрала руку с его запястья. «Я уснула в его кресле. Я провела у него всю ночь» - поняла она. Краска залило лицо. Ей стало стыдно за то, что она не ушла. За то, что дотронулась до него. За то, что не могла перестать думать о том, как он смотрел на неё вчера. - Простите, - сказала она, чувствуя, как краснеет. - Я не хотела… - Не извиняйтесь, - перебил он. - Вы устали. Это нормально. Она видела как он смотрит на неё. В его взгляде было что-то, от чего у неё перехватило дыхание. «Он смотрит на меня. Он смотрел на меня всю ночь?» - подумала она. Она смущена. Он видит это потому, как она прячет глаза, как поправляет волосы, как кусает губы. Она выглядит… милой. Он снова одернул себя. «Прекрати, Северус» - он заставил себя отвести взгляд. - Вам нужно идти, - сказал он. - Скоро завтрак. Она кивнула. Поднялась, поправила одежду. Провела рукой по волосам, пытаясь привести их в порядок. Он смотрел на неё краем глаза. На её пальцы, запутавшиеся в кудрях. На её шею, как она откинула волосы назад. Она чувствовала его взгляд. Когда она поправляла волосы, когда дёргивала юбку. Он смотрел на неё. И от этого взглядом внутри все дрожало. - Спасибо, - сказала она. - За вчерашний вечер, за подарок. Он кивнул. Она направилась к двери, когда он сказал: - Грейнджер. Она обернулась. Он стоял у камина, освещенный утренним светом. Волосы чуть растрёпанные, мантия накинута на плечи. Он выглядел… не как профессор. Просто мужчина, который не спал всю ночь. - Вы помните о нашем разговоре про окклюменцию? Она улыбнулась. - Помню. Я приду сегодня. - В семь. - В семь, - сказала она. Она вышла в коридор и только там выдохнула. «Я провела у него всю ночь» - думала она. Она улыбнулась своим мыслям и пошла к башне, чувствуя, что этот день будет особенным. Гермиона тихо вошла в спальню, надеюсь, что Джинни ещё спит. Но она уже не спала. Джинни сидела на своей кровати, и смотрела на неё в упор. В глазах было любопытство, тревога, и что-то похожее на облегчение. - Где ты была? - спросила она тихо, но твердо. Гермиона опустилась на свою кровать. - Я была у него. - Всю ночь? - Всю ночь. Джинни выдохнула. - Что случилось? Вы… вы… - Нет, Джинни, - Гермиона покачала головой. - Ничего такого. Я просто… уснула. - Уснула? У него? - сказала Джинни удивленно. - Мы пили огневиски. Разговаривали. А потом я… дотронулась до его руки. Просто так. И уснула в кресле. Джинни смотрела на неё не веря. - Ты дотронулась до его руки? А что он ? - Он просто сидел. Он не убрал мою руку, но и никак не отреагировал. - И ты провела у него всю ночь в кресле? - Да. Он сидел напротив. Смотрел на меня. Когда я проснулась, он все ещё был там. Не спал. - Он не спал всю ночь? - Всю ночь. Джинни молчала, переваривая. - А Рон? - спросила она. - Что было с Роном? Гермиона помолчала, собираясь с мыслями. - Он… он пытался меня поцеловать. Джинни напряглась. - Что? - После вечеринки мы пошли в коридор. Он сказал, что любит меня. Что не понимает, почему я провожу время со Снейпом. А потом… схватил за руку и попытался поцеловать. - И что ты сделала? - Оттолкнула, а затем ударила. Джинни сжала губы. - Иначе, он бы не отстал. - Я знаю. Но мне было больно. Не физически. Просто… он же мой друг. А теперь всё так… Она не договорила. Джинни помолчала и потом сказала: - Я поговорю с ним. - Нет, - Гермиона покачала головой. - Не сейчас. Я не хочу об этом говорить. Не хочу вспоминать. - Но он не может просто так… - Джинни, - Гермиона посмотрела на неё. - Пожалуйста, не сейчас. Джинни вздохнула. - Хорошо. Не сейчас. Но потом мы поговорим. Гермиона кивнула. - А он? - Джинни кивнула в сторону подземелий. - Он… что-то сказал? Про Рона? - Сказал, что иногда людям нужно напомнить, где границы. - И ты осталась у него после этого? - Я не хотела идти в башню. Не хотела видеть Рона. Не хотела ни с кем разговаривать. А с ним… мне было спокойно. Джинни смотрела на неё долгим взглядом. - Ты в порядке? Гермиона подумала. - Да. Кажется, да. Кивнула. Встала, подошла к ней и обняла. - Все