Феникс. Пробуждение

Обратный путь начался в тишине. «Вихрь» плавно оторвался от земли, оставив позади сияющий огнями фасад отеля «Айс Краун», и влился в ночной поток воздушного транспорта. Миса вела машину аккуратно, но быстро, профессионально лавируя между массивными грузовыми фурами и неспешными пассажирскими такси.

Каин откинулся на спинку сиденья, чувствуя, как напряжение медленно покидает его мышцы. Лик, поначалу сидевший на его коленях скованно, словно деревянный истукан, постепенно расслабился. Он перестал дрожать, его голова безвольно опустилась Фениксу на плечо, а дыхание стало ровным и глубоким. Казалось, он просто уснул, найдя в близости божественного огня неожиданное успокоение. Это было... приятно. Странно, иррационально, но приятно. Чувствовать рядом живое тепло, биение сердца, не заглушённое паникой. В начале этой поездки тишина казалась даже уютной. Она была наполнена звуками мотора и редкими шорохами команды, устраивающейся поудобнее после выматывающей,пусть и не сильно эффективной миссии. Каин был сосредоточен на своих мыслях, наслаждаясь хрупким чувством, что всё налаживается. Команда смеётся, они добыли информацию, угроза выброса миновала. Всё под контролем.

Но время шло, и с каждой минутой эта иллюзия комфорта начала трещать по швам. Тишина становилась гнетущей, плотной, почти осязаемой. Она больше не была уютной. Она давила, заставляя вслушиваться в то, чего не было сказано.

Каин открыл глаза. Его взгляд скользнул по салону машины, и он поймал острое, пронзительное чувство дежавю. Картинка перед глазами была до боли знакомой. Слишком знакомой. Напряжённые спины. Ден сидел впереди, но его плечи были неестественно выпрямлены, каждая мышца звенела от внутреннего напряжения. Нат сзади замер неподвижной статуей, но его пальцы выбивали нервную дробь по прикладу пулемёта. Алек, сидящий рядом, делал вид, что изучает показания сканера, но его взгляд то и дело метался к командиру. Даже Миса, полностью поглощённая управлением, бросала осторожные взгляды в зеркало заднего вида.

Непонимание. Вот что читалось в их глазах. И немой вопрос, который повис в воздухе тяжёлым облаком: «А что дальше?».

Феникс растерялся. Он посмотрел на мирно сопящего у него на руках Лика, потом снова на команду. Что он упустил? Почему атмосфера так резко изменилась? Они же смеялись минуту назад! Или это было час назад? Время исказилось в его восприятии. Он попытался проанализировать ситуацию логически. Угрозы нет. Цель частично достигнута. Команда цела. Так откуда это ледяное отчуждение, которое снова начало нарастать между ними?

Он чувствовал себя так, будто вышел из комнаты на секунду, а вернувшись, обнаружил, что все говорят на незнакомом языке. Растерянность сменилась глухим раздражением. Не на них. На себя. За то, что позволил себе расслабиться и потерять бдительность. За то, что не предвидел эту реакцию.

— Что? — наконец нарушил он тишину. Его голос прозвучал резче, чем он намеревался. Вопрос был адресован всем и никому одновременно. — У вас есть что сказать? Говорите сейчас.

Команда синхронно вздрогнула. Никто не ответил. Они лишь переглянулись, и этот безмолвный диалог сказал Каину больше, чем любые слова. Их молчание было ответом. Ответом, полным страха, непонимания и той самой усталости, которую он видел утром. И в этом молчании он услышал еще одно эхо своего собственного вопроса, брошенного в допросной. Судя по всему, прямо сейчас они отчаянно пытались найти ответ.