Граф Лакрица и принц Красный Бархат

После отъезда принца граф Лакрица вернулся к своим обычным делам: управление поместьем, проверка бумаг, тренировки по фехтованию и иногда охота. В его усадьбе вновь стало тихо и спокойно, как он и любил. Но Кристиан периодически думал о том, как классно звучал голос Ильи в этих стенах. Он иногда ночевал в спальне, в которой спал принц, предаваясь воспоминаниям. Ещё в день, когда принц уехал, Лакрица нашёл серебряный кулон, оставленный им. Украшение грело воспоминаниями, и Кристиан стал всегда носить его на шее. Так прошло недели две. Граф долго думал и наконец решил построить ещё одну мельницу. Работа проходила не спеша, но крестьяне старались, и получалось у них очень хорошо. В один из дней он как обычно сидел в кабинете и считал расходы на строительство мельницы. Тут в дверь постучали, и вошла Мария. — Господин, вам письмо из дворца. — Благодарю, Мария. Он старался соблюдать спокойное выражение лица, но внутри прыгал от радости. И как только девушка ушла, на лице появилась улыбка.  Письмо было от принца. В нём он рассказывал о своих делах, об ужине с принцессой Полиной, о том, что она хорошая, но вообще ему не интересна. Писал о том, что король последнее время ходит очень задумчивый и, возможно, в скором времени графу придётся явиться во дворец. Подробностей Илья не раскрывал, да и не мог. Так же писал о том, что скучает по тишине поместья Лакриц и, конечно же, по самому графу. «Интересно всё это, — подумал Кристиан, перечитывая письмо. — Особенно про короля. О чём он раздумывает? И зачем я могу ему понадобиться? Неужели хочет развязать войну?» Но думал он недолго. Его мысли переключились на ту часть, где принц писал о том, что скучает. «Скучает по мне. Он написал это. Он не побоялся сказать это на бумаге. Значит, я ему действительно дорог». Кристиан ещё раз перечитал строки, где Илья описывал свою тоску, и почувствовал, как внутри разливается тепло. Закончив с делами, когда на улице уже стемнело, граф поужинал, выпил немного вина и отправился спать — но не в свою спальню, а в комнату принца. Он запер дверь. Снял верхнюю часть одежды. И подошёл к окну. Именно здесь сидел принц. Воспоминания нахлынули на Кристиана с новой силой: Илья сидел в расстёгнутой рубашке, красные волосы слегка спадали на лицо, на щеках играл лёгкий румянец от выпитого алкоголя. Его шея сияла в лунном свете. «Как бы мне хотелось прикоснуться к этой шее, — подумал Кристиан, чувствуя, как внутри разливается жар. — Губами. Оставить на ней следы. Снять с него эту рубашку и насладиться его прекрасным телом...» Он закрыл глаза, и образ принца стал ещё более чётким. Он видел его улыбку, слышал его голос, чувствовал его дыхание. Всё это было так реально, что казалось — Илья стоит рядом. «Почему ты так далеко? — подумал Кристиан. — Почему я не могу просто взять и приехать к тебе? Почему мы не можем быть вместе, не думая о статусах и обязанностях?» Он лёг на кровать, и ему показалось, что она вся ещё пахнет принцем, хотя постельное бельё уже давно поменяли. Но запах остался — в его памяти, в его ощущениях, в каждой клетке его тела. Граф лежал в одной тунике, глядя в потолок. Его рука медленно провела по груди, задержалась на животе, затем опустилась ниже, в штаны. Он обхватил пальцами напряжённый орган и начал плавно двигать рукой вверх-вниз, закрыв глаза и полностью отдаваясь воспоминаниям. Перед его мысленным взором снова был Илья — его улыбка, его глаза, его шея, его руки, которые касались лица Кристиана. Он вспомнил тот поцелуй — мягкий, пьяный, но такой настоящий. И второй — уверенный, почти дерзкий. «Я хочу тебя, — прошептал он в тишине. — Я хочу чувствовать тебя рядом. Я хочу целовать твои плечи, твою грудь, твои губы...» Его дыхание участилось, движения стали более быстрыми. Он слегка прикусил губу, сдерживая стон, но тихий звук всё равно вырвался