Под одной крышей

Шейн не мог сдержать улыбку, тихо пробираясь обратно в свою комнату. Он бесшумно закрыл дверь спальни и на несколько секунд замер, прижавшись к ней спиной. Сердце все еще колотилось. Шейн потер лицо, крепко прикусил губу и зажмурился. То, что только что произошло, снова и снова прокручивалось у него в голове. И впервые он не смог заглушить мысль, от которой столько времени отмахивался. Возможно, он действительно был геем. Шейн только что получил лучший минет в своей жизни, и хотя у Ильи техника была лучше, чем у Джессики, вероятно, из-за того, что он был старше и опытнее, Шейн не думал, что это единственная причина, по которой ему так понравилось. Шейн подумал, что, наверное, ему стоило бы испугаться, но он был так возбужден, что не мог этого сделать. Эти мысли могли бы прийти ему в голову утром, но сейчас Шейн был счастлив просто нежиться в лучах света. Он быстро переоделся и забрался в постель. Утром он наверняка будет уставшим, но сейчас ему было совершенно все равно. Засыпая, Шейн так и не смог избавиться от улыбки.

———

На следующее утро все было совсем по-другому. Шейн определенно был на взводе. Он не мог заставить себя выйти из комнаты. О чем он только думал? С чего ему было вести себя так глупо и безрассудно? Как он теперь посмотрит в глаза Илье после такого? И если раньше Илья подшучивал над ним, то страшно представить, что он скажет после вчерашнего. Он слишком долго простоял, глядя на закрытую дверь. Где-то в глубине сознания он понимал, что давно пора выйти на пробежку или заняться хоть чем-нибудь. Было почти девять утра. Для него это было уже непростительно поздно. Впрочем, мама решила эту проблему за него, постучав в дверь. — Шейн, милый? Мы собираемся позавтракать. Я могу сделать тебе смузи, если хочешь. Ты ведь уже не спишь, да? — спросила она. Шейн буквально видел, как она нахмурилась от беспокойства. — Н-нет, не сплю, — ответил он, открывая дверь, пожалуй, слишком поспешно. — Вообще-то я как раз собирался уходить. — Шейн поморщился, услышав свои слова. На самом деле это было последнее, чего ему хотелось. Он надеялся, что его лицо не выдало его. Мама тепло улыбнулась ему, и напряжение в груди Шейна немного отпустило. — Здесь тебе всегда спалось лучше, — сказала она, мягко поглаживая его по плечу, пока они шли на кухню. — Я всегда думала, что это потому, что здесь намного тише, чем в городе. Шейн уже открыл рот, чтобы ответить, но слова так и не сорвались с языка. На кухонном острове, будто у себя дома, сидел Илья. Без рубашки, в одних баскетбольных шортах, небрежно свесив ноги, так что кончики пальцев едва задевали пол. Он держал в руках кружку с кофе, что-то говорил отцу Шейна, и они оба смеялись. У Шейна пересохло во рту, а сердце болезненно сжалось. Илья оглянулся, когда они подошли, и его улыбка стала еще шире. Шейн почувствовал, как горят его щеки, и отвернулся, не в силах смотреть мужчине в глаза. — Доброе утро, — протянул Илья, делая глоток кофе. — Доброе утро, — поздоровалась мама, оставив Шейна стоять на пороге. Подойдя к холодильнику, она достала яйца и фрукты. — Шейну я сделаю смузи, — решила она. — А мы с Дэвидом, пожалуй, съедим яичницу. Илья, тебе что больше хочется? — О, яичницу, пожалуйста, — без раздумий ответил Илья. Он отпил кофе и улыбнулся. — Мне нужна нормальная еда. Я тут подумал, что после завтрака можно будет пробежаться. Нужно как следует подкрепиться. — Может, вы с Шейном сходите вместе? — предложил отец Шейна, глядя на сына, который все еще неловко стоял, уставившись в пол. — Хорошая идея, — кивнула Илья, снова глядя на Шейна. — Когда ты хочешь пойти? Шейн с ужасом понял, что вопрос адресован ему, но было уже поздно. Он вспыхнул еще сильнее и запнулся. — Наверное... как только поем. Уже поздно и… скоро станет жарко. К счастью, договорить он не успел. Мама включила блендер, и гул мотора заглушил его