Глубоко нежный второстепенный мужской персонаж превзошел главного героя

Последняя запись квеста «Unlimited Escape Room» завершилась без происшествий. Казалось, их отношения вернулись в норму, и они снова вместе отправились домой. Но всю дорогу они провели в молчании: то, что произошло, было не так-то легко забыть. Поздней ночью, лежа на просторной двуспальной кровати в тихой комнате с высокими потолками, Си Лэн невольно подумал: такой финал не так уж плох, если им удастся сохранить хотя бы видимость мира. Но в то же время он неосознанно коснулся губ, которые целовал лишь один человек, и посмотрел на уродливый шрам на шее, который ценил только один человек. Так и не сумев уснуть, он прорисовал всю ночь. Поэтому он сразу же заметил сообщение, которое Мин Чжи отправил посреди ночи. Чжэнчжу (айдол): 【Меня легко обмануть?】 Си Лэн наконец-то собрался с мыслями и быстро набрал ответ. Лэн: 【Нет】 В ту же секунду пришло новое сообщение. Чжэнчжу: 【Меня не так-то легко обмануть】 Си Лэн мысленно выдохнул. Правильный ответ. Чжэнчжу: 【Просто ты мне нравишься, вот у тебя и получилось】 У Си Лэна перехватило дыхание. Он тут же открыл поле ввода, напечатал одну букву «Я» и замер. Не дожидаясь его реакции, Мин Чжи продолжил засыпать его вопросами. Чжэнчжу: 【Ты обманом заставишь меня поехать в Мьянму, чтобы мне вырезали почки?】 Чжэнчжу: 【Но если мне пересадят почки, тебе ведь не будет от этого никакой выгоды, верно?】 Си Лэн переключился на браузер и вбил в поиск «почки». Первая же строчка в выдаче гласила: «Важны ли почки для мужской силы?» «…?» Пока Си Лэн изо всех сил пытался совладать со своим эксцентричным партнером, на другом конце тропического острова с его вечной весной «Сияющие мальчики» с волнением готовились к первому выступлению. Жун Синъи, прошедший в класс А по итогам оценки за тематическую песню, имел приоритет в выборе композиций. Он помнил совет Мин Чжи: у него был хороший тембр, но хромала вокальная техника. В последнее время он много тренировался, но по-прежнему уделял основное внимание своему слабому месту — танцам. Первое выступление представляло собой индивидуальную оценку навыков: по одной песне для танцев, вокала, рэпа, а также в общей категории, разделенной на группы А и В. Для танцевальной категории он выбрал песню «Shining» одной из старших мужских групп. Он первым выбрал группу А, известную как «Сияющая». Однако за долгое время к нему больше никто не присоединился. На живом выступлении превосходный вокал привлекал гораздо больше внимания, чем танцы. Хореография к песне «Shining» была сложной, а среди остальных стажеров класса А никто не специализировался на танцах; все они предпочли общую категорию «Группа А», собрав состав, который просто отпугивал остальных. Лишь когда настала очередь класса B, к нему наконец присоединился Жэнь Сюй из Huoshu Entertainment. Под пристальными взглядами присутствующих он первым выбрал группу B «Сияние», став его прямым соперником. Проходя мимо, он даже ухмыльнулся Жун Синъи, явно демонстрируя враждебность. Следующий стажер группы B, как и Жэнь Сюй, специализировался на танцах, причем его навыки определенно соответствовали уровню класса А. Немного поколебавшись между ними двумя, он выбрал группу Б, где уже был Жэнь Сюй. Оставшиеся стажеры принялись перешептываться: «Жэнь Сюй собирает команду Мстителей…» Сердце Жун Синъи сжалось. Он не ожидал, что, решив бросить вызов своей слабости, сразу попадет в опасную зону. Из проигравшей команды должен был выбыть как минимум один человек. Среди 88 участников некоторые тайно пронесли телефоны и знали о текущих трендах в сети. Популярность Жун Синъи была достаточно высокой, чтобы не вылететь в первом раунде, но если бы другие стажеры пошли к нему в команду, он бы просто утянул их за собой на дно, подвергнув опасности… Жун Синъи