Феникс. Пробуждение

Пока Каин, всё ещё сидя в капсуле, с каким-то новым, исследовательским интересом наблюдал за тем, как Лик пытается спрятать пылающее от смущения лицо, Ден уже действовал. Координатор подошёл к терминалу медблока, его пальцы привычно забегали по голографической клавиатуре. Он отправлял данные, формировал отчёты и рассылал уведомления.

— «Эксперимент по установке контроля. Объект: Феникс. Субъект: Тень (кодовое имя — Лик). Статус: одобрено лично капитаном. Лабораторному отделу предписывается прекратить вмешательство и не предпринимать попыток перевода субъекта в изолятор», — бормотал он себе под нос, заполняя формы. — Опять придётся писать объяснительную для Жрецов. Целый грёбаный том. И всё потому, что нашему божеству вздумалось поиграть в эмоции.

Это ворчание было слабым, почти уютным. Оно было таким же привычным, как утренний кофе Мисы или вечное бурчание Ната о неисправном оборудовании. Каин, услышав это краем уха, лишь едва заметно усмехнулся. Он не обращал особого внимания. Он знал эту песню наизусть. Ден ворчал так всегда, когда ему приходилось разгребать последствия нестандартных решений командира. И это ворчание означало одно: он принял ситуацию. Принял и теперь просто делал свою работу, адаптируя реальность под новые, безумные вводные.

Каин знал, почему Ден ворчит именно так. Потому что сам Феникс ненавидел общаться со Жрецами. Фанатичные, слепые в своём поклонении, они давно сложили у себя в голове идеальный образ Бога-Феникса: непогрешимого, холодного, карающего. И снова надевать эту ледяную, неудобную маску Каину очень не хотелось. Пусть Ден уж как нибудь сам пишет эти несомненно важные доклады.

Алек всё это время так же был занят делом. Он сверял показания приборов капсулы, на которой всё ещё полулежал Феникс. Медик водил над телом Каина ручным сканером, проверяя сердечный ритм, температуру ядра и нейронную активность. И впервые за эти два дня время Феникс не сопротивлялся этому. Не отстранялся от прикосновений, не рычал, чтобы его оставили в покое. Он просто сидел и позволял себя обследовать, как в старые добрые времена.

— Показатели стабильны, — наконец заключил Алек, убирая сканер и снимая очки, чтобы протереть их от воображаемой пыли. — Ядро стабильно. Эмоциональный фон... — он на секунду замялся, подбирая слово. — ...спокоен. Я бы сказал, аномально спокоен для твоего состояния.

Каин лишь кивнул в ответ.

— Знаешь, — раздался голос Мисы, которая с улыбкой наблюдала за всей этой суетой. Она кивнула головой в сторону Лика, который теперь сидел рядом с Фениксом на краю капсулы и всё ещё прятал лицо. — Чтобы растопить лёд, оказывается, нужно было просто прижать его кусочек поближе к огню.

Команда снова рассмеялась. Каламбур был простым и точным. Он идеально описывал то, что произошло.

И только один человек не разделял этого веселья.

Нат стоял у стены, скрестив руки на груди. Он молчал. Его взгляд был прикован к Лику. Инженер не расслабился ни на секунду. Его плечи были напряжены, а челюсть сжата. Может быть, мальчишка и не шпион. Может быть, эта связь — просто странная аномалия. Но Нат не будет расслабляться. Его задача — быть щитом «Звезды». И он справится с ней, что бы ни случилось. Всё может быть. А он должен быть готов ко всему.