голос. Шейн заставил себя подойти и сесть рядом с Ильей. Каждая клеточка его тела требовала либо оказаться к нему как можно ближе, либо немедленно сбежать подальше. Середины будто не существовало. Он заставил себя принять непринужденный вид, хотя внутри все было натянуто до предела. Лишь бы никто не заметил, как отчаянно он старается не думать о том, что произошло прошлой ночью. Илья легонько коснулся пальцами бедра Шейна, так быстро, что это можно было бы принять за случайность, но Шейн знал, что это не так. Это не было случайностью, но Шейн не понимал, что это было. Флирт? Ободрение? Или Илья просто хотел его напугать? Шейн не мог понять, что это было, и, разумеется, не смог спросить его об этом. Он взял у мамы свой смузи и молча выпил его, пока папа раскладывал по тарелкам остатки завтрака. Все расселись за столом в той же последовательности, что и накануне вечером. Этого легкого, почти случайного прикосновения хватало, чтобы Шейн не мог думать ни о чем другом. Смузи закончился быстрее, чем завтрак у остальных, но он все равно остался сидеть, дожидаясь, пока Илья закончит есть. — Мы с Шейном помоем посуду, ладно? Раз уж вы приготовили, — сказал Илья, глядя на родителей Шейна. — А после мы можем пойти и побегать. Родители Шейна для приличия немного посопротивлялись, но в конце концов позволили молодым людям прибраться, а сами они вышли во внутренний дворик отдохнуть. Илья молча принялся собирать тарелки. Шейн понятия не имел, что сказать после всего, что произошло прошлой ночью, поэтому просто подошел к раковине и пустил горячую воду. Через мгновение Илья уже стоял рядом. Не говоря ни слова, он протянул ему очередную тарелку, а сам взялся за сковороду. Несколько минут они работали бок о бок в удивительно уютной тишине. В ней не было неловкости — только что-то новое, непривычное. Первым не выдержал Шейн. — Мы что, будем делать вид, что ничего не произошло? — тихо спросил он с явным раздражением в голосе. — А я думал, ты не хочешь, чтобы я устраивал твоим родителям разбор полетов? — поддразнил его Илья, толкая Шейн бедром. Он вытер последнюю тарелку и повернулся к Шейну. — О чем бы ты хотел поговорить? — Не знаю, — признался Шейн, закатывая глаза. — Просто странно. — Ты сожалеешь? — Илья нахмурился, его брови сошлись на переносице. Он выглядел искренне обеспокоенным. — Что? Нет, я не это имел в виду, — сказал Шейн, пытаясь придать голосу ободряющий, но, возможно, оборонительный тон. Он не был уверен, какой из них прозвучал убедительнее. — Я просто… не знаю, что делать. Я никогда раньше не занимался сексом на одну ночь, — проворчал он. — Почему только на одну ночь? — спросил Илья с легкой улыбкой, протянув руку и обхватив Шейна за бедро. Его большой палец мягко скользнул под край футболки и нежно погладил кожу. Шейн не понимал, как Илье удается оставаться таким спокойным и уверенным, но именно это почему-то действовало на него лучше любых слов. Рядом с ним становилось легче дышать. Еще совсем недавно присутствие Ильи выводило его из себя. Теперь же он ловил себя на том, что невольно ищет его взглядом и хочет оказаться ближе. Перемена была настолько стремительной, что до сих пор не укладывалась у него в голове. Шейн едва заметно подался навстречу прикосновению, затем быстро оглянулся через плечо. Убедившись, что родителей поблизости нет, он снова повернулся к Илье. Тот лишь понимающе усмехнулся. Одним плавным движением Илья развернул Шейна лицом к себе и мягко прижал спиной к столешнице. Между ними почти не осталось расстояния, прежде чем Илья заключил его в объятия. — Было бы неплохо продолжить, — промурлыкал он Шейну на ухо. — Я хочу услышать еще эти милые звуки, которые ты издаешь, когда вот-вот кончишь. Шейн прикусил губу, чтобы сдержать стон. Он даже не помнил в какой момент закрыл глаза, но почувствовал, как Илья просунул ногу между его ног. Шейн тихо застонал и