Феникс. Пробуждение

Обсуждение плана операции, лишённое привычного живого огня дебатов, превратилось в сухую формальность. Голографическая карта мерцала тактическими метками: зоны перекрытия, точки входа и выхода, сектора обстрела. Всё было расписано чётко, по-военному. Идеально.

Каин стоял у стола, скрестив руки на груди, и наблюдал за Деном. Координатор работал с механической точностью, его пальцы летали над интерфейсом, но Феникс видел то, что не показывали приборы. С каждой минутой этого безмолвного планирования плечи Дена становились чуть более напряжёнными, а движения — чуть более дёргаными. Он был как натянутая струна, готовая вот-вот лопнуть от внутреннего давления. Давления невысказанных слов.

Мисы не было уже десять минут. Она ушла почти сразу после того, как определила свою позицию на карте, пробормотав что-то неразборчивое про «проверку систем транспорта». Каин помнил её привычки. Она всегда проверяла свой «Вихрь» после миссии, когда адреналин спадал и можно было спокойно покопаться в двигателе. Проверять его до — это абсурд. Это был просто предлог, чтобы сбежать из одной комнаты с ним.

Тишина стала невыносимой. Она давила на уши громче любого крика.

— Достаточно, — голос Каина разрезал тишину, заставив Дена вздрогнуть. — План составлен. Иди.

Ден замер, не донеся руку до голограммы. Он медленно выпрямился и повернулся к Фениксу. На его лице была маска идеального подчинённого — ни единой эмоции, только предельная концентрация.

— Да, господин, — отчеканил он. Затем последовал короткий, резкий поклон. Формальный жест, лишённый всякого тепла. — Я проверю снаряжение команды и доложу о готовности.

Он уже развернулся к выходу, его шаги были быстрыми и целеустремлёнными. Ему отчаянно хотелось уйти. Но у самой двери его остановили слова, сказанные тихим, севшим голосом:

— Ден... стой.

Координатор замер, положив ладонь на панель управления дверью, но не нажимая её. Он не обернулся. Не мог.

— Мы выступим утром, — продолжил Каин, глядя в спину своему заместителю. — Не сейчас. Вы... вы все ранены. Твои руки. Ожоги Алека. Людям все же нужен отдых. Приведите себя в порядок.

Это была самая длинная фраза, которую он сказал им за последние два часа. В ней не было приказа. Лишь констатация факта, окрашенная странной, непривычной для него сегодня заботой.

Ден медленно убрал руку от панели. Он постоял так несколько секунд, словно переваривая услышанное. А затем сделал то, что Каин действительно боялся увидеть. Он развернулся и выполнил глубокий, церемониальный поклон благодарности. Тот самый, которым приветствуют верховных жрецов в главном храме.

— Благодарю за вашу заботу, господин, — произнёс Ден, и впервые за весь день в его голосе прозвучало что-то живое, смешанное с горечью и усталостью. — Ваша мудрость... непогрешима.

С этими словами он вышел, оставив дверь открытой. Щель света из коридора казалась пропастью между мирами.

Каин вновь остался один. Он дождался, пока звук шагов координатора затихнет вдали, и лишь тогда позволил себе устало выдохнуть. Ноги сами понесли его к креслу у стены — глубокому, удобному командирскому креслу. Он рухнул в него, словно марионетка, которой обрезали нити.

Усталость навалилась на него бетонной плитой. Не физическая — божественная оболочка восстановилась. Эмоциональная. Он сидел в пустой комнате, освещённой лишь тусклым светом голограммы, и смотрел на карту парка и отеля «Айс Краун».

План был идеален. Команда была лучшей. Но всё это казалось бессмысленным фарсом. Они были инструментами, которые боятся своего хозяина. А он... он был сломанным оружием, и боялся самого себя.