Феникс. Пробуждение

Паладины потеряли счёт времени. Минуты слились в один бесконечный, кровавый марш. Зачистка улья всегда считалась операцией высшего ранга опасности, самоубийственной миссией, на которую отправляли только элитные отряды с поддержкой тяжёлой техники и, в идеале, жреческой магии. Не будь в их отряде бога, они бы ни за что сюда не сунулись. Они бы просто не дошли.

Подпитка улья магами также стала опасным и крайне неприятным сюрпризом. Догадки были, но получить такое подтверждение в бою — значит признать, что враг превосходит тебя не только числом, но и тактической изощрённостью. Каждый взрыв демона с печатью стоил им драгоценных секунд и заставлял сердце пропускать удар.

Лёд спасал. Барьеры Лика возникали всё чаще, чем больше демонов убивали паладины. Они стали не просто тактическим приёмом, а жизненной необходимостью, единственным щитом от коварной магии врага. Но на создание этих стен Тень тратил остатки сил, и это видели все.

Когда поток редел — команда ускорялась, переходя на бег. В эти короткие передышки между волнами тварей в их сердцах вспыхивала отчаянная надежда: «Вот сейчас. За следующим поворотом. Мы выйдем уже к цели». Но этот путь казался бесконечным. Каждый новый тоннель, каждая развилка лишь заводила их глубже в лабиринт из камня и плоти.

Огонь ревел без остановки. Каин разгорался всё сильнее. Он уже не сдерживал свою ауру, позволяя ей полыхать золотым пламенем, которое выжигало сам воздух в тоннелях перед ними. Он понимал: стоит им уничтожить матку — источник порчи — и вся эта орда, лишившись направляющей воли, разбежится по углам, словно тараканы, застигнутые светом. Они рассеются по канализации, и выкуривать их придётся годами. Поэтому он должен был сжечь всё здесь. Сейчас.

И вот наконец свод пещеры резко ушёл вверх и вширь. Стены раздвинулись, и они вышли из тесноты тоннелей в один из старых канализационных резервуаров. Это было циклопическое помещение, где сходились несколько магистральных коллекторов. Воздух здесь был настолько густым и смрадным, что даже фильтры шлемов едва справлялись.

В центре этого зала кишела груда мяса.

Это была она. Бесформенная, пульсирующая гора гнилостной плоти, из которой постоянно вырастали и втягивались обратно какие-то щупальца, пасти и костяные наросты. Вокруг неё неустанно суетились рабочие особи — мелкие бесы. С невероятной, механической силой они волокли к ней куски тел (демонов, людей — уже было не разобрать) и с чавканьем заталкивали их в пульсирующие отверстия на теле матки. Они действовали как заведённые куклы.

«...или что-то ими управляет», — холодно отметил про себя Ден.

Получив короткую передышку, команда уверенно заняла позицию на узком уступе — обвал стены у самого потолка помещения давал им единственное преимущество: высоту и относительную безопасность от основной массы тварей. Здесь они могли перевести дух.

Паладины действовали молча и слаженно. Миса и Ден контролировали подходы к их «балкону», готовые отстрелить любого беса, который посмеет приблизиться. Алек тут же принялся колдовать над своим медицинским сканером, оценивая состояние каждого.

Они меняли боекомплект. Споро, но без суеты. Щелчки магазинов, шипение охлаждающих систем, тихий гул перезаряжаемых батарей. Это был привычный ритуал перед последним рывком. И каждый из них понимал: боезапас, к сожалению, не вечен. Даже беря с собой двойной объем патронов и батарей, они не рассчитывали наткнуться на гнездо таких размеров.

Внизу, под ними, матка издала низкий, вибрирующий гул, от которого завибрировал сам камень под ногами. Она почувствовала их присутствие.