из его груди — смесь боли и наслаждения, которая рождалась из глубины души. Он представлял, как Илья касается его, как их тела сплетаются в темноте, как он может быть рядом, чувствовать его кожу, слышать его дыхание. Это было настолько реально, что казалось — если он откроет глаза, то увидит его здесь. Но когда он открыл глаза — в комнате было пусто. Только лунный свет заливал пол, и тишина напоминала о том, что он один. Кристиан перевёл дыхание, чувствуя, как его тело медленно возвращается в реальность. Тепло всё ещё разливалось внутри, но к нему примешивалась лёгкая горечь. «Я хочу тебя, Илья, — повторил он мысленно. — Я хочу быть рядом с тобой, даже если это невозможно. Даже если нам придётся прятаться. Я готов на всё». Он перевернулся на бок, сжимая в руке кулон, который всё ещё висел у него на шее. И уснул, чувствуя, как серебро греет его грудь. В один из вечеров в Королевский дворце: Малая столовая. Стол был накрыт в малой столовой — не в парадном зале, чтобы разговор был более приватным. Белая скатерть, серебряные подсвечники, тонкий фарфор. Слуги бесшумно расставляли блюда, и принц Илья сидел напротив принцессы Полины, стараясь изображать радушие. Полина была красива — в этом нельзя было сомневаться. Чёрные волосы, уложенные в замысловатую причёску, зелёное платье, подчёркивающее глаза, и лёгкая улыбка, которая, казалось, была нарисована на её лице. Она была умна, воспитана и знала, как вести светский разговор. Но Илья чувствовал, что его сердце не лежит к ней — не потому что она была плоха, а потому что оно уже было занято другим. — Вы выглядите задумчивым, Ваше Высочество, — заметила Полина, отпивая из кубка. — Ужин скучен для вас? Принц встрепенулся, поняв, что его мысли снова унеслись в поместье Лакрицы: — Прошу прощения, принцесса. Я просто... я немного устал после дороги. Но ваш разговор — настоящее украшение этого вечера. Полина улыбнулась, но в её глазах мелькнула лёгкая насмешка: — Вы очень любезны. Однако я заметила, что вы смотрите не на меня, а в окно. Надеюсь, там не прячется кто-то более интересный? «Она слишком проницательна, — подумал Красный Бархат. — Она видит больше, чем я хочу показывать». — Нет, что вы, — сказал он, стараясь улыбнуться. — Я просто вспомнил недавнюю поездку. Леса, поля... было приятно побыть в тишине. — В поместье графа Лакрицы, я полагаю? — Полина подняла бровь. — Я слышала, вы ездили к нему. Говорят, он нелюдим и редко появляется при дворе. «Она знает, — мелькнуло у принца. — Она уже собрала сведения». — Он действительно предпочитает свои земли, — ответил Илья, стараясь говорить нейтрально. — Но он прекрасный хозяин и интересный собеседник. Полина прищурилась, изучая его: — Вы говорите о нём с теплотой. Это редкость — хвалить кого-то так искренне. Принц почувствовал, как лёгкая краска заливает щёки: — Я просто ценю хороших людей. А он — хороший человек. Они замолчали. Полина взяла кусочек хлеба, но не откусила, а посмотрела на принца пристальнее: — Ваше Высочество, я понимаю, что этот ужин — инициатива вашего отца. И я не хочу, чтобы вы чувствовали себя обязанным. Скажите честно: вы хотели бы продолжать наши встречи? Илья поднял глаза, удивлённый её прямотой: — Вы спрашиваете об этом так открыто? — Я всегда говорю прямо, — сказала она с лёгкой улыбкой. — И я предпочитаю знать правду, даже если она мне не понравится. Это лучше, чем тратить время на иллюзии. «Она необычная, — понял принц. — Она не играет в игры. Она хочет честности. И заслуживает её». Он помедлил, затем сказал тихо: — Правда в том, принцесса, что я... я не готов к серьёзным отношениям. Вы — прекрасная девушка, и я уважаю вас. Но моё сердце сейчас не свободно. Полина улыбнулась — в этой улыбке было понимание, а не обида: — Я так и думала. Вы слишком часто смотрели вдаль. Как будто ждали кого-то, кого здесь нет. Она отпила ещё немного вина: — Могу я