невольно прижался к его бедру. Он ничего не мог с собой поделать. В Илье было что-то такое, что превращало его мозг в похотливую кашу. Шейн никогда в жизни ни к кому не испытывал подобных чувств. Теперь он, кажется, понял, почему Хейден и Джеки вели себя так, как вели. Казалось, ничто в его жизни не имело значения, пока Илья прикасался к нему. — Да, вот так, — усмехнулся Илья. Его дыхание коснулось уха Шейна, заставив того вздрогнуть. Илья поцеловал Шейна под челюстью, задержавшись всего на секунду, а затем отступил. Шейн невольно потянулся следом, но тут же остановился и лишь нахмурился от досады. Открыв глаза, он посмотрел на Илью. — Но сначала, — ухмыльнулся Илья. — Давай пробежимся, да? — Ты не можешь сначала завести меня, а потом ожидать, что я буду вести себя так, будто ничего не произошло, — пожаловался Шейн. — Тебе это нравится, — рассмеялся Илья, увеличивая дистанцию между ними. — Ты готов или хочешь переодеться? — Э-э, нет, — сказал Шейн, тряхнув головой, чтобы прийти в себя. — Я готов в любой момент. — Веди, — сказал Илья, демонстративно указывая Шейну на дверь. Шейн закатил глаза и вышел на улицу. Он не оглядывался несколько минут, просто полагал, что Илья идет за ним. — Здесь нет нормальной тропы, но я бегаю по одному и тому же маршруту уже много лет, так что ориентируюсь довольно хорошо. — Здесь много людей? — спросил Илья, ускоряя шаг, чтобы догнать Шейна. — Я не вижу здесь много домов. — Нет, почти нет. Следующий дом в семи милях отсюда, во-о-он там, — Шейн махнул рукой на восток. — Все вокруг коттеджа — земля моих родителей. Честно говоря, я даже не знаю, сколько это в квадратных милях. — Здесь так одиноко, — протянул Илья. — Здесь очень спокойно, — сказал Шейн, глядя на Илью, когда они замедлили шаг. Тропинка была протоптана, но за те месяцы, что по ней никто не ходил, на ней образовались небольшие завалы, которые им приходилось обходить, но в целом все было не так уж и плохо. Через некоторое время он почувствовал на себе взгляд Ильи и оглянулся. Тот смотрел на него с такой довольной ухмылкой, что Шейн уже открыл рот, собираясь спросить, в чем дело. Но не успел. Илья вдруг ускорился, легко обогнал его на тропе и звонко рассмеялся. На секунду Шейн растерялся, а затем с усмешкой рванул следом. Пролетая мимо, он задел Илью плечом, заставив того слегка споткнуться, и тут же вырвался вперед, решив во что бы то ни стало не уступать. Так они пробежали еще несколько миль, каждые пару минут меняясь местами. Никто не собирался уступать. Оба уже тяжело дышали, но продолжали смеяться, подначивая друг друга. Шейн как раз поравнялся с Ильей, собираясь снова вырваться вперед, когда тот вдруг сделал вид, что споткнулся, ухватил его за пояс и потянул назад. — Эй! Нечестно! — возмутился Шейн, едва удержав равновесие. — Это жульничество! Илья замедлил шаг, поймал Шейна за руку и одним движением развернул, мягко прижав спиной к дереву. — Я все равно собирался победить, — промурлыкал он, касаясь губами чувствительной кожи на шее Шейна. — Ну конечно, — усмехнулся Шейн. По крайней мере, попытался. Слова оборвались, превратившись в тихий стон, когда он почувствовал зубы Ильи у себя под ухом. — По-моему, настоящий жулик — это ты, — пробормотал Илья, блуждая руками по телу Шейна. Одна рука Ильи скользнула вверх и легла Шейну на грудь. Он сжал ее, а затем легко ущипнул сосок через тонкую ткань рубашки. У Шейна тут же подкосились колени, и он лишь порадовался, что в этот момент оказался зажат между деревом и Ильей. — Бегаешь в таких развратных коротких шортиках и пытаешься меня отвлечь, — почти прорычал Илья. Другая рука Ильи скользнула ниже и нашла быстро твердеющий член Шейна. Он прижал тыльную сторону ладони к головке, и Шейн тут же подался вперед, впиваясь в его губы. Его руки сами собой взметнулись вверх и запутались в кудрях Ильи. После пробежки они оба тяжело дышали, по