Эхо Неверленда

Прошло полтора месяца. Воздух в Неверленде наполнился предвкушением Рождества, но для Эмили эти полтора месяца пролетели в вихре совершенно новых впечатлений. Джаафар, как и обещал, помог ей открыть танцевальную студию в городе, и почти каждый день Эмили проводила там, погруженная в мир музыки и движения. Она с упоением преподавала детям от семи до пятнадцати лет, наблюдая, как их глаза загораются от каждого нового па, а неуклюжие движения постепенно превращаются в грациозные пируэты. Это был её маленький мир, где она могла быть собой, не отягощенная сложными эмоциями и вопросами. Майкл, узнав, что Эмили была хореографом, сначала был в искреннем шоке, его брови взметнулись вверх в немом удивлении, словно он только сейчас осознал ещё одну грань её личности, о которой прежде не догадывался. Это был еще один штрих к портрету женщины, которая продолжала его удивлять и интриговать, даже когда казалось, что он должен был давно смириться с реальностью. Но реальность за пределами студии становилась всё сложнее. Уже месяц Эмили преподавала, и казалось, что эта работа приносит ей единственную настоящую радость. Но дома, в стенах Неверленда, наступающее Рождество несло с собой не только волшебство, но и нарастающее напряжение. С приближением праздников вопрос о дате свадьбы стал камнем преткновения. Эмили, увлеченная работой и необходимостью подготовиться, настаивала на марте. Джаафар же, казалось, хотел ускорить события, постоянно возвращаясь к январю. Как-то вечером, за ужином, когда хрусталь позвякивал в такт их нарастающему спору, а воздух вокруг них становился все более наэлектризованным, Джаафар снова начал: — Я не понимаю, Эмили, что тебя смущает в январе? Это всего лишь через месяц после Рождества. Чем раньше, тем лучше, не так ли? Эмили устало отложила вилку, её взгляд был прикован к лицу Джаафара, пытаясь найти в его глазах хоть что-то, что могло бы объяснить эту спешку, этот внезапный натиск. Но там был лишь упрямый блеск. — Смущает то, Джаафар, что у меня студия, дети, Рождество, и я физически не успею подготовиться к январю. Мы же договаривались, что это будет просто, для нас. Март — это минимальный срок, чтобы я могла хоть как-то вздохнуть. И вообще, это моя свадьба тоже, ты забыл? Её голос звенел от накопившегося раздражения, и Джаафар, кажется, тоже был на пределе. Он уже собирался ответить, когда Билл, до этого молчаливо наблюдавший за этой повторяющейся сценой, мягко поставил свой бокал на стол. Звук был едва слышен, но прозвучал как выстрел в тишине. — Вы понимаете, что вы прямо сейчас можете сыграть свадьбу? — Билл говорил необычайно спокойно, его голос был ровным, без единой интонации осуждения, лишь констатация факта. — Подключим своих людей и всё, завтра свадьба. Все бумаги, церемония… никаких проблем. Эмили вздрогнула, будто её окатили ледяной водой, а затем резко развела руками, её глаза расширились от возмущения. — Нет! Никакого завтра и точка! У меня даже платья нет, это во-первых! Ты вообще в своём уме, Билл? — А во-вторых, нужно приглашать гостей, — вставил Джаафар, воспользовавшись паузой, чтобы переключить гнев Эмили на другую тему. Эмили тут же посмотрела на него вопросительно, её гнев трансформировался в недоумение. — Гостей? Каких гостей? Ты мне две недели назад сказал, что мы будем вчетвером, нашей семьей, здесь в Неверленде! Какие нахрен гости?! Её голос повысился до почти истерического тона, а глаза гневно сверкнули. Джаафар закатил глаза, его терпение явно лопнуло. — Да, Эмили. Представляешь, у нас есть друзья, которых мы хотим пригласить. Или ты думаешь, что у нас нет никаких друзей или знакомых? — сказал Джаафар, его тон был едким, злым. — Ох, спасибо, что я узнала об этом сейчас, а не на свадьбе! — Эмили уже закипала от злости, в её глазах стояли слёзы обиды. — Ты вообще мне хотел это сказать или как, ты скрыл бы, как ты это любишь делать?! Джаафар вскочил со своего места, его стул со скрежетом отодвинулся от стола, и он встал, глядя на неё сверху вниз, его лицо исказилось от ярости. — Так успокоились оба! — вдруг рявкнул Билл, его голос был низким и властным, заставив обоих замолчать. Он стукнул ладонью по столу, заставив посуду слегка подпрыгнуть. — Свадьба будет в феврале! И не надо на меня так смотреть. Гостей будет немного, только самые важные. Платье выберем самое красивое, если хочешь, тебе его сошьют. Всё всем ясно? Прекрасно. А теперь пошли спать оба! И не дай моим ушам услышать вашу ругань