спросить, кто она? Или это слишком личное? Илья замер. Он не мог сказать ей правду. Не мог признаться, что его сердце принадлежит мужчине. Но он не мог и солгать ей — она заслуживала большего. — Я не могу назвать имя, — сказал он наконец. — Но я знаю, что без этого человека я не буду счастлив. Даже если это никогда не станет возможным. Полина смотрела на него с интересом: — Это печально. И красиво одновременно. — Она отложила хлеб и взяла бокал, поднимая его. — Тогда я желаю вам, чтобы ваша любовь была возможной. Чтобы вы нашли свой путь. И, если понадобится, я скажу вашему отцу, что между нами не сложилось — по моей инициативе. Красный Бархат удивлённо посмотрел на неё: — Зачем вы это делаете? Вы могли бы требовать продолжения или пожаловаться. — Потому что я не хочу быть частью истории, где кто-то страдает, — ответила она. — И потому что я уважаю честность. Вы были честны со мной — я буду честна с вами. Илья почувствовал, как внутри разливается лёгкое тепло, похожее на облегчение. Он поднял свой бокал: — Тогда я предлагаю тост. За честность. И за то, чтобы каждый из нас нашёл своё счастье. — За честность, — повторила Полина, касаясь его бокала. Ужин закончился. Илья проводил Полину до её покоев, обменявшись словами вежливости, и остался стоять в коридоре, глядя на закрывшуюся дверь. Он чувствовал усталость, но к усталости примешивалось странное облегчение — как будто с его плеч сняли тяжёлый груз. «Она сказала, что поможет мне, — подумал он. — Она сказала, что скажет отцу, что мы не подходим друг другу. Она поступила благородно, хотя я не просил её об этом». Он пошёл в свои покои, но по пути остановился у окна. Ночной дворец был тих — только вдалеке слышались шаги стражи. «Кристиан, — подумал он. — Сегодня на ужине я всё время думал о тебе. О том, как бы я хотел сидеть с тобой в той беседке, а не здесь. О том, как бы я хотел говорить с тобой, а не с ней». Он сжал кулон, который висел у него на шее — такой же, как у графа. «Я не знаю, когда мы увидимся снова, — подумал он. — Но я буду ждать. Я буду писать письма. Я не сдамся». Он улыбнулся и пошёл в свои покои, чувствуя, что на душе стало легче. На утро Илья постучал в дверь отцовского кабинета. Сердце билось быстрее обычного — он знал, что разговор будет непростым. Но он также знал, что должен быть честным. Ради себя. И ради Лакрицы. — Войдите, — раздался голос короля. Принц вошёл. Король сидел за столом, перед ним лежали какие-то бумаги, но он отложил их, когда увидел сына. — Отец, я хотел бы поговорить с вами о вчерашнем ужине, — начал Красный Бархат, стараясь говорить ровно. — Я ждал этого разговора, — сказал король, и в его голосе не было гнева — только усталость и любопытство. — Как прошёл вечер с принцессой Полиной? — Она прекрасная девушка, — сказал Илья честно. — Умная, красивая, воспитанная. Но между нами нет... нет того, что должно быть между мужчиной и женщиной, которые собираются создать семью. Король нахмурился. Он откинулся на спинку кресла и некоторое время молчал, глядя на сына: — Я понял. Ты не хочешь на ней жениться. Но скажи мне, почему? Она — идеальная партия. Её род богат, её положение при дворе уважаемо. Если ты женишься на ней, это укрепит наши позиции на юге. — Я знаю, отец. — принц сделал шаг вперёд. — Я понимаю все политические выгоды этого брака. Но я не могу жениться на человеке, к которому не чувствую ничего, кроме уважения. Король пристально посмотрел на него. Его взгляд стал более цепким, проницательным: — Ты говоришь так, будто твоё сердце уже занято, — сказал он медленно. — Есть кто-то ещё? Илья почувствовал, как внутри всё сжалось. Он знал, что не может сказать правду — не сейчас. Но он не мог и солгать отцу в глаза. — Есть человек, который стал мне важен, — сказал он осторожно. — Я не могу сказать больше. Король нахмурился ещё сильнее. Он поднялся из-за стола и подошёл к