Эхо Неверленда

*От автора* Дорога из Лос-Анджелеса до «Неверленда» казалась бесконечной. Джаафар вел свою дорогую машину плавно, почти бесшумно, но эта тишина в салоне давила на Эмили сильнее, чем любой громкий спор. Она сидела, вжавшись в кожаное кресло, глядя в окно на проносящиеся мимо пейзажи, и старалась не смотреть на профиль Джаафара. Страх, который она испытала в последние дни, сменился странным, оцепенелым оцепенением. Он — вампир. Ее парень — вампир. От этой мысли кружилась голова. Джаафар чувствовал её напряжение каждой клеткой своего неестественного организма. Он хотел заговорить, оправдаться, найти слова, чтобы разрядить атмосферу, но боялся. Боялся её взгляда, её страха, того, что она может потребовать остановить машину и высадить её посреди трассы. Прошел час пути. Пейзаж за окном начал меняться, становясь всё более уединенным и зеленым. Эмили внезапно повернулась к нему, её глаза блестели от подступающих слёз и гнева. — Так вот откуда деньги, да? — её голос дрожал, переходя почти в крик. — Убиваете богатеньких? Пьёте их кровь? О боже, я сижу в машине с убийцей! Джаафар резко, но плавно притормозил на обочине. Он повернулся к ней, его лицо выражало глубокое сожаление и усталость. — Эмили, послушай меня, — он старался говорить как можно тише и спокойнее. — Мы никого не убиваем. Никогда. Это главное правило нашей семьи. Кровь, которую мы используем — донорская, мы получаем её законным путем через специализированные службы. А деньги... деньги были всегда. Нам, по сути, не на что тратить их в привычном понимании: одежда, машины, жилье — это всё инвестиции прошлого. Огромная экономия на обычной еде, хотя за кровь тоже приходится платить, и немало. Никакой крови на наших руках, клянусь. Его спокойствие подействовало. Эмили, выпустив пар в короткой истерике, начала медленно успокаиваться, хотя всё еще смотрела на него с подозрением. Она отвернулась к окну, и остаток пути — еще два часа — они провели в молчании. --- Когда машина свернула на огромную территорию, защищенную высоким забором, Эмили вздрогнула. Впереди открывался вид, который она могла раньше только представлять: ворота, ведущие в сказку. Когда они подъехали к главному особняку, она опешила. Это не было похоже на «логово вампиров». Светлые тона, ухоженные сады, отсутствие мрака. Джаафар вышел, обошел машину и открыл ей дверь. Она вышла, чувствуя себя неуверенно. Они поднялись по ступеням, и Джаафар распахнул массивные двери. Внутри было еще светлее: мягкий свет ламп, нежные кремовые оттенки интерьера, запах свежих цветов. Из гостиной, не спеша, вышел мужчина. Эмили замерла. Сердце пропустило удар, а затем забилось где-то в горле. Это был он. Майкл Джексон. Живой, настоящий, мягко улыбающийся Майкл. У нее потемнело в глазах, и она инстинктивно схватилась за руку Джаафара, чуть не теряя сознание. — Джаафар... — прошептала она, не сводя глаз с Майкла. — Скажи мне, что это не галлюцинация от испуга, иначе я сейчас попрошу тебя укусить меня, чтобы я проснулась в морге. Майкл рассмеялся — тот самый узнаваемый, мягкий смех — и подошел к ним. — Добро пожаловать, Эмили, в наш Неверленд — сказал он, протягивая руку. — Не волнуйтесь, я вполне материален. Эмили осторожно пожала руку Майкла, но всё ещё не пришла в себя после увиденного. — Майкл, это Эмили, моя девушка. Эмили, это Майкл, мой дядя. Эмили была в шоке, она стояла как вкопанная, ее рука была в руке Майкла. – Что прости?... –она шокированно посмотрела на Джаафара. – Майкл Джексон твой дядя? Джаафар