сейчас, на улицу пойдёте спать! Билл включил режим строгого отца, и его неожиданный гнев моментально остудил пыл влюбленных. Эмили и Джаафар тут же умолкли, бросив друг на друга ещё один злой взгляд, и, не произнеся больше ни слова, поднялись и молча разошлись по своим комнатам, словно наказанные школьники. Спустя несколько минут, когда тишина в столовой стала оглушительной после недавней бури, в проём неслышно шагнул Майкл. Он только что вернулся с прогулки по холодному ночному парку, пытаясь успокоить собственные демоны. Его взгляд проводил удаляющиеся фигуры Эмили и Джаафара, исчезающие на лестнице, ведущей на второй этаж. Он видел их напряженные спины, их гневные профили, и на его лице появилась горькая усмешка. Обернувшись к Биллу, который всё ещё сидел за столом, медленно протирая бокал салфеткой, Майкл покачал головой. — Ничего себе ты их отчитал, — произнес он, его голос был низким, почти шепотом, в котором сквозило и удивление, и скрытое беспокойство. Он был в шоке от того, что его обычно сдержанный друг был выведен из себя двумя молодыми людьми. Билл тяжело вздохнул, отложил бокал и потёр переносицу. — Да надоели уже. Как дети малые, честное слово. То это не так, то то, то другое, то третье. Я думал, они сейчас подерутся. Ужас! — возмущение всё ещё звучало в его голосе, но гнев уже сменился усталостью. Он поднял взгляд на Майкла. — Иногда мне кажется, что я здесь нянька для них. Майкл промолчал, его взгляд снова устремился на лестницу, где только что скрылись Джаафар и Эмили. Грустная усмешка тронула его губы. Он отодвинул стул напротив Билла и опустился на него, подавшись немного вперёд, словно пытаясь поделиться тяжестью, которая давила на него уже не один месяц. — Тебе стало легче, после того как ты ей сказал? — спросил Билл, в его голосе прозвучало сочувствие, но и что-то ещё, неуловимое, что напоминало о его собственном признании. Майкл кивнул. — Намного, Билл. Как будто сбросил камень с души. Но вот эта вся ситуация сейчас… меня не очень радует, — он кивнул в сторону лестницы. — Я заметил, что Джаафар стал слишком нервным, он повышает на Эмили голос, за это я готов его придушить собственными руками. Майкл сжал кулаки под столом, его взгляд посуровел. — Они стали очень часто ругаться, а ведь они ещё даже не муж и жена. Что будет дальше? Что это за жизнь? Ты не подумай ничего, Билл, просто я действительно думаю… что это будет за брак, если они уже так себя ведут? Они едва сдерживают себя. Это ненормально. Майкл говорил об этом, но его мысли были только об Эмили. Он опустил взгляд, смотря на свои руки, которые лежали на столе, словно пытаясь найти ответы на переплетённых линиях ладоней. Его голос был полон искренней тревоги, и Билл это чувствовал. Билл посмотрел на него, вздохнул, и Майкл тут же почувствовал это напряжение, этот невысказанный груз. Он поднял взгляд на Билла, ожидая. — Майкл, на днях я проходил мимо их спальни и услышал разговор Джаафара, — Билл понизил голос, оглянувшись по сторонам, словно боялся, что его услышат невидимые стены. — Он разговаривал по телефону, это было четыре дня назад… *Четыре дня спустя* Билл шёл из библиотеки, возвращаясь к себе. Поместье погружалось в вечернюю тишину, лишь лёгкий скрип паркета под ногами нарушал покой. Майкл гулял где-то по территории, Эмили уехала на студию, как и почти каждый вечер. Проходя мимо спальни Эмили и Джаафара, Билл уловил приглушенные звуки голоса. Он не придал этому значения, ведь Джаафар часто говорил по телефону по делам. Но потом до его слуха долетели слова, которые заставили его замедлить шаг и невольно прислушаться. — Мэдди, я уже сказал, я не могу приехать к тебе. Мне нужно забирать Эмили со студии. Мэдди, давай завтра? — Голос Джаафара был спокоен, даже слишком, в нём не было ни раздражения, ни явного нежелания. Билл стоял чуть поодаль от комнаты, скрытый из виду поворотом коридора, и отчётливо слышал каждое слово. Помолвка… Даже помолвка не помогла Джаафару забыть бывшую. В этот момент Билл почувствовал укол сомнения и тревоги. Он медленно продолжил свой путь, слова Джаафара эхом отдавались в его голове, вызывая неприятные мысли. *Настоящее время* — Он разговаривал с ней… с Мэдди, — голос Билла был глухим, полным смешанных чувств и разочарования, и невольного соучастия в чьей-то тайне. Майкл сидел как натянутая струна, которая вот-вот лопнет. Его челюсть напряглась, зубы сжались так, что заиграли желваки, а кулаки на столе сжались до побелевших костяшек. В