окну, глядя на город, расстилающийся внизу: — Ты знаешь, что брак — это не только чувства, но и обязательства. Я тоже когда-то женился не по любви. Но со временем я полюбил твою мать. Иногда любовь приходит после брака, а не до. Принц стиснул зубы. Он знал, что отец говорит это не из жестокости, а из желания защитить его, но его слова звучали как приговор: — Возможно, для вас это сработало, отец. Но я не хочу рисковать. Я не хочу обрекать себя на жизнь без любви, как и я не хочу обрекать Полину на брак без любви. Она заслуживает большего. И я тоже. Король повернулся к нему. В его глазах была смесь уважения и разочарования, но Илья видел в них и странное сомнение, которое заставило его встрепенуться: — Ты говоришь о любви так, будто она — единственное, что имеет значение. Но мир, в котором мы живём, устроен иначе. Браки заключаются не только для счастья, но и для власти, для мира, для выживания родов. — Я знаю, отец. — Принц выдержал его взгляд. — Но я не могу притворяться. Лучше я скажу вам правду сейчас, чем буду жить во лжи всю жизнь. Король долго смотрел на него. Затем, неожиданно, тяжело вздохнул, возвращаясь к столу: — Я хотел предложить тебе брак с Полиной не только ради политической выгоды. Я хотел защитить тебя. Илья замер: — Защитить? От чего? Король сел и жестом предложил сыну сесть напротив: — Я слышал разговоры при дворе, — сказал он, понизив голос. — О тебе. О твоей нежелании жениться. О том, что ты проводишь слишком много времени с людьми, с которыми, по мнению некоторых, не должен. Это опасно, Илья. Если ты не покажешь при дворе, что ты — традиционный, что ты готов продолжить династию, у тебя могут появиться враги. Красный Бархат почувствовал, как внутри похолодело: — Вы говорите о том, что кто-то может использовать мою личную жизнь против меня? — Я говорю о том, что я не хочу, чтобы тебя использовали, — сказал король. — Поэтому я хотел устроить тебя с Полиной — быстро, чисто, правильно. Если бы вы поженились, никто не посмел бы обсуждать тебя за спиной. Но если ты отказываешься... — Он развёл руками. — Ты даёшь врагам козырь. «Он знает больше, чем говорит, — понял Илья. — Он не знает правды, но он чувствует, что я что-то скрываю. Он пытается защитить меня, даже не понимая, от чего именно». — Я понимаю вашу заботу, отец, — сказал принц, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. — И я ценю её. Но я не могу выйти замуж по расчёту. Я не могу жить во лжи. Если у меня будут враги — я встречу их лицом к лицу. Я не боюсь их. Король смотрел на него долго, изучающе. Затем в глазах мелькнула едва заметная тень уважения: — Ты стал другим, — сказал он тихо. — Там, в поместье Лакрицы, с тобой что-то произошло. Ты больше не мальчик, который ищет развлечений. Ты стал мужчиной. Я не знаю, что изменило тебя, но я чувствую это. Илья опустил глаза. Ему захотелось сказать правду, но он сдержался: — Возможно, я просто повзрослел. Король кивнул, затем встал и подошёл к сыну, положив руку ему на плечо: — Я не буду принуждать тебя к браку с Полиной. Я скажу, что у нас с ней не сложилось. Но я предупреждаю тебя: это не решит всех проблем. При дворе уже начали шептаться. Если ты не женишься в ближайшее время, это может стать проблемой для тебя. И я не смогу защитить тебя от слухов. Красный Бархат поднял на него глаза: — Я понимаю, отец. И я приму последствия. Но я не могу быть с тем, кого не люблю. Король долго смотрел на него, затем кивнул: — Тогда иди. И подумай о том, что будет дальше. Я не хочу терять тебя из-за упрямства. Илья поклонился и вышел. Когда дверь закрылась, он прислонился к стене в коридоре и закрыл глаза. «Он знает, что я скрываю что-то, — подумал он. — Он не знает правды, но он чувствует. Если он узнает о Кристиане... я не знаю, что будет». Он провёл рукой по лицу и пошёл в свои покои, чувствуя, как на плечи ложится тяжесть ответственности.