коже стекал пот, но Шейну было совершенно все равно. Илья углубил поцелуй, скользнув языком в его рот, и лишь затем просунул руку под резинку шорт Шейна, наконец по-настоящему обхватив его член. — М-мы на улице, — сказал Шейн, слегка отстраняясь от губ Ильи, но продолжая тереться о его руку. — Ты же говорил, что это укромное место, да? — спросил Илья, большим пальцем собирая предэякулят с головки члена Шейна и размазывая его по всей длине. Его рука двигалась ровно, размеренно, не ускоряясь и не замедляясь. Не дожидаясь ответа, он продолжал осыпать поцелуями щеки и линию челюсти Шейна. — Ну, наверное, да, — выдохнул Шейн. — Я никогда не видел никого так далеко от дороги. Илья хмыкнул и лизнул Шейна в губы. — Значит, здесь безопасно? — спросил он через мгновение, отстраняясь, чтобы посмотреть Шейну в глаза. Шейн смог лишь кивнуть. Еще одной проблемой было то, что он совершенно не представлял, что делать с руками. Интуитивно, одной он зарылся в волосы Ильи, а другой крепко сжал его широкое плечо. После пробежки было жарко, и футболка уже липла к телу, но сейчас Шейн чувствовал лишь, как кровь шумит в висках. Возбуждение накрыло его с головой, не оставляя места ни одной связной мысли. Он невольно подался бедрами навстречу Илье, окончательно забыв обо всех своих тревогах. — Какой ненасытный, — прошептал Илья, стягивая с Шейна шорты, чтобы высвободить его член. Член Шейна дернулся, он не понимал, почему слова Ильи так на него подействовали. Шейна откинул голову на ствол дерева и застонал. Он сам испугался того, как громко это прозвучало. Обычно Шейна было довольно сложно вывести из себя или завести, но что-то в Илье заставило его потерять контроль, к которому он так привык. — Громче. Я хочу тебя слышать, — сказал Илья. Шейн не понимал, что тот говорит, но его уже мелко трясло. Сердце колотилось так сильно, что казалось, Илья должен был слышать его даже сквозь собственное дыхание. Илья оставил на шее Шейна влажный поцелуй с приоткрытыми губами, на мгновение замер, словно наслаждаясь его реакцией, а затем неожиданно опустился на колени. — Черт, Илья, — всхлипнул Шейн, когда Илья взял его член в рот. Рука, вцепившаяся в его волосы, сжалась, и он почувствовал, как другая рука впилась в плечо Ильи. Он был уверен, что его ногти оставят глубокие следы, но ему было все равно. Крепкие губы Ильи сомкнулись вокруг члена Шейна, сжимая его почти как тиски. На мгновение он поднял взгляд, встречаясь с ним глазами, а затем втянул щеки и продолжил начатое. У Шейна перехватило дыхание. — Илья. Илья, черт, — в этот момент Шейн уже бессвязно бормотал что-то невнятное, но ничего не мог с собой поделать. — Я сейчас кончу, черт! Он хотел предупредить Илью, чтобы тот остановился, но, как и прошлой ночью, это только подстегнуло Илью. Он поднял взгляд на Шейна, затем обеими руками крепко обхватил его за бедра и притянул еще ближе к себе. Шейн снова застонал и сам не заметил, как подался вперед сильнее. Он бы тут же смутился своей неловкости, но в ответ услышал приглушенный стон Ильи. Одного этого звука оказалось достаточно, чтобы у Шейна окончательно подкосились мысли. — О, Илья, боже мой, — выдохнул Шейн, когда его сперма наполнила рот Ильи. Илья не отстранился, доведя Шейна до оргазма с той же сосредоточенностью, с какой допивал бы напиток через соломинку. Опустив взгляд, Шейн с изумлением заметил, что с губ Ильи не сорвалось ни капли, и снова тихо застонал. Его все еще трясло. Наслаждение стало почти невыносимым, переходя тонкую грань между удовольствием и болезненной чувствительностью. Он жалобно заскулил, и лишь тогда Илья наконец отстранился. На его губах появилась довольная ухмылка. Он небрежно вытер рот тыльной стороной ладони и поднялся на ноги. — Прекрасный, — прошептал Илья, наклоняясь, чтобы медленно поцеловать Шейна. Шейн почувствовал вкус себя же на языке Ильи и отстраненно