его глазах вспыхнул опасный огонь. Ему было сейчас искренне жаль Эмили, эта мысль обжигала его изнутри. Она, такая добрая, искренняя, доверчивая, даже и не подозревала, каким мог оказаться её жених. Все его опасения, все его мрачные предчувствия, которые он так усердно пытался заглушить, теперь подтверждались самым жестоким образом. — Я его убью, — прошипел Майкл, его голос был низким, полным неконтролируемой ярости. — Голову сверну, своими руками. Он резко вскочил, собираясь броситься куда-то, но Билл быстро среагировал. Он вскочил тоже и крепко схватил Майкла за руку, его взгляд был умоляющим. — Майкл… нет… не нужно… — Билл пытался говорить убедительно, но в его голосе проскальзывала неуверенность. — Мы же не знаем, что у них, может, он и не изменяет ей, — Билл хотел верить сам себе, он как будто утешал больше не Майкла, а самого себя, пытаясь убедить в том, что ситуация не так ужасна, как кажется, хотя внутри него самого нарастали сомнения. — А я вот почему-то уверен, что этот… этот… — Майкл с трудом подбирал слово, словно имя Джаафара застряло у него в горле, горькое и неприемлемое. — Уверен, что Джаафар изменяет ей с этой грязной девкой. Он раздражённо рухнул обратно на стул, откидываясь на спинку, его взгляд был прикован к потолку, словно там, среди лепнины и хрусталя, он мог найти ответы на свои терзания. Они сидели молча, вязкая тишина наполняла столовую, и Майкл чувствовал, как его мысли хаотично мечутся в голове, не складываясь в единую картину. — Как можно изменять своей девушке, — Майкл произносил эти слова не Биллу, а самому себе, его голос был низким и полным боли. — Тем более когда ты сделал ей предложение? Тем более такой девушке… — последнее он прошептал, и в его голосе прозвучала такая нежность, что Билл невольно вздрогнул. Билл, казалось, молча анализировал всё услышанное, его взгляд был задумчивым, отсутствующим. Несколько долгих минут он смотрел в одну точку, словно обдумывая самый сложный вопрос в своей жизни. Затем он медленно повернулся к Майклу, его глаза горели решимостью, какой Майкл давно не видел. — Если окажется, что он действительно ей изменяет, — сказал Билл, его голос был глухим, но твёрдым как сталь. — Я ему сам оторву голову. Клянусь. В его словах не было ни тени шутки, лишь холодная, беспощадная решимость. Майкл кивнул, понимая, что Билл не бросает слов на ветер. — Пойду прогуляюсь перед сном… — Сказал Майкл, поднимаясь из-за стола. Он чувствовал, что ему нужно выпустить пар, дать выход этой кипящей внутри злости и беспокойству. Билл только кивнул ему, его взгляд всё ещё был прикован к невидимой точке, где разворачивалась его собственная внутренняя битва. Майкл направился на улицу, его шаги были быстрыми и решительными. Идя по едва освещенным дорожкам Неверленда, он вдруг услышал приглушенные звуки музыки, доносившиеся со стороны танцевальной студии. Его брови поднялись в удивлении – кто мог быть там в такой поздний час? Внезапно появилось предчувствие, которое заставило его изменить направление. --- *Тридцать минут назад* Эмили и Джаафар ворвались в свою комнату, и едва за ними захлопнулась дверь, как молчание, висевшее между ними после окрика Билла, рухнуло, уступая место новой волне конфликта. — Какие гости, Джаафар?! — воскликнула Эмили, её голос дрожал от смеси обиды и ярости. — Вампиры?! Ты собирался на свадьбу к нам приглашать вампиров?! Джаафар усмехнулся, в его глазах вспыхнул опасный огонь. — Да, вампиры! А что? Мы тебе противны? Не хочешь видеть таких, как мы? Может, ты вообще не хочешь со мной быть, а? — Он сделал шаг к ней, его лицо исказилось от ярости. Эмили не выдержала. Звук пощечины разнёсся по комнате, резкий и оглушительный. На его щеке тут же проступил красный след. — Дура, — прошипел он сквозь стиснутые зубы, его глаза горели холодным, мстительным огнём. — Придурок, — ответила Эмили, её собственный голос едва слышен сквозь накатившие слёзы. Она больше не могла находиться рядом с ним, чувствуя, как её сердце сжимается от боли и разочарования. Развернувшись на каблуках, она бросилась к другому выходу, ведущему на задний двор, чтобы её не видели Билл и Майкл, которые сидели в столовой. Она выбежала на улицу, и холодный ночной воздух мгновенно ударил ей в лицо, проясняя разум. Ноги сами понесли её в сторону танцевальной студии, о которой она узнала от Майкла всего месяц назад. Тогда, когда Эмили рассказала ему о том, что она хореограф, Майкл сразу же показал ей это уютное помещение, где