будет хорошо, - сказала она тихо. - Ты увидишь. Гермиона прижалась к ней. - Спасибо. - А теперь давай собираться. Скоро завтрак. - Я не хочу идти в Большой зал. - Тогда пойдём на кухню. Возьмём что-нибудь и пойдём на пары. Рона там не будет. Гермиона кивнула. Они быстро переоделись, собрали сумки. Джинни взяла её за руку. - Идем. Они вышли из спальни. - Джинни? - М? - Он подарил мне зелье. Успокоительное. Сделал сам. Сказал, что переделывал три раза. Джинни посмотрела на неё. - Он делал для тебя зелье и переделывал три раза? - Да. Джинни покачала головой - Ты влипла, подруга. Гермиона улыбнулась, но ничего не сказала. Они вышли из спальни и направились не в Большой зал, а вниз, к подземельям. Но они шли не к Снейпу, а дальше. - Ты уверена? - спросила Джинни, когда они остановились перед картиной с грушей. - Уверена. Не хочу видеть Рона. И не хочу сидеть в Большом зале, где все будут пялиться. Джинни кивнула. Почесала грушу. Та захихикала и превратилась в дверную ручку. Они вошли. На кухне было тепло и шумно. Домовики суетились у плит, раскладывали еду по тарелкам, что-то напевали. Увидев девушек, один из них подбежал к ним. - Мисс Грейнджер! Мисс Уизли! Что вы здесь делаете? Вы не будете завтракать в Большом зале? - Нет, сегодня мы здесь, - сказала Гермиона. - Если можно. - Конечно, конечно! - домовик засуетился. - Сейчас всё принесем! Через минуту перед ними стояли тарелки с яичницей, тостами, беконом, чайник с чаем и тарелка с печеньем. Гермиона улыбнулась глядя на печенье. - Что? - спросила Джинни. - Ничего. Просто… он тоже давал мне печенье вчера. Джинни усмехнулась. - Снейп и печенье? - Да. Сказал, что его кто-то угостил. Джинни фыркнула. Они взяли по тосту, налили чай. Позавтракали в тишине, среди суетящихся домовиков и запаха свежего хлеба. А потом пошли на занятия. Гермиона вышла из класса древних рун и сразу увидела его. Рон стоял у стены, прислонившись плечом к каменной кладке. Он выглядел неважно. Красные глаза, взъерошенные волосы, помятая мантия. Видно, что он не спал. Увидев её, он выпрямился. - Гермиона… Она остановилась. Джинни, которая шла рядом, вопросительно посмотрела на неё. - Я догоню. - тихо сказала Гермиона. Джинни кивнула и пошла дальше, бросив на брата предостерегающий взгляд. - Что ты хочешь, Рон? - спросила Гермиона устало. - Поговорить. Извиниться. Он провёл рукой по лицу. - Я был дураком. Вчера… я не знаю, что на меня нашло. Я выпил, я… - Ты пытался меня поцеловать, - перебила она. - Я сказала нет, а ты не остановился. Он опустил голову. - Я знаю. Я… прости. Пожалуйста. Я не хотел… - Я знаю, что не хотел, - голос её смягчился. - Рон, мы прошли через войну. Мы видели смерть. Мы выжили. Неужели ты думаешь, что я не прощу тебя за глупую выходку? Я все понимаю, но ты должен был тоже меня понять. Он поднял голову. В глазах его была надежда и стыд. - Ты прощаешь? - Прощаю. Но, - она подняла палец, - ты должен понять одну вещь. - Какую? - Я люблю тебя как друга. Как брата. Но не больше. И если ты не примешь этого, нашей дружбе конец. Ты это понимаешь? - Понимаю. И… я приму. Правда. Я просто… Он замолчал. - Что? - Я просто хочу, чтобы ты была счастлива. Она улыбнулась. - Спасибо. Он неловко улыбнулся в ответ. - Идем? А то Джинни нас убьет. - Идем. Они пошли по коридору вместе. Никак раньше, не обнявшись, но рядом. И этого было достаточно. Джинни ждала их у поворота. Увидев, что они идут вместе, удивлённо подняла бровь. - Все? - Все, - сказал Рон. - Мы поговорили. - И? - И я дурак, но она меня простила. Джинни посмотрела на Гермиону. - Правда? - Правда, - Гермиона кивнула. - Мы слишком много пережили, чтобы ссориться из-за глупостей. Джинни улыбнулась. - Тогда пошли. А то опоздаем на трансфигурацию. - Кстати, - заметила Гермиона, - у вас с нами общая трансфигурация? - Ага, - Джинни кивнула. - В этом году мало народу, так что наши курсы объединили. Повезло, правда? - Очень, - Гермиона улыбнулась. Они пошли втроём, и впервые за это утро Гермиона чувствовала, что