оставалось лишь наблюдать, как стремительно заполняется группа «Сияние» B. Затем очередь дошла до класса С, и к нему наконец подошел другой независимый стажер, Лян Чжун. — Эм… я не очень хорошо танцую, вы меня примете? Жун Синъи лишь беспомощно вздохнул: — Присоединяйся, если не боишься смерти. Однако Лян Чжун только обрадовался: — Кто боится! Давайте сделаем это! Их главным преимуществом, пожалуй, стали позитивный настрой и умение работать в команде. К ним добровольно примкнули еще трое стажеров. Остальные шестеро были участниками из класса F, у которых просто не осталось другого выбора. С тех пор как Жун Синъи присоединился к шоу «Сияющие мальчики», Си Лэн активно участвовал в онлайн-дискуссиях, быстро осваивая фанатский сленг и постепенно превращаясь в настоящего преданного фаната. Честно говоря, если бы его фальшивая фанатская личность раскрылась чуть позже, он, возможно, смог бы пережить тот допрос. Он пролистал посты и наткнулся на свежий слив: составы команд для первого выступления. Среди них особенно выделялась танцевальная группа «Мстители» — группа B, и явно обреченная группа A во главе с «цветочной вазой», которой суждено было пойти на заклание. «Ваза для цветов» — так фанаты Жун Синъи ласково называли его за ямочки на щеках и милую внешность; это прозвище одобрил даже его старший брат. Увидев своего «любимчика» в роли лидера заведомо проигрышной команды, Си Лэн окончательно расстроился. Пока он предавался мрачным мыслям, на телефон пришел вызов от Мин Чжи. Мин Чжи обычно писал ему, поэтому внезапный звонок застал Си Лэна врасплох: он от волнения дважды промазал по экрану, прежде чем наконец принять вызов. — Алло?.. — Я на Наньдао, — сразу же сообщил Мин Чжи о своем местонахождении. Си Лэн опешил: — В тренировочном лагере? — М-хм, я сейчас… наставляю их, — Мин Чжи нагло злоупотреблял служебным положением. Он не только с легкостью выдал внутреннюю кухню проекта, но и спросил: — Хочешь поговорить с ним? Си Лэн на мгновение замолчал, сдерживая волнение и тщательно взвешивая каждое слово: — Там ведь наверняка камеры и операторы кругом, да? Мин Чжи ответил без малейших колебаний: — Ага, стоят прямо передо мной и гадают, с кем это я разговариваю. Си Лэн лишился дара речи. — Ничего страшного, если не хочешь говорить сейчас, — в голосе Мин Чжи послышалась улыбка. — Я слышал, перед официальным выступлением им разрешат взять телефоны, чтобы позвонить семьям. Оператор: «!!!» Что он только что услышал?! Объём секретной информации в этом звонке явно превышал все допустимые нормы… — Ладно, до связи. Мин Чжи повесил трубку, спокойно перевел взгляд на ошеломленного оператора и небрежно спросил: — Что? — Мин-лаоши! — оператор поспешно двинулся за ним. — Если не секрет, с кем вы только что разговаривали? Мин Чжи напустил на себя загадочный вид: — Секрет. Ничего тебе не скажу. Но он и не просил оператора держать это в секрете. Хотя напрямую он ничего не сказал, по сути — выдал абсолютно всё! После съемок оператор в полном восторге бросился к режиссеру. Весь следующий день съемочная группа провела в предвкушении: Мин Чжи так и не потребовал вырезать этот фрагмент. Режиссер поправил очки и, включив режим детектива, произнес: — Значит, наш наставник Мин и правда в отношениях? Черт, не ожидал, что такая сенсация сама приплывет к нам в руки. Еще один сотрудник, пересмотрев видеозапись, подключился к обсуждению: — Судя по его словам, его половинка — родственник кого-то из стажеров? Вот это взрыв… Наши рейтинги улетят в космос! — Так кто же это? А-а-а, есть хоть какие-то зацепки? — заинтригованно спросил кто-то из персонала. — Стажер с родственниками в индустрии у нас всего один, — кто-то быстро открыл личные дела участников. — Но эти данные еще не публиковались, нас просили держать их в секрете. Лян Чжун — племянник Лян