теперь Эмили проводила много времени в свободное время, и это место стало её личным убежищем. Спустя минут пять, задыхаясь от быстрого шага и нахлынувших эмоций, она зашла в студию. Это было красивое, светлое, комфортное помещение, наполненное мягким светом ночных фонарей, проникающим сквозь огромные окна. На одной из стен были большие зеркала, что позволяло пространству казаться ещё больше и воздушнее. Эмили подошла к колонке, её пальцы дрожали, когда она подключала телефон, и включила песни. Сейчас ей просто хотелось забыться, отвлечься от всего, отдаваясь музыке и движению. Она хотела поставить новый танец для детей, погрузиться в творчество, которое всегда было для неё спасением. Музыка раздалась по студии, её ритм заполнил каждый уголок, и Эмили почувствовала странное тепло от неё, словно мелодия обволакивала её, успокаивая израненную душу. Она начала двигаться в такт, её тело, казалось, само находило ритм, скользя по отполированному полу. Она танцевала, придумывала какие-то новые движения для детей, стараясь сделать их лёгкими и запоминающимися. Каждое па, каждый поворот были попыткой выплеснуть накопившуюся боль и разочарование. Она начала быстро записывать в свой блокнот, который лежал здесь со вчерашнего дня, танцевальные комбинации, чтобы не забыть ни одного движения, ни одной идеи. Она повторяла движения, повторяла комбинации, словно в трансе, полностью отдаваясь процессу. Эмили танцевала так долго, пока не почувствовала лёгкое головокружение и усталость. Наконец, она остановилась, выключила колонку, и в наступившей тишине медленно выпрямилась. И тут в зеркале она увидела Майкла. Эмили вздрогнула, её сердце ёкнуло, и она резко повернулась к нему. — Майкл! — вырвалось у неё, её голос был смесью испуга и удивления. — Ты меня напугал до смерти! Майкл подошёл к ней, его лицо выражало искреннее сожаление. — Извини, Эмили, я не хотел… — он мягко улыбнулся. — Тем более до смерти! Они засмеялись вместе, напряжение медленно отступало, растворяясь в воздухе. — Ты чего не спишь? — спросил Майкл, его взгляд был проницательным. Он подозревал, что Эмили снова поругалась с Джаафаром и поэтому пришла сюда, и её слегка покрасневшие глаза только подтверждали его догадки. — Не спалось, — соврала она, но её взгляд метнулся в сторону, выдавая её с головой. — Эмили… скажи, это из-за Джаафара? — На миг его взгляд стал серьёзным, пронзающим, и Эмили почувствовала, что он видит её насквозь. Эмили опустила взгляд, что давало Майклу понять: его подозрения были верны. Он осторожно подошёл ещё ближе и нежно обнял её. Его прикосновение было тёплым и успокаивающим, словно защитный щит от всего мира. — Всё будет хорошо, милая, — прошептал он, и в его голосе Эмили услышала такую заботу, что её сердце сжалось. Ей было так хорошо в его объятиях, так безопасно. — Надеюсь… Джаафар стал… очень вспыльчив в последнее время… — Эмили стояла в объятиях Майкла, ей было сейчас очень тепло и комфортно рядом с ним, словно она нашла свой уголок спокойствия в бушующем мире. — Потанцуем? — вдруг спросила она, её голос был слегка приглушен, когда она отстранилась и посмотрела ему в глаза. Майкл опешил. — Что? Эмили, я не танцевал очень давно, я боюсь ошибиться, — измученно, но с улыбкой простонал он, его глаза искрились лёгким смущением. Но Эмили его не слушала, она уже тянула его за собой в середину зала, её глаза горели задором. Когда Майкл наконец-то стоял посреди студии, Эмили подошла к телефону и включила подборку песен 80-х и 90-х. Вдруг из колонки послышалась до боли знакомая мелодия, первые аккорды безошибочно узнаваемой песни. Майкл усмехнулся, его уголки губ поползли вверх, а Эмили улыбнулась во все тридцать два зуба, её лицо озарилось чистой радостью. Из колонки играла песня Майкла «Beat It». Эмили начала танцевать, плавно подходя ближе к Майклу в середину зала. Она двигалась с невероятной грацией, её тело точно повторяло ритм, а глаза не отрывались от Майкла. Он наблюдал за ней, его улыбка становилась шире. Они танцевали, сначала неуверенно, затем всё свободнее, а когда начался припев, их плавные движения влились в одно. Они двигались одинаково, их тела синхронизировались, словно они танцевали вместе всю жизнь. Эмили двигалась под его песню не хуже самого Майкла, каждое её движение было точным, энергичным и полным страсти. Майкл улыбался, наблюдая, какие у неё точные движения, он восхищался ей, этой женщиной, которая, казалось, могла делать всё на свете. В этот момент не