подумал, что, наверное, это должно быть отвратительно, но на самом деле ему было чертовски приятно. — Я собираюсь провести летние каникулы, изучая русский, чтобы понимать, что ты говоришь, когда заводишься, — поддразнил его Шейн и прикусив нижнюю губу Ильи, слегка оттянув ее, не сводя взгляда. — Нет, — ухмыльнулся Илья. — Я сам тебя научу. Но только полезным фразам, — промурлыкал он, аккуратно заправляя член Шейна обратно в шорты. — Да? Например, что? — рассмеялся Шейн. — Ну не знаю... может, «не останавливайся» или «да, вот так», — с усмешкой ответил Илья, целуя Шейна в щеку. Шейн потянулся, чтобы ответить тем же, но Илья мягко перехватил его руку и отстранился. — Нет-нет, все хорошо, — с улыбкой сказал он. Шейн нахмурился и вопросительно склонил голову набок. — Позже, — пообещал Илья. Он быстро коснулся губ Шейна коротким поцелуем, развернулся и сделал несколько шагов. Уже почти скрывшись, оглянулся через плечо и лукаво подмигнул. — После того, как я надеру тебе задницу, — крикнул Илья и побежал обратно к коттеджу. Шейн недоверчиво рассмеялся и побежал за Ильей. К сожалению, Илья оказался проворнее и уже через мгновение был у входной двери. Шейн раздраженно выдохнул, машинально пригладил растрепанные волосы и только потом двинулся следом. Он решил, что учащенное дыхание — это исключительно последствие недавней близости. — Ты, сжульничал, и сам это знаешь, — рассмеялся он, когда они вошли в дом. — М-м, нет, просто я намного быстрее тебя. Маленький канадец не ровня большому и сильному русскому, — поддразнил его Илья. Шейн хотел было возразить, что он не такой уж и маленький, учитывая, что несколькими минутами ранее Илья чуть не подавился его членом, но тут он увидел, что за Ильей стоит его отец, и его улыбка слегка померкла. Похоже, у вас двоих было хорошее утро, — сказал он вместо приветствия. — Да, очень хорошее утро, — ответил Илья, не сводя глаз с Шейна. — У меня аж сердце заколотилось. — Мы тут подумали, не устроить ли сегодня обед на гриле, — сказал отец Шейна, совершенно не замечая озорной улыбки Ильи, все еще обращенной к его сыну. — Что ты предпочитаешь на обед: хот-доги или гамбургеры? — Сегодня, думаю, хот-доги, — ответил Илья, подмигнув Шейну, прежде чем повернуться к другому мужчине в комнате. — Если только у тебя нет других предпочтений. — Нет, поэтому я и спросил, — улыбнулся Дэвид, поворачиваясь к холодильнику. — Мы будем готовы поесть к тому времени, как вы двое закончите мыться. — Да, Шейн очень вонючий и потный. Вот что происходит, когда ты не занимаешься спортом, — хихикнул Илья, проталкиваясь мимо Шейна, чтобы спуститься по лестнице. Проходя мимо, Илья будто невзначай ущипнул Шейна за бедро. Шейн заставил себя даже не вздрогнуть. Его отец находился буквально в двух шагах, и любая неловкая реакция могла вызвать вопросы. И все же от этого мимолетного прикосновения у него внутри все сжалось, а сердце пропустило удар. Шейн прикусил губу, сдерживая услыбку, и развернулся, чтобы пойти в свою ванную. Обычно Шейн не торопился, принимая душ, он не только хотел убедиться, что чист, но и хотел обдумать прошедший день. Иногда ему казалось, что в присутствии других людей он не может думать, а в душе он мог сосредоточиться, не боясь показаться грубым. Но в этот раз он поторопился. Он сделал это не нарочно, но что-то внутри него жаждало поскорее вернуться к Илье. Ему не терпелось снова прикоснуться к нему. В конце концов, это может стать проблемой для Шейна, отстраненно подумал он. Они с Ильей не всегда будут жить под одной крышей, рано или поздно он вернется в университет, а Илья в свой дом. И эти чувства, скорее всего, угаснут раньше. Это ведь просто летнее развлечение, верно? И Шейн просто поддался влечению к Илье, потому что это было что-то новое и захватывающее. Вскоре они оба пойдут дальше. Но пока Шейну не терпелось закончить душ и вернуться в комнату к Илье.