все действительно налаживается. Вечером она вошла в Большой зал и сразу почувствовала его взгляд. Не удержалась и подняла глаза. Снейп сидел на своем обычном месте за профессорским столом. Смотрел на неё. Их взгляды встретились. На секунду. На одну. Она увидела его лицо, освещенные светом свечей, его глаза, которые смотрели на неё не холодно а… она не знала, как назвать это. Она отвела взгляд первой. Заставила себя опустить глаза, пройти к гриффиндорскому столу, сесть между Джинни и Роном. Рон что-то говорил, Джинни отвечала, но она не слышала. «Не смотри. Не смотри больше» - сказала она себе. Она взяла кубок с тыквенным соком, сделала глоток. Смотрела в тарелку. Всё, что угодно, только не в его сторону. Он увидел её лицо - смущенное, покрасневшее, красивое. Он видел как она берет кубок, как не поднимает глаз. «Она избегает меня. И правильно делает» - подумал он. Он заставил себя отвести взгляд, взял чашку с чаем. Чай был горький. Он снова посмотрел на неё. «Хватит. Прекрати на неё смотреть» - одёрнул он себя. - «Ты не имеешь права». Она чувствовала его взгляд. Даже когда не смотрела. Она вспомнила, как вчера заснула в его кресле. Как проснулась утром, а он сидел напротив, смотрел на неё. Она сжала кубок, заставила себя сосредоточиться на еде. - Гермиона? - Джинни толкнула ее локтем. - Ты чего? - Ничего. Задумалась. - Ты покраснела. - Жарко. Джинни проследила за её взглядом. Посмотрела на профессорский стол, потом на неё. - Ага, - сказала она тихо. - Жарко. Гермиона ничего не ответила. Она не поднимала глаз. Она взяла кубок, сделала ещё один глоток. «Сегодня вечером я приду к нему» - подумала она. Она улыбнулась своим мыслям, все ещё глядя в тарелку. Спустя время она поднялась, выходя из зала. Не оглянулась. Джинни догнала её в коридоре. - Ты идёшь в башню? - Да, нужно переодеться. - А потом к нему? Гермиона кивнула. Джинни ничего не сказала, а только сжала ей руку. - Удачи. Гермиона улыбнулась. - Спасибо, - она развернулась и пошла в комнату для девочек. Гермиона поднялась в башню, прошла в спальню. Сняла мантию и школьную форму. Достала из шкафа коричневую юбку, из мягкой струящейся ткани, чуть выше колен. Простую, скромную, но в ней она чувствовала себя… собой. Сверху она надела бежевую кофту с круглым вырезом, открывающим шею, с рукавом три четверти. Она посмотрела в зеркало и сказала: - Я готова. Она вышла из спальни и направилась в подземелья. Он услышал её шаги за минуту до того, как она постучала. Всё его тело было напряжено, как струна. Он заставил себя сесть в кресло, взять книгу, сделает вид, что читает. Но он не читал, не мог. Стук в дверь. - Войдите. Дверь открылась, и она вошла. Он поднял глаза и замер. Она была в коричневой юбке, которая открывала колени, и бежевой кофте с круглым вырезом, открывающим шею. Волосы распущенные, кудри падали на плечи, делали её мягче, ближе, настоящей. Это была не староста, не отличница как все привыкли, а просто девушка. Он смотрел на неё и не мог отвести взгляд. Как свет от свечей падал на её плечи, как ткань кофты струилась при каждом движении, как её пальцы нервно сжимали край юбки. Она волновалась. Он видел это по тому, как она дышит, как чуть прикусила губу, как опустила глаза. «Она красивая» - подумал он. «Боже, какая она красивая». Он заставил себя отвести взгляд, сделать вид, что возвращается к книге. Но книга незаметно дрожала в руках, и он положил её на стол. Он поднял глаза. Она стояла у двери, не решаясь идти дальше. Вся такая напряженная, смущенная. Его пальцы зачесались поправить выбившуюся прядь, коснуться её плеча, просто дотронуться. Он сжал пальцы в кулак, заставил себя не двигаться. «Не смей, Северус. Не смей». Она стояла, не поднимая глаз. Он открыл рот, чтобы сказать что-то. Просто чтобы нарушить тишину, которая стала слишком тяжелой. - Грейнджер. Его голос звучал хрипло, не так, как он хотел. Он замолчал. Она подняла глаза. - Добрый вечер, профессор. Он кивнул, голос вернулся к привычной сухости: - Садитесь. Сегодня