было ни Джаафара, ни скандалов, ни проблем – только они вдвоем, слившиеся в танце. После пары его песен, когда они оба запыхались, смеясь, они решили закончить. Музыка затихла, но энергия в воздухе всё ещё витала. — Мои ученики обожают танцевать под твои песни. Я когда была маленькой, моя мама всегда включала твои песни, и я кое-как, но всё равно повторяла твои движения из телевизора, — она улыбнулась, вспоминая детство, и в её глазах мелькнула ностальгия. Майкл обнял её, его рука нежно погладила её по спине. — Я скажу тебе так, — произнес он, его голос был мягким, но искренним. — Твои движения были сейчас намного лучше моих. — Он говорил это абсолютно честно, ему действительно так казалось. Эмили рассмеялась, её глаза сияли. — Ого, меня похвалил сам Майкл Джексон, — сказала она, и в её голосе звучали нотки счастливого удивления, смешанного с игривостью. Майкл тихо рассмеялся и посмотрел на неё сверху вниз. — Майкл, а… а ты сейчас поешь? — нерешительно спросила она. Майкл тут же посерьёзнел, его лицо слегка исказилось в горькой гримасе, и он покачал головой. — Нет, я не пел с 2009 года. Я же говорил: Майкл Джексон умер, а вместе с ним умер и его голос. — Он пристально посмотрел на неё. Эмили грустно улыбнулась. — Ладно, Эмили, пошли. Уже поздно, — мягко прервал молчание Майкл. — Да, конечно, сейчас, — ответила она, выключила колонку, забрала телефон и поднялась с места. Майкл протянул ей руку, как истинный джентльмен, она взяла его за руку и они вместе вышли на улицу. Они шли по погружённому в темноту Неверленду. Вокруг царила тишина, все уже спали, и в этом огромном мире они были только вдвоём. Внезапно эту идиллию нарушил голос Майкла. — Эмили, я давно хотел спросить тебя… — произнёс он, пока они шли, соприкасаясь ладонями. — Спрашивай. — Мы с Биллом наблюдаем за вами, и… даже Билл говорит, что ваши отношения изменились не в лучшую сторону. Вы стали часто ругаться с Джаафаром. Я хотел спросить… Эмили, ты… ты действительно любишь его? Эмили опешила от неожиданности и даже остановилась, преданно смотря на него. В её голове промелькнул вихрь мыслей: а любит ли она его на самом деле? — Майкл… это… это сложно, — тихо заговорила она. — Я люблю его, у нас скоро свадьба… Но я заметила, как Джаафар отдаляется от меня. Иногда мне кажется, что он что-то скрывает, но я никак не могу понять, что именно. — А ты ему доверяешь? — Майкл намекал на измену. Он всматривался в её лицо и понимал, что она догадалась, к чему он клонит. Эмили посмотрела на него и растерянно пожала плечами. — Я не знаю… — прошептала она, и по её щеке покатилась слеза. Майкл тут же привлёк её к себе и обнял, нежно гладя по волосам и пытаясь успокоить. — Тише, тише, Эмили. Всё хорошо. Я уверен, он этого не делает, — шептал он, желая просто утешить её, хотя сам точно знал: Джаафар изменяет этой прекрасной девушке со своей стервозной бывшей. — Эмили, пойдём, тебе нужно отдохнуть. — Да, ты прав. Пошли. Держась за руки, они быстро дошли до дома. Внутри было темно, лишь бледный свет луны пробирался сквозь окна, очерчивая силуэты мебели. Они поднялись на второй этаж. Майкл поднёс к губам её ладонь, которую всё ещё держал в своей руке, и нежно поцеловал её. Эмили почему-то жутко засмущалась. Она долго смотрела ему в глаза, затаив дыхание, изучая его лицо, глаза, губы, пока он сам не прервал это волшебное мгновение. — Спокойной ночи, Эмили, — тихо сказал Майкл. — Спокойной ночи, Майкл, — отозвалась Эмили. И они разошлись по своим комнатам. Когда Эмили зашла в спальню, Джаафар мирно спал. Она достала из комода чистое бельё и направилась в душ. Мысли о Майкле никак не выходили у неё из головы. Ей безумно нравилось проводить с ним время. После того как он признался ей в любви — едва не укусив перед этим, — между ними больше не было намёков на близость, но сегодня это притяжение вспыхнуло вновь. Эмили не знала, что делать: все её мысли были заняты им, а Джаафар словно отошёл на задний план. Сейчас она думала только о Майкле — о том, какой он заботливый, ласковый, нежный, спокойный и добрый. Она вспомнила, каким преданным и тёплым стал его взгляд, когда она рассказывала, что её ученики обожают его песни. В тот миг он был искренне счастлив. Зайдя в ванную комнату, Эмили заперла дверь, включила воду и сбросила одежду. Внимательно посмотрев на своё отражение в зеркале, она медленно опустила руки на живот, а затем повела их выше, по груди к шее. Она гладила себя, закрыв глаза и представляя, как по её