Шу. Того самого актера, который, по слухам, встречается с Линь Яньранем… Сплетни сыпались одна за другой, заставляя персонал то и дело хвататься за голову. — Но к наставнику Мину это ведь никак не относится? — Наверное, партнер наставника Мина — самый обычный человек? Обычный родственник обычного стажера… Это же как иголку в стоге сена искать, как тут догадаешься? Неудивительно, что он разрешил оставить съемку! Если бы это был кто-то из знаменитостей, он бы не стал так шифроваться, да и нас бы близко не подпустил. — В любом случае, пускаем это в эфир! Стопроцентный хит для трендов! — режиссер хлопнул себя по бедру. — Так, когда начнется запись звонков, смотрите в оба. Заметите подозрительного стажера — сразу докладывайте мне. … За два дня до официального выступления, после изнурительных репетиций, стажеры вернулись в общежитие, где их ждала невероятная новость. Бессердечные продюсеры наконец-то сжалились! Участникам разрешили целый час пользоваться телефонами! Чтобы созвониться с близкими! Правда, аппараты выдала сама команда проекта — это были старые добрые кнопочные стационарные телефоны. Сделано это было ради справедливости, чтобы парни не смогли залезть в интернет и проверить свои рейтинги или отзывы зрителей. Жэнь Сюй, который тайно пронес на шоу собственный смартфон, прекрасно знал: пусть в команде Жун Синъи и не было топовых танцоров, их общая популярность зашкаливала. Даже у самого отстающего из них фанкам на заглавную песню занимал тридцать девятое место по просмотрам, а вся их одиннадцатка держалась уверенно выше среднего уровня. Поскольку исход выступления решало живое голосование зрителей, где фанбаза решала всё, победа «Мстителей» вовсе не была гарантирована. Жэнь Сюй, и без того раздраженный, репетировал в студии с двумя товарищами по агентству, когда к ним зашел сотрудник проекта. Он сообщил радостную новость о звонках и пригласил их пройти в небольшую комнату, подготовленную съемочной группой. — Звонки? — нахмурился Жэнь Сюй. Время поджимало, им и так приходилось тренироваться по очереди, поэтому он отмахнулся: — Пусть остальные начинают, а мы пока порепетируем. Сотрудник растерянно почесал затылок: — Вообще-то из танцевального направления остались только вы. Группа А сейчас тоже репетирует, но их там больше. Может, прерветесь ненадолго и наберете близких? Если не хотите — дело ваше, но другого шанса уже не будет, так что подумайте… — …Что? — глаза Жэнь Сюя округлились от недоверия. Он сорвался с места, проскочил мимо сотрудника и бросился к дверям соседней студии. Дверь была слегка приоткрыта, изнутри пробивалась тонкая полоса яркого белого света. Оттуда доносились молодые голоса. Громче всех звучал голос Жун Синъи — он громко отсчитывал ритм и без конца подбадривал своих измученных товарищей. Жэнь Сюй замер на пороге. Подоспевшие следом товарищи по команде только открыли рты, чтобы спросить, в чем дело, как сами потрясенно ахнули: — Вся их команда пашет сверхурочно? Как такое возможно? Лицо Жэнь Сюя потемнело. Он сквозь зубы процедил: — Тем, у кого слабая база, только и остается, что вкалывать. Пошли. После того как эта троица закончила со звонками, сотрудник наконец дошел до студии, где тренировалась группа А. Подростки, которые только что без сил валялись на полу, услышав о таком сюрпризе, повскакивали с мест, наперебой требуя телефон. Жун Синъи как лидер пропустил команду вперед, решив набрать последним. Было уже поздно, поэтому остальные парни уложились со звонками буквально за десять минут. Лян Чжун вышел из комнатки почти сразу, совершенно поникший. Его родители ложились рано, и если уж засыпали, то разбудить их было невозможно — он просто не до звонился. Стрелки часов перевалили за полночь. Мать Жун Синъи, Е Нань, уходила на работу рано утром, так что она тоже определенно спала. Поначалу