будем работать над окклюменцией. Как мы и договаривались. Она села в красное кресло. Он сидел напротив. - Готовы? - Да. Он поднял палочку. - Смотрите на меня. Она смотрела. В его глазах была сосредоточенность и ничего лишнего. Палочка коснулась её виска. - Легилименс. Мир качнулся. Она снова была в подвале поместья Малфоев. Но теперь все было иначе. Беллатриса стояла в углу, размахивала ножом, что-то кричала, но голос её звучал глухо, как из-за стены. Краски были блёклыми, словно старая фотография. Гермиона смотрела на неё спокойно. Не было ни страха, не боли. Только наблюдение. «Это просто картинка» - подумала она. «Она не может причинить мне вред». Она представила дверь. Тяжелую, дубовую. Представила, как закрывает её. Беллатриса замерла. Её голос затих. Картинка померла, свернулась, исчезла. Тишина. Она открыла глаза. Снейп сидел напротив, убрав палочку. Смотрел на неё. - Вы сделали это, - сказал он тихо. - Сами. Я даже не успел войти. - Я просто… вспомнила, чему вы учили. Он чуть приподнял уголок губ. - Это комплимент? - Это факт, - он откинулся в кресле. - Вы научились закрываться. Теперь ваши сны будут спокойными. Она сжала руки на коленях. Внутри все ликовало. - Спасибо, - сказала она тихо. - Если бы не вы… - Вы бы справились сами, - перебил он. - Просто позже. Она покачала головой, но спорить не стала. Камин тихо потрескивал. Они сидели в тишине. Он помолчал, потом спросил: - Вы будете чай? Она подняла глаза. В его голосе не было привычной сухости. Просто вопрос. - Да, - сказала она. - С удовольствием. Он кивнул, поднялся, прошел к столику. Она смотрела на него. На его руки, которые не дрожали. На его плечи, расслабленные, спокойные. «Интересно, он ждал меня» - подумала она и улыбнулась своим мыслям. Он вернулся с двумя чашками, протянул одну ей. - Мятный. Как всегда, - голос его был необычайно спокойным. Она взяла, чувствую тепло фарфора в ладонях. - Спасибо. Он сел напротив. Камин тихо потрескивал. Они пили чай, и тишина между ними была не пустой. Она была живой, тёплой. Когда они допили чай. Он поставил чашку на столик и спросил: - Вы читали книгу, которую я вам дал? Что вам в ней понравилось? Она оживилась. - Раздел о символах в древней магии. Я никогда не задумывалась, что они могут нести не только смысловую, но и магическую нагрузку. Автор пишет, что некоторые ритуалы работают именно благодаря символом, а не ингредиентам. - Он прав лишь отчасти, - заметил Снейп. - Символы - это проводники. Без правильной основы они бесполезны. - Как зелье без катализатора? Он чуть приподнял уголок губ, что было свойственно ему. - Именно. Она улыбнулась, но мысли уже были не о книге. Она смотрела на него. На его лицо, освещенное мягким светом камина. На его глаза, которые смотрели на неё без привычного холода. «Я хочу подойти к нему. Взять за руку. Обнять» - подумала она. - Грейнджер? - Его голос вернул её в реальность. - Вы замолчали. Вы нервничаете? Она замерла. - С чего вы взяли? - Вы сжимаете чашку так, что она может треснуть. И дышите чаще обычного. Что случилось? Голос его был ровным, но в нём чувствовалось напряжение. Он смотрел на неё в упор. Она опустила взгляд. Сердце её колотилось. - Ничего, - сказала она, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. - Просто задумалась. - О чем? Она не ответила. Поставила чашку на столик и поднялась. Он смотрел на неё. Она подошла к камину. Встала, глядя на огонь. Спиной к нему. Он смотрел на неё. На её плечи, освещенные пламенем. На её волосы, которые она оставила распущенными. На её руки, которые она сжала перед собой. Он не знал, когда поднялся. Не знал, когда подошел. - Грейнджер, - раздалось совсем рядом. - О чем вы задумались? Она повернулась. Он стоял близко. Не вплотную, но так, что она чувствовала его тепло. Так, что могла коснуться, если протянуть руку. Она смотрела на него. На его глаза, которые смотрели на неё в упор. На его губы. Она протянула руку. Коснулась его запястье. Как вчера. Он замер. Посмотрел на