телу блуждали бы чуткие пальцы Майкла. Перешагнув через бортик ванны, она задернула шторку и встала под струи воды, продолжая ласкать себя. Её ладони скользнули вниз, пальцы коснулись клитора, и она начала медленно массировать его. Перед глазами стоял образ Майкла. Дрожа от возбуждения, она вошла в себя сразу двумя пальцами и негромко застонала, выгибаясь навстречу собственным рукам. Она думала о нём, безумно хотела его и в этот момент отдала бы всё на свете, чтобы он оказался рядом. Завершив свои тайные дела, Эмили вышла из ванной, надела чистое бельё, натянула пижаму и легла в постель. Бросив короткий взгляд на спящего Джаафара, она машинально отвернулась от него и вскоре погрузилась в глубокий сон. --- На следующий день Эмили проснулась одна — Джаафар уже куда-то ушёл. Она переоделась, зашла в ванную и начала умываться. Смыв прохладную воду с лица, она потянулась за полотенцем и на секунду замерла, остановив взгляд на ванне. В памяти яркой вспышкой воскресло всё, что она творила здесь вчерашним вечером сразу после прогулки. На её губах появилась смущённая улыбка, и она направилась в столовую. В столовой собрались все: Джаафар, Билл и Майкл. Эмили зашла в приподнятом настроении, озаряя всех улыбкой. — Всем доброе утро! — произнесла она. Майкл и Билл тут же подняли головы, в их руках были стаканы с кровью. — Доброе утро, — отозвался Билл. — Доброе утро, Эмили, — с тёплой улыбкой ответил Майкл. Джаафар же даже не поднял головы, оставаясь прикованным взглядом к своему стакану с кровью. Эмили прошла мимо стола, направляясь к кухонному гарнитуру. — Ничего удивительного, — пробормотала она, специально проходя мимо Джаафара, который упорно молчал. Эмили взяла чашку и принялась заваривать кофе. В помещении повисла тишина, нарушаемая лишь стуком ложки о фарфор. Когда кофе был готов, Эмили присела рядом с Майклом. Джаафар сердито взглянул на неё, словно хотел что-то сказать, но вместо этого просто встал и молча ушёл. Эмили опустила взгляд. Почему-то она винила себя в их вчерашней ссоре. Майкл успокаивающе положил руку ей на плечо. — Он остынет, не переживай, — Майкл слегка сжал её плечо. Билл внимательно посмотрел сначала на Эмили, потом на Майкла. Он видел, как Майкл относится к ней, чувствовал его настоящую любовь. Майкл дорожил ею, словно самым дорогим существом на свете, хрупкой фарфоровой статуэткой, которую боялся разбить или даже повредить. И если кто-то всё же осмеливался её сломать, Майкл готов был собрать каждый осколок, чтобы вернуть статуэтке прежний вид. Билл понимал, что Джаафар изменяет Эмили со своей бывшей девушкой — это стало ясно из телефонного разговора, который он подслушал. Вчера он рассказал Майклу далеко не всё о той беседе. *Воспоминание того дня* Билл внимательно слушал разговор Джаафара по телефону. Внезапно тот произнёс: — Люблю тебя, Мэдди. До встречи, милая. Билл был в шоке. Неужели Джаафар, только что сделавший предложение Эмили, тут же нашёл ей замену? Это просто не укладывалось у него в голове. Билл сжал кулаки и ушёл от туда, что бы не слышать продолжение разговора. *Настоящее* Сейчас Билл сидел и наблюдал за Майклом и Эмили, которые о чём-то тихо беседовали. Майкл явно пытался её развеселить, и Билл решил оставить их наедине. — Ещё раз приятного аппетита, я пойду, — сказал Билл, поднимаясь из-за стола. — Пока, Билл, — ответил Майкл. — Пока, — сказала Эмили. Видя грусть Эмили, Билл понимал, что она вызвана Джаафаром. Он сжал кулаки и решительно направился на второй этаж, к нему. Джаафар сидел на кровати, невидящим взглядом уставившись в окно. Его мысли метались между Мэдди и Эмили — он не мог разобраться в себе. Он любил Эмили и думал, что, сделав ей предложение, сможет всё расставить по местам. Но после того дня Мэдди стала звонить всё чаще, соблазняя его, и он в порыве возбуждения снова и снова ехал к ней. Он ненавидел себя за это. Пока он удовлетворял Мэдди, Эмили либо работала в студии, либо просто ждала его в Неверленде. Его раздражало, что она хочет, чтобы свадьба прошла исключительно по её сценарию. Из-за этого они вчера и поругались. Вдруг в комнату вошёл Билл. — Джаафар, нам нужно поговорить, — серьёзно произнёс Билл. — О чём, Билл? — Джаафар поднялся с кровати и повернулся к нему. — О ваших отношениях с Эмили. Ты понимаешь, что у вас скоро свадьба? Зачем вы делаете из мухи слона? Зачем ссоритесь? — Билл медленно приближался к нему. — А кто делает из мухи слона? Я уж точно ничего не делал, это ей всё не