улыбаясь кивнул, отвечая на её вопрос. Эмили посмотрела на Майкла, а Майкл в это время чуть сильнее сжал её ладонь, и Эмили поразилась тому, насколько легким и бережным было это прикосновение, он склонился в галантном поклоне и запечатлел невесомый поцелуй на её ладони. — Приятно познакомиться, Миледи, — произнес он своим неповторимым, мягким голосом, глядя ей прямо в глаза, он отпустил ее руку. Эмили лишь смогла едва заметно кивнуть, пораженная его аристократизмом и теплом, которое исходило от этого человека. –Она знает наш секрет, – подал голос Джаафар. — Как же хорошо, — выдохнул он с искренней радостью, — что не нужно притворяться и играть в «человеческие обеды». Я ждал вас, слуги уже подготовили ужин. --- За ужином Эмили долго не могла решиться поднять глаза. Майкл сидел напротив, и Джаафар заметил, как его дядя смотрит на Эмили. Это не было "пошлым" взглядом — Майкл рассматривал её так, будто она была редким, хрупким фарфоровым изделием, которое можно легко разбить неосторожным движением. В его глазах читалась какая-то болезненная нежность, смешанная с узнаванием чего-то давно потерянного. Они говорили о многом. О том, как устроена их жизнь, о правилах, о балансе. Зашел разговор о Билле. — Он приедет через два дня, — сказал Майкл Джаафару. Эмили поняла, что речь идет об их друге, не стала перебивать. Она чувствовала себя неловко, сидя перед самим Королем поп-музыки, который, как оказалось, был бессмертным вампиром. Майкл заметил её стеснение. — Эмили, — сказал он очень мягко, глядя ей прямо в глаза, — Майкл Джексон умер для мира много лет назад. Перед вами сидит просто Майкл. Пожалуйста, не стесняйтесь. --- Вечером, когда ужин подходил к концу, Майкл встал. — Я пойду в свою спальню, — он посмотрел на молодых. — Спокойной ночи вам. Он поклонился Эмили — этот жест был таким изящным и старомодным, что она даже покраснела. — Миледи, — произнес он с легкой улыбкой и, развернувшись, направился на второй этаж. --- *Майкл* Я поднялся по лестнице, чувствуя, как каждый шаг отдает тяжестью в груди. Дверь спальни закрылась за мной, отрезая шум гостиной. Я подошел к окну и прислонился лбом к прохладному стеклу. Любовь с первого взгляда? Смешно. В моем возрасте и с моей «историей» это звучит как бред. Но когда я увидел её... её взгляд, изгиб шеи, то, как она сжимает руки, когда нервничает — это пронзило меня до самого сердца. Она была так похожа на НЕЁ. На мою жену. Она умерла семьдесят лет назад, и я поклялся себе, что больше никого не впущу в это святилище памяти. Но Эмили... она как будто принесла с собой аромат того времени, когда я еще мог чувствовать себя просто человеком. Я закрыл глаза. Она занята. Она с Джаафаром. И я, как старший, как тот, кто должен охранять семью, не имею права даже думать о ней иначе, чем как о гостье. Это моя пытка. Видеть в ней всё то, что я потерял, и понимать, что мне суждено наблюдать за этим со стороны... --- *От автора* Когда шаги Майкла стихли, Эмили глубоко вздохнула, словно только сейчас начала дышать. Джаафар обеспокоенно смотрел на нее. — Эмили, ты в порядке? Ты выглядишь бледной. Устала? Она покачала головой, пытаясь собрать мысли. — Всё хорошо, правда. Просто... слишком много информации за два дня. Понимаешь? Мой парень — вампир, племянник Майкла Джексона, а сам Майкл Джексон жив, потому что он бессмертный. Это не тот набор фактов, к которому я готовилась, просыпаясь по утрам. Джаафар рассмеялся, обняв её за плечи. — Пойдем в спальню. Слуги уберут всё сами. Пока они шли по