Феникс. Пробуждение

Тишину, плотную и осязаемую, первым нарушил Алек. Медик, оторвавшись от созерцания своего чайного набора, посмотрел на Каина с профессиональным недоумением.

— Ты его не снял, Каин? — спросил он, кивая на полоску металла на шее Тени. Голос Алека был спокоен, но в нём проскальзывали нотки удивления.

Феникс, который всё ещё был погружён в свои мысли и не до конца вернулся в реальность гостиной, что-то неразборчиво пробормотал себе под нос. Это было что-то среднее между «мгм» и «угу». Затем он кивнул, более уверенно. — Не до того было, — бросил он сухо, словно это объясняло всё.

От этой наглой подтасовки фактов Лик возмущённо уставился на Феникса. В его блёклых до этого кристаллических глазах на мгновение вспыхнул яркий огонек негодования. «Не до того было?» — говорил этот взгляд. — «Я из-за тебя всю ночь мучился в этой штуке, а тебе было "не до того"?! Но этот бунт длился лишь долю секунды. Как только их взгляды встретились, Лик тут же потупился, отводя глаза в сторону.

Всё ещё находясь под прицелом явно непривычных для него человеческих взглядов — любопытного Мисы, изучающего Дена и хмурого Ната — Лик окончательно растерялся. Он неуверенно переминался с ноги на ногу, словно не зная, куда деть себя в этом просторном помещении. Неловкость достигла своего пика. Он почти блея от испытываемого смущения, задал вопрос, не поднимая глаз от пола:

— М-можно ли мне... кофе? — его голос был едва слышен.

И этой нелепой картины Миса не выдержала. Она возмущённо цыкнула языком, издав звук, полный негодования. Затем она перевела почти гневный взгляд с дрожащей фигуры Лика на Феникса.

— Ты! — она ткнула пальцем в сторону Каина. — Ты своими эмоциями, в которых сам разобраться не можешь, видимо, совсем вчера застращал ребёнка!

Не дожидаясь ответа от опешившего бога, Миса решительно поднялась со своего места. Она подошла к Лику, который сжался ещё сильнее, ожидая неизвестно чего, и без лишних слов мягко, но настойчиво взяла его за руку.

— Проходи, горе луковое, конечно можно, — сказала она уже мягче и повела его к столу.

Каин наблюдал за этим действием с нарастающим, почти неконтролируемым напряжением. Когда Миса подвела Лика и буквально усадила его на своё собственное место за столом, предлагая ему свой же нетронутый завтрак, и заваривая новый кофе, что-то внутри Феникса оборвалось. Это было не его место. Его тень должна была быть рядом с ним, а не с ней. Инстинкт собственника взвыл с такой силой, что ему пришлось до боли сжать подлокотник дивана, чтобы не вскочить.

Это молниеносное изменение в его позе и ауре не укрылось от Ната. Инженер, стоявший ближе всех к командиру, всё это время наблюдал за ним с холодным вниманием. Заметив эту вспышку напряжения, Нат медленно и спокойно положил свою тяжёлую руку на плечо Каина. Прикосновение было твёрдым, заземляющим.

— Расслабься, — тихо, почти шёпотом произнёс он так, чтобы слышал только Феникс. — Не в наших интересах ему вредить.

Каин медленно перевёл взгляд с руки Ната на его лицо. В глазах инженера не было ни упрёка, ни осуждения. Только холодный расчёт и предельная сосредоточенность. Он был прав. Абсолютно прав. И эта простая констатация факта заставила огненный шторм внутри Феникса немного утихнуть. Каин выдохнул и разжал побелевшие пальцы. Но взгляд его всё ещё был прикован к хрупкой фигуре за столом, которую окружала его команда.