нравится! — раздражённо ответил Джаафар. — Джаафар! Она твоя будущая жена! — серьёзно сказал Билл. — Или что? Не любишь её уже? Джаафар опешил. — Ты говоришь чушь! — Голос Джаафара дрогнул. — А я вот так не думаю, Джаафар. Что, стерва Мэдди лучше? — Билл был зол, и Джаафар тоже кипел от ярости. Джаафар посмотрел тому в глаза. — Я не хочу с тобой об этом говорить! — Джаафар схватил телефон и стремительно вышел из комнаты. Эмили и Майкл всё ещё сидели в столовой, и она увлечённо рассказывала ему о своей работе. — Представляешь, ко мне ходит мальчишка, ему всего восемь лет, а он так здорово делает лунную походку! — Эмили повеселела. Майклу удалось поднять ей настроение после Джаафара. — Я бы с удовольствием на это посмотрел! А ты сама умеешь? — спросил Майкл, глядя на неё. — Я? Нет, — она звонко рассмеялась. Вдруг по лестнице стремительно спустился Джаафар, выбежал из дома и с грохотом хлопнул дверью. Эмили подошла к окну и проводила его взглядом. Он быстрым шагом направился к машине, сел, завёл мотор и резко тронулся с места. — Бешеный, — пробормотала она. — Невменяемый, — продолжил Майкл, подходя ближе. Майкл положил ей руку на плечо, поворачивая её к себе. — Он остынет, не переживай, — спокойно и нежно произнёс он. — Пошли потанцуем? Я вчера придумывала движения для нового танца, могу показать, — она посмотрела на него. — Я не против, пошли. Мне вчера понравилось с тобой танцевать, — он тихо засмеялся. Эмили тоже засмеялась. Они направились в студию. --- В студии Эмили показывала ему новый танец. — Я пыталась придумать что-то новое, но не слишком сложное, чтобы дети быстро запомнили, — говорила она, глядя на него через зеркало, ведь Майкл стоял позади неё. — Хорошие движения, но я бы кое-что поправил в одной связке, — сказал Майкл, подходя ближе. Весь день они танцевали. Майкл показал ей пару движений, которые придумывал на лету. Эмили то и дело бегала к блокноту, чтобы записывать новые элементы. Вскоре они уже танцевали этот танец вместе, их движения были плавными, чёткими, синхронными. Им нравилось, как у них получалось. — Ты молодец! А в конце вот так, — сказал Майкл, чтобы она посмотрела на него. Майкл щёлкнул пальцами, сделал пируэт влево, встал в стойку и продемонстрировал лунную походку. Эмили засмеялась. — Ооо, нет, без меня, — подняла руки она, говоря, что сдаётся. — Давай научу? — он подошёл к ней. — И лунную походку сможет делать не только твой маленький проказник, но и ты. Майкл улыбался своей по-детски искренней улыбкой. — Давай в другой раз? Я устала, и уверена, ты тоже. — В другой раз так в другой раз, — тихо ответил Майкл. — Может, тогда погуляем? — Да, пошли, — ответила Эмили. Они пошли гулять по тропинкам, и вдруг Эмили спросила: — Майкл, а у тебя... когда-нибудь была жена?.. — Последние слова она произнесла тихо, почти неслышно. Майкл посмотрел на неё, грустно улыбнулся и кивнул. — Да, была. Она, как и ты, была человеком, но умерла, — голос его был тихий, в нём слышалась тоска. — Извини... — Эмили погрустнела. — Не извиняйся, ты же ни в чём не виновата, — Майкл обнял её за плечи. Вскоре они дошли до того самого любимого дерева Майкла, с которого Эмили упала, испугавшись Билла. — Я всегда прихожу сюда, когда мне скучно или надо над чем-то подумать. В девяностых годах я приходил сюда... — он не договорил. — И сочинял песни? — Она улыбнулась, и он кивнул. — В интернете много такой информации, но я не знала, как оно выглядит. Кстати, я с него упала, когда Билл пришёл. Майкл засмеялся. — Да, я знаю, Билл сказал, — он тихо смеялся, подошёл к дереву и залез. — Залезай. Эмили послушалась и спокойно залезла на ветку, на которой сейчас сидел Майкл. Она села рядом, их ноги свисали, и они сидели, любуясь ветвями. — Майкл, а после... после жены у тебя кто-то был? — она повернула голову к нему. — Да, но так... чтобы... — он не знал, как сказать. — Утолить "жажду", — ответила Эмили, и Майкл кивнул. — Да, именно так, — сказал он. — А Лиза Мари Пресли? — спросила Эмили, так что Майкл даже дёрнулся от этого имени. — У нас были чисто деловые отношения. Потом наши менеджеры решили, чтобы мы поиграли на публику влюблённую пару. Мы и играли, но потом надоело, и каждый стал жить своей жизнью. Мы общались с ней ещё четыре года, но затем она не звонила, я не звонил — и всё. — Майкл говорил спокойно. — А она знала?.. — намекая на его вампирскую жизнь, говорила Эмили. — Нет. Знала... одна девушка, моя подруга Диана, — в глазах Майкла проскользнул блеск нежности, когда он вспомнил свою подругу. — Диана Спенсер. — Диана Спенсер? Принцесса Диана?! — Эмили чуть не упала с ветки, но Майкл её удержал. — Да, мы дружили. Ну, как сказать...