коридору, Эмили не удержалась: — А слуги... они тоже... ну, вампиры? — Нет, — улыбнулся Джаафар. — Обычные люди. Они знают, на кого работают, и получают за это очень щедрое вознаграждение. В спальне, утопающей в мягком свете, Эмили села на край огромной кровати. Джаафар подошел к ней и, к её удивлению, опустился на колени. Он взял её ладони в свои, его пальцы были прохладными, но их касание казалось удивительно теплым. — Эмили, — прошептал он, глядя на неё с мольбой. — Прости меня. За последние пять месяцев. За всё вранье, за то, что скрывал, кто я. Я знаю, что выгляжу как монстр... как чудовище в твоих глазах, но я... я просто боялся потерять тебя. Прости меня. Пожалуйста. В его голосе было столько искренности, что гнев Эмили окончательно уступил место пониманию и, возможно, капле жалости. Она посмотрела на него и поняла, что этот «монстр» сейчас нуждается в её прощении больше, чем она — в ответе на вопросы о своем будущем. Эмили смотрела на него сверху вниз, и всё то напряжение, все те страхи, что терзали её в машине и за ужином, вдруг показались мелкими и незначительными по сравнению с той болью и надеждой, что светились в глазах Джаафара. Она видела не опасное существо, не племянника легендарного Майкла Джексона, а мужчину, который искренне боялся её потерять. Она медленно, грациозно сползла с края высокой кровати прямо на пол, оказываясь с ним на одном уровне. Джаафар замер, не смея дышать. Эмили осторожно взяла его лицо в свои ладони — её пальцы казались ему обжигающе теплыми — и нежно поцеловала его. Это был поцелуй, в котором не осталось места для сомнений. — Я люблю тебя, Джаафар, — прошептала она ему в самые губы, когда они отстранились друг от друга. — Да, это всё безумие. Это было... неожиданно, мягко говоря. Но я привыкну. Я не собираюсь уходить только потому, что твой мир оказался сложнее, чем я думала. Джаафар зажмурился на мгновение, чувствуя, как с его души свалился огромный, неподъемный груз. Он был счастлив так, как не был уже много десятилетий. Она приняла его. Она приняла Майкла. Она приняла их странную, скрытую от всех жизнь. — Спасибо, — выдохнул он, прижимаясь своим лбом к её лбу. — Ты даже не представляешь, что это для меня значит. Они медленно поднялись с пола, не разрывая объятий. Джаафар крепко прижал её к себе, вдыхая аромат её волос, который теперь ассоциировался у него с домом и спокойствием. — Через два дня вернется Билл, я говорил тебе о нём, — тихо сказал он, перебирая её пряди. — Я обязательно познакомлю тебя с ним. Он важная часть нашей жизни, и я хочу, чтобы ты знала всех, кто нам дорог. Эмили кивнула, чувствуя, как усталость наконец берет верх над адреналином. Они легли в огромную, мягкую постель, которая пахла свежим бельем и легким парфюмом. Джаафар укрыл её одеялом и притянул к себе, став для неё живым щитом от всех тревог этого мира. — Спокойной ночи, милая, — прошептал он. — Спокойной ночи, — ответила она, уже засыпая. За окнами особняка воцарилась глубокая, бархатная ночь. Неверленд погрузился в тишину, которую нарушал лишь едва слышный шелест листвы в садах. На иссиня-черном небе, усыпанном миллиардами ярких звезд, высоко-высоко сияла огромная, полная луна. Её холодный, серебристый свет пробивался сквозь высокие окна спальни, ложась ровными полосами на пол и край кровати, словно благословляя этот хрупкий мир, воцарившийся между двумя душами. В эту ночь сказка Неверленда стала для Эмили реальностью, в которой монстры умели любить, а легенды — просто уходить спать на второй этаж.