Жун Синъи хотел набрать Си Лэна. Оператор, заметив его нерешительность, поинтересовался: — Кому ты собираешься звонить? Жун Синъи взял трубку, и на его лице заиграла милая улыбка с очаровательными ямочками: — Моему гэ! — Гэ! Из динамика стационарного телефона, высветившего незнакомый номер, раздался знакомый, полный энергии голос. В тот же миг притихшая квартира словно ожила. Си Лэн уже получил инсайдерскую информацию от Мин Чжи, но все еще сомневался, а потому уточнил: — Сяо И? — М-хм! Продюсеры разрешили нам набрать близких. Дали целый час, но нам ведь столько не нужно, правда?.. — Жун Синъи был на взводе, слова лились из него рекой, он спешил выплеснуть все, что накопилось. — Ты дома? — Да. Бан Ли тоже здесь. Услышав утвердительный ответ, Жун Синъи, честно говоря, немного приуныл. — А я думал, ты уже тайком прилетел… — пробормотал он. — Выступление послезавтра. Гэ, ты приедешь? Си Лэн решил его поддразнить: — Угадай. — Ты еще и заставляешь меня гадать? Ты изменился, гэ, — шутливо протянул Жун Синъи. — С кем это ты в последнее время общаешься? Это была всего лишь шутка, но Си Лэн внезапно промолчал. — Только не говори, что я угадал… Он так и знал! С тех пор как в волосах Си Лэна появились те четыре маленькие косички, все пошло наперекосяк! Сам он целыми днями пропадал на учебе и понятия не имел, чем за его спиной занимается его холодный и неприступный брат. Жун Синъи, который уже успел пройти базовый инструктаж по общению со СМИ, вовремя прикрыл рот рукой и покосился на камеру. — У меня нет билета, — Си Лэну пришлось сказать правду, ведь он не был уверен, что Мин Чжи действительно достанет ему пропуск. Жун Синъи на этот раз сообразил, в чем дело, и, глядя прямо в объектив, с трудом сдержал рвущееся с языка «Мин Чжи-гэгэ». Вместо этого он просто буркнул: — И что с того? Достать билет не так уж сложно, всегда можно перекупить с рук… — Ты хочешь, чтобы я покупал билет у перекупщиков? — усмехнулся Си Лэн. — Возместишь мне расходы? — Тц… Си Лэн, опасаясь, что тот расплачется, поспешил напомнить: — В тренировочном лагере повсюду камеры, нельзя просто так, между делом, упоминать Мин Чжи. Жун Синъи, который, несмотря на юный возраст, в важные моменты умел быть надежным, буркнул в ответ: — Конечно, я знаю. Затем Си Лэн продолжил: — Я не уверен, злится ли он еще на меня… Си Лэн использовал простое «он», коротко обрисовав Жун Синъи ситуацию. При этом он намеренно умолчал о двусмысленных действиях Мин Чжи — например, о том, как тот перебирал его волосы или заставлял носить цветы во время съемок. — Если он больше не злится, то даже если не предложит билет, то хотя бы спросит, приеду ли я на выступление, верно? Как говорится, со стороны всегда виднее, а сам человек часто путается в собственных чувствах. Хоть Мин Чжи и звонил ему всего два дня назад, чтобы дать поговорить с Жун Синъи, это могло быть лишь проявлением заботы о младшем, ведь тот был его преданным фанатом. Си Лэн привык быть один, жить один и справляться со всеми трудностями в одиночку. Но поздней ночью, поддавшись минутной слабости во время этого редкого телефонного разговора, он доверился младшему брату, который был на шесть лет моложе его, и даже попросил совета. Он потер виски, внезапно поймав себя на мысли, что сболтнул лишнего. Однако Жун Синъи отнесся к его словам со всей серьезностью, озадаченно протянув: — Хм-м?.. — Гэ… хоть мне еще нет шестнадцати, — наконец произнес Жун Синъи, — но это совсем не похоже на ссору. Си Лэн поспешно уточнил: — А на что это похоже? Жун Синъи прищурился, цокнул языком и посмотрел в пространство с легким пренебрежением. — Это же очевидно… Жун Синъи не решился сказать это вслух на камеру. Он замялся, отвернулся от объектива, прикрыл рот ладонью и едва слышно, словно писк комара, выдохнул: — Да это чистой воды флирт!