мы познакомились в 1988 год. Наша с ней встреча состоялась за кулисами лондонского стадиона «Уэмбли» перед благотворительным концертом в рамках моего мирового турне «Bad Tour». Она оказалась моей большой поклонницей, а я — её поклонником. Я ей тогда сказал, чтобы она не беспокоилась и что песни «Dirty Diana» не будет, но она вскрикнула и сказала, что это её любимая песня. Пришлось всё же оставить эту песню. А когда я её пел, то хотел провалиться сквозь землю, мне было стыдно зная, что в зале сидит сама Принцесса Диана. Эмили улыбалась, представляя Майкла в тот день. — А как она узнала? Майкл растерялся, нервно улыбнулся. — На какой-то выставке. Я шёл один по коридору, пил кровь из коробки от апельсинового сока. Диана шла навстречу, в общем... — он стеснялся говорить. — В общем? — спросила Эмили. — Это было ужасно. Я споткнулся, и кровь попала на её платье. Рядом были туалеты, в общем, я помог ей оттереть кровь, но она его потом всё равно переодела. Она поняла, что это кровь, и я рассказал ей. Она поверила... Чёртов "апельсиновый сок"! Если бы я не споткнулся, она бы не узнала, а я сам себя выдал. — Главное, что она поверила, — сказала Эмили. Её рука покоилась на его руке; она даже не заметила, в какой момент положила свою ладонь на его. Эмили посмотрела ему в глаза. — Я потом жалел, что стал певцом... Как вспомню суды, обвинения... передёргивает... — Майкл, главное, что сейчас всё хорошо. Большинство людей помнят Майкла Джексона как человека с большим сердцем. Ты так много сделал для всех, особенно для детей, ты даже построил в Неверленде аттракционы для них, — Эмили восхищалась им. — Эмили... у меня было всё... но не было ничего, — он сжал её руку и продолжил: — Я так всегда хотел детей, хотел поддержать своего ребёнка на руках. Я бы всегда играл со своими детьми, читал сказки, возможно, даже пел, — он тихо засмеялся, но получилось грустно. — Я хотел, чтобы рядом со мной была моя любимая женщина, которая бы любила меня. Я всегда хотел большую семью... я всегда хотел любви... Эмили посмотрела на него, потом на его губы и резко поцеловала. Он сразу же ответил. Этот поцелуй был нежным и ласковым, в нём чувствовалась любовь. Майкл положил руку ей на щеку, задевая волосы, спадавшие на её лицо, а Эмили зарылась пальцами в его волосы. Они целовались, пока у обоих не закончился кислород, затем отстранились. В глазах у обоих играла озорная искра. Оба смущённо отвели взгляды друг от друга, но всё же улыбались. Майкл приобнял её, а она в свою очередь положила голову ему на плечо. — Эмили, вам с Джаафаром стоит помириться, поговори с ним. — Майкл, не порть момент, — Эмили сказала это твёрдо. Майкл засмеялся и прикусил губу. Он положил свою голову на её, и они так просидели долго. --- Джаафар вернулся к ужину, но ни с кем не общался, молча пил кровь из бокала. Эмили, Майкл и Билл разговаривали. Билл спрашивал Эмили о её танцевальной студии, и та с радостью всё рассказывала. После ужина Эмили отправилась в спальню. Джаафар уже был там: он ушёл из столовой за десять минут до Эмили. Эмили зашла в спальню. Джаафар лежал на кровати, на нём были только домашние шорты, торс был голым. Она легла рядом с ним. — Джаафар, милый, давай поговорим? — Она провела ладонью по его прессу. — О чём? Опять о свадьбе? Опять о том, что ты никаких гостей не хочешь и свадьба будет в марте? — он посмотрел на неё серьёзным взглядом. — Билл уже вчера всё сказал: свадьба будет в феврале, а гостей будет немного. Его предложение же тебя устраивает? — Она посмотрела на него, ожидая ответа, она не хотела ругаться. — Устраивает, — ответил Джаафар, смотря на неё. — Прости... Эмили поцеловала его, и он ответил, поглаживая её руку. — Я больше не хочу с тобой ругаться из-за этого, — сказала она. — Я тоже, — сказал Джаафар. Эмили улыбнулась самой доброй и искренней улыбкой. — Отвезёшь меня завтра на студию? — спросила она, и Джаафар кивнул. — Я пойду в душ. Эмили чмокнула его в губы, слезла с кровати и ушла в ванную комнату. Джаафар лежал на кровати. Вдруг его телефон завибрировал — пришло какое-то уведомление. Он взял телефон в руки и увидел сообщение от Мэдди: "Я скучаю, малыш". Он сжал телефон с такой силой, что тот мог треснуть. Джаафар отключил его и бросил на тумбочку, затем встал и пошёл в ванную комнату к Эмили.