её пальцы, потом на неё. - Что вы делаете? - голос его был тихим, хриплым. - Я думала о том, что не хочу уходить, - сказала она. - Не сейчас. Она чувствовала его пульс под пальцами. Он был неровный, быстрый. Она сама едва дышала. - Вы не должны здесь оставаться, - сказал он, и в голосе его было напряжение. - Наши занятия… они подходят к концу. Вы научились защищать свой разум. Зелье больше не нужно. Вам не нужна причина, чтобы приходить сюда снова. Она подняла глаза. - А если дело не в занятиях? Он замер. Она сделала шаг. Теперь они стояли совсем близко. Она чувствовала его дыхание на своей коже. - Грейнджер… - Я прихожу не потому, что мне нужно зелье или окклюменция, - сказала она. - Я прихожу потому, что хочу быть здесь. Он смотрел на неё. В его глазах была борьба, желание, что-то, что он пытался сдержать. «Она стоит так близко» - думал он. «Я чувствую ее запах, такой сладкий и цветочный. Я чувствую её тепло». Он сжал пальцы в кулак, чтобы не протянуть руку. «Нет. Это неправильно. Я не имею права». - Вы не должны… - Я знаю, - перебила она. - Вы уже говорили. Но… но я не могу не думать… о вас… Он не мог поверить тому, что она говорит. Она поднялась на цыпочки и это длилось вечность. Она поднималась медленно, словно давая ему время остановить её. Её лицо приближалось к его. Её губы были в дюйме. Он чувствовал ее дыхание - тёплое, прерывистое. Видел каждую ресницу, каждую тень на её щеках. Время растянулось, превратилось в тягучую сладкую пытку. «Отстранись. Скажи ей нет» - приказал он себе. Но он не двигался. Не отстранялся. Его пальцы сжались в кулак настолько сильно, что костяшки побелели. Он твёрдо для себя решил, что не позволит даже дотронуться до неё. Он знал, что стоит ему это сделать, как он сразу потеряет контроль. Она дотронулась ладонью до его щеки и посмотрела ему в глаза. Сердце её выпрыгивало из груди. Ещё ни разу в жизни она не была так близка с ним. Он смотрел в её сияющие изнутри глаза, и не знал, что ему сказать, как себя повести. Она такая красивая, умная, юная. Зачем он ей. - Профессор Снейп, - еле слышно сказала она. - Да, Грейнджер. Я ваш профессор, - он постарался сказать это более серьезно. - А вы в данный момент моя студентка. И то, что вы сейчас делаете… вы будете жалеть об этом. Она покачала головой и улыбнулась. Она думала только о том, что сейчас она рядом с ним. Как смотрит в его глаза, как касается его. От этого всё замирало внутри. Теперь она знала, что все те эмоции, ощущения, чувства, которые она испытывала, когда она думала о нем, прорываются наружу. - Мисс Грейнджер, - сказал он тихо. - Не делайте того, о чем будете жалеть. Эти слова дались ему не просто. Внутри него была буря. Чувства затмевали разум, а разум боролся с чувствами. Гермиона снова подалась вперёд и расстояние между ними сократилось до предела. Пути обратно уже не было. Сейчас или никогда. Она преодолела последний сантиметр между ними и накрыла его губы своими. Одновременный тяжелый вдох вырвался о обоих. Она чувствовала его дыхание. Чувствовала, его губы - сухие, чуть шершавые. Чувствовала, как он вздрогнул, когда она коснулась до его губ. Она не торопилась. Её губы скользнули по его - медленно, изучающее, словно она хотела запомнить каждую линию. Она провела языком между его губ, надеясь, что он ответит ей на поцелуй. Она чувствовала вкус - горьковатый от чая, который они пили, и что-то ещё, только его. Её пальцы легли ему на плечи - невесомые, робкие. Она чувствовала, как напряжены его мышцы под её ладонями, как он сжат, как струна. Она целовала его, и время остановилось. Не было ничего. Не было правил, не было возраста, не было стен, которые были выстроены годами. Были только его губы, его дыхание, смешанное с её. Она чувствовала как его руки сжаты в кулаки. Как они дрожат от желания коснуться её. Северус больше не мог терпеть. Невинные, нежные ласки её неопытных губ доводили его до самозабвения. Он с трудом сдерживал дрожь в теле. Каждая его клетка кричала: «возьми её и обними, не отпускай, ответь на поцелуй». Но он стоял неподвижно. Не отвечал. Не отстранялся. Не двигался. И это было мучительно. Ему приходилось контролировать руки, которыми он так хотел схватить ее за талию. Губы, которые хотели ответить на её поцелуй. Это все было правильно и неправильно. Но он больше не смог терпеть. Он схватил её за плечи и оттолкнул. Не больно. Но решительно. Так, чтобы она поняла. - Нет, - сказал он, и голос его был хриплым, чужим. - Не надо. Она отступила. Смотрела на него. В её глазах было смятение, разочарование, боль, непонимание. - Вы - студентка, - сказал он, и голос его был твёрдым, хотя внутри все дрожало. - Я - профессор. Я старше. Я прошел через то, что вам и не снилось. Я не могу дать вам то, что вы заслуживаете. - Я не прошу… - Я знаю, - перебил он. - Но я не могу. Это будет неправильно. Для вас. Для меня. Для всего, что мы… Он замолчал. «Зачем ты ее оттолкнул. Нет, ты все сделал правильно» - подумал он. Она смотрела на него. В её глазах были слёзы, которые она сдерживала. - Вам лучше уйти, - сказал он тихо. - пожалуйста. Она стояла, не двигаясь. Слёзы покатились по её щекам. Она не вытирала их. Смотрела на него, и в её глазах была такая боль, что у него перехватило дыхание. - Вы думаете, я боюсь? - голос её дрогнул, но в нём появилась сталь. - Боюсь вашего возраста? Вашего прошлого? Того, что подумают другие? Он молчал. - Я прошла через войну, - сказала она, и в её голосе зазвучала злость. - Я видела смерть. Я держала друзей, которые умирали у меня на руках. Я знаю, что такое боль. И знаю, что такое страх. Но я не боюсь вас. Она шагнула к нему. Совсем близко. - Я не маленькая девочка. Я сама выбираю, что мне делать. И никто не может сказать мне, что правильно, а что нет. Он замер. Не мог пошевелиться. - Я видела ваши глаза, - продолжала она, и голос её стал тише, но не слабее. - Я видела, как вы смотрели на меня. В тот день, когда разбилась амортенция. Когда я спала в вашем кресле. Когда вы смотрели на меня сегодня. Я видела желание. Я видела влечение. Я видела… - она не договорила. Он стоял, и просто слушал. Не пытаясь даже возразить ей. - Но вы будете отталкивать меня, - сказала она. - Снова и снова. Потому что вы никогда не позволяете себе чувствовать. Потому что вы привыкли, что всё, что вы любите, умирает или уходит. Потому что вы боитесь, что я уйду, и решаете уйти первым. Слёзы текли по щекам, но она не вытирала их. - Сегодня ухожу я, - сказала она. - Потому что вы меня оттолкнули. И потому что я не могу заставлять вас чувствовать то, чего вы не хотите чувствовать, и не можете. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но она покачала головой. - Не надо, - сказала она. - Не говорите ничего. Вы все равно скажете, что это неправильно. Она закрыла глаза и исчезла. Воздух в комнате качнулся, сжался и её не стало. Он остался стоять у камина, глядя на пустое место, где только что она была. «Она ушла. Она трансгрессировала». Он провел рукой по лицу. «Ты хотел этого, Северус. Ты заставил её уйти» - подумал он. «Ты оттолкнул её». Он вспомнил её глаза, когда она говорила: «Я видела ваши глаза. Я видела как вы смотрели на меня». «Вы будете отталкивать меня. Снова и снова. Потому что вы никогда не позволяете себе чувствовать», - её голос звучал у него в голове Он сжал пальцы в кулак. «Она права» - понял он. «Я отталкиваю всех, кто пытается подойти близко. Я боюсь, что я их не удержу». Он закрыл глаза. Перед ними все ещё стояла она. Её слёзы. Её гнев. Её разочарование. «Я всё сделал правильно. Она больше не придет сюда». Но в этот момент, он открыл глаза. Внутри, под слоем правильных мыслей, под слоем всего, что он строил годами, поднималось что-то другое. Желание, отчаяние, надежда. Он знал, что не может позволить ей уйти. Не сейчас. Не после того, что она ему сказала. Он сосредоточился. На её следе. Ещё тёплом, ещё не остывшим. На том месте, где она только что стояла. На её запахе, который все ещё